Девочка. Книга третья

Глава 35

Мы мчались по набережной вдоль Темзы, я впитывала в себя дух Лондона и, слушая космическую музыку, мне хотелось раскинуть руки и почувствовать ветер, проходящий сквозь пальцы, мне хотелось закрыть глаза и поймать воздушную волну, зависнув в полете, как в невесомости.

— Скоро будем на месте, — голос Макса извлек меня из нирваны.

— Куда мы едем?

— В Челси.

— В этом районе расположена галерея Саачи. Мы с ней сотрудничаем.

— Я в галереях не силен, — усмехнулся Макс. — Из достопримечательностей я знаю стадион "Челси"

— По отзывам коллег знаю, что это гламурный, но атмосферный район.

— Так и есть, — усмехнулся Макс.

— Но ты же мне обещал ничего шикового.

— Обещал, но это не значит, что мы будет ужинать в забегаловке, — ответил он и поднажал на газ.

Ресторан "BlueBird" оказался удивительно атмосферным местом. Мы ужинали на уютной летней террасе, увитой зеленью. Народу было столько, что яблоку негде было упасть, но мне нравился этот шум, улыбающиеся лица, здоровый смех и общение — я ловила энергетику толпы и, улыбаясь им в ответ, наполнялась жизнью.

— Голодная? — спросил меня Макс, пока мы ждали заказ.

— Есть немного.

— Устала?

Я бросила на него внимательный взгляд.

Казалось бы, обычное слово, но меня никто и никогда не спрашивал, устала ли я. Я помнила это слово по своему детству — так отец спрашивал маму, когда приходил с работы и, подойдя к ней, целовал в щеку, я помнила это слово по интонации — в нем было столько заботы.

— Нет, не устала, — улыбнулась я этим теплым, но грустным воспоминаниям. — Наоборот, я будто наполняюсь новой жизнью и энергией. А ты устал?

— Нет. Я в обойме, — усмехнулся Макс и спросил: — Так ты мне расскажешь, почему ты только на неделю смогла приехать?

— Кэтрин не отпустила, — и я на секунду нахмурилась, вспоминая, наш с ней разговор.

На мое желание взять двухнедельный отпуск она отреагировала негативно и не скрывала своего недовольства.

— Какова причина? — коротко спросила она.

— Я еду к своему другу в Лондон.

— Это тот, который тебя встречал несколько раз у галереи?

— Да, — немного удивилась я вопросу, а она пояснила:

— Молли рассказала мне. У вас с ним все серьезно?

Вопрос был дискомфортным, требующим откровенности от меня, чего очень не хотелось, поэтому я ответила нейтрально:

— Вы сами советовали мне закрыть дверь и смотреть вперед. Я решила воспользоваться вашим советом, и мой взгляд сейчас устремлен на Лондон.

Кэтрин на это ничего не ответила, но я чувствовала, как от нее исходит волна негатива.

— Кстати, если что-то нужно передать в нашу галерею, я с удовольствием это сделаю.

— На это есть почтовые службы и электронная почта. Ничего передавать не надо. Ты мне нужна здесь, а не в Лондоне, — коротко отрезала она и, сделав паузу, добавила: — Я даю тебе неделю отпуска.

— В чем проблема? — Макс бросил на меня цепкий взгляд.

— Все в порядке. Просто она чувствует, что я могу уйти. И ей это не нравится.

— Ты ей сказала, что планируешь переезжать в Лондон?

— Нет. Пока я не приняла решения, нет смысла говорить.

— Почему ей не нравится? Если ты ей так дорога, как сотрудница, она всегда может тебя перевести в вашу лондонскую галерею.

— В этом и проблема, — нервно усмехнулась я. — она считает меня приближенной и отпускать не хочет.

— Приближенной?

— Да, я ее личная помощница. Она меня продвинула из стажера.

— Уверен, за заслуги, а не за красивые глаза.

— Да, я много работаю и считаю это продвижение заслуженным.

— Ты нервничаешь.

— Есть немного. Опасаюсь, что если я приму решение уехать в Лондон, она меня без скандала не отпустит. А я очень не люблю расставаться с людьми по-плохому.

Макс усмехнулся и произнёс:

— Значит, расстанешься с ней по-хорошему.

Я хотела спросить, почему он так уверен, когда за моей спиной кто-то окликнул Макса, а уже через минуту к нам подошёл молодой мужчина в костюме:

— Привет, давно тебя здесь не видел. Обычно ты в Сити ужинаешь. — произнёс он и внимательно посмотрел на меня.

— Привет. Да, я сегодня в неформальной обстановке. — и Макс, посмотрев на меня, представил нас: — Джонатан Гласнер. Лилит Ева Харт.

— Я работаю вместе с мистером Рокуэллом.

— Приятно познакомится с коллегой мистера Рокуэлла.

— Вы тоже американка, судя по акценту, — и он с интересом посмотрел на меня.

Макс промолчал, внимательно наблюдая за нашей беседой.

— Я друг мистера Рокуэлла и приехала к нему в гости.

В его глазах вновь блеснула искра любопытства, но он лишь произнес "Надеюсь, мы еще увидимся" и, пожелав нам хорошего вечера, зашёл внутрь ресторана.

Макс проводил его взглядом и усмехнулся:

— Теперь вся "Global Finance" будет гудеть о твоём приезде.

— Почему? — удивилась я.

— Меня считают завидным холостяком, — усмехнулся Макс, почесывая свою щетину.

— Тяжелая участь, — рассмеялась я, и вечер продолжился в таком же теплом русле.

Мы много говорили, Макс расспрашивал меня о моей поездке к отцу, о моей работе и увлечениях, и я ловила себя на мысли, что с удовольствием отвечаю на его вопросы, мне хотелось рассказать своему Другу о себе, хотелось тоже открыть ему свой мир.

Уже прощаясь в холле отеля, Макс вновь уверенно притянул меня к себе и, поцеловав в лоб, пожелал мне спокойной ночи. Я наблюдала, как он спокойной походкой направляется к выходу, и была ему благодарна за то, что он не торопил события, а постепенно приучал меня к своей энергетике и, взяв меня за руку, шаг за шагом открывал мне свой мир.

Утром я открыла глаза и, бросив взгляд в окно, на мост Ватерлоо с одной стороны и "Лондонское око" с другой, радостно потянулась спросонок и взглянула на медведя, с которым и спала в обнимку всю ночь. "Сегодня у меня грандиозные планы!" — поцеловала я его в нос. Сегодня я запланировала изучить весь Лондон, насколько меня хватит. Я была готова быть традиционным туристом на все сто процентов и пройти по всем маршрутам, которые советовала в свое время Максу в переписке.

Я перевела взгляд на тумбочку и, увидев там небольшую модель английской телефонной будки, которую я купила на рынке Лок, улыбнулась, вспоминая вчерашний день.

В голове проносились и сумасшедший Кэмден, и спокойный Риджентс-канал, и эклектичный Сити, и традиционный Гринвич.

Еще раз потянувшись, я вновь улыбнулась — мне нравились Лондонские воспоминания, они начали заполнять первые страницы моего личного нового фотоальбома.

От мыслей о том, куда я хочу отправиться после посещения галереи Тейт, меня отвлек звук пришедшего СМС, и я вспомнила, что мы договорились с Максом списаться в девять утра.

"Доброе утро. Как спалось?" — прочитала я и тут же набрала:

"Спалось очень хорошо. Спасибо за вчерашнюю экскурсию по Лондону."

"Перешла в режим лондонского времени? Или еще будешь отдыхать?"

"Нет! Что ты! Я уже в обойме!" — использовала я его выражение, чувствуя прилив сил перед предстоящим днем.

"Хорошо. Через час подъедет Льюис с Кимберли."

Прочитав последнюю фразу, я, чувствуя неладное, наморщила нос и тут же набрала:

"Кто такая Кимберли?"

"Одна из моих сотрудниц. Она хорошо знает Лондон."

"Но я уже запланировала места, которые хочу посетить."

"Она будет тебя сопровождать куда ты захочешь."

"Можно я без сопровождения по Лондону погуляю?"

"Нет", — последовал короткий ответ, и я почувствовала, как Макс из понимающего друга превратился в жесткого опекуна.

"Букингемский дворец и галерею Тейт я смогу найти сама. Свита мне не нужна", — быстро набрала я.

"Нет, Лилит", — повторил он, и я вспомнила нашу с ним переписку на Базе, когда он точно так же отрезал, узнав о моем желании иметь оружие. Сейчас, считая, что мне может грозить опасность в шумном чужом мегаполисе, он был непоколебим, как и тогда.

"Со мной ничего не случится."

Минутное молчание и его ответ:

"Я буду волноваться. Меня это будет отвлекать от работы."

Я нахмурилась и мне стало стыдно за мой эгоизм. Макс обо мне беспокоился, и, учитывая, что у него сейчас была встреча с партнерами из Цюриха, я выглядела, как капризный ребенок, не желающий ехать в коляске.

"Поняла тебя. Прости."

"Спасибо."

Я бросила взгляд на нашу переписку и быстро набрала:

"Когда ты на работе, ты вредный."

"Я полезный", — пришел быстрый ответ и даже сквозь экран я увидела усмешку Хакера.

Кимберли оказалась невысокой женщиной средних лет и приятной наружности. Я ожидала увидеть чопорную даму под стать характеру мистера Брауна, но на свое счастье ошиблась — она оказалась полной противоположностью молчаливому шоферу. Кимберли была общительной, много улыбалась, с удовольствием отвечала на мои вопросы и, если бы не английский акцент, я бы подумала, что она американка.

Как и сказал Макс, Кимберли в выборе маршрута руководствовалась лишь моими желаниями, ни на чем не настаивала, и мне понравилось ее сопровождение — она, как коренная лондонка, иногда рассказывала интересные факты, о которых обычному туристу было мало известно, и иногда помогала мне сориентироваться в выборе достопримечательностей и местной кухни.

Когда мне что-то особенно нравилось, я выходила на связь с Максом, комментируя увиденное, и он мне отвечал. Иногда не сразу, а через некоторое время, но я понимала, что у него много работы, и мне был очень приятен этот живой диалог.

Я исходила весь Вестминстер — у меня кружилась голова от Трафальгарской площади, замирало сердце от роскоши Королевской резиденции в Букингемском Дворце, я отдавала должное Гению архитектуры Вестминстерского Аббатства и, конечно, посетила галерею Тейт, с ее авангардом и современными направлениями.

Устав окончательно и бесповоротно, я посмотрела на улыбающуюся Кимберли и, переведя дыхания, спросила:

— Можно мы поедем на рынок Ноттинг-Хилла?

— Портобелло прекрасен в это время суток, — улыбнулась она, и вот я уже рассматриваю уютные разноцветные домики, прохаживаясь по узким улочкам.

— Хорошо бы посетить сады Rosmead, где сидели на "скамейке влюбленных" Анна и Уильям из "Ноттинг-Хилла". Знаю, что скамейки этой там нет, но почему-то меня тянет в этот сад. Хоть самой перелезать через забор, — вздохнула я, пока мы сидели в уютном маленьком ресторанчике в Портобелло.

Я не знала по какой причине, но мне казалось, что посетить этот парк будет чем-то знаковым для меня, чем-то особенным.

— Как ни странно, но я могу вам это организовать, — улыбнулась Кимберли, склонив голову немного набок.

Я бросила на нее удивленный и в то же самое время благодарный взгляд и произнесла:

— Я буду ваша должница до конца жизни!

— Ну что вы, — скромно улыбнулась она. — Моей заслуги здесь нет. Rosmead Gardens являются частью недвижимости Ladbroke. Сады принадлежат местным жителям, кто владеет недвижимостью на этой территории. И "Global Finances" одна из компаний, у которой здесь есть частная собственность. Ключи у меня есть. Я лишь предупрежу управляющего. Здесь недалеко. Можно пройтись.

Пока мы шли к садам, я достала сотовый и набрала сообщение:

"Я рада, что у вашей компании есть недвижимость, которая позволит гулять по частной территории парка."

"Я тоже рад", — пришел ответ через несколько минут.

"Ты знал, что я захочу посетить Rosmead Gardens?"

"Ты не делала из этого секрета."

"Спасибо. Для меня эти сады, как моя личная точка отдохновения. Я там ни разу не была, но знаю это точно", — улыбнулась я.

"Откуда ты знаешь, если ни разу там не была?"

"Понятия не имею", — честно ответила я. — "Это как знать истину. Или как ощущать любовь."

"Я рад."

"Спасибо."

"Я говорил, что я полезный", — ответил он, и я, не выдержав, рассмеялась, а Кимберли внимательно посмотрела на меня и улыбнулась.

Прохаживаясь по тенистым уютным тропам сада, я не могла поверить, что все это происходит со мной наяву. Я с замиранием сердца бродила среди густой зелени парка, вспоминала нашу с Максом переписку и впитывала в себя очередной дух уже совсем другого Лондона — традиционного, семейного.

Я села на одну из деревянных лавочек — нет, конечно, не ту знаменитую, установленную специально для съемок — и, закрыв глаза, внезапно осознала простую истину — я, так же как и Анна Скотт, стояла перед выбором — впустить ли в свое сердце Друга. Того, кто всегда был рядом, как Уильям. Того, кто всегда поддерживал в трудную минуту и не просил никогда больше чем имел.

Я достала сотовый и, грустно улыбнувшись, написала:

"Я очень хочу сделать такой же выбор, как и Анна Скотт — в пользу друга".

Прошло пять минут и я получила ответ:

"Выбор за тобой."

Вернувшись в гостиницу в пять вечера, уставшая но довольная, я послала Максу сообщение:

"Большое спасибо. Кимберли была на высоте. Вместе с молчаливым Льюисом они составили идеальную пару."

"Пожалуйста. Я освобожусь в семь и мы поедем ужинать".

Стрелки близились к восьми вечера, когда я услышала стук в дверь моего номера и направилась в зал.

Вспомнив, что Макс всегда недоволен, если ему открывают дверь, не спрашивая, я взялась за ручку и поинтересовалась:

— Кто там?

— Полезный Макс, — послышался его голос и я, улыбнувшись, открыла дверь.

Правда, как только я увидела Макса в костюме и галстуке, я немного удивилась и перевела взгляд на свой неформальный вид — джинсы и летний пиджак.

— Ты не успел переодеться после работы или мы едем в какое-то гламурное место?

— И то и другое, — кивнул он и, увидев, как я наморщила нос, добавил: — Ты хотела увидеть настоящего меня. Все это входит в комплект.

Я вспомнила слова Джонатана о том, что Макс ужинает обычно в Сити, а это значило деловой стиль, и кивнула:

— Твоя логика, как всегда, неоспорима, — не возражая, произнесла я и пошла переодеваться, поймав себя на мысли, что мне вовсе не дискомфортно от того, что я еду с Максом ужинать в Сити.

Заходя в гардеробную, я была благодарна Джулии, которая положила мне в чемодан несколько нарядов и соответствующие туфли, как она выразилась "для того, чтобы выйти в свет".

Мой выбор пал на темно-синие брюки и шелковую блузку с жемчужными пуговицами.

Быстро переодевшись, подкрасившись и закрутив волосы в тугой высокий хвост, я надела туфли на невысоком каблуке, подхватила небольшой клатч и посмотрела на себя в зеркало — пожалуй, я была готова встретить гламурно-деловую сторону жизни Макса.

— Ты выглядишь стильно, — улыбнулся он, и я поймала на себе заинтересованный мужской взгляд. Это было необычным ощущением, но, прислушавшись к себе, я поняла, что моя душа не отторгала этого. Я будто купалась в лучах теплой энергетики мужчины, который не скрывал, что я ему нравлюсь.

Я улыбнулась этой мысли и, бросив взгляд на темно-серый костюм Макса, отметила, что ему шел стиль делового мужчины. Это было его по праву.

— Ты выглядишь, как Лондонский деловой Денди XXI века, — вернула я ему комплимент.

На его лице заиграла хакерская нагловатая улыбка, и он взял меня за руку и повел на выход.

Я стояла перед рестораном на площади Пикадилли и немного волновалась, прежде чем открыть еще одну дверь в мир Макса. Но мой спутник, казалось, совсем этого не боялся, он сжал мою ладонь и уверенно направился вперед.

Ступив на мраморный пол ресторана, я попала в совершенно сумасшедшую атмосферу.

Помещение было битком забито народом — кто-то сидел за столиком, кто-то за длинной барной стойкой, но их всех объединяло одно — стиль делового Лондона: как и Макс, мужчины были в костюмах, женщины к вечеру принарядились и выглядели чуть ярче.

На входе нас приветствовал метрдотель — мужчина средних лет, и, как стало понятно по его улыбке и словам "Здравствуйте, Максвелл", он знал моего спутника очень хорошо. Пока мы проходили к нашему столику, почти вся группа у барной стойки приветствовала Макса, кто-то похлопывал по плечу, кто-то протягивал руку, а кто просто делал жест рукой, но было понятно одно — в этом деловом улье среди трейдеров, брокеров, финансистов, адвокатов и топ-менеджеров Макс был своим, как он часто говорил, "в обойме". Это было совершенно новое поколение, молодое, амбициозное, напористое, им принадлежало будущее, и этот мир по праву принадлежал Максу.

На меня его знакомые бросали более внимательные взгляды и, не стесняясь, рассматривали. Но, чувствуя теплую ладонь Макса, уверенно сжимавшую мою руку, я поймала себя на мысли, что совершенно спокойна и не боюсь всей этой финансово-деловой толпы с их оценивающими взглядами.

К некоторым мы подходили, и мой спутник меня представлял, некоторые сами стремились поговорить с Максом или задать ему вопрос не только о погоде, но и о работе. Он на ходу здоровался, отвечал на вопросы, давал советы, и чувствовалось, что ему нравится это взаимодействие с толпой. Он по праву был Лидером и притягивал людей своей улыбкой и уверенностью в глазах. Женщины бросали на него заинтересованный взгляд и более пристально рассматривали меня, а я подумала, что раньше совсем не замечала, как на Макса смотрит противоположный пол.

Мы сели за столик, Макс сделал заказ на нас двоих, чему я совершенно не возражала, и, улыбнувшись, спросил:

— Не страшно?

— Нет, — честно ответила я.

— Не обращай внимания на их взгляды.

— Я думаю, это профессиональное. По-деловому оценить.

— Ты проницательна, — кивнул Макс и шепнул мне на ухо: — Они, конечно, маму родную продадут за нужную информацию, но ничего человеческое им не чуждо.

Я рассмеялась этой то ли шутке, то ли правде жизни, когда к нам подошел молодой мужчина все с тем же оценивающим взглядом и с бокалом вина в руках.

— Макс, познакомь меня с твоей спутницей, — улыбался он во все тридцать два зуба.

— Лилит Ева Харт. Фиджи Морган, — представил он нас.

— Вся наша "Global Finances" гудит о том, что к Максу приехала подруга, — произнес он, а я про себя улыбнулась, вспоминая наше вчерашнее столкновение с Джонатаном и слова Макса "теперь о тебе будет говорить вся компания".

— Надеюсь, я оправдаю ожидания "Global Finances", — улыбнулась я, протягивая руку.

— О, вы можете в этом не сомневаться, — блеснул он улыбкой. — вы уже произвели фурор.

— Вы мне льстите, — продолжила я игру, пока Макс, откинувшись на спинку кожаного дивана, откровенно любовался моей игрой.

— Что вы. Уверен в вас есть еще масса скрытых достоинств, и они себя проявят.

— Всему свое время, — улыбалась я, не понимая к чему он клонит.

— Значит я вас ещё увижу в эту субботу на рауте, посвящённом дню рождения

компании?

— Можешь в этом не сомневаться, — ответил за меня Макс, а мне не оставалось ничего другого, как спрятать растерянность под маской улыбки — благо в этом искусстве я немного поднаторела.

В его глазах вновь блеснула искра любопытства, но он лишь произнес "до встречи в субботу" и, пожелав нам хорошего вечера, направился к группе мужчин, разговаривающих у барной стойки.

Макс проводил его взглядом и усмехнулся:

— Ты определенно понравилась моим ребятам.

— А насчет вечера ты не мог раньше сказать?

— Говорю сейчас, — кивнул Макс и, улыбнувшись одной из своих хакерских улыбок, добавил: — Приглашаю тебя на вечер посвящённый дню рождения компании "Global Finances"

— Уже поняла, что мне не отвертеться, — в шутку покачала я головой, и не успела продолжить, как у нашего столика появился еще один молодой мужчина в таком же деловом костюме.

— Вы тоже коллега Макса? — спросила я, как только ритуал знакомства был пройден.

— Нет, я банкир, — подмигнул он и добавил, — мы можно сказать с Максом соседи. Живем в "Альбионе".

— Символичное название, — улыбнулась я и, пригубив немного вина, спросила: — Он тоже туманный и белый?

— Скорее, футуристический, — улыбнулся он и спросил: — Вы к нам надолго?

Вопрос был хороший, но пока у меня не было на него однозначного ответа:

— Я приехала в гости к Максу на неделю.

— Я вас не видел ни разу в нашей резиденции?

— Я живу в отеле.

— То есть за вами можно поухаживать? — и он внимательно посмотрел на меня.

Макс так и продолжал сидеть, откинувшись на спинку кресла, и я чувствовала, что он был спокоен, лишь внимательно наблюдал за мной и мне казалось, что я прохожу тест.

— Нет, — ответила я и добавила, чтобы однозначно обозначить свою позицию: — Я приехала к Максу.

— Понял, — склонил голову мужчина и с улыбкой на лице удалился.

— Значит, "Альбион", — усмехнулась я, когда банкир отошёл. — Очень символично.

— Я тоже так думаю.

— Ты амбициозен.

— Я не считаю это недостатком.

Я окинула внимательным взглядом его мир, который кипел жизнью, был таким же напористым, честолюбивым, наглым в желании достичь целей, но безусловно прекрасным в своей перспективности, задумчиво улыбнулась и посмотрела на Макса.

Его глаза полностью отображали этот мир. Макс принадлежал этому будущему — он был таким же упрямым, настойчивыми и цепким, он уверенно шел к своей цели, не страшась поражения.

— Я тоже не считаю это недостатком, — сделала я свой вывод.