Хулиганка для ботаника

Глава 2

Алексей Иннокентьевич сделал шаг вперёд, взгляд его упал на Алису. Уголки губ чуть приподнялись, в лице появилась тень улыбки — холодновато-добродушной, как у человека, который привык держать дистанцию, но уважает тех, кто её осознанно нарушает.

— Так это вы и есть… Алиса Сергеевна Орлова? — спросил он, снимая очки и прищуриваясь чуть внимательнее. — Та самая, от которой Тамара Васильевна всеми силами пыталась избавиться?

Алиса едва заметно приподняла бровь, скривив губы в усмешке.

— Ну, вероятно… да, — ответила она, пожав плечами. — Хотя, может, она просто завидовала моей популярности среди стёкол.

Алексей коротко рассмеялся — глухо, будто не ожидал от неё иного ответа. Он протянул руку, и Алиса, после короткого замешательства, тоже подала свою. Рукопожатие получилось крепким — без вызова, но с твёрдым посылом: не тронь — не взорвётся, но не пробуй проверить.

— Приятно познакомиться, — сказал он.

В этот момент женщина за столом, сияя, как будто присутствовала при великом событии, подалась вперёд и с явным уважением в голосе добавила:

— Алиса, это Громов Алексей Иннокентьевич. Общественный и политический деятель, спонсор ряда колледжей, и, собственно, основатель проекта «НеоПолис».

Она сделала небольшую паузу, ожидая должной реакции, но Алиса только кивнула.

— Поняла. Буду знать, кому предъявлять претензии, если что.

Парень у двери, до этого молчавший, слегка усмехнулся и, наконец, поднял взгляд на девушку. Их глаза встретились — стальные у него, как холодная гладь зимней воды, и серо-ледяные у неё — будто отражение друг друга.

И искра. Почти физическая. Ни один из них не дрогнул, но между ними проскочило что-то хрусткое, хрупкое и опасное — как иней по стеклу перед ударом.

Алексей Иннокентьевич чуть повернулся в сторону парня и кивнул:

— Это Матвей. Мой оболтус-сын.

Матвей не отреагировал. Просто чуть сильнее сжал губы и отступил на шаг назад, словно отгораживаясь не физически, а морально. На лице — ни эмоций, ни интереса. Он был отстранённым и напряжённым, будто за спиной уже десять лет дисциплины, а внутри — железные правила, которым он сам не рад.

Алексей тем временем обернулся к сотруднице:

— Елена, давайте бумаги. Я сам отвезу Алису. Чтобы не терять время.

Елена всплеснула руками, словно её только что пригласили на королевский бал:

— Конечно, конечно! Сейчас же!

Она порхала по столу, подписывая, печатая, складывая бумаги с такой ловкостью, будто у неё это происходило каждый день. На её лице была неподдельная радость — возможно, от того, что причастна к проекту, а возможно, оттого, что у Алисы появляется хоть какой-то шанс.

— Вот! — сказала Елена, передавая папку Алексею. — Всё готово. Удачи вам, Алиса.

Алиса поднялась со стула, кивнула Елене:

— Спасибо… за всё.

Папка уже была под мышкой у Громова-старшего. Он молча кивнул и развернулся к выходу. Алиса пошла следом, на ходу бросив короткий взгляд в сторону Матвея.

Холод. Отчуждение. Поза, как на обложке буклета «Идеальный курсант идеальной программы». Белесые волосы, ровная осанка, взгляд сквозь тебя.

Слишком гладкий. Слишком правильный.

«Наверняка заучка и душнила», — подумала Алиса, сунув руки в карманы и зажав жвачку зубами сильнее, будто этим могла подавить раздражение.

Алексей уже открыл перед ней дверь, не оглядываясь.

Чёрный седан был дорогой до абсурда — блестел так, что в его боках отражалась даже хмурая пасмурная погода. Матвей молча занял место на переднем пассажирском сиденье, а Алиса устроилась сзади, стараясь не цокнуть языком: кожаные сиденья, приглушённый аромат свежего салона, тишина, как в музее. Слишком вылизано. Слишком чуждо.

Алексей Иннокентьевич завёл двигатель. Машина тронулась мягко, почти беззвучно. Несколько минут ехали молча — Матвей смотрел в окно, словно его тут вообще не было, а Алиса грызла жвачку и украдкой изучала спинку его кресла, будто пыталась понять, из какого он вообще теста.

Голос Алексея нарушил тишину — спокойный, уверенный, с лёгкой долей иронии:

— Знаешь что-нибудь о НеоПолисе, Алиса Сергеевна?

Она немного удивилась, услышав официальное обращение, но быстро собралась.

— Слышала. Ну… краем уха. Проект какой-то. Город. Что-то крутое и вроде как очень закрытое.

Алексей кивнул, не глядя в зеркало — просто продолжил говорить, как будто читал выдержку из личного манифеста:

— НеоПолис — наукоград. Мы строим его последние семь лет. Это город, где учёные, инженеры, айтишники, биотехнологи и другие специалисты не просто работают — они живут там. Весь город — как один большой проект. Самообновляющийся организм. Платформа будущего.

— Ага, — хмыкнула Алиса, уже чуть менее вызывающе.

Она не перебивала. Слушала. Бабушка всегда говорила — если взрослый говорит серьёзно, не нужно спорить. Внимание — это уважение. Даже если внутри у тебя всё клокочет.

Алексей продолжил, уже спокойнее, будто сам не заметил, что стал говорить мягче:

— Для подростков вроде тебя, у нас — образовательный кластер. Колледж — это только начало. Лучшие получают возможность остаться. Работать. Развиваться. Те, кто не справляется — возвращаются в старый мир.

Он сделал паузу.

— Ты ведь не хочешь возвращаться?

Алиса на мгновение задержала взгляд в окно. Прохожие, старые дома, лужи, мусор у обочины.

— Пока не знаю, — честно ответила она. — Но попробовать — могу.

Словно где-то внутри что-то шевельнулось. Не интерес — нет. Не надежда. Просто упрямое: а вдруг и правда получится?