Не в этот раз. Книга II

Эпилог

Я начинаю думать, что у нашей школьной администрации есть какой-то тайный канал в небесную канцелярию: как линейка — так погода налаживается. Под конец прошлой недели у нас тут зарядили дожди и здорово похолодало, а сегодня — смотри ж ты. Намного теплей, правда, не стало, и десяти градусов нет, но зато солнце пригревает так, что в школьной форме даже, пожалуй, и жарковато.

У меня дежавю: опять линейка, опять на улице, опять меня хвалят. Точнее, уже похвалили — за лагерь, теперь просто разливаются соловьями за всё хорошее и против всего плохого. Похвалили не только меня: сегодня слонов раздаёт Завод, а им там никто не указ, что бы РОНО про себя ни думало. Поэтому и на долю Толика Александрова досталась грамотка от профкома — перешлю ему бандеролью, а Димка Ильичёв и вовсе предпочёл нашу линейку своей ради такого случая: группу активистов отряда наградили путёвкой! Я, как услышал (ещё в воскресенье), раскатал, было, губу — вдруг хоть в Болгарию? Слынчев Бряг, купаться, море, фрукты… Но нет, щедрость Завода не вышла за пределы одной шестой, поедем в Волгоград, по памятным местам Сталинградской битвы. Зато прямо вот скоро, в сентябре, вместо пахоты в колхозе на картошке. Жаль Тихого, сложись всё по-другому — он-то сто процентов поехал бы с нами, но по факту даже на линейке его нет — так и лежит в больнице, в Свердловске. Хорошо, хоть в себя пришёл, но в этом полугодии мы его не увидим.

Стрельнул взглядом в группу родителей — мои оба там, вернулись вчера к вечеру. Ничего про свои приключения рассказывать им не стал, может, потом когда-нибудь. Тем более, что последствий теперь не ощущаю ровно никаких. Их и на следующее же утро, считай, не было, уж не знаю, что тому причиной — то ли молодая пластичная психика, то ли коньяк, который дядя Витя, думая, что я не вижу, украдкой подливал мне в пепси-колу.

Он слово сдержал, мы с ним так до конца недели и прокатались по всем окрестным речкам и озёрам. Не сказать, что шибко много наловили, ну да то не главное. Ездили в основном на УАЗике, отжатом в какой-то из наших районных контор, даже без шофёра, и мне тоже досталось порулить всласть. С пятницы на субботу в самом дальнем выезде даже заночевали прямо на лоне природы. Весь день лил дождь, дороги развезло страшно, сколько раз застряли — я и со счёта сбился, приехали на место уже к ужину. Вылезли из машины, посмотрели друг на друга очумелыми глазами, нашли место повыше, поставили палатку (хорошо ездить на рыбалку на машине — всё с собой) и повалились спать, даже не попробовав забросить снасти. А наутро — сюрприз: заморозок! Вода в котелке, брошенном возле костра, который вчера под дождём не сумели зажечь, застыла. Зато рыба клевала как озверелая, отловились за весь отпуск, считай.

Урода нашли, в первый же день, мужики из ОСВОДа выловили сетями. На сто процентов остаться в стороне у меня всё-таки не получилось — милицейские очень уж просили дядю Витю организовать опознание, пришлось ехать в ЦРБ. Так мы с ним туда и завалились ночью, возвращаясь с очередного выезда на озеро, мокрые, грязные и голодные. Зато в морге не было никого, только пара милиционеров в коридоре, и те по команде моего сопровождающего дисциплинированно отвернулись в другую сторону. Противник мой здорово распух, но узнать его было вполне можно, о чём я дяде Вите и сообщил шёпотом.

Оказалось, что это деревенский «дурачок», со справкой, жил на усадьбе нашего дальнего совхоза с матерью. Она умерла в конце зимы, а недоразвитым детиной, оставшимся без материнской опеки, никто не озаботился. Он и слетел с катушек без пригляду, ещё весной. Попробовал приставать к школьницам прямо там, в усадьбе, местные мужики его отметелили от души и бросили прямо на улице. Дальнейшей его судьбой никто не заинтересовался. А зря. Впрочем, то уже не мои проблемы, а вот дядя Витя, даже когда мне это всё кратко пересказывал, пришёл в нешуточную ярость. А уж как он орал по телефону на милицейское начальство и директора совхоза! Я сначала порадовался: директор-то — тот самый, что Барина гнобил! А после стало страшно — как бы дядю Витю удар не хватил прямо там. Поэтому отпуск с рыбалкой для успокоения нервов были до зарезу нужны не только мне, но и ему тоже.

Он, кстати, так и не уехал — вон, стоит в группе почётных гостей, переговаривается о чём-то с Зайцевым негромко. Уже выступил, поздравил и напутствовал, как и все прочие гости — теперь только директор наш остался из желающих повыступать, но и у него уже общие поучения кончились, по делу говорит вроде. Скоро будем расходиться, начинается учебный год.

И первым, как всегда — Урок Мира. Я тут подсуетился тихонько — у нас его проведёт Палыч. Классная, боюсь, будет дуться… Но про себя: в это время, к счастью, ещё не принято демонстрировать неуважение фронтовикам, что бы они ни делали. Своего класса у Палыча нет, он всё равно где-нибудь гастролирует и 1 сентября, и 9 мая, так почему бы и не у нас?

Будем, конечно, говорить про разбившуюся на днях Саманту Смит — все, как под копирку, в каждом классе по всей стране… С другой стороны — вполне по теме урока всё же, про мир. И про людей, из разных стран, пытающихся этот мир сохранить. И нам бы всем про это помнить получше, никаких уроков для этого не жалко.

Ведь мир лучше войны.

Ну вот и всё — конец второй книги. Спасибо, что вы были со мной! Мне — правда — очень приятно, что есть люди, кому интересно всё то, что я придумываю! Буду стараться для вас и дальше.

Прямая ссылка на третью книгу: #560407