Доктор-пышка. Куплена драконом

22

Я уже хочу у него спросить, что он такое придумал, но появляется Тан с ведром воды.

— Тан Мирен, а ты ведь говорил, что в академии занимался магией огня? — вдруг произносит доктор Вирес.

— Почему вы у меня это спрашиваете? — Тан ставит ведро на землю.

Мальчишка-пастух уже спешит к нам, чтобы забрать его и дополнительно напоить тех сольгов, кто в этом нуждается.

— Занимался, — продолжает Тан. — Но это давно было. Я слаб в стихиях.

— И здорово. Вот тебе ученица, — невозмутимо отрезает доктор Вирес. — Вспомнишь практику.

— В смысле?! — в один голос спрашиваем мы с Таном.

Я таращу глаза, а Тан аж подпрыгивает на месте.

— Доктор Вирес, вы серьёзно? — выпаливает он. — Я же едва тянул экзамен по огню, а вы хотите, чтобы я кого-то учил?!

— Вот-вот, — говорю я, скрещивая руки.

Вирес выдерживает нашу истерику с каменной физиономией.

— Поможете друг другу. Ты обучишь её основам магии огня. А ты, Софарина, покажешь, как справляться без магии с больными.

Доктор невозмутимо продолжает:

— К утру хочу увидеть первые результаты. Только прошу: практику с огнём не в лечебнице.

— Ужас! — синхронно выдыхаем мы и снова переглядываемся.

— Так и знал, что сегодня отвратительный день, — ноет Тан. — Теперь я нянька для поджигательницы.

— Слышу-слышу, — огрызаюсь. — А я, значит, записана в ученицы к человеку, который лечить толком не умеет. Отличное начало.

— Не волнуйтесь, — вставляет Вирес, — хуже уже не будет.

— Спасибо за оптимизм, доктор, — одновременно отвечаем мы.

— Всё. Решено, — заключает Вирес. — Я возвращаюсь к сольгам, а вы отходите подальше и занимаетесь с огнём. Потом — в лечебницу тренировать навыки медицины без магии. Завтра отчёт.

Мы остаёмся стоять с Таном, переглядываемся. Он вздыхает, как человек, которому вручили приговор, и бурчит:

— Ну что, ученица… будем жечь?

— Ага, — киваю я, — только без фанатизма. Я ещё хочу дожить до ужина.

Следующие полчаса мы ищем место. В итоге выбираем небольшую площадку рядом со стенами города: тут какие-то низкие здания, но в целом удобно. Тан сначала читает нудную лекцию о безопасности, потом о воле и магии. Потом я хочу пить, мы ищем воду и, наконец, возвращаемся на наше место, чтобы приступить к практике.

Тан поднимает ладонь, в которой рождается крошечное пламя. Выглядит красиво: ровное, золотое, как свечка.

— Вот так и должно быть, — говорит он. — Сконцентрировался, создал точку силы, удержал… Поняла?

— Конечно, — уверяю я и выставляю руку.

Сначала ничего не выходит.

— Нужно сосредоточиться. Представь магию в своей руке.

Я зажмуриваюсь, представляю… и получаю ровным счётом ничего. Только мурашки по коже.

— Угу, — ворчу я. — Она у меня просто стесняшка.

Тан закатывает глаза.

— Глубже дыши. Отпусти всё лишнее. Представь огонь — не как врага, а как часть себя.

— Ага, часть меня…— бурчу я, но делаю, как он сказал.

В итоге получается лишь едва заметная искорка и быстро тает. Тан фыркает, но в голосе у него слышится облегчение:

— Ну хоть что-то.

Я грустно смотрю на свою ладонь.

— Эй, Софарина, ты чего? У тебя же получилось!

— Да, ровно на полсекунды…

Даже спичка горит дольше. Бесит, когда ничего не выходит.

— А ты что хотела, — смеётся он, — сразу горящими шарами швыряться? Это же техника! А медицине училась — тоже всё сразу получалось? Прям с первого раза?

Я сжимаю ладонь в кулак.

— Нет. Пришлось много чего узнать.

— Вот и тут так. Будем тренироваться каждый день, и у тебя получится.

— Спасибо, — киваю я.

Мы возимся ещё немного. У меня получается вызывать крошечные искорки в ладони. И потом возвращаемся в лечебницу.

Там доктор Вирес поручает нам осмотреть дозорных. Вот это карьерный рост! От сольгов сразу к драконам. Убедившись, что я справляюсь, он велит объяснить Тану, как ставить диагнозы без магии.

Тан смотрит на меня, как на страшное наказание судьбы.

— Ну давай, учитель без магии, — бурчит он. — Просвети.

Я гордо задираю подбородок и сажусь на край скамьи рядом с дозорным, у которого повязка на руке.

— Вот смотри, — начинаю я. — Первым делом спрашиваешь, что болит.

— А если он соврёт?

— Тогда смотришь.

— А если он ещё и молчит?

— Тогда щупаешь, — я демонстративно беру руку дозорного, осторожно двигаю пальцы. Тот ойкает. — Видишь, значит, вывих.

Тан хмурится.

— Я бы просто наложил охлаждающую руну.

— И получил бы потом воспаление. Вывих не морозят, его вправляют... В медицине главное не напортачить.

Доктор Вирес появляется как раз вовремя, чтобы услышать последние слова. Он довольно улыбается, кивает и невозмутимо произносит:

— Отлично. Тогда осмотрите всех, кто сегодня заглянет в лечебницу.

Тан в ужасе косится на меня.

— Мы же кого-нибудь угробим, — бормочет он.

— Не бойся, — парирую. — Я же с тобой.