Девочка. Книга третья

Глава 9

Как только за ребятами закрылась дверь, Эмили хихикнула:

— Его позывной случайно не Хагрид? Ему бороду и растрепанные волосы, и вылитый лесничий. Приехал забрать Гарри Поттера к Дамблдору.

— Пф… не ту сказку выбрала, — иронично усмехнулась Джули. — Это скорее Урукхай, утаскивающий Фродо на съедение Саурону.

Я хотела сказать Джули, что она была недалека от истины, будто знала, что ребята на базе называли Барретта Дьяволом, но лишь усмехнулась и, вспомнив, как Барретт тянул меня на дно бассейна, поправила:

— Нет, я скорее Малёк, которого в любой момент может заглотить Косатка.

Попрощавшись с подругами и убедившись, что они благополучно разместились в машине с Дугласом, я полезла в Барреттовский танк и, обратив внимание, что Джули вновь села на переднее сидение, улыбнулась — мысль прислать еще одного водителя мне уже не казалась столь бессмысленной.

Мы ехали по загруженному машинами центру, я рассматривала вечерний город, людей, бегущих по тротуарам, и яркие витрины магазинов, вовсю готовившихся к зиме и рождественским праздникам. Пока мы стояли в пробке и медленно продвигались по центральной улице, в глаза бросился знакомый логотип орла — это был бутик с изысканной вывеской белого цвета от Эмпорио Армани. В витрине стоял продавец и украшал манекен, одевая его по-зимнему.

— Рэндалл, можем мы остановиться на пять минут? — задумчиво произнесла я, рассматривая манекен. — Я хочу кое-что приобрести в бутике у Армани.

— Мистер Барретт не любит задержек, — тактично отказал Макартур, и я, понимая, что верный телохранитель не ослушается своего босса, да и мог бы быть наказан из-за меня, пошла на хитрость.

— Нам все равно придется остановиться. Мне нужно в дамскую комнату. Уверена, мне не откажут в дорогом бутике, если я у них что-нибудь приобрету.

Макартура не нужно было просить дважды — как только я сказала о дамской комнате, он тут же начал прокладывать дорогу к тротуару и уже через минуту открывал передо мной дверь.

— Я скоро буду, — быстро выпрыгивая из танка, предупредила я, но Рэндалл, лишь отрицательно покачав головой, поправил видео-регистратор на панели, и, оставив машину у тротуара, направился следом за мной в магазин.

Через десять минут мы уже летели по трассе, но теперь я сжимала в руках строгую плоскую коробку, в которой лежал элегантный мужской шарф черного цвета с вышивкой эмблемы знаменитого бренда.

Подняв голову, я обратила внимание, что мы опять съехали с шоссе в город, и удивленно спросила:

— Рэндалл, куда мы направляемся?

— К офису. Заберем мистера Барретта. Затем в резиденцию, — немногословно объяснил Макартур, и я порадовалась возможности хотя бы из машины посмотреть на рабочую среду обитания моего мужчины.

Минут через пять мы спустились к морю и теперь ехали параллельно порту, вернее, верфи. Из окна мне было сложно что-то разглядеть кроме огромных металлических каркасов контейнеров, строительной техники и высотных кранов, выглядывающих из-за ограждения в ярком свете прожекторов, и я пожалела, что ехала в машине, а не летела на вертолете. Макартур сбавил скорость, но, как ни странно, мы проехали мимо КПП, а через несколько ярдов свернули в противоположную от верфи сторону. Только теперь, повернув голову, я заметила огромное черное здание, возвышающееся напротив порта, на котором красовались знакомый логотип и название "Barrett Shipbuilding Industries".

Макартур остановился у центрального входа и достал сотовый.

— Я на месте, — отрапортовал он, и пока ему давали указания, я, подняв голову, рассматривала портал в святая святых Барретта.

Здание из черного стекла делилось на левое и правое крыло с более высокой прямоугольной башней по центру. Этот оплот бизнеса имел резкие очертания, без каких-либо особых архитектурных изысков и напоминал черную птицу-ворона с распростертыми крыльями.

Несмотря на то, что был уже поздний вечер, стеклянные двери не стояли на месте, и люди сновали и спешили по делам, входя и выходя из здания. Среди мужчин в строгих деловых костюмах иногда можно было заметить людей в военной форме, а также рабочих в комбинезонах, которые спешили из офиса на проходную верфи.

"Да уж, если работает Барретт, значит работают все", — улыбнулась я, поймав себя на мысли, что и меня не обошла та же участь, — впитав в себя энергетику и целеустремленность этого мужчины, я задалась целью стать лучше и с утра до вечера штудировала языки помимо своего основного университетского курса.

— Мисс Харт, вам придется подождать, — отвлек меня от мысли Макартур, и уже в следующую минуту я увидела молодого человека, который несся на пятой скорости к нашей машине.

Судя по дорогому костюму и отглаженной белоснежной рубашке, это был Пол, помощник Барретта.

Открыв дверь с моей стороны, он бодро поздоровался и проинформировал:

— Меня зовут Пол Уоррен. Я личный секретарь Мистера Барретта. Мистер Барретт еще не закончил совещание. Я вас провожу в приемную.

Я лишь коротко кивнула, скрывая радость от того, что мне выдалась такая удивительная возможность побывать у Барретта в офисе, и поспешила за Полом вверх по ступенькам к вожделенному порталу.

Ступив на отполированный мрамор огромного лобби "Barrett Shipbuilding Industries", я замедлила шаг. Обстановка здесь, как и все, что окружало Барретта, отличалась строгостью и все тем же дизайном хай-тек. В глаза бросились контрольно пропускной пункт в виде металлических турникетов и несколько вооруженных охранников рядом. Служащие подносили к зеленому глазу свои пропуски, и любезные двери позволяли им пройти далее к лифтам.

Поздоровавшись с охранниками, я на секунду стушевалась перед ограждением, но Пол, шедший рядом, прошелся по сканеру картой и пропустил меня вперед. Проходя через турникет, я обратила внимание, что ребята из охраны заинтересованно посмотрели на меня, и я как можно быстрее постаралась уйти от их пристального внимания.

Следуя за Полом к персональному лифту Барретта, расположенному чуть поодаль, я, едва не столкнувшись со спешившим мужчиной в робе и с каской под мышкой, тихо спросила:

— Здесь вообще по ночам спят?

— Вы попали в аврал, — серьезно отрапортовал Пол, приглашая меня в лифт. — До Рождества верфь работает в три смены.

Я кивнула, понимая, что такое аврал, так как мой отец иногда тоже выходил в третью смену на лесопилке. Я всегда была против, учитывая состояние его сердца, но он никогда не отказывался от этой работы, сам давал письменное согласие, потому что профсоюз гарантировал от работодателя хорошую надбавку за сверхурочные.

— Вероятно, пришлось вести переговоры с профсоюзом, — предположила я.

— С профсоюзом все формальности улажены, — кивнул Пол, и в его глазах на секунду блеснуло удивление.

— Мой отец работал бригадиром на лесопилке, и участь третьей смены нас тоже не миновала, — пояснила я, выходя из лифта в просторную приемную.

Сердце "Barrett Shipbuilding Industries", находившееся в башне на последнем этаже, тоже не отличалось теплыми красками. Мрамор, стеклянные и металлические поверхности, отполированные до зеркального блеска, и черная кожа — так можно было охарактеризовать стиль приемной. Из этого дизайна выбивались лишь несколько картин, вернее черно-белых фотографий судов, вероятно построенных компанией Барретта. Здесь все было заточено на работу, а не отдых, что было весьма мудро — в офисе нужно работать, а не отдыхать.

— Вам заказать кофе или чай? — спросил услужливый Пол, снимая с меня пальто и приглашая к черным квадратной формы креслам и диванам.

— Нет, спасибо, — улыбнулась я, и секретарь, любезно кивнув, зашел в кабинет Барретта, прикрыв за собой массивную черную дверь.

Я повернулась к стеклянной стене, и у меня захватило дух — передо мной распростерлась панорама верфи. Я медленно подошла к окну и застыла, завороженная этим зрелищем. Прежде всего поражали масштабы производства — я рассматривала огромное количество небывалых по размеру построек, больше похожих на гигантские бассейны, ангары, больше похожие на коробки, о предназначении которых я могла только догадываться, а также массивные подъемные краны и прочая строительная техника. Но сильнее всего мое внимание привлекли разнотипные по своей конструкции суда, разбросанные по всей верфи. Они, словно огромные металлические киты, умиротворенно спали, пока люди, похожие на муравьев в касках, обслуживали этих стальных гигантов, почесывая им бока.

— Впечатляет?

Я резко обернулась и встретила острый взгляд невысокого подтянутого господина в строгом дорогом костюме и пальто. Он стоял в ярде от меня, засунув руки в карманы брюк, и внимательно рассматривал мое лицо.

— Да, это завораживающее зрелище, — призналась я, немного смутившись от того, что за мной пристально наблюдали, а я, отвлекшись на вид из окна, не обратила на это внимание.

— Что вы видите там… по ту сторону стекла? — внезапно спросил он, подходя ближе, и мне показалось, что я услышала едва уловимый акцент в его безупречном произношении.

Я опять кинула взгляд на развернувшуюся передо мной в свете прожекторов картину и, наблюдая, как кипит работа в доках, как работают краны, поднимая стальные конструкции, как вдалеке проворные кары загружают судно, задумалась.

— Я вижу огромный мир, построенный руками человека.

Он едва заметно кивнул и тоже устремил свой взгляд на панораму за окном.

— И каким вы его находите? — вскоре спросил он, и меня немного удивила настойчивость в его голосе, будто ему было важно узнать мое мнение.

Я некоторое время думала, подбирая правильное определение и наблюдая, как спорится работа в доках, и наконец произнесла:

— Он совершенен.

— И в чем его совершенство? — продолжал настаивать мой собеседник.

— Я не эксперт в судостроительстве, — скептически усмехнулась я и продолжила уже серьезным тоном: — Но я чувствую, что этот мир основан на профессионализме и любви к делу. Как произведение искусства, созданное талантливым мастером.

Мужчина едва заметно усмехнулся и внезапно протянул мне руку:

— Отто Госс.

Только сейчас, услышав фамилию собеседника, я догадалась, что передо мной один из немецких партнеров Барретта.

— Лили Харт, — представилась я, чувствуя уверенное рукопожатие теплой ладони.

— Смею предположить, вы здесь гостья и ждете мистера Барретта?

— Да, — подтвердила я и поддержала разговор: — А я смею предположить, что вы немецкий партнер мистера Барретта?

— Так и есть, — коротко кивнул он и внезапно продолжил: — Мистеру Барретту следует привлечь вас для пиара своих проектов.

— Учитывая, что я ничего не смыслю в судостроении, мои презентации будут не вполне удачными, — иронично заметила я очевидное, но Госс лишь скептически покачал головой и философски заметил:

— Как знать… Иногда чистый неискушенный взгляд на тот или иной аспект гораздо правдивее и действенней, чем мнения всех профессионалов вместе взятых. Знаете, что сказала мне моя тогда еще четырехлетняя дочь, наблюдая как я шлифую корпус своей первой парусной яхты?

— Что? — с интересом спросила я.

— "Папа, твой кораблик будет самым лучшим". И когда я спросил почему она так уверена в этом, моя Стеффи лишь ответила: "Когда ты его строишь, твои глаза счастливые".

— Устами младенца… — продолжила я его мысль и, улыбнувшись, добавила: — "Стефания" — красивое имя для яхты.

— Да, "Стефания" была удачным проектом, — усмехнулся он моей правильной догадке, а я опять устремила взгляд на верфь.

Обратив внимание, как вдалеке покачивается в неком бассейне, будто на парковке, огромная белоснежная яхта, я залюбовалась и, неожиданно для себя, спросила, указывая на этого гиганта-альбатроса, покачивающегося на воде:

— Вы тоже строите такие яхты?

— Раньше… — усмехнулся он. — Сейчас я занимаюсь другими видами судов.

— Красавица… — залюбовалась я.

— Это судно называется моторная яхта класса А, — внезапно пояснил он, видя мой неподдельный интерес.

— То есть самый лучший класс? — усмехнулась я.

— Самый мощный, скажем так. Это океанский класс яхты с полным автономным оснащением. У него неограниченный район плавания. Такие суда предназначены для длительных и удаленных от берегов рейсов, так как способны противостоять океанской волне. В то время как класс В, или офшор, уже ограничен только морским пространством, — читал мне лекцию мистер Госс, как внезапно, подняв глаза выше, произнес, "цитируя" мои слова: — Вот, собственно, и автор шедевра за окном.

Я резко обернулась и увидела, как к нам не спеша подходил Ричард.