Невеста для врага (СИ)

Глава 38

Гоблины были крайне разочарованы, но повиновались своему командиру. Меня опустили вниз, выпутали из сетей. Несколько цепких, жилистых рук с длинными пальцами выхватили у меня кинжал, узел с припасами, сорвали с шеи противомагический амулет с аметистом. После этого меня связали.

Я отчаянно вырывалась, когда гоблины с хохотом принялись щипать меня за грудь и пониже спины. На мою удачу, главарь отогнал наглецов и раздал им затрещины. Это было не благородство, он заботился лишь о том, чтобы доставить меня к эльфам живой. О том, что ждало меня дальше, я стралась не думать. Снаружи быстро темнело.

Непонятно, что было хуже: провести ночь в пещере в компании полутора десятков диковатых гоблинов или прямо сейчас отправиться к эльфам. Посовещавшись, мои пленители решили не откладывать выгодное дельце. Они считали, что человеческие женщины довольно слабы и не хотели, чтобы к утру я умерла от голода или жажды.

Пить и есть хотелось неимоверно. Голова кружилась от того, что я не спала уже вторую ночь подряд. Как ни прискорбно было это признать, в словах гоблинов были крупицы истины. Я наблюдала, как дикари распотрошили мой узелок и с подозрениям принюхивались к пирожкам. Фрукты они тут же поделили между собой, а вот к выпечке отнеслись безобразно — расковыряли пироги пальцами, выбирая изнутри яблочное повидло, а румяное тесто побросали на пол.

— Эй, вы! — окрикнула я гоблинов. — У вас есть вода?

— Вода? Вода? — переглянулись они. — Чшеловечка хочет пить!

Какие догадливые! Не прошло и минуты, как они вытащили откуда-то погнутую жестяную флягу и сунули мне под нос. При мысли, что к этому горлышку прикасались губы гоблинов, мне стало нехорошо, но жажда была сильнее. С помощью главаря я напилась воды — и в голове немного прояснилось. Я жалела, что так легко позволила отобрать у меня кинжал.

— Надо идти. Сейчас! Быстро-быстро! — решительно сказал главарь и намотал на кулак верёвку, которой были связаны мои руки.

— Ночью идти опасно, — негромко сказала я.

— Опасно. Ночью опасно. Плохое место!

Я искренне согласилась с серокожим разбойником — место и вправду оказалось плохим. Неужели Дара нарочно направила меня этой дорогой, надеясь, что я свалюсь в пропасть или меня разорвут хищники? Или, как сейчас, похитят дикие обитатели Рокового Хребта.

— До эльфов идти далеко?

— Да, — не задумываясь, покивал гоблин. — Далеко, если стоять. Если идти — не так далеко.

Оставалось рассчитывать лишь на то, что эльфы, как более разумный народ, не кинутся насиловать меня толпой или делить на части, чтобы сожрать. Возможно, мне удастся договориться с ними, ведь я не драконица, а у людей войны с пещерными эльфами никогда не было.

— Эльфы не едят человечек? — на всякий случай спросила я гоблинов.

— Не едят? Не едят, нет-нет, — ответили мне сразу несколько дикарей. — Любят мучить, да.

— Пытать! — весело сказал лысый и разъяснил. — Чтобы кричали!

Отличная новость, подумала я. Мы выдвинулись в путь — теперь меня тащили на верёвке, но это вовсе не означало, что не нужно было смотреть под ноги. Острые камни и зловредные колючки попадались среди скал на каждом шагу. Из-за яркого факельного огня ночь на пределами освещения казалась совсем тёмной, не было видно даже звёзд.

Я часто спотыкалась, у меня сильно болели натёртые ноги, а от жуткой усталости ломило всё тело. Казалось, если я упаду, то уже не смогу подняться. Жизнь во дворце Альма и в роскошном замке дракона не приучила меня к длительным переходам. Гоблины были полны сил, видно, они привыкли бодрствовать ночью, а днём отсыпались в укромных норах.

Казалось, что тьма не кончится никогда. Мы сделали короткий привал, во время которого мне снова дали напиться — и тогда моё сознание решило устроить мне передышку. Прислонившись спиной к камню, я соскользнула в небытие.

— Грррр, — отчётливо прорычали мне в ухо. Я вскинулась и увидела перед собой покрытую наростами лохматую морду. Алые глаза горели в темноте, как угли.

— Мамочки, — только и смогла пролепетать я. Гоблины с визгами и руганью носились по тропе, между ними сновали белые существа размером со среднюю собаку и клацали челюстями.

«Собака», нашедшая меня, оскалила клыки — длиной они были в палец. Я зажмурилась и закричала от страха. Главарь гоблинов оказался рядом, треснул по морде существа дубинкой. Оно скрылось за чахлым кустом и жалобно заскулило.

— Эльфы-охотники, хорошо, хорошо. Мало идти!

«Мы уже близко», — поняла я и взглянула на небо. На востоке горизонт, местами взрезанный торчащими ввысь острыми скалами, уже окрасился в розовый цвет. Где-то там, во многих часах пути, просыпалась драконья страна Драскольд. Может быть, Эйден уже вернулся домой и хватился меня? К горлу подступил комок.

Мне хотелось бы вернуться в ночь, когда мы впервые остались вдвоём — и поговорить с владыкой драконов начистоту. Почему я недооценила его? С чего я решила, что этот сильный и мудрый мужчина не станет меня слушать, а сию же минуту полетит громить Альмеранию и жечь людей? Да, мне несколько месяцев вбивали в голову, что драконы — наши враги, что они жестокие и у них не бывает никаких чувств. Что если всё это тоже ложь?

Я окончательно запуталась и не видела никакого выхода. Майрон сбежал, Эйден теперь наверняка возненавидит меня (если, конечно, у владыки драконов есть чувства), попытка выбраться на свободу и добраться до сестры с треском провалилась. Выглянув из-за валуна, я увидела, что гоблины сбились в кучу, а напротив них стоят с оружием наизготове эльфы.

Слов было на разобрать, похоже, говорившие общались на каком-то местном наречии. Однако, главарь гоблинов несколько раз махнул рукой в мою сторону и что-то старательно объяснял предводителю эльфов. Кожа у пещерных эльфов тоже была серой, а глаза горели во тьме точно так же, как глаза их охотничьих псов. Дзорги — кажется, там их называл Риан.

Сейчас эти жутковатые создания крутились возле хозяев, но я была уверена — по первому же приказу они способны разорвать клыками любого, на кого укажут эльфы. Я пошевелила пальцами — руки были связаны крепко, освободиться не удастся. Но ноги были свободны.

Стараясь не издавать ни единого шороха, я аккуратно отползла от камня в густую тень скалы. Отсюда я увидела, что тропа, по которой меня вели, была не единственной. В нескольких десятках метрах ниже пролегала ещё одна. Она шла по краю обрыва, но вдоль неё росли обтрёпанные всеми ветрами деревца. Если бы мне удалось спуститься, я могла бы попробовать улизнуть. Гоблины орали всё громче, эльфы как будто не желали их слушать.

Я же потихоньку перемещалась в сторону тропы. Спуск был крутым, как я одолею его без рук, я не представляла. Но это всё равно было лучше, чем погибнуть в цепких руках гоблинов или от эльфийских пыток. Выбирать не приходилось. Я ползла, ползла и ползла, пока один из камней, на который я оперлась сапогом, не сорвался с обрыва вниз.

Тело, помимо моей воли, заскользило вниз — слишком крутым был уклон. Я попыталась замедлиться, но затекшие руки подвели меня, скользкий пучок травы заставил развернуться, и я покатилась с горы кубарем, больно ранясь об острые края камней. Разогнавшись, я пролетела тропу и рухнула на висящее над пропастью деревце. Его корни затрещали и начали рваться. Я успела увидеть, что внизу меня ждут скалы и бурлящая в ущелье вода.