Идеальный мир для Демонолога 15

Глава 9

Я сидел на балконе шикарного отеля, потягивая кофе из изящной фарфоровой чашечки и наблюдая за тем, как мои бесы методично разбирают противовоздушные установки новосов на дальних подступах к городу. Работа шла, но не так быстро, как хотелось бы, и это начинало меня немного раздражать.

Вот только что мои верные слуги разобрали очередную зенитную батарею на запчасти, как буквально в километре от неё из-под земли выехала новая установка, ещё более современная и навороченная, чем предыдущая. А следом за ней появилась ещё одна, и ещё, и вскоре на горизонте замаячила целая линия новеньких ракетных комплексов, которые явно только что доставили откуда-то из глубокого тыла.

— Рембо, доложи обстановку, — мысленно обратился я к своему верному помощнику.

— Хозяин, у нас проблемы, — отозвался бес, и в его голосе чувствовалось лёгкое замешательство. — Мы разобрали уже сорок семь точек ПВО, но новосы открыли порталы снабжения и выкатывают новые установки быстрее, чем мы успеваем их ломать. Плюс они начали подтягивать какие-то экспериментальные ракетницы, которых мы раньше не видели.

Я поморщился, глядя на тактический экран планшета. Точек ПВО действительно становилось меньше, но вместо каждой уничтоженной появлялись две новые, и такими темпами мы не успеем к установленным срокам, а срыв сроков — это всегда неприятно, особенно когда речь идёт о военной операции.

Да ещё и эти порталы… Через них постоянно прибывают подкрепления, техника, боеприпасы, и конца этому потоку не было видно. Похоже, придётся менять планы и ускорять процесс при помощи более радикальных методов.

Я допил кофе, поставил чашечку на столик и встал с удобного кресла, в котором провёл последние полтора часа в относительном комфорте. Прошёл через роскошный номер с видом на город, спустился по мраморной лестнице в главный холл отеля и направился в банкетный зал, где расположились мои бойцы.

Картина, которая открылась моим глазам, конечно, совершенно не соответствовала духу военного времени… Мои Демоны войны развалились по мягким диванам и креслам, кто-то поедал изысканные закуски с серебряных подносов, кто-то потягивал напитки из хрустальных бокалов, а кто-то и вовсе задремал, укрывшись пледом и подложив под голову бархатную подушечку.

Оркестр, который я притащил с собой специально для поднятия боевого духа, тоже решил устроить себе перерыв и сейчас музыканты сидели в углу зала, покуривая трубки и обсуждая какие-то свои оркестровые дела, а дирижёр и вовсе прикорнул прямо на своём стуле, уронив палочку на пол.

Катя сидела у окна с книжкой в руках, Игорь играл в карты с Берсерком, Художник листал какой-то журнал об авиации, а Игнат вообще куда-то пропал, наверное опять общается со своими мертвецами в подвале.

Я громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех присутствующих, и звук этот прокатился по залу как раскат грома, заставляя даже спящих немедленно проснуться и вскочить на ноги.

— Так, бойцы! — объявил я. — Планы меняются, надо ускорить процесс!

Игорь, который только что собирался выложить на стол выигрышную комбинацию карт, застыл с рукой на полпути и посмотрел на меня с выражением глубокой обиды во взгляде.

— Костя, мы же только расслабились, — протянул он. — Только покушали нормально, только начали наслаждаться отдыхом в этом первоклассном отеле, который ты сам нам и выбрал, между прочим!

— Отдых отменяется, — отрезал я. — Новосы открыли кучу порталов и выкатывают новые ракетницы быстрее, чем мы успеваем их ломать. Так что сейчас я буду делить вас на группы и отправлять в разные районы города.

Бойцы начали переглядываться между собой, но что они могут с этим поделать? Только вздохнуть и слушать приказы. А то и правда, что-то совсем расслабились.

Оркестранты тоже зашевелились, дирижёр поднял свою палочку с пола и начал протирать её платочком, явно готовясь к тому, что скоро придётся играть что-нибудь героическое и бодрое.

— Первая группа! — начал я раздавать задания. — Игорь, Берсерк и ещё трое на ваш выбор. Ваша задача — захватить центральный командный пункт новосов, который находится в бункере под зданием мэрии. Проблема в том, что бункер защищён тройным периметром охраны, силовым полем класса «непробиваемое» и минным заграждением из антимагических мин. У вас на всё про всё сорок минут.

— Сорок минут? — Игорь аж поперхнулся. — Костя, там же силовое поле! Его даже танком не пробить!

— А кто говорил про танк? — пожал я плечами. — Используйте смекалку и природное обаяние. Следующая группа!

— Подожди-подожди, — не унимался Игорь. — А как мы вообще туда попадём? Ты же сам сказал, что там тройной периметр!

— Ну так обойдите его, — предложил я совершенно серьёзным тоном. — Или подкопайте снизу. Или сверху спуститесь. Варианты есть, просто подумайте хорошенько.

— Сверху там крыша здания мэрии, Костя, — напомнил Берсерк. — Многоэтажного здания мэрии, если что.

— Ну значит будете спускаться с еще более многоэтажного здания, в чём проблема? — я развёл руками. — Ладно, некогда обсуждать детали, дальше!

Я продолжал раздавать задания одно невыполнимее другого, и бойцы только молча переглядывались, уже даже не пытаясь задавать вопросы, потому что понимали, что ответы всё равно будут примерно такими же абсурдными, как и сами задачи.

— Катя, — обратился я к жене, которая отложила книжку и смотрела на меня с лёгкой улыбкой. — Ты идёшь с Синим и Брагом. Ваша задача — вывести из строя три портальные установки новосов на северной окраине города.

— А что с ними не так? — поинтересовалась она.

— Да всё с ними не так, — махнул я рукой. — Охраняются элитным подразделением, окружены минными полями, плюс там какие-то экспериментальные турели, которые стреляют чем-то очень неприятным. Но ты справишься, я в тебя верю.

Катя кивнула, явно не собираясь спорить с мужем по поводу невыполнимости задания, и начала собираться. Вот за что я её люблю — никогда не задаёт лишних вопросов и всегда готова к любым приключениям.

Художник поднял руку, привлекая моё внимание, и на его лице читалось какое-то странное выражение, смесь надежды и опасения одновременно.

— Командир, — начал он осторожно, — а почему я тоже иду вместе с остальными? Я вообще-то пилот! Может, я уже разучился сражаться на земле?

Я медленно повернулся к нему, и на моих губах расползлась широкая улыбка.

— Опа… — протянул я, оскалившись. — А ведь и правда. Отменяю твою задачу, не надо брать штурмом укреплённый бетонный оборонительный рубеж новосов с одной лишь гранатой.

Художник облегчённо выдохнул и расслабился, явно решив, что удачно отмазался от очередной самоубийственной миссии. Но он ещё не знал, что я только начал.

— Слушай новый приказ, — продолжил я. — Пилоту для выполнения такой задачи граната не нужна. Игорь, забери у него гранату!

Игорь, который уже стоял рядом, молча протянул руку и выдернул из разгрузки Художника единственную гранату, которая там была.

— И пусть идёт один, — добавил я.

— Что? — взвыл Художник, осознавая весь масштаб катастрофы. — Костя, я ведь пошутил! Я не это имел в виду! Верни гранату!

— Поздно, — покачал я головой с притворным сочувствием. — Приказы отменять нельзя.

— Но ты же только что отменил свой предыдущий приказ! — не сдавался пилот.

— Ну да, отменил, — согласился я. — Потому что приказы можно отменять один раз в час. А час ещё не прошёл, так что следующий приказ отменить уже не получится. Такие правила, Художник, я их не придумывал.

— Какие ещё правила? — Художник схватился за голову. — Ты их только что сам придумал!

— Не придумал, а озвучил, — поправил я его. — Это разные вещи. Ладно, всё, хватит болтать, время пошло. Все по местам, выполнять задания!

Бойцы разошлись по своим заданиям, кто-то ворча себе под нос о несправедливости командирских решений, кто-то молча смирившись с судьбой. А кто-то даже с энтузиазмом, потому что Берсерк, например, искренне радовался любой возможности подраться, и ему было совершенно всё равно, с кем именно и при каких обстоятельствах.

Художник уходил последним, бросая на меня укоризненные взгляды и что-то бормоча про несправедливость мироздания и про то, что настоящие пилоты не должны ползать по земле как какие-то пехотинцы.

Когда холл наконец опустел и стихли шаги последнего бойца, я огляделся по сторонам, оценивая обстановку. Отель был действительно шикарный, с высокими потолками, украшенными лепниной, с огромными хрустальными люстрами, и с мраморным полом такой белизны, что на нём прекрасно будут смотреться пентаграммы любой сложности.

Так что присел на корточки и принялся чертить первый круг. Палец скользил по полу, оставляя за собой идеально ровные линии, которые начинали слабо светиться ещё до завершения рисунка, потому что даже в таких мелочах проявляется мастерство настоящего демонолога.

Владельцы отеля, кстати, всё равно уже эвакуировались куда-то в безопасное место, так что жаловаться на порчу дорогостоящего итальянского мрамора было решительно некому, а если бы даже и было кому, то я бы с удовольствием послушал эти жалобы и посмеялся. Тем более, что администратор мне разрешил. Мол, внесенного аванса с лихвой хватит на любые повреждения постройки.

Из первой пентаграммы полезли мелкие бесы-разведчики и сразу разбежались по углам холла и принялись обнюхивать всё вокруг. Из второй выбрался демон-снабженец, пузатый коротышка в кожаном фартуке, который тащил за собой целую тележку, гружённую боеприпасами, гранатами, запасными магазинами и прочими полезными в бою вещами.

— Доставка по адресу! — бодро отрапортовал он, вытирая пот со лба. — Всё как заказывали, господин! Распишитесь вот тут и вот тут!

— Потом, — отмахнулся я, заканчивая третью пентаграмму.

Снабженец обиженно засопел, но спорить не стал, просто откатил свою тележку в угол и уселся на неё сверху, ожидая дальнейших распоряжений и попутно жуя какой-то бутерброд.

Третья пентаграмма засветилась особенно ярко, и из неё вышел демон-начертатель. Довольно высокий, худощавый, с длинными тонкими пальцами. Не так давно поступил к нам на службу, кстати, даже не успел поучаствовать в строительстве противовоздушной башни.

Одет он был в сюртук тёмно-синего цвета с серебряными пуговицами, брюки в тонкую полоску и начищенные до блеска туфли, что выглядело довольно странно для демона, но начертатели всегда славились своим пижонством и любовью к внешним эффектам. Выбравшись из пентаграммы, он первым делом отряхнул сюртук от несуществующих пылинок, поправил манжеты и только после этого соизволил низко поклониться, всем своим видом демонстрируя, что оказывает мне огромную честь своим присутствием.

— Начертатель третьего ранга Пилифиус к вашим услугам, — представился он голосом, в котором сквозило плохо скрываемое самодовольство. — Чем могу быть полезен, хозяин?

— Отлично! — кивнул я, поднимаясь с пола. — Мне надо, чтобы ты перерисовал одну неправильную пентаграмму.

— Ох, неужели хозяин где-то допустил ошибку? — Пилифиус гордо выпятил свою тощую грудь, и достал откуда-то из-за пазухи маленькую перламутровую расчёску, которой принялся прилизывать свои жидкие волосы назад. — Конечно, я всё перерисую, вообще без проблем, это же элементарно! Я-то ошибок не допускаю, это моя профессия, в конце концов, я этим занимаюсь уже три тысячи лет!

Он спрятал расчёску обратно и начал расхаживать взад-вперёд по холлу, заложив руки за спину и время от времени бросая на меня снисходительные взгляды, будто перед ним стоял нерадивый ученик, а не один из сильнейших демонологов в истории всех миров.

— Конечно, я могу всё исправить, да, безусловно, — продолжал он вещать, явно набивая себе цену и наслаждаясь звуком собственного голоса. — Но знаете, труд мастера должен быть вознаграждён соответствующим образом, и отблагодарить было бы очень даже неплохо, всё-таки это ваши ошибки, а не мои, я тут совершенно ни при чём.

— Будет тебе благодарность, конечно будет, — я изобразил на лице максимально серьёзное и даже слегка виноватое выражение. — А то там такая ошибка, айайай какая, просто ужас что такое, даже стыдно признаться.

— Пф! Да легко! — Пилифиус самодовольно хмыкнул, расправил плечи и направился к пентаграмме, которую я только что начертил на полу, походкой человека, который точно знает, что сейчас всех поразит своим мастерством.

Он присел рядом с ней на корточки, достал откуда-то из кармана монокль на золотой цепочке, вставил его в глаз и начал внимательно изучать линии, водя длинным пальцем вдоль символов и время от времени цокая языком, будто находил какие-то мелкие недочёты. Прошла минута, вторая, третья, начертатель нахмурился, почесал затылок, снял монокль, протёр его платочком, снова надел, обошёл пентаграмму с другой стороны, присел, привстал, снова присел.

Ничего не нашёл, разумеется, потому что никакой ошибки там не было и в помине, я всё-таки не первый день этим занимаюсь и пентаграммы черчу идеально даже с закрытыми глазами и в состоянии сильного алкогольного опьянения, что неоднократно проверялось на практике. Но признаваться в том, что великий мастер не может найти ошибку, Пилифиус явно не собирался, это было бы ударом по его профессиональной репутации.

Наконец он решительно достал из кармана тряпочку, смочил её какой-то жидкостью из маленького флакончика, тщательно стёр один из символов и тут же перерисовал его. Символ получился точно таким же, как был до этого, но я сделал вид, что не заметил этого.

— Ну вот, этот символ был недостаточно ровным, — торжественно объявил Пилифиус, поднимаясь с колен и демонстративно отряхивая брюки. — А теперь он идеален, просто произведение искусства! Видите, какая точность линий, какая выверенность углов? Это может сделать только настоящий мастер! Можете благодарить, я принимаю оплату в душах, золоте, энергии и редких ингредиентах.

Я посмотрел на него, несколько раз моргнул, пытаясь осознать весь масштаб происходящего идиотизма, и наконец не выдержал.

— Ты чего, придурок?

— Простите? — Пилифиус выглядел искренне оскорблённым, его монокль даже выпал из глаза и закачался на цепочке. — Как вы смеете так разговаривать с мастером моего уровня?

— Нет, ну я же правда линию ровнее сделал! — тут же сменил он тон на оправдывающийся, видимо почувствовав что-то нехорошее в моём взгляде. — На ноль целых ноль ноль ноль один миллиметра, между прочим! У вас кривоват был этот символ, буквально чуть-чуть, микроскопически, но настоящий профессионал видит такие вещи! А теперь смотрите, какая красота, какое совершенство формы!

Я молча подошёл к нему, схватил за голову обеими руками, развернул в сторону окна, через которое открывался прекрасный вид на захваченный новосами город, и ткнул пальцем в небо.

— Вон ту исправь.

У Пилифиуса отвисла челюсть, монокль снова выпал из глаза. Теперь всё его внимание было приковано к тому, что обычные люди видеть не могли, но что прекрасно различали демоны и демонологи определённого уровня силы.

Там, в небе, раскинулась гигантская пентаграмма, занимающая буквально весь горизонт от края до края, от одного конца города до другого и даже дальше, уходя куда-то за пределы видимости. Она была начерчена линиями из чистой демонической энергии, которые пульсировали багровым светом, и от неё исходили волны тёмной силы, которые накладывали ослабление на всю территорию города и его окрестностей, подавляя магические способности защитников и усиливая вражеских демонов.

Это была не просто пентаграмма захвата, которую можно встретить в учебниках для начинающих демонологов, это была целая система массового контроля территории, что-то вроде демонической башни господства, только намного масштабнее, дороже, сложнее и эффективнее. На создание такой штуки требовались годы работы целой команды опытных начертателей и ресурсы, которые могли себе позволить только очень серьёзные игроки демонического мира.

— Э-э-э… — выдавил из себя Пилифиус. — Это… Это же… Это невозможно…

— Ага, это она самая, — подтвердил я с лёгкой улыбкой. — Так что давай, вперёд, исправляй. Ты же мастер, три тысячи лет опыта, ошибок не допускаешь, всё такое.

Мог бы я сам вмешаться в эту пентаграмму и разрушить её одним усилием воли? Разумеется, мог, это было бы даже несложно при моих возможностях, я бы просто щёлкнул пальцами и вся эта конструкция рассыпалась бы как карточный домик. Но какой в этом интерес?

Во-первых, слишком уж явно это будет для врага, и все сразу поймут, что с демонологом такого уровня лучше не шутить и надо сматывать удочки как можно быстрее, пока не стало совсем плохо. А во-вторых, и это главное, тогда совсем сюрпризов не останется, а какое же веселье без сюрпризов? Это всё равно что открыть все подарки на Новый год заранее, в ноябре, просто потому что можешь.

— Нет, ну вы знаете, я же всё-таки выполнил свою работу, — Пилифиус попятился от окна, нервно оглядываясь по сторонам в поисках путей отступления и явно прикидывая, успеет ли добежать до ближайшей пентаграммы. — Символ-то я поправил, всё честно, так что, пожалуй, пойду уже, можете даже не платить, мне ничего не надо, честное слово, я уже ухожу, до свидания, было приятно познакомиться…

— Ага, как же, — я схватил его за шиворот щегольского сюртука, приподнял над полом, размахнулся и с силой швырнул прямо в окно.

Стекло разлетелось вдребезги, и демон-начертатель полетел по направлению к гигантской пентаграмме в небе, отчаянно размахивая руками, болтая ногами в воздухе и тоненько повизгивая от ужаса что-то вроде «мамочки, за что мне это, я же просто хотел подзаработать».

Впрочем, выбора у него теперь не было никакого, либо он исправит эту пентаграмму и докажет, что действительно является мастером своего дела, либо его там прикончат те, кто её создал.

Снабженец в углу присвистнул и покачал головой, явно впечатлённый дальностью броска.

— Однако, — пробормотал он, откусывая очередной кусок бутерброда. — Далеко полетел, однако.

Я вышел на крышу отеля через пожарную лестницу, приказал бесам принести удобное кресло, устроился в нём поудобнее и приготовился наблюдать за развитием событий. Рембо уже был тут как тут, услужливо подавая мне бинокль одной рукой и поднос с кофе и печеньем другой, потому что настоящий командир должен наблюдать за битвой с комфортом.

— Молодец, — кивнул я, принимая бинокль. — Как там наши дела на других участках?

— Всё идёт по плану, хозяин, — отрапортовал бес, занимая позицию справа от меня с револьвером наготове. — Госпожа Екатерина уже подобралась к первой портальной установке, Игорь с группой штурмует периметр бункера, а Художник… — бес замялся.

— Что с Художником?

— Он нашёл где-то парашют и пытается спланировать на укреплённый рубеж сверху, — Рембо позволил себе лёгкую усмешку. — Говорит, что если ему не дали гранату, то он импровизирует.

— Молодец, — одобрил я. — Настоящий пилот.

Тем временем Пилифиус долетел до пентаграммы, просочился сквозь защитный барьер, и завис в воздухе, бешено размахивая крыльями. Некоторое время он просто рассматривал величественную пенаграмму, после чего трясущимися руками принялся за работу, стирая какие-то символы и перерисовывая их заново.

Из пентаграммы тут же полезли демоны-охранники, уродливые крылатые твари с когтями размером с кинжалы и пастями, полными острых зубов. Первый из них бросился к начертателю с явным намерением разорвать незваного гостя на части.

— Эй! Ты чего тут делаешь? — заорал он на лету, но договорить не успел, потому что один из моих бесов налетел на него сбоку и располосовал когтями от макушки до хвоста.

Второй охранник попытался зайти с фланга, но и его перехватили, третий получил в глаз, четвёртый был сбит мощным ударом крыла. Началась настоящая воздушная свалка, бесы рубились с вражескими демонами на высоте нескольких сотен метров, и со стороны это выглядело даже довольно забавно. Особенно эти удивленные лица демонов.

А Пилифиус продолжал работать, не обращая внимания на хаос вокруг и полностью сосредоточившись на своей задаче. Надо отдать ему должное, когда дело дошло до настоящей работы, он действительно оказался профессионалом, несмотря на всё своё пижонство и самодовольство.

— Да я это… Ребятки, я тут просто по работе… — пролепетал он, когда очередной вражеский демон прорвался сквозь заслон моих бесов и попытался до него добраться, но и этого перехватили в последний момент, буквально в метре от цели.

Из центральной части пентаграммы вылез демон совершенно другого калибра. Здоровенный, накачанный, весь покрытый буграми мускулов и старыми шрамами от бесчисленных сражений, он был раза в три больше обычных охранников и излучал такую ауру силы, что даже мои бесы невольно отшатнулись. На его морде красовалась ухмылка существа, которое привыкло быть на вершине пищевой цепочки и не собирается уступать это место никому.

— Оооо! — прорычал он, и голос его разнёсся над городом как раскат грома. — Начертатель! Смотрите-ка, кто к нам пожаловал! А ну иди сюда, мразота!

Было очевидно, у этого здоровяка какие-то личные счеты с начертателями… Пилифиус даже не обернулся на этот крик, только побледнел ещё сильнее, если это вообще было возможно, и заработал руками с удвоенной скоростью, понимая, что времени у него осталось совсем немного.

Рукавом сюртука, который к этому моменту уже был изрядно потрёпан и испачкан демонической кровью, он стёр какую-то ключевую черту, и его тут же тряхнуло мощным разрядом защитной энергии, от которого по его телу пробежали красные молнии. Но начертатель даже не поморщился, только стиснул зубы и продолжил работать, что-то меняя в конфигурации символов, что-то дополняя, что-то перерисовывая заново.

Мои бесы попытались задержать здорового демона, бросились на него всей стаей, но тот оказался действительно чудовищно силён. Первого отшвырнул одним ударом могучей лапы, и бес улетел кувыркаться куда-то за горизонт. Второго схватил за крыло и разорвал пополам одним движением, третьего поймал за горло и сломал шею, даже не замедлив движения.

— Да чтобы какие-то жалкие бесы могли меня остановить? — ревел он, продираясь сквозь заслон к начертателю. — Да я таких как вы сотнями жрал на завтрак! Тысячами! Я Гортак Костолом, и я…

В следующий момент раздался выстрел и Гортак замер на полпути с аккуратной дырочкой во лбу, из которой потекла густая чёрная кровь. Его глаза удивлённо расширились, он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только булькающий хрип, и огромное тело начало медленно заваливаться назад, падая куда-то вниз, к земле.

Рембо стоял рядом со мной, неспешно сдувая дымок со ствола своего любимого револьвера и явно наслаждаясь произведённым эффектом, а на его морде играла довольная улыбка.

— Люблю свою работу, — констатировал он, убирая оружие в кобуру.

Я откинулся на спинку кресла, сделал глоток кофе и задумчиво посмотрел на происходящее в небе, где Пилифиус продолжал яростно перерисовывать вражескую пентаграмму, а мои бесы добивали остатки охраны. Предыдущие демоны, которых новосы использовали для своих операций в этом городе и окрестностях, уже почти закончились, выбиты, уничтожены, отправлены на перерождение, и теперь враги начали присылать свежие силы.

Причём силы серьёзные, не какую-нибудь мелочь для отвлечения внимания и создания массовки, а настоящих бойцов, элиту демонических легионов. Этот Гортак, например, судя по ауре, был как минимум командиром сотни, а может и тысячи, такие просто так на мелкие операции не отвлекаются.

А это означало только одно, и от этого понимания по моей спине пробежал приятный холодок предвкушения. Они не просто взяли в аренду права на несколько демонических дивизионов для локальной операции по захвату одного города.

Нет, они действительно начинают полномасштабное вторжение с привлечением всех доступных ресурсов. Кто-то очень серьёзный и очень богатый вложился в этот проект по-настоящему, и теперь собирается получить отдачу от своих инвестиций.

Ставки оказались намного выше, чем я предполагал изначально, и от этого понимания на моих губах сама собой расползлась широкая улыбка. Всё-таки люблю я в такие игры играть, ничего с этим не поделать, это у меня что-то вроде профессиональной деформации после тысячелетий практики, если можно так выразиться.

Чем серьёзнее противник, тем интереснее его ломать, тем слаще победа и тем забавнее потом наблюдать, как демонические лорды, которые ещё вчера считали себя вершиной пищевой цепочки и властителями миров, занимают в моей иерархии место где-то ниже обычных бесов, выполняя самую грязную и унизительную работу. Кто-то чистит туалеты в казармах, кто-то подносит боеприпасы, кто-то готовит еду на кухне, а особо надменные получают почётную должность половой тряпки.

— Рембо, — позвал я, не отрывая взгляда от неба, где пентаграмма уже начала мерцать и трещать по швам под умелыми руками Пилифиуса. — Передай всем нашим, чтобы готовились к серьёзной работе. Кажется, скоро тут станет по-настоящему весело.

— Будет сделано, хозяин, — кивнул бес и растворился в тенях, чтобы передать приказ.

А я остался сидеть в своём кресле, потягивая кофе и наслаждаясь видом на разгорающийся хаос. Всё шло именно так, как я люблю, непредсказуемо, опасно и невероятно увлекательно.