Красавица

Глава 12. О честности и иносказаниях

Маленький городок Фонтевилль встречал сразу два посольства. Французский королевский двор стоял лагерем под городком, разбив множество разноцветных палаток с флагами и золочеными маковками. Король расположился в замке Фонтевилль, заняв его полностью, так, что сам сеньор де Фонтевилль вынужден был ютиться в детских комнатах на третьем этаже вместе со всей семьей. Диане отвели комнатку вместе с Луизой, Гертрудой дЭсте и Оливией Манчини. Король же занял господские комнаты, расположившись там со своими друзьями и прислугой, а женскую половину заняла королева со свитой.

С другой стороны городка в поле стоял лагерем двор испанский. Инфанта Мария Тереза, прибывшая для бракосочетания с королем Франции, расположилась в Ратуше, многие из ее дворян заняли квартиры в городе, другие разместились в не менее красочных, чем французские, палатках под городскими стенами.

Начались ежедневные увеселения во французском лагере, когда палатки были освещены разноцветными фонариками, посреди поляны горел огромный костер, звучали музыка, смех, и молодые придворные танцевали с испанскими красотками. Ролан не любил испанцев, но девушек их находил весьма красивыми. Он в сопровождении де Шерше не упускал случая поучаствовать в развлечениях, много пил и танцевал, стараясь забыть от том, что Диана вечера проводит в объятиях своего жениха.

В один из дней был устроен маскарад, было предложено переодеться в вилланов, и танцы обещали вилланские, веселые и зажигательные. Ролану идея понравилась. Он закрыл лицо маской, надел крестьянский костюм, и весь вечер отплясывал с хорошо знакомыми дамами, которые делали вид, что не узнают его, а он делал вид, что не узнает их. Потом была игра, когда молодые люди разбивались на пары и должны были успеть пробежать в воротца, которые держали две другие пары, пока те не закрывались. Там все перемешивались, снова разбивались на пары, и снова бежали в воротца, пока не оставалась одна пара победителей. Ролан сначала был в паре с испанкой, потом увидел Анну де Вернель, схватил ее за руку, размышляя о продолжении вечера в ее объятьях, а когда снова все смешались, просто взял руку первой же попавшийся девушки. И тут же узнал эту руку. Подняв глаза, он увидел девушку, чьи черные волосы были заплетены в две тугие косы. Маска скрывала ее лицо, но синие глаза, смотревшие на него насмешливо и одновременно внимательно, он не мог перепутать ни с чьими другими. Его бросило в жар, но Диана уже потянула его бежать в воротца, и он последовал за ней. Они проиграли, потому что он замешкался, запнувшись о какой-то камень. Воспользовавшись случаем, он сжал ее руку и заставил следовать за собой подальше от костра. Диана не сопротивлялась, она шла с ним, и оба молчали, думая каждый о своем. Он клялся Анри не подходить к ней, но Диана выбрала его сама, и он не мог сопротивляться желанию побыть с ней наедине.

Оба молчали, держась за руки. Диана сняла маску, спрятала ее в складках платья. В небольшой рощице она прислонилась к дереву спиной и с сожалением выпустила руку Ролана. Зачем она пошла с ним она не могла бы объяснить. Она обещала Анри никогда этого не делать. Она обещала, что не останется с ним наедине, но так мечтала об этом, что не смогла отказать ему. Теперь же она мечтала только о то, чтобы он ее поцеловал. Даже мимолетно. Диана подняла голову, смотря ему в глаза.

Он тоже снял маску. Губы его изогнулись в усмешке, но в глазах Диана явно видела страсть. Или ей казалось, что видела. Она боялась пошевелиться, и просто смотрела на него, сама напуганная тем, что готова была сделать.

Пауза затягивалась, и Ролан резко отвернулся, поборов искушение. Он клялся Анри не касаться ее. Да и сама Диана вряд ли простит ему вольности.

— Если вы устали, я провожу вас к вашему жениху, — сказал он, стараясь выровнять дыхание.

Диана опустила глаза, скрывая разочанование.

— Я... я не устала. Я...

Но договорить она не успела. Послышались шаги на гравиевой дорожке и перед ними предстал Анри де Савуар. Волосы его растрепались, маску он где-то потерял.

— Я тебя повсюду ищу, — он бросился к Диане, схватил ее за плечи, — почему ты ушла на этот безумный праздник? Ты сошла с ума? Тебя могли... Ты ведешь себя, как последняя вертихвостка! На этом шабаше нет порядочных людей, все только и мечтают...

Тут он повернулся к спутнику Дианы и напоролся на колючий взгляд Ролана де Сен-Клер.

— Прекрати, — тихо сказал Ролан.

— А ты тут что делаешь, Сен-Клер? Ты обещал мне не подходить к моей невесте!

Ролан усмехнулся:

— Тебе бы пора выйти из роли, Савуар. Ты вжился в роль Орландо, но одно дело спектакль, а совсем другое — жизнь.

— А ты похоже вжился в роль Медора.

Ролан пожал плечами:

— Нет. У меня другая роль. Как помнишь, именно я убил герцога Вермандуа. И убью любого, кто посмеет обидеть Диану.

— Какого черта? Что ты делаешь здесь?

— Такого. Поэтому будь посдержаннее со своей невестой.

— Ты угрожаешь мне?

— Нет.

— Тебе она нужна?

Ролан рассмеялся.

— Я был бы безумцем, ответив "да".

— Проваливай и никогда не смей приближаться к ней!

— Остановись, Анри.

Они замолчали, сверля друг друга взглядами.

— Анри, мы просто отдыхали от шума, — Диана положила руки ему на плечи, — я готова пойти с тобой в замок. Я на самом деле устала.

Де Савуар задохнулся:

— Отдыхали от шума! Я запретил тебе выходить вечером из замка! — закричал он, схватил Диану за плечи и встряхнул, — но тебе твоя женская сущность не позволяет сидеть дома, как порядочной женщине! Тебе нужны переодевания, чтобы я метался в толпе и искал тебя под стенами с мужчинами! Если ты еще раз посмеешь уйти...

Он не договорил. На плечо его легла тяжелая рука.

— Ты забываешься, Савуар, — спокойно сказал Ролан, — отпусти Диану и попроси прощения.

Де Савуар на самом деле выпустил Диану, от чего она оступилась и чуть не упал. Ролан успел подхватить ее и поставить на ноги.

— Не смей касаться ее! — де Савуар бросился к нему с кулаками, но тут же получил ответный удар и отлетел, с трудом удержавшись на ногах.

Диана замерла, прижавшись к дереву.

У де Савуара не было шансов. Ролан не пропустил ни одного из не очень умелых выпадов, отправив своего друга в нокдаун с третьего удара.

— Надеюсь, что это научит тебя вежливо разговаривать с Дианой дАжени, — сказал он, — если нет, то приходи за следующей порцией.

Потом Ролан повернулся к Диане. Она так и стояла у дерева, смотря на него, как на исчадье ада.

— Я уже предупреждал вас, чтобы вы держались от него подальше, — сказал он горько, — бегите от него, этот человек сделает вашу жизнь невыносимой.

И он ушел до того, как Диана успела придумать хороший ответ. Хотелось напиться, и Ролан отправился в самую гущу праздника, пил, танцевал и всю ночь любил свою новую подругу по имени Ракель. Кроме имени он ничего о ней не знал, но сегодня имени ему было достаточно. Он и не хотел ничего о ней знать. А перед глазами его стоял образ Дианы, и ее взгляд, как будто она увидела какую-то гадину. Этой гадиной и был он сам, на ее глазах избивший ее жениха. Которого, возможно, она любила. Ведь ее судьба — это выйти замуж по любви.

Наутро де Савуар прислал ему своих секундантов.

Ролан очнулся, будто выплыл из тьмы. Голова раскалывалась, и он с трудом помнил, что вчера произошло. Перчатку и записку передали два молодых придворных, и Ролан согласился и с местом, и со временем. Завтра на рассвете в рощице, там, где он встречался с Дианой. Ему было все равно где и когда. Он был безумно зол на Савуара, на себя, на Диану. Да, больше всего на Диану.

Де Савуар куда-то пропал, и Ролан весь день не видел его, хотя постоянно находился при Луи. Ближе к вечеру Ролан отправился в палаточный лагерь, где надеялся забыться, забыть и о дуэли с когда-то лучшим другом, и о том, что Диана сегодня ни разу на него не посмотрела. Просто поворачивалась спиной, когда он входил в комнату. В глубине души он понимал, что ищет де Савуара и обдумывает способы примирения с ним, но наружу эти мысли не выпускал.

Записку принес Морис.

Только увидев знакомый почерк, он весь сжался, одновременно испытав восторг от того, что она желает видеть его, и страх от ожидания крупной ссоры.

"Там же, где и вчера" — гласила записка.

Диана ждала, стоя под деревом. На этот раз на ней не было простого костюма селянки, и волосы ее, цвета золота, были убраны в замысловатую прическу, которая к вечеру подрастрепалась, от чего казалось, что вокруг ее головы сияет нимб. Его прекрасный ангел.

— Вы хотели меня видеть?

Диана подняла голову. Глаза ее внимательно посмотрели на него. Как две путеводные звезды, подумал он, проклиная свою несдержанность в вине второй день подряд. В голову лезла всякая романтичная чушь, а слова сами собой складывались в рифмованные строки. Он попытался сосредоточиться, боясь, что эти строки без его ведома выползут наружу.

— Да, хотела.

Она замолчала. Потом подошла ближе. Запах ее благовоний, чуть сладковатый, ударил ему в голову похлеще вина.

Путеводная звезда к воротам Рая,

Безнадежно холодность храня

Судьбами и жизнями играя

Ты с презреньем смотришь на меня...

Он тряхнул головой:

— Я вас слушаю.

Диана играла веером, то складывая, то раскрывая его.

— Пообещайте мне, что дуэли не состоится, — сказала она.

Он отвлекся от стихосложения, вскинул голову.

— Я не могу обещать такого.

— Я прошу вас, Ролан.

Они смотрели друг на друга, и отдаленные ноты залетного стиха так и играли у него в голове. Что-то про нимб и сияние.

— Я не откажусь от дуэли.

— Тогда я расскажу Луи. Он запретит вам драться, — сказала она.

— Даже Луи понимает, что я не могу отказаться.

— Сначала я скажу, а потом посмотрим.

...Да, вот так:

К грешнику сошедшая святая

Ты недостижима, как луна,

Золотом небесным вся сияя...

— Скажите.

Она отвернулась, потом посмотрела на него долгим взглядом, от которого у него задрожали руки.

— У вас совсем нет сердца? — спросила Диана, — Скажите честно, вы хоть когда-нибудь кого-нибудь любили? Ну хоть мать там, сестру... Я понимаю, что вы не способны полюбить женщину, но хоть кого-то? Вам знакомо это чувство?

Ролан резко протрезвел. Было что-то нелепое и одновременно забавное в том, что именно Диана задавала этот вопрос. Он криво усмехнулся:

— Немного.

— Де Савуар ваш друг. Вы выросли вместе. Неужели вам все равно? Вы так же легко убьете его, а потом для верности пустите пулю в висок?

Повисло молчание. Ролан обдумывал ответ. Вдалеке снова играла музыка, раздавался смех, а он стоял перед Дианой, глубоко оскорбленный ее словами. Снедаемый двумя желаниями — ударить ее и заключить в объятья, он повел себя невоспитанно, сунул руки в карманы и сжал кулаки боясь, что одно из двух желаний возобладает, а то и оба сразу.

— Пуля ему не понадобится, — сказал он.

— То есть вы намерены его убить? — Диана снова смотрела на него своими глазами-звездами. Он же только крепче сжал кулаки.

— Конечно.

— У вас нет ни жалости, ни снисхождения?

— Нет.

— И даже ради меня вы не откажетесь от убийства?

Он посмотрел ей в глаза, но тут же опустил голову, боясь, что утонет в них. Диана сделала свой выбор, и теперь она рьяно защищает своего жениха. Из них двоих она выбрала Савуара. Ролан и сейчас испытывал к нему безумную ревность, вряд ли, когда в руке его будет оружие, а все эмоции обострены до предела, он сможет сдержать ненависть и ранить соперника так, чтобы дуэль не могла продолжаться, но тот остался жив. Он будет жаждать его крови, и обязательно постарается убить одним ударом. Прямо в сердце.

— Я достаточно ненавижу его, чтобы убить, — сказал он.

— За что? — удивилась Диана.

— Есть за что.

Диана всплеснула руками.

— Что мне сделать, Ролан? Что мне сделать, чтобы спасти его? Я пришла умолять вас отказаться от дуэли, но если вы не можете отказаться, то хоть не убивать Анри! Что мне сделать, чтобы вы выполнили мою просьбу? Я готова исполнить любое ваше желание...

Он молчал. У него был ответ. В стихах. И там тоже было про звезды. И про луну. И про траву, примятую в поле. Но он не мог сказать ей подобных слов. Ревность, которая стала его путеводной звездой и привела его сегодня в рощицу, вспыхнула с невероятной силой. Сделай Диана хоть одно неверное движение, и он не отвечает больше за свои действия. Возможно, будет и трава в поле, именно то, что она предложила ему в обмен на жизнь Анри.

— Вы любите его? — спросил он непослушными губами, боясь услышать ответ, — гадалка сказала вам, что вы выйдете замуж по любви. Вы его любите?

Диана молчала, понимая, что от ее ответа зависит жизнь ее нареченного. Сердце ее бешено стучало. Сейчас, вот сейчас она предложила себя этому человеку, но он даже бровью не повел. Она предложила ему выкуп, но от отказался от выкупа. Он как всегда равнодушен и спокоен. Это она натянута, как струна, и в глазах стоят еле сдерживаемые слезы. Одновременно боясь и надеясь на то, то он возьмет предложенный ему выкуп, она шла с надеждой, что сумеет спасти Анри де Савуара от смерти, а Ролана от ненужного убийства.

Если она скажет да, то он тут же развернется и уйдет. И дуэли не будет. Она точно знала это. Если она скажет Да, то дуэли не будет! Но даже ради этого Диана, которая уже готова была кивнуть, не смогла соврать.

— Нет, — сказала она, — не люблю. Но я выйду за него замуж.

Ролан пожал плечами и снова усмехнулся.

— Тогда и говорить не о чем. Прощайте.

Он развернулся на каблуках и ушел. А Диана осталась смотреть ему в след, кляня себя за то, что не соврала, униженная его отказом от ее выкупа и его кривой усмешкой свысока.

Вдруг он остановился, обернулся к ней.

— Вы спрашивали меня, любил ли я кого-нибудь. Вы же третий раз за два года собираетесь замуж. А вы любили кого-нибудь? Вы обвиняете в холодности меня, но можете ли похвастать сильным чувством вы?

Диана сжала дрожащие руки. А потом губы ее сами собой ответили:

— Да. Но я люблю человека, который меня не достоин, и который никогда не станет моим мужем. Просто потому, что даже предложи он мне это, я бы отказала ему, даже если бы не было ни единого препятствия к нашему браку.

Ролан замер на месте:

— Вы очень загадочны, прекрасная Диана, — проговорил он, — но под это описание подходят только два человека — Я и ваш лакей. Кто же он, счастливейший из смертных?

— Я вам не скажу, — ответила она.

— Очень жаль, — он натянуто рассмеялся, — но теперь я вижу, что вы способны на истинные чувства. Но любовь, Диана, говорят, преодолевает любые преграды. Люди идут на смерть ради любви. А то, о чем вы говорите — это вид гордыни. Потому, что будь вы влюблены по-настоящему, вы бы умоляли этого человека, кем бы он ни был, жениться на вас. Вы бы пошли в хижину рыбака, влюбись вы в рыбака. Но вы влюблены в дворянина, и не готовы снизойти с пьедестала.

— Он не достоин меня не потому, что он ниже меня по происхождению, — тихо проговорила Диана, боясь, что разрыдается прямо перед ним, — а потому, что он — плохой человек. Я люблю его, но не хочу быть рядом. Просто потому, что не могу его уважать. И потому, что не одобряю его поступков.

Он помолчал.

— Тогда я вам сочувствую. И тем не менее, ваша любовь могла бы сделать из любого подлеца святого.

Диана горько усмехнулась:

— Нет. Ему не нужна моя любовь. Он не любит меня. А теперь прощайте. Я исчерпывающе ответила на ваш вопрос. К сожалению, у меня нет больше желания разговаривать с вами.

— Вряд ли найдется человек, который не полюбит вас, узнав, что вы влюблены в него, — Ролан сжал губы, боясь, что не сдержится и сожмет в ладонях ее шею. Новый неизвестный соперник заставил кровь стучать в его висках. Он гадал, кто это мог быть, перебирая в памяти имена всех своих знакомых, кто мог бы отказаться от любви Дианы.

— Тем не менее, он меня не любит, — Диана отвернулась и стала смотреть в даль, — прошу вас, уходите.

Ролану казалось, что ноги его приросли к земле. Он и до этого был практически уверен, что Диана не любит де Савуара, но появление этого незнакомца стало для него неожиданностью и окончательно выбило из колеи. Он поклонился, немного наигранно. И, прежде чем уйти, сказал:

— Если вам захочется избавиться от вашего плохого человека, от вас требуется только назвать имя. Я с радостью выполню эту миссию.

Диана рассмеялась:

— Нет уж, спасибо. Больше я никогда не позову вас. Считайте, что ваша опека надо мной закончилась. Прощайте, Сен-Клер. Я на самом деле утомлена нашей беседой. Уходите.

Ролан ушел. Он шел по камням дорожки, проклиная всех женщин на свете. И Диану, с ее новым возлюбленным. Он остановился, стараясь осознать масштаб катастрофы. Он покорно отдал ее Савуару. Он отказался от ее недвусмысленного предложения. Он не искал ее любви, и просто потерял время и шанс получить ее, позволив влюбиться в непонятно кого. Подняв камень с земли, Ролан швырнул его как можно дальше. Камень просвистел и упал в поле.

Он запутался. Ему не было места в этом мире. Он не видел больше в себе сил находиться рядом с Дианой и не мочь обнять ее. Сегодня он отказался от нее зная, что прими он ее дар, она бы не любила его, а исполняла долг, она бы была не с ним, и ласкала бы его ради другого. Теперь же он боялся, что увидит ее в объятьях человека, которого она на самом деле любит и сходил с ума от ревности понимая, что если сердце ее занято, то там нет места ему. Он опоздал. Его дурацкое ланселотство завело его в тупик. Оставалось только вернуться к костру, искать Ракель или Анну де Вернель, и попытаться забыться в танце, изображая никому не нужные чувства, а потом любить совсем не ту женщину. Ему хотелось побыть одному, но он понимал, что бесконечное прокручивание одних и тех же мыслей приведет его к безумию, из которого выход только один — в ад.