Девочка. Книга третья

Глава 17

Как ни странно, но мы повернули не налево, где находился выход в жилую часть дома, а направо — Барретт, так и фиксируя мой затылок ладонью, направлялся в комнату отдыха, где располагались сауна и бурлящий бассейн, куда я так и не решилась окунуться.

Раздев меня до трусиков, Ричард завел меня в жаркую парилку и, оставаясь все в тех же шортах, устроился на верху. Я хотела сесть рядом, но он разместил меня ниже — на среднюю полку прямо перед собой и зажал мой корпус плотным кольцом своих ног.

Я вновь хотела напомнить ему, что после ранения все же лучше не злоупотреблять сауной или хотя бы спуститься ниже, где было прохладнее, но, понимая, что Барретт осознает все последствия и сам знает свое тело лучше, чем я и доктора, не стала ничего говорить.

Мы молчали и принимали эту странную процедуру под названием сауна, но с Ричардом она проходил гораздо интереснее, я бы сказала этот ритуал приобрел смысл и стал завершенным — со всеми участниками таинства. Через некоторое время мой живот и ноги Ричарда покрылись росинками, и внезапно я почувствовала как мои волосы ощутимо потянуло назад. Я слегка повернула голову к Барретту и увидела, как он вытирает ими свои живот и грудь, используя мои длинные пряди в качестве своеобразного полотенца. Считая этот "жест" частью ритуала, окутанного жаром с ароматом хвои, я совсем не возражала — мне нравился запах моего мужчины в моих волосах.

Я вновь вернула взгляд на голень Ричарда и, рассматривая созданный влагой узор на теле моего мужчины, залюбовалась этим рисунком — он был похож на картины пуантилистов: Жоржа Сера или Поля Синьяка, которые в своем творчестве отказались от смешивания красок, предпочитая в манере письма ровные точки вместо традиционных мазков.

Склонив немного голову, я наблюдала, как каждая капля на коже Ричарда росла, меняла форму, становилась объемной цветовой точкой, и в совокупности эти переливающиеся пиксели идеальной правильной формы создавали неповторимый рисунок — рисунок моего мужчины.

Я улыбнулась и, потеревшись головой о бедро Ричарда, тихо произнесла:

— Ты сейчас напоминаешь живое полотно, созданное мозаикой из росы.

На это Барретт ничего не ответил, а я почувствовала, как по моему плечу, где соприкасались наши тела, потекла струйка пота, его ли, моего — непонятно. Впитывая в кожу его мускусный запах, я улыбнулась — было в этом странном ритуале, как и в нашей совместной тренировке, нечто поистине интимное, сродни сексу. Вспомнив, как он сегодня днем выводил узоры на моей щиколотке, я осторожно подняла руку и кончиком пальца убрала капельку влаги с его голени, нарушая тем самым целостность мозаики. Ричард никак не отреагировал, и я, осмелев, продолжила вырисовывать незамысловатые узоры на его крепких мышцах, "смешивая краски" и тем самым меняя оптический эффект. Чувствуя шелковистую поросль волос, я нежно вела пальцем от точки до точки и, собирая росу, вырисовывала живое полотно.

Внезапно мою макушку начали поливать холодной водой — это было приятно и своевременно, так как я уже стала ощущать жар. Перед глазами появилась бутылка воды, и я с жадностью прильнула к горлышку, а утолив жажду, продолжила изучать капельную мозаику на ногах Ричарда. Мое внимание привлекла его ступня — я провела ногтем по подъему и аккуратно спустилась к большому пальцу, полностью его огибая. Форма фаланг и ногтей на ноге была идеально правильной и пропорциональной. Ему можно было бы позировать художникам или скульпторам — получилась бы Ода Мужской красоте, запечатленная на холсте или в мраморе. Я дошла до мизинца, затем устремилась к голени и завершила свое путешествие на колене.

Капельки воды, стекающие с моего лба, щекотали лицо, но мои руки были заняты, поэтому я потерлась скулой о стальное колено своего Киборга. Мне так понравились эти ощущения твердого сустава на мягкой щеке, что я так и застыла, закрывая глаза. Я чувствовала, что жар проникал глубоко в кости и пора бы выходить, но мне так не хотелось завершать очередную мистерию, что я предпочла продолжать таять, зажатая стальными бедрами своего мужчины.

От жара я глубоко вдохнула, и внезапно почувствовала прохладные струи воды на шее и груди.

— Спасибо, — тихо прошептала я, а Барретт, немного отстранив меня от скамейки, ощутимо прошелся пальцами по моему позвоночнику. От его уверенных ладоней по спине тут же побежал ток, активизируя нервные окончания, и мне захотелось выгнуть спину кошкой. Настроенная на своего мужчину, я понимала, что его прикосновения не носили сексуального характера — скорее это был массаж, немного болезненный и приводящий в чувство.

Перед глазами вновь возникла емкость с водой, и я, сделав несколько жадных глотков, опустила бутылку, но она вновь взлетела вверх. Я старалась выпить всю воду, но не успевала, и она прохладными струями текла по моему лицу, шее и груди, устремляясь вниз, словно ручьи, прокладывающие себе русло на моем теле.

— Выходим, — услышала я спокойный голос Ричарда и почувствовала, как он подхватывает меня под мышки. — Не делай резких движений.

Кивнув, я аккуратно встала с полки, а он следом за мной спрыгнул на пол и, обхватив мой затылок, повел к стеклянной двери. Выйдя из жара сауны, я вдохнула полной грудью и уже хотела направиться в душ, как меня сзади подхватили крепкие руки и мгновенно, я даже не успела опомниться, окунули в бассейн. Перепад температуры ударил меня, будто током, и я непроизвольно вскрикнула. Барретт, раздевшись донага, нырнул следом за мной, и через полминуты я почувствовала на талии его руки, которые направляли меня к бортику.

— Это водные массажеры, — услышала я низкий баритон и почувствовала тугие струи, бьющие со дна и из стены бассейна на разных уровнях под водой.

Я задумчиво посмотрела на бурлящую воду, соображая, как зафиксироваться в вертикальном положении, учитывая, что я еле доставала до дна, а Барретт коротко добавил:

— Плечи, спина, поясница, бедра, голени и стопы. Направление воды отрегулируешь по своему росту. У тебя напор несильный, но держись за край бассейна.

Я кивнула и приступила к очень приятной процедуре — стоя под тугими струями воды, разминая сначала спину, затем поясницу и бедра, я крепко держалась за края бассейна, но так как я почти не доставала дна, меня все равно так и норовило снести "несильным" по мнению Ричарда напором. Барретт, который стоял рядом и даже не держался за бортик, видя мои мучения, подошел ко мне и зафиксировал мой корпус руками, что облегчило водные процедуры, а затем и вовсе отвел к другому концу бассейна, где виднелись все те же массажеры, только вмонтированные в горизонтальные лежаки под водой. Уложив меня в одну из "колыбелей" тоже не по моему размеру, он поколдовал над сенсорами на бортике, и я почувствовала мягкие прикосновения воды.

— Так лучше, спасибо, — сжала я его предплечье и, закрыв глаза, в полном смысле этого слова улетела от наслаждения, ощущая, как поток держит меня в невесомости.

Почувствовав, что вода в бассейне прекратила свое стремительное бурление, я резко подняла веки и, увидев направлявшегося ко мне Ричарда, поняла, что и водный ритуал подходит к концу.

Пока я укутывалась в огромный, не по размеру, махровый халат, Барретт обматал бедра небольшим черным полотенцем и, видя, что я совсем разомлела после сауны и водного массажа, подхватил меня под попу и понес из комнаты отдыха, вероятно опасаясь, что я могу где-нибудь упасть, что было недалеко от истины.

Чувствуя себя легкой, словно пушинка, мягкой и пластичной, словно теплый воск, я уткнулась носом в плечо Ричарда и закрыла глаза.

— Спасибо, Любимый, — тихо прошептала я, краем сознания фиксируя, что мы направляемся наверх.