Кодекс Магических Зверей I

Глава 26

После схватки никто так и не сомкнул глаз. Я сидел, привалившись спиной к шершавому стволу, и вслушивался в темноту. Люмин дремал у меня на коленях. Его медовый бок мерно вздымался, длинные уши безвольно свисали вниз, а я гладил его по голове, и это успокаивало нас обоих.

Крох больше не рычал. Я то и дело опускал руку вниз, касаясь шерсти на его загривке.

Вокруг, в чернильной темноте, слышалось тяжёлое дыхание зверей. Василиск Торвальда лежал неподалёку, грыз Дрога не спал, и я видел его маленькие, налитые кровью глаза, что горели в темноте двумя огоньками. Зверь сидел у ног хозяина, припав к земле, и тихо дышал.

Кельн сидел чуть поодаль, прислонившись к дереву. Глаза закрыты, но я знал, что он не спал. Его птица, устроившаяся на ветке прямо над ним, то и дело поворачивала голову, и жёлтые глаза с вертикальными зрачками сканировали пространство.

Варрен возился с арбалетом, то и дело проверяя взводной механизм. Леннокс — самый молодой, сидел рядом с Камнегрызом и что-то тихо шептал ему, поглаживая по бронзовым пластинам.

И только Торвальд — здоровенный рыжебородый гигант, сидел и смотрел в темноту с выражением человека, который вышел прогуляться в парке.

— Страшно, лекарь? — раздался вдруг тихий шёпот справа.

Я вздрогнул и повернул голову. Леннокс, оставив своего зверя, бесшумно подобрался ко мне и сел рядом.

— Есть немного, — честно ответил ему.

— Это хорошо, — кивнул он. — Страх помогает выживать, а кто не боится, тот долго не живёт, особенно здесь.

Он замолчал, глядя куда-то в черноту леса. Вдруг где-то далеко раздался протяжный, низкий вой.

— Слышишь? — спросил Леннокс. — Это крикуны — противные и опасные твари. Если их много, то лучше сразу уносить ноги, а если один-два, то можно и завалить. Шкура у них больно дорогая.

— А сейчас их много?

— Да кто ж его знает, — пожал плечами Леннокс. — В случае чего, Кельн нам скажет. Он вообще много чего знает, поэтому и таскаем с собой. Его птица чует опасность, как твой зверь, только за пару километров. Так что, если бы рядом было что-то по-настоящему опасное, он бы уже сказал.

— Что-то не особо нам это помогло.

— Видать, что-то пошло не по плану. В любом случае, разбор полётов будем устраивать уже по возвращению, это закон. В Лесу отряд должен быть един.

Мы снова замолчали. Вскоре вой повторился, но на этот раз дальше и тише. Похоже, твари уходили в другую сторону.

— Слушай, — вдруг снова заговорил Леннокс. — А ты зачем своего зверя в ранце таскаешь? Он же дикий совсем, укусит ещё.

— Не укусит, — ответил я, и в этот момент Крох, словно подтверждая мои слова, чуть заметно ткнулся носом в мою ладонь. — Он просто не доверяет людям. Они причинили ему слишком много боли.

— Вот оно как, — хмыкнул Леннокс. — А ты, получается, любимец зверей?

Я покачал головой.

— Просто делаю для них всё, на что способен.

Леннокс посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, потом усмехнулся и хлопнул ладонью по колену.

— Чудной ты, Эйден, но зверь у тебя реально ценный. То, что он первым почуял засаду… это довольно редкий дар, так что береги его — такие на дороге не валяются.

Он поднялся и, бесшумно ступая, вернулся к Камнегрызу, а я остался сидеть, глядя в темноту и слушая дыхание своих зверей.

Рассвет в Лесу наступал медленно и неохотно. Свет был тусклым, болотным, он не разгонял тьму, а словно смешивался с ней, создавая вечные сумерки.

Как только Кельн кивнул, отряд ожил. Люди зашевелились, зашуршали одеждой, зазвякали оружием. Кто-то принялся разгребать золу, кто-то достал кресало. Через несколько минут на поляне весело заплясал огонь.

Вскоре запах жареного мяса ударил в нос и желудок болезненно сжался, требуя еды. Крох, почуяв запах, сонно захлопал глазами, а Люмин поднялся и побежал есть траву.

— Жрать захотели, ушастые? — усмехнулся Варрен, ловко насаживая куски мяса на заострённые прутья.

Он поворачивал их над углями, и жир, шипя, капал, взметая крошечные фонтанчики искр. Запах становился всё сильнее и навязчивее.

— Эй, лекарь! — вдруг раздался низкий голос Торвальда.

Я перевёл взгляд. Рыжебородый, сидевший рядом с Варреном, смотрел прямо на меня, держа в одной руке нож, а в другой большой кусок мяса, только что снятый с раскалённых углей.

— Ну-ка дуй сюда, — коротко приказал он.

Я поднялся и подошёл к нему. Люмин увязался за мной, прижимаясь к ногам и с опаской косясь на огромного василиска, лениво жующего свою порцию в стороне.

Торвальд ловким движением отрезал от куска два приличных ломтя и протянул их мне. Мясо было горячим, жир блестел на пальцах здоровяка, и от него шёл умопомрачительный аромат.

— Держи, — сказал рыжебородый. — Один тебе, второй мелкому — заслужили.

Я взял мясо, почувствовав, как горячий жир обжёг ладони.

— Спасибо, — выдохнул я.

Торвальд лишь кивнул и отвернулся.

Вернувшись обратно, сел и положил один кусок рядом с Крохом. Влажный нос стал судорожно втягивать воздух, а сапфировые глаза буравили мясо.

Я поймал его взгляд. В нём не было ненависти или вопроса «можно ли?», только нетерпеливое ожидание.

— Ешь, боец, — кивнул ему.

Крох не заставил себя ждать. Он аккуратно схватил мясо и принялся довольно чавкать. Я улыбнулся и принялся за свою порцию. Едва последние куски мяса были съедены, отряд потушил угли, закопал яму, собрался и снова двинулся в путь.

Мы углублялись в Лес, и с каждым шагом атмосфера менялась — воздух становился плотнее, тяжелее, его было трудно вдыхать полной грудью, тени стали длиннее и зловещее.

Отряд двигался собранно и бесшумно. Исчезла та расслабленность, что была вчера, исчезли громкие разговоры и смех. Мы стали то и дело менять направление. Кельн, идущий впереди, всё чаще поднимал руку, и отряд, не сговариваясь, сворачивал то влево, то вправо, обходя невидимые нам опасности.

Я вновь был в хвосте и старался не отставать. По дороге поймал себя на странном ощущении — несмотря на вчерашнюю дикую усталость и почти бессонную ночь, чувствовал себя на удивление хорошо. Тело словно налилось новой силой, ноги не заплетались, даже ранец с Крохом за спиной казался не таким уж тяжёлым.

— Слышь, лекарь, — раздался тихий голос справа.

Я повернул голову и увидел Леннокса, что поравнялся со мной и принялся с любопытством разглядывать.

— А ты раньше-то мясо магических зверей пробовал? — спросил он, понизив голос почти до шёпота. — Ну, C класса или выше?

— Да вроде не было такого, — честно ответил я. — А что, это важно?

Леннокс усмехнулся.

— Ну как сказать… Это ж мясо, пропитанное маной! Для тех, у кого каналы открыты, оно как лучшее лекарство — силы прибавляет, регенерацию гонит, каналы расширяет. Ты же сам, небось, чувствуешь изменения?

— Ну, да… — медленно ответил я. — Такое ощущение, будто тело стало легче, да и сил больше, чем должно быть.

— Вот! — Леннокс ткнул в меня пальцем, довольно улыбаясь. — А если бы у тебя каналов не было…

Он сделал многозначительную паузу.

— Ну, скажем так, сейчас бы мы с тобой не разговаривали.

Я споткнулся на ровном месте. Люмин, бежавший рядом, удивлённо пискнул. Перевёл взгляд с довольного лица Леннокса на широкие спины остальных бойцов, которые, казалось, не слушали наш разговор.

— В смысле? — переспросил я, чувствуя, как внутри закипала злость. — Вы что, совсем рехнулись⁈ Знали, что могу сдохнуть, и всё равно скормили это мясо⁈

Леннокс хмыкнул, ничуть не смутившись моим тоном.

— Ну не сдох же, — философски заметил он, пожав плечами. — Да и Торвальд просто так кормить не стал бы.

Я хотел вспылить, но взял себя в руки и задумался над услышанным. Мог ли Торвальд попытаться меня убить? Судя по всему, да. Но отсюда вытекал вопрос — зачем ему эту нужно? Он не любил целителей? Или проблема именно во мне? Последнее вряд ли, мы с ним даже не были знакомы. Сколько не думал об этом, не мог найти объяснения его поступку. В любом случае, этот рыжий пытался убить меня, и этого нельзя забывать.

Посмотрел на идущего впереди Торвальда. Интересно, сколько целителей, не прошедших проверку мясом, осталось лежать в этом проклятом Лесу?

Вскоре мысли потекли в новом русле. Я узнал, что мясо магических зверей оказалось ещё одним способом прокачки магии, ещё одним путём развития. Попытался заглянуть внутрь себя — туда, где пульсировали магические каналы, но на ходу сделать это оказалось невозможно, по крайней мере сейчас. Нужно обязательно проверить в спокойной обстановке, ведь если мясо магических зверей действительно расширяло каналы, то…

Мы прошли ещё около часа, когда Кельн, шедший впереди, вдруг резко вскинул руку. Весь отряд замер, словно наткнувшись на невидимую стену. Звери, подчиняясь командам хозяев, застыли.

Я тоже замер, стараясь дышать как можно тише. Люмин прижался к моей ноге, Крох в ранце напрягся, его когти впились в ткань.

Кельн стоял неподвижно, глядя в сторону, куда указывала его птица. Силок, паривший над кронами, резко спикировал вниз и уселся хозяину на плечо, что-то тихо проклекотав. Выслушав, мужчина закрыл глаза, потом открыл их и повернулся к отряду. Лицо у него было мрачным.

— Дальше хода нет, — глухо сказал он, обводя взглядом собравшихся. — Впереди — целая стая каких-то мелких, но уж больно сильных зверей. Похоже, они только что сожрали кого-то крупного и теперь рыщут в поисках добавки.

Торвальд нахмурился, поглаживая густую рыжую бороду. В его глазах мелькнуло раздражение.

— И что делать?

— Остается только ждать — часа два-три, — ответил Кельн после короткой паузы. — Может, четыре.

— Ты издеваешься? Какие четыре часа⁈ Другого пути нет?

— Нет. Этими гадами кишат все биомы на нашем пути. Единственный вариант продолжить движение — это принять бой, но… Их и в самом деле дофига, можем не справиться.

Повисла гнетущая тишина, даже ветер, казалось, стих, прислушиваясь к нашему решению.

— Не поход, а сплошная черная полоса. Ладно, не вижу смысла рисковать. Найди нам какой-нибудь безопасный биом поблизости — в нём и переждём.

Кельн кивнул, закрыл глаза и через несколько секунд повёл нас в новом направлении. Вскоре мы оказались у небольшого ручья. Отряд, не сговариваясь, рассредоточился возле воды, которая оказалась холодной и чистой.

Звери жадно напились, опустив морды в воду. Люмин, забыв об осторожности, лакал воду мелкими глотками, довольно жмурясь. Я снял ранец, вытащил Кроха и поднёс его к воде, чтобы напоить. Зверь пил, кося на меня синим глазом.

Закончив, напился сам. После аккуратно уложил Кроха в ранец, отошёл чуть в сторону от отряда, сел на большой валун и закрыл глаза. Люмин устроился рядом, положив голову мне на колени. Мелкий в ранце завозился, устраиваясь поудобнее, и затих.

Я сосредоточился и попытался заглянуть вглубь себя. Это было сложно — мне мешали посторонние шумы, да и опыта в таких делах почти не было, но постепенно, шаг за шагом, начал различать пульсацию маны в теле.

Каналы, которые система называла «Зародышем», и правда изменились — стали чуть шире, чуть ярче. Тонкие, едва заметные нити, которые раньше казались призрачными, почти нереальными, теперь пульсировали ровным, спокойным светом.

Прогресс был! Это открытие наполнило меня таким восторгом, что я едва не рассмеялся вслух.

Открыв глаза, посмотрел на Леннокса, который сидел метрах в десяти и точил короткий меч о камень. Молодой, заметив мой взгляд, вопросительно приподнял бровь.

— Слушай, — тихо спросил я, подходя ближе. — А вы часто ходите в Лес?

— Часто, — кивнул Леннокс, не прекращая работы. — Горган нас почти каждую неделю отправляет то за одним, то за другим. А что?

— Просто интересно, — я присел рядом на корточки. — Вы ведь все довольно сильные Мастера Зверей. У вас есть доступ к Источникам в башнях?

Леннокс хмыкнул, отложил меч и вытер руки о штаны.

— Доступ есть у всех, — ответил он с лёгкой усмешкой. — Только он денег стоит, причём немалых. Один поход в башню обходится минимум в золотую марку, а чтобы прокачать класс, нужно ходить туда регулярно. Мы, лекарь, люди небогатые — нам такие траты не по карману.

— Поэтому ходите в Лес? — спросил я, хотя уже догадывался, что он ответит.

— Именно так, — кивнул Леннокс. — Здесь тоже можно развиться. Пусть медленнее, опаснее, зато бесплатно.

Он помолчал, потом добавил, понизив голос:

— Но многие сдаются — не выдерживают темпа, уходят в город, нанимаются в стражу или в охрану к купцам — там платят меньше, зато спишь спокойно и не ждёшь каждую ночь, что тебя могут сожрать.

— А ты? — спросил я. — Ты почему не ушёл?

Леннокс усмехнулся.

— А мне всё нравится, — просто ответил он. — В городе задыхаюсь, а здесь… Здесь я живой. По-настоящему живой, — он обвёл рукой лес. — Здесь я дышу.

Я посмотрел на него с уважением. Парень хоть и был самым молодым в отряде, но уже нашёл свой путь и шёл по нему, не сворачивая, несмотря на страх и опасность.

— Ладно, — сказал ему, поднимаясь. — Пойду пройдусь немного, пока время есть.

— Торвальд велел далеко не отходить, — напомнил Леннокс.

— Я вон до тех кустов.

Он махнул рукой, мол, иди, только не геройствуй.

Я взял ранец, предварительно достав из него нож и несколько склянок, позвал Люмина, который тут радостно запрыгал рядом, и неторопливо побрёл вдоль ручья, внимательно осматривая берега.

Ручей вился между камнями, поросшими мхом и лишайником. Вода в нём была настолько прозрачной, что казалось, будто её нет вовсе, только гладкое каменистое дно, покрытое разноцветной галькой. Люмин с интересом обнюхивал каждый кустик и травинку, то и дело тыкаясь носом в мох и что-то выискивая.

Я шёл медленно, сканируя взглядом растительность. Система, дремавшая где-то на задворках сознания, тут же оживала, стоило мне задержать взгляд на чём-то необычном.

Например, на невзрачном сером лишайнике, покрывавшим камни у самой воды.

[Обнаружено растение: Мох «Береговой успокоитель»]

[Класс: Обычный магический компонент]

[Эффекты: Мягкое седативное, снимает мышечные спазмы, помогает при магическом перевозбуждении. При наружном применении ускоряет заживление небольших ран]

[Качество: Хорошее]

[Сохранность: 100 %]

Аккуратно сковырнул мох ножом и убрал в пустую склянку. Зайцелоп, наблюдавший за моими манипуляциями, с интересом понюхал склянку и чихнул.

— Не нравится? — усмехнулся я. — А зря — полезная штука.

Мы пошли дальше. Через несколько метров Люмин вдруг навострил уши и бросился к зарослям кислицы, растущим в тени большого валуна и с удовольствием принялся жевать кислые листочки, довольно жмурясь.

Я улыбнулся и нарвал немного — зверьку на радость и для разнообразия рациона.

Ещё через десять минут нашёл кустик обычной на первый взгляд дикой мяты, но стоило приблизиться, как система снова подала голос.

[Обнаружено растение: Мятный корректор вкуса]

[Класс: Бытовой компонент]

[Эффекты: Нейтрализует неприятные привкусы в зельях и отварах, придаёт свежесть дыханию. Магической ценности не представляет]

Для отваров пригодится, да и просто чай заварить можно, так что сорвал веточку.

Я уже собирался возвращаться, когда зайцелоп, только что мирно щипавший травку, замер. Он шумно втянул носом воздух, издал тихий, взволнованный писк и, не оглядываясь на меня, побежал к кустам.

— Люмин, стой! — тихо окликнул его, но зверь уже скрылся в зарослях.

Чертыхнувшись про себя, поспешил за ним. Раздвинув ветки, увидел Люмина, который стоял возле замшелого пня, наполовину вросшего в землю, и с явным интересом обнюхивал его основание. Увидев меня, зверь обернулся, довольно пискнул и ткнулся носом в мох, покрывавший трухлявую древесину.

Я подошёл ближе и присмотрелся. Обычный старый пень, поросший мхом и какими-то бледными поганками, но Люмин явно чуял что-то, чего не видел я. Он снова ткнулся носом в мох и нетерпеливо переступил лапами.

— Ладно, — прошептал, опускаясь на корточки. — Давай посмотрим, что ты там нашёл.

Я осторожно раздвинул мох руками и замер. Под слоем зелёного мха, в трещине старого пня, росло небольшое растение с тонкими, почти прозрачными стеблями, на которых висели крошечные колокольчики. Их лепестки были нежного, голубовато-серебристого цвета и слабо светились.

Система отозвалась мгновенно, высветив перед глазами сообщение:

[Обнаружено растение: Серебряный колокольчик (Корень Живой Воды)]

[Класс: Редкий магический компонент]

[Эффекты: Корень обладает мощными регенерирующими свойствами. При наружном применении в виде компрессов заживляет глубокие раны в два — три раза быстрее обычного, снимает воспаление, предотвращает некроз тканей. При внутреннем употреблении в составе зелий стимулирует регенерацию внутренних органов, восстанавливает повреждённые магические каналы, выводит токсины. Особенно эффективен для существ, ослабленных длительной болезнью или магическим истощением]

[Качество: Безупречное]

[Сохранность: 100 %]

[Предупреждение: Требует осторожной выкопки, чтобы не повредить корень. При правильном извлечении может быть пересажен]

Вот это находка! Растение, способное творить настоящие чудеса регенерации. Если бы у меня было такое, когда я лечил Грайма, операция прошла бы в разы легче, да и для Кроха, с его израненным телом и сломанной лапой, это было бы настоящим спасением.

Я оглянулся — отряд далеко, никто не смотрел в мою сторону. Аккуратно опустив ранец, принялся осторожно раскапывать землю вокруг пня, стараясь не повредить хрупкие корни. Люмин сидел рядом и внимательно следил за процессом, изредка поскуливая, словно подбадривая.

Работа заняла минут десять. Когда я наконец извлёк длинный, чуть изогнутый, покрытый тонкой серебристой кожицей корень, на ладонях выступила испарина. Завернув находку в чистую тряпицу, бережно уложил в отдельную склянку, стараясь не повредить.

— Умница, путешественник, — прошептал я, гладя Люмина по голове.

Зайцелоп довольно зажмурился и ткнулся носом мне в ладонь.

Я спрятал склянку поглубже в ранец, подхватил Люмина и направился обратно к лагерю.

— Ну что, лекарь, нагулялся? — усмехнулся Варрен, когда я вернулся.

— Нагулялся, — кивнул ему.

Кельн, сидевший у воды, поднял голову и коротко кивнул.

— Звери ушли раньше, чем я предполагал — путь свободен. Можем отправляться.

— Ну наконец-то! — рявкнул Торвальд. — Подъем, ленивые жопы, пора работать!

Отряд мгновенно собрался. Люди и звери поднялись и без команды выстроились в боевой порядок. Рыжебородый махнул рукой:

— Выдвигаемся.

Отряд, соскучившийся по движению после вынужденной остановки, нёсся по Лесу, как стая гончих, учуявших след. Я едва поспевал за ними, Люмин, поджав уши, летел рядом, его длинные лапы мелькали с такой скоростью, что казались размытыми пятнами.

Кельн уверенно вёл нас, ориентируясь по сигналам птицы. Мы петляли между биомами, обходя опасные участки, но с каждой минутой цель была всё ближе.

Наконец, Кельн резко остановился. Отряд замер за его спиной, тяжело дыша.

— Мы на месте, — выдохнул он, но в его голосе прозвучало… недоумение.

Торвальд шагнул вперёд, раздвинув ветки, и замер. Я стоял позади и не видел, что там, но по тому, как напряглась спина рыжебородого, понял: что-то пошло не так.

— Какого хрена? — выдохнул Варрен, протискиваясь вперёд. — Где роща⁈

Я тоже шагнул ближе и выглянул из-за спин бойцов. Перед нами была пустота. Вернее, огромный, зияющий провал в земле, края которого уходили далеко вниз, в непроглядную тьму, откуда веяло холодом и пугающей силой.

— Кельн, твою мать! — взорвался Варрен. — Ты куда нас привёл⁈ Тут же переход на второй слой!

— Я не понимаю! — Кельн выглядел растерянным. Его лицо побледнело, на лбу выступила испарина. — Биом должен быть здесь! Метка указывала точно на это место! Он не мог… — он запнулся, глядя в чёрную бездну. — Он не должен был уйти на нижний слой!

— Должен, не должен, — ледяным тоном оборвал его Торвальд. — Факт есть факт — роща ушла вниз.

Отряд замер в напряжённом молчании. Я смотрел на чёрную пропасть перехода и чувствовал, как внутри всё сжималось от страха. Второй слой. Место, где обитали более сильные звери. Место, откуда возвращаются далеко не все. Место, где даже такие матёрые Мастера зверей, как эти пятеро, могли стать всего лишь кормом.

Лес снова сделал то, что умел лучше всего — изменил правила игры, и теперь нам предстояло либо сдаться, либо принять новый вызов.

Торвальд повернулся к отряду.

— Заказ есть заказ, — прорычал он, и его голос эхом разнёсся над пропастью. — Горган хорошо заплатит за Лунный мох, и я не собираюсь возвращаться к нему с пустыми руками только потому, что какой-то биом решил прогуляться.

Он обвёл взглядом бойцов.

— Раз роща ушла на Второй слой, — сказал он, чеканя каждое слово, — значит, и мы идём за ней.

Тишина, повисшая после этих слов, была тяжелее любого крика. Никто не возразил. Варрен медленно кивнул, Кельн, побледневший ещё сильнее, поправил перевязь, Дрог погладил Грыза по голове, и тот, словно поняв, оскалился в предвкушении. Леннокс посмотрел на меня, и в его взгляде читалось что-то среднее между сочувствием и обречённостью.

А я стоял и смотрел на чёрную бездну, разверзшуюся у моих ног. Затем перевёл взгляд на Торвальда, который смотрел на меня в упор. В его глазах не было угрозы, не было приказа, лишь вопрос: «Ты с нами или нет?».

Глубоко вздохнул. На самом деле, выбор был иллюзией, ведь без отряда я не выживу здесь и дня, а с ними… С ними у меня будет хоть какой-то шанс.

Я шагнул вперёд и встал рядом с Торвальдом, глядя в чёрную бездну.

— Идём, — сказал я.

Торвальд одобрительно усмехнулся и хлопнул меня по плечу.

— Держись за нами, лекарь, и молись всем богам, чтобы мы нашли эту чёртову рощу побыстрее.

Отряд начал готовиться к спуску, а я смотрел в темноту и думал о том, что ночь, полная страха, была всего лишь прелюдией. Настоящий кошмар начнётся сейчас.

Ребята, первый том плавно подошёл к своему концу. От авторов вам невероятная благодарность, но и небольшая просьба. Второй том в момент своего старта очень сильно нуждается в ваших лайках. Просим вас натыкать по максимуму, ну а взамен порадуем вас доп продами!

Продолжение: https://author.today/reader/554184/5233736