Измена. Я тебя разлюбил

Глава 52

— Добровольский, это… не знаю, как тебе ещё объяснить. Я не считаю это приемлемым. Ты пытаешься зажать меня в угол, убеждая, что другого варианта просто не существует. Но я уверена, что он есть. Может, тебе от меня что-то конкретное нужно?

— Я уже объяснил тебе, что мне нужно, — надавил он, с неприятным холодком ощущая, что она пытается выскользнуть из его хватки.

Ну уж нет, Дарья. Если есть хотя бы призрачный шанс на корню зарубить всю эту свистопляску вокруг их развода, он её не упустит. Только после того, как она началась, он сообразил, насколько ему важен покой без необходимости вечно отвлекаться на вот такие проблемы, никак не связанные с делами и бизнесом.

Никогда бы не подумал, что проблемы ему начнёт доставлять именно личная жизнь и именно в подобном формате. Но век живи, как говорится.

— Тебе нужно посадить меня на время в клетку в обмен на твою драгоценную помощь, — процедила она, словно пыталась закрепить для себя положение дел.

— Даш, ну какая клетка? Я тебя что, под замок сажаю? Я всего-то и прошу у тебя пересидеть бракоразводный процесс вне досягаемости для всяких вот таких Соколовых. Это нам обоим сэкономит уйму времени и нервов. Только не говори, что сама всех выгод не понимаешь. Меня бесит это суета, которая и выеденного яйца не стоит, потому что эти шакалы ни черта не получат.

— Если бы ты был так уверен, ты не просил бы меня принять подобные условия.

— Я хочу задавить эту суету, отсечь этот нездоровый ажиотаж. Развестись по-человечески. Ты и сама, уверен, этого хочешь.

— Господи, какой всё-таки бред…

— Ну, Дарья, жизнь у нас такая, бредовая. Пора с этим смириться. Давай, не тяни резину. Соглашайся.

— Чёрт с тобой.

— Я слышу это как «Да, Игорь. И спасибо за помощь».

— Если ты слышишь это именно так, то у тебя проблемы со слухом. Ты выкручиваешь мне руки.

— Неправда. Ты можешь отказаться. Я всё равно помогу твоему приюту, но ты останешься мне должна. А это уже другая ситуация. В этом случае я оставляю за собой право прийти и потребовать оплаты твоего долга в любой удобный мне момент.

— Я в твоём бескорыстии никогда не сомневалась.

— Мне тоже всегда приятно иметь с тобой дело, — парировал он, чувствуя, как у него стремительно повышается настроение.

Вероятно, больше не придётся сушить себе башку над тем, как отогнать от себя всю эту жадную свору. Убери у них из виду потенциальный рычаг давления и лакомый трофей — и все эти энтузиасты быстро успокоятся.

— Свяжусь с тобой в ближайшее время. Обсудим условия твоего отпуска.

— Я благодарна за помощь, — проговорила она таким тоном, словно вынуждала себя для проформы зафиксировать благодарность. — Но не жди, что я проявлю сговорчивость. В изоляцию ты мня не упечёшь.

— Глупость какая, – фыркнул Добровольский. — Никакой изоляции. Ты всегда сможешь пообщаться со мной.

И отключился, прежде чем жена могла бы ему что-нибудь возразить.

Оставалось всего-ничего. Он вызвал старшего помощника, отдал распоряжения по приюту.

— Решите. В идеале я жду результатов в течение часа. Наведите порядок как можно скорей.

Ну и финальным аккордом станет совсем уж незначительная деталь — объяснение с Маргаритой.

— Ты шутишь, надеюсь? — пробормотала она, когда он объявил ей своих ближайших планах, вернувшись из офиса на их квартиру.

Щенок носился по столовой, с энтузиазмом перетаскивая с места на место игрушечную кость.

— Это не лучший предмет для шуток, Марго. Я слишком много времени уделяю разводу. Он постоянно отвлекает меня от дел. Пора прекратить эти интриги.

— Как прекратить? Тем, что закроешь свою жену под замок?

— Да что вы из меня какого-то Синего Бороду лепите! — раздражённо огрызнулся Добровольский. — Никого я под замок сажать не собираюсь! Дарья какое-то время поживёт в новом доме на озере. Никто не знает, что это моя собственность. Я приобрёл его буквально неделю назад. Отдохнёт, расслабится. Как и я. К концу месяца подпишем бумаги — и все свободны.

Маргарита поводила взглядом по комнате.

— Знаешь, у уверена, есть другие способы…

— Я не спрашивал твоего мнения или совета по этому поводу. Я поставил тебя в известность о том, как будет.

— А как будет? — внезапно вспылила она. — Ты уедешь на пару недель на берег озера, пожить в уединении со своей бывшей женой? И чего ты ждёшь после такого анонса? Что я сложу лапки, опущу глазки и повинуюсь?

Её глаза сейчас метали громы и молнии. Но на него этот эмоциональный шторм не действовал примерно никак. Даже как-то странно было отмечать эту перемену. Возможно, потому что он запоздало её для себя зарегистрировал.

Изменения происходили постепенно, практически незаметно. Видимо, срабатывал своего рода накопительный эффект. И вот теперь разницу нельзя отрицать — его не волновало, что случится в их отношениях с Маргаритой. Он в любом случае поступит так, как запланировал. И обсуждению его решение уже не подлежит.

— Я давно вырос из необходимости что-то от кого-то ожидать, — поставил он её в известность. — Я прихожу и беру. В нашем случае — поступаю так, как считаю нужным.

Маргарита прищурилась.

— А ты не думал о том, что я тоже имею право поступить так, как считаю нужным?

— Думал, — кивнул Добровольский. — И никто этого права у тебя не отнимает. Поступай.