Флетчер и Славное первое июня

40

Из-за встречных ветров мы провели на «Леди Джейн» почти три месяца. Сэмми, который никогда не мог сидеть без дела, настоял на том, чтобы работать, несмотря на то что был платным пассажиром. Мистер Клауд, капитан, был только рад пойти ему навстречу, как только узнал, что за моряк этот Сэмми, но настоял на том, чтобы назначить Сэмми третьим помощником. Это сначала сбило его с толку, так как он никогда не имел официального чина над людьми, за все свои годы в море, и он сказал, что не хочет этого. Но было либо так, либо никак, и он смирился.

Кейт оправилась от вреда, причиненного ей той мерзкой женщиной, и вскоре потеряла тот худой, серый вид, который был у нее, когда мы ее нашли. И она смогла немного пощеголять, так как Пен Боун отдала ей кое-что из одежды своих дочерей, которая, поскольку их папаша был человеком состоятельным, была самого лучшего качества. Кейт эти наряды очень шли. Она всегда выходила на палубу, выглядя как леди, и вся команда в нее влюбилась и из кожи вон лезла, чтобы сделать для нее что-нибудь — подвешивали гамаки в самых приятных местах, где тень и ветерок, и так далее.

Полагаю, это и не удивительно, ведь она была единственной женщиной на борту, но она была такой аккуратной, милой крошкой и так изящно выглядела в своих шляпках и платьях, что выделилась бы и среди тысячи. Бог знает, что подумали бы люди с «Леди Джейн», если бы узнали, чем Кэти занималась в своем последнем плавании.

Полагаю, я тоже в нее влюбился. В этом нет никаких сомнений. Как я мог не влюбиться, учитывая все обстоятельства? И когда солнце начало пригревать, она немного улыбнулась и потянулась ко мне. По крайней мере, достаточно, чтобы мы продолжили с того места, на котором остановились на борту «Фиандры». Мы объявили, что женаты, ради приличия на корабле, но она не позволила капитану обвенчать нас по-настоящему, сколько бы я ни просил.

Тем не менее, когда мы добрались до места назначения, она милостиво соизволила позволить мне ее обеспечивать, что было следующим лучшим вариантом.

Проклятая женщина. Сколько хлопот она мне доставила! Но, по крайней мере, ей больше никогда не пришлось возвращаться к своему старому ремеслу.

Мы наконец добрались до Ямайки в конце сентября 1794 года, избежав Кингстона и Порт-Ройала и бросив якорь на северо-западе острова, у Педро-Пойнт: не самая лучшая якорная стоянка, но уединенная и подходившая как для дел мистера Клауда, так и для моих.

Теперь я был так далеко от наследства Койнвудов, как только возможно. Меня отделял океан, и я был вне закона. Хуже того, с тех пор как меня опознали как убийцу боцмана Диксона, и я сбежал от законных властей с применением насилия, я нажил себе врага в лице единственного института, известного человечеству, который осуществлял свою власть по всему земному шару: Королевского флота.

С другой стороны, у нас с Сэмми и Кейт было почти сто фунтов золотом, а Ямайка в те дни кипела торговлей всех видов. Если бы я не смог сколотить на этом состояние для нас троих, то меня звали бы не Джейкоб Флетчер.

И, конечно, я испытывал огромное удовлетворение, зная, что леди Сара, черт бы ее побрал, Койнвуд мертва и сгорела дотла в руинах дома № 208 на Мейз-хилл.