7 крестражей Маши Вороновой. Часть 1

Глава 22

Первое подтверждение, что кроме группы Чена в храме есть еще кто-то, мы нашли спустя еще три зала и четыре поворота. В небольшом алькове, не сразу заметном в тенях, прислонившись к стене, сидел практик. Наша группа, конечно, не воплощенная бодхисатва, но и пройти мимо нам не дали. Под жалостливым взглядом Юлань нам просто пришлось повернуть и подойти ближе. Вот только наша помощь этому практику была уже не нужна - он был мертв, и мертв уже не один день, я бы даже сказала, не одно столетие. Уж больно гладеньким был скелет, и если бы не истлевшая форма секты Фу, которую обновили в прошлом году, я бы приняла его за древнего практика, по недоразумению оказавшегося в храме много сотен лет назад.

— Издалека он казался более живым, — отметила Хэй Юэ, рассматривая скелет. Не уверена, что она могла бы найти знакомые черты на голой черепушке.

— Возможно, иллюзия, наложенная кем-то, чтобы ввести в заблуждение, — предположила я.

— То есть он ловушка? — насторожилась Сой Фанг, доставая меч.

— Да кто ж его знает? — почти хором откликнулись мы с Юэ. Последняя ради этой реплики даже отвлеклась от попытки снять с костистого пальца кольцо хранения.

— Как вы можете так вести себя? — возмутилась Юлань. пребывающая в священном шоке от действий наследницы Черных Журавлей. Кажется, ей и в голову не могло прийти, что кто-то может поступить настолько бесцеремонно — обобрать мертвого. Указывать на то, что умершие практики нередко оставляют своим более удачливым коллегам различные сокровища и техники, я разумно не стала. Признаюсь, я до сих пор не понимала, как в ней уживается такая наивность и воспитание нашей матушки.

— Ему это, — Хэй Юэ подкинула в руках кольцо хранения, — уж точно не пригодится, а нам вполне может, особенно если там аптечка осталась.

— А могла не остаться, — расстроенно вздохнула я, в который раз пожалев переведенные на лечение барышни Лин-Лин материалы. — Не своей же смертью он умер.

— Ну, ярко выраженных повреждений нет, — развела руками Хэй Юэ, — так что могло иметь место всё что угодно, от переизбытка янь или инь в организме до переизбытка железа или лечебных материалов.

Пока Юлань хлопала глазами, я уточнила:

— Либо отравили, либо зарезали.

— А насчет переизбытка инь - янь? — усмехнулась Сой Фанг.

— Техники, они, знаешь, разные бывают, некоторые как раз нарушают баланс энергий в организме. — не удержалась я от возможности прочитать небольшую лекцию.— Например, девушки демонического культа очень любят очаровывать мужчин и поглощать их энергию для балансировки своего организма, ведь переизбыток инь еще никому на пользу не шел. Та же хули-цзин тоже подобным балуется, им, правда, что мужчина, что женщина, особо не важно, главное, получить жизненную энергию и побольше. А для полноценных выводов, с чем нам, возможно, придется столкнуться, скелета мало. Неплохо бы еще мягкие ткани иметь…

— Слушай, а у него на костях отметины!— я поспешила присоединиться к Юэ в осмотре скелета. Отметины и правда были, и мне знакомы, я видела подобное на телах практиков в Тайном царстве, когда шла к месту заточения госпожи Ма Ши. Судя по всему, оружие, которым были нанесены раны, — это атам. То есть в храме как минимум один живой демонический практик. Будды и все демоны! Это ж с какой силой надо было нанести удар, чтобы на костях остались отметины?!

— Похожи на демонические, от атама. — мы с Сой Фанг с некоторой настороженностью посмотрели на Хэй Юэ. Ладно, я знала, что это за оружие, мне его чуть ли не лично вручила основательница демонического пути в компании принца-консорта, на тот момент его возглавляющего, а вот у нее откуда такие познания?

— Ну что вы на меня так смотрите, — пожала плечами Юэ, а потом, вздохнув, призналась: — У меня брат поддался влиянию демонического пути и покинул клан. Мы об этом не распространяемся. Он одним атамом пятерых старейшин убил, которые решили поговорить с наследником насчет его нездоровых наклонностей.

— Ты ж единственная дочь в семье, — не сдержала своего удивления Сой Фанг.

— У матери да, а у наложницы отца еще и мальчик был, там вообще сложная история. Его скрыли, так как просветленный монах сказал, что у него темная судьба и спасти от нее может только заточение в течение то ли двадцати лет, то ли двадцати пяти… А монахам, как правило, верят, они в своих предсказаниях редко ошибаются. — Хэй Юэ усмехнулась. — В общем, в это поверили, причем настолько, что даже я лет до тринадцати не знала, что у меня старший брат есть.

— Как так можно было поступить с ребенком, — на глазах сестры появились слезы. — Бедный мальчик…

— Мальчик, конечно, бедный, — согласилась Хэй Юэ, — и возможно, отец и совет старейшин перегнули палку, но важно то, что он в свои тринадцать смог убить пятерых старейшин. Так что раны от атама я узнаю. У меня матушка из Долины медицины, и мертвые тела показывала едва ли не чаще, чем колыбельные пела.

Мы некоторое время помолчали, а я немного усмехнулась про себя, подумав, что нормальные родители из высокоуровневых практиков получаются редко. Дедушки и бабушки — да, получаются, а вот родители — нет.

— Мы так и оставим его тут лежать? — подала голос Юлань.

— А у тебя есть другие предложения? — откликнулась я. — Было бы интересно услышать.

— Тебе не кажется, что его надо похоронить, чтобы его душа могла упокоиться с миром?

— Думаю, Дицзан-ван уже принял его бренную душу и отправил либо к восьми бессмертным, либо на один из кругов ада, — откликнулась я. — Этот практик мертв настолько, что даже отголоски его души не улавливаются. Умершему от оружия демонических практиков уже неважно, совершили ли над его телом какие-либо ритуалы или нет — его душа уже отошла под власть убийцы.

— А ты откуда это знаешь? — Юлань с некоторым подозрением посмотрела на меня.

— Читаю. Много. Очень много, — отрезала я. Про атамы я действительно прочитала после того, как вернулась из Тайного царства и оказалась в состоянии дойти до библиотеки. И оказалась права в своем подозрении: атамы действительно служили демоническим практикам не только и не столько оружием, но и пополняемым за счет жизненной силы источником силы. Так что, если вы довели демонического практика до полного истощения ци, это еще не значит, что вы победили. Резко заполнившийся резерв станет неприятным сюрпризом для любого, кто стал противником мастера демонического культа. И вывод можно было сделать только один: задерживаться нам рядом с умершим точно не стоило. Не думаю, что убивший его обязательно пасется где-то рядом, но исключать такой вариант тоже не стоило.

Что крайне раздражало меня в храме, так это его непостоянность, которая создавала иллюзию бесконечности и наводила некоторую тоску в понимании, что блуждания по храму действительно могут затянуться. А еще бесконечное мельтешение коридоров и залов, гулкие звуки собственных шагов и отсутствие хоть сколько-нибудь значимых событий расслабляло, заставляя забыть о том, что это место может хранить в себе немало опасностей за своей внешней безобидностью и пустотой.

О том, что я где-то видела нечто подобное, я поняла не сразу. Зал с несколькими выходами, в центре которого стоял небольшой постамент, на котором в лучах света, сверкая и переливаясь, лежала корона феникса. Выполненная из золота, украшенная нефритом, рубинами и жемчугами, в сочетании с не менее драгоценными эмалями. Вышедшая из рук неизвестного ювелира, корона словно заточила в себе живого феникса, рвущегося наружу. Я видела много дорогих украшений разных мастеров, но столь искусного припомнить было сложно. Корону хотелось рассматривать как искусство, ей хотелось обладать. Она, несомненно, была достойна того, чтобы ее носила та единственная, которая будет повелевать миллионами, решать судьбы стран по мановению руки.

Единственное, чего мне не хотелось в отношении короны, — носить ее. Даже навскидку она весила порядка шести-восьми цзинь, и если к ее весу добавить еще и вес соответствующего наряда… Я ощутимо поморщилась и вдруг насторожилась, поняв, что и Хэй Юэ, и Сой Фанг уже непозволительно близко подошли к постаменту. Лично у меня еще был жив пример того, что не стоит трогать руками всё, что кажется плохо лежащим и неохраняемым. А вот Юлань, обычно такая же любительница украшений, как и я, казалась на удивление не заинтересованной в короне. Ровно до того момента, как поймала мой настороженный взгляд. Когда мы встретились взглядами, мне показалось, в ее глазах мелькнуло что-то непонятное, а затем взгляд сестры потерял фокус, и она тоже медленно направилась к короне. Чудесно, теперь у меня три очарованных или околдованных культиватора, каждый как минимум на ступень сильнее меня. И что мне с ними делать?

Ничего. В сторонке постою, главное, чтобы не убили друг друга и меня заодно, а то они могут.

Когда в битве один на один сталкиваются примерно равные по силе, победа зависит не только от умений, но и от некоторой доли удачи, а вот когда сражаются трое и каждый сам за себя, то победу или поражение решают в том числе и стратегия с тактикой. В этой части я бы поставила на Хэй Юэ - ничего личного, просто она казалась мне перспективнее, и что-то мне подсказывало, у наследницы Черных Журавлей обязательно должно быть в рукаве пара недостойных, но действенных приемчиков. Хотя зря, наверно, я так на нее рассчитывала, как и в прошлые разы с демоническим цветком, когда она яростно бросалась в бой, и в деревне людоедов, и сейчас. Она предпочла безрассудное нападение. Сой Фанг и Хэй Юэ впервые столкнулись друг с другом, мечи высекли искры, но вот чего Яростной было не занимать, так это силы, Хэй Юэ не смогла устоять и на ногах, и ее буквально откинуло назад к стене после попытки блокировать удар Сой Фанг. Нанести Сой второй помешала Юлань, которая как раз приблизилась на расстояние удара. Зря, обе наследницы девушки, конечно, сильные, но легкие, а у Сой удар размашистый, хорошо поставленный. Не зря на Пике Ярости помимо владения техниками уделяют значительное внимание усилению тела, причем как физическому, так и с использованием ци. Будды и все демоны, а я-то с ней как справилась?! Точно, напала, скрытно используя талисман. Пора заканчивать это оперное представление, пока они на убойные техники не перешли. Побудем тем самым неприятным противником, у которого в рукаве всегда скрытая стрела. Утихомирить эту троицу в лоб будет проблематично, так что используем варианты, недостойные праведного культиватора.

Благовония Цзиши Шуймянь свое название, увы, не оправдывали и погружали в сон не мгновенно, а спустя некоторое время. Правда, чем активнее их вдыхаешь, тем быстрее засыпаешь. А кто дышит чаще обычного? Правильно, разгоряченные боем девицы. А мне благовония не страшны, так как антидотом к ним я озаботилась тогда же, когда и благовония добавила в кольцо хранения, то есть еще в секте. Честно говоря, на момент, когда я их упаковывала, у меня были сомнения в целесообразности их возможного использования. Слишком многое должно было сойтись по воле небес. И вот сошлось. В какой-то момент сражающиеся сначала замедлились и заозирались. Практики высоких уровней способны сопротивляться подобным вещам, как минимум, задерживая распространение яда в организме, а то и сразу нейтрализуя его. Впрочем, ни Хэй Юэ, ни Сой Фанг, ни тем более Юлань таких высот еще не достигли. Так что рано или поздно они уснут, вопрос только в том, рано или поздно. Каждой из этой троицы хватит таланта понять, чья коза сожрала капусту, и обратить свой гнев на мою скромную персону. Когда первой зевнула Хэй Юэ, я выдохнула - благовония действовали лучше, чем я ожидала. Наследница Черных Журавлей нахмурилась, едва не пропустила удар Сой Фанг, тряхнула головой, зашаталась и упала на пол под мелодичный цзинь упавшего рядом меча.

Сой Фанг, потеряв из виду противника, обратила свое внимание на Юлань, оказавшуюся, с ее точки зрения, непозволительно близко к короне, и уже в следующее мгновение сестрице пришлось перекатом отходить за алтарь, пытаясь укрыться от ледяного меча. Меч врезался в постамент и, полыхнув синим огнем, испарился. А удачно они успели начать драться, не хотелось бы, чтобы кто-то вот так же превратился в ничто. Нет, возможно, сработала защитная техника, не позволяющая повредить корону, но не имея подтверждения того, что корону можно без вреда для себя брать, будем считать, что так сгорят любые шаловливые ручки, протянувшиеся к этому сокровищу.

Ледяной меч полностью истощил силы Сой Фанг, и она упала рядышком с Хэй Юэ, и даже пару раз трогательно всхрапнула.

Дольше всех действию благовоний сопротивлялась Юлань, а так быть не должно, эту вещь я подбирала в том числе и в расчете на то, чтобы успокоить сестру, если понадобится. Я точно знала, что она очень легко попадает под действия различного вида благовоний. Да и взгляд, который она бросила на меня, не сулил ничего хорошего после того, как она, так сказать, проснется. Впрочем, и на этот случай у меня были припасены способы воздействия. Как я стрясала с личного ученика главы Пика Наказаний комплект оков Юнхэн, я обещала никому не рассказывать, как, впрочем, и обещала, что никто никогда не узнает, что именно он мне их дал. Но это неважно, важно то, что они у меня были. Сами по себе оковы Юнхэн представляли из себя изящные золотые браслеты, которые нельзя было снять, не имея ключа. Они блокировали движение ци и буквально высасывали имеющиеся в теле практика запасы, превращая последнего в человека чуть сильнее среднего, но, что еще важно, они могли запереть в теле чужую душу. В нашем мире одержимость хоть и редкое, но не уникальное явление, и разумеется, с теми, кто покушался на чужое, бороться тоже умели. И если Юлань все-таки одержима… То это может стать проблемой, потому что, были у меня такие подозрения, одержима она госпожой Ма Ша, точнее, частью ее души. А это совсем-совсем не радует.

Из хорошего: способ борьбы с одержимостью был придуман примерно тогда же, когда и зафиксированы первые случаи подселения в тело чужой души. С помощью не самой простой в построении формации чужая душа вытягивалась во временное вместилище, которое потом разрушалось. В случае с блуждающей душой проблем не было, ведь у нее не было якоря, куда можно было вернуться, а вот некоторые демонические практики подобным якорем побеспокоились озаботиться при жизни, и тогда проблема была не только в том, чтобы уничтожить чужую душу, а и в том, чтобы найти этот самый якорь, потому что при уничтожении временного святилища душа вторженца просто вернется к своему обиталищу. И что-то мне подсказывает, что нам действительно придется искать крестраж госпожи Ма Ша в этом храме. Радовало только то, что крестраж не был нерушим, в конце концов, первый из храмов уже зачищен, пусть и с потерями. Вариант того, что душа госпожи Ма Ша могла овладеть кем-то из зачищавших храм, я гнала подальше. Ну не совсем же дурные в той группе были. К тому же, подозреваю, именно госпоже Ма Ша мы обязаны тем, что одержимость — явление хоть и редкое, но в принципе знакомое. Кстати, отдельные практики не стремились избавиться от души, которая вторглась в их тело, надеясь получить от такого соседства немалые выгоды в виде техник, ускорения процесса культивации и редких сокровищ, оставленных неожиданным соседом. Вот только, насколько мне было известно, как правило, цель любой блуждающей души — занять тело и прожить свою новую, лучшую жизнь.

***

Хули-цзин - лиса-оборотень

6-8 цзинь - 3-4 килограмма