Доктор-пышка. Куплена драконом

51

Наконец разобравшись с делами, я усаживаюсь за стол с твёрдым намерением заняться писаниной. Намерения хватает ровно на полчаса. Потом рядом возникает Мирен, бесцеремонно отодвигает мои записи и ставит передо мной кружку чая и тарелочку с пирожным.

— Тан.

— Только одно, Софа. Ну пожалуйста, — шепчет он. — Я больше ничего не попрошу. Честно. И даже отдежурю за тебя.

Смотрю на чашку. На пирожное. Потом на окно, за которым уже ночь. Ночь, между прочим, не лучшее время для силы воли.

— Это шантаж, — сообщаю я.

— Забота, — тут же поправляет Тан, обходя стол и устраиваясь на его краю с другой стороны.

Я вздыхаю и придвигаю чашку ближе. От чая поднимается пар с запахом пряных трав и чего-то подозрительно сладкого.

— Только половину, — предупреждаю я.

— Конечно. — Тан слишком быстро кивает и подталкивает ко мне сладкое.

Я откусываю крошечный кусочек. Потом ещё один, чуть больше.

— Если завтра я не влезу в халат, ты будешь виноват.

— Я готов нести это бремя, — серьёзно отвечает Тан.

Делаю ещё один укус — уже без всяких уговоров. И вдруг чувствую во рту что-то… не то. Аккуратно вынимаю находку и кладу на салфетку. На белой ткани лежит тонкое серебряное колечко, очень скромное, но жутко красивое.

Я молчу. И Мирен тоже.

— Тан, — медленно говорю я, поднимая на него взгляд, — ты же в курсе, что посторонние предметы в пище опасны для жизни?

Он открывает рот, но я не даю ему ни единого шанса.

— Это риск повреждения зубов, — продолжаю я, загибая палец. — Асфиксия. Травма пищевода. Воспаление слизистой.

Я делаю паузу.

— А ещё это грубейшее нарушение санитарных норм.

— Вообще-то, девушки считают это романтичным, — вздыхает он. — Можешь ворчать сколько угодно, но я хочу, чтобы ты хотя бы задумалась о том, чтобы стать моей женой.

— Ты сошёл с ума. А разница в возрасте? Я старше.

— Путаешь миры, Софа. Тебе двадцать девять, разница не так уж велика. А возраст из прошлого мира здесь, извини, не считается.

Вот так и знала, что не стоило рассказывать ему о попаданстве. Выкрутился. А моё восприятие вообще учитывается? Я молчу, смотрю на кольцо. Потом снова поднимаю взгляд на Мирена.

— У нас общие интересы, — продолжает он. — Ты считаешь меня другом. Считаешь ведь?

— Да, — обречённо вздыхаю я.

— Ну вот.

— И это, по-твоему, аргумент?

— Абсолютно, — невозмутимо кивает Тан. — Лучшие союзы начинаются именно с этого. Дружба, общие интересы и способность терпеть друг друга в самые неподходящие моменты. Например, во время твоей диеты.

Я хмыкаю и снова смотрю на кольцо.

— Ты понимаешь, что я не умею быть… вот такой? — говорю наконец. — Дом, семья, планы на десятилетия вперёд.

— Зато ты отлично умеешь быть честной, упрямой и спасать людей, — пожимает плечами Тан. — С остальным разберёмся по ходу.

— А если я скажу «нет»?

— Тогда я доем твоё пирожное и буду дальше дружить с тобой, — спокойно отвечает он. — Возможно, с лёгкой внутренней трагедией.

— Ты ужасно самоуверен.

— Есть такое, — ухмыляется он.

— Я не говорю «да», — предупреждаю я.

— Я и не просил немедленного ответа.

— Но и не говорю «нет».

Мирен улыбается чуть шире.

— Тогда это лучший из возможных исходов. Пусть кольцо пока побудет у тебя. Ладно? — Он придвигает салфетку.

Я задерживаю дыхание, колеблюсь мгновение и всё-таки надеваю кольцо на палец.