Измена. Я тебя разлюбил

Глава 55

— Это... не шутка? — Марина смотрела на меня во все глаза.

Да уж, такие шутки шутить — это надо иметь очень извращённое и крайне странное чувство юмора.

Я устало покачала головой и ссутулилась в своём кресле. В нашем общем с Мариной кабинете повисла непродолжительная тишина.

— То есть… твой Добровольский поможет только при этом условии? — на всякий случай уточнила она.

— Всё ещё даже печальнее, чем ты думаешь, — я хмыкнула. — Он сделает меня своей должницей в любом случае.

— Это как?

— Очень просто. Он заявил, что поможет приюту в любом случае. Мол, бедные собачки, конечно же, не виноваты в том, что вокруг нас водят хороводы всякие нечистые на руку грамотеи. А у меня есть, по его мнению. Вполне справедливый выбор. Либо я сделаю так, как он просит, и уйду в непродолжительный отпуск. Видимо, в какой-нибудь ближайший скит. Либо же он попросит меня об ответной услуге когда-нибудь потом. И вся прелесть, Само собой в том, что о природе этой услуги мне совершено ничего неизвестно.

Марина поморгала, прикусив кончик ручки, и после медленно кивнула.

— Лучше уж знать, на что точно соглашаешься.

Я вздохнула.

— Что-то вроде того. И самое досадное в том, что я в целом-то даже могу понять этот мотив. Он хочет обеспечить себе по возможности мирный развод. А ещё, насколько я поняла. Добровольского гложет тот факт, что он не учёл такой вот вероятности. Не предусмотрел, что его развод смогут использовать против него. Ну и, наверное, не ожидал, что найдётся столько желающих ослабить его позиции. Будто в этом есть хоть что-нибудь удивительное. В его мире вообще нет места иллюзиям. Теперь наверняка ощущает себя недальновидным слабаком.

Марина посмотрела на меня в задумчивости.

— Вот вы, конечно…

— Что? — я посмотрела на неё с недоумением.

— Да в который раз удивляюсь тому, как вы друг друга чувствуете хорошо. Тебе несложно увидеть его мотивы, но само забавное, что даже несложно их оправдать. И это после всего…

Я скривилась.

— Думаешь Я сама не понимаю? И я, Марин, не могу это никак отключить. Вот что, наверное, бесит больше всего. Это просто… есть. Понадеюсь, что после развода связь оборвётся.

— Ага, — фыркнула она. — Как будто новая печать в паспорте магическим образом лишит тебя возможности понимать своего бывшего мужа. Держи карман шире.

— Ладно, — я махнула рукой. — Главное, Ч то приют мы спасли. Я в первую очередь думаю о наших питомцах. Они не должны становиться заложниками ситуации. Ни в коем случае не должны.

— Ну, за приют передавай своему ироду, конечно, спасибо, — проворчала Марина. — Сами мы бы не справились. Я видела, как жадно у той бабы глазки сверкали. Так и надеялась сделать из нас пример. Где они только таких кровожадных сотрудников набирают.

Мы помолчали.

— Ну а… дальше-то что? — решилась она всё же спросить. — Он тебя что, действительно в какую-то изоляцию определит?

— Марин, да ну тебя — отмахнулась я. — Насколько мне известно, бункер Добровольский не приобретал.

И правда, бункером этот комфортабельный двухэтажный коттедж на берегу живописного озера сложно было назвать.

Я понадеялась на то, что у меня на лице не отразилось ни грана того восторга, в который меня привёл один только вид этого места.

Не хватало ещё вообразить, что я жажду тут задержаться.

— Он твой? — я рассматривала коттедж, пытаясь на глаз определить, сколько стоит такое великолепие.

— Ага, — Добровольский отстегнул ремень безопасности. — Как тебе вид?

Ну, конечно. Он не мог не спросить.

— Приемлемо, — я кивнула с наносным безразличием. — Главное, что без обмана. Тут действительно никого поблизости нет. Специально подбирал или дом приобретался для…

Имя его пассии застряло у меня в горле. Досадно, что я не смогла произнести его так, словно для меня это уже давно ничего по сути не значило.

Впрочем, Добровольский не стал заострять на этом внимание.

— Рекламу в городе видел. С похожим видом. Насколько я понял, вдоль берега озера есть ещё пара таких. Но здесь самая полная комплектация.

Кто бы сомневался. Мой муж не любил тратиться на хорошее, когда мог приобрести лучшее.

— Идём, — прервал он мои размышления. — Познакомишься поближе с моей холостяцкой берлогой.

Он не обратил никакого внимания на мой удивлённый взгляд. С чего бы это вдруг холостяцкой? Ни за что не поверю, что он свою пассию сюда не привозил. Сейчас я была почти уверена в том, что покупался-то дом как раз для совместного проживания. Слишком уж просторный он для одного.

Внутри всё сияло от чистоты и новизны. Несложно было заметить, что коттедж до сих пор стоял необитаемый. Тут не жили, ничем из техники ни разу не пользовались.

— Ещё немного, и я заподозрю, что ты приобрёл его исключительно для того, чтобы меня тут поместить, — пробормотала я, проведя пальцами по мраморной столешнице кухонного острова.

— Даш, не говори глупостей, — непривычно мягким тоном отозвался Добровольский.

Сейчас он стоял у стеклянных раздвижных дверей и, сунув руки в карманы джинсов, наблюдал за мной, а я старательно делала вид, что совершенно этого не замечаю.

— Такие дома не приобретаются просто так. Просто потому что ты увидел манящий вид на билборде.

Я отважилась бросить на него исполненный значения взгляд.

— Добровольский, я же тебя знаю.

— Да? — он приподнял бровь, слегка озадачив меня такой реакций. — Ну раз утверждаешь, что знаешь, тогда сама мне и скажи, почему я его приобрёл.