Останься со мной

Глава 23

Трипп

Последние несколько дней стали адом для Лэндена, и даже когда я пытаюсь поговорить с ним о чём-то постороннем, он либо отмалчивается, либо огрызается. Я не видел его таким со времён, когда в старших классах от него ушла девушка. Лэнден никогда не привык проговаривать свои чувства. Вместо этого он забивается в лес с ящиком пива и топором.

Не знаю, сколько он уже тут торчит, но дров у нас теперь хватит, чтобы отапливать дом отдыха до конца зимы.

— Холодать начинает, — осторожно сказал я, подходя ближе, чтобы он, не дай бог, не метнул топор в мою сторону.

— Тогда тащи свою дохлую задницу обратно в дом.

Грубый тон, резкие слова, а я лишь расхохотался. У него талант меня оскорблять.

Он рубанул ещё один чурбак, и щепки разлетелись в стороны.

— Давай, мужик. Поехали домой. Магнолия переживает. Постоянно спрашивает, почему ты ей не отвечаешь.

— Потому что мне нечего сказать.

Ещё удар.

— Я понимаю, тебе больно, но пьяная рубка дров — прямой билет в реанимацию.

Он проигнорировал меня и снова расколол полено.

— Ты помнишь, как мы с Ноа спасли её? Она же тогда кожа да кости была.

Я кивнул — тот день невозможно забыть. Мы, конечно, не воры, но было очевидно, что Сидни запущена. Хозяин не мог позволить себе уход, но вместо того чтобы отдать лошадь в хорошие руки, он просто бросил её в сарае умирать. Лэндену стукнуло в голову после разговора с соседом, и одной ночью он с Ноа пробрались туда. Наша сестра — настоящая «лошадиная шептуха», потому он и взял её с собой. Но когда фонари и шум напугали Сидни, тянуться она стала не к Ноа. Лэнден протянул руку, заговорил тихо, уверенно, сказал, что пришёл помочь. Она сразу потянулась к нему. Достаточно было, чтобы он накинул недоуздок и вывел её к трейлеру.

После обследования выяснилось, что у неё целый список проблем — истощение, копыта в ужасном состоянии. Лэнден взял все расходы на себя, выхаживал её, тренировал. Довёл до того, что она снова могла работать на ранчо. Он гордился ею и строго следил за прививками и ежегодными проверками.

— Ты подарил ей хорошую жизнь, — сказал я, когда он замолчал. — Если бы не ты, она давно бы умерла.

— Я должен был внимательнее за ней следить, — пробормотал он. — Тогда заметил бы раньше.

— Ты не мог знать, Лэнден. Врождённую болезнь сердца сложно распознать. Симптомов почти не было, чтобы понять, что нужны такие обследования.

— Это херня, — рявкнул он, замахнувшись и с силой вогнав топор в полено. — Если бы ей вовремя назначили лекарства, она могла прожить ещё кучу здоровых лет.

Сказать мне было нечего. Мы не знали о болезни, когда согласились на операцию. Никак нельзя было предугадать, что сердце не выдержит и случится шок. Когда через сорок восемь часов не стало улучшений, доктор Уэстон сказал прямо: это вопрос времени. И Лэнден настоял — дать ей лекарства, чтобы уйти спокойно.

Мои родители и братья с сёстрами стояли вокруг стойла, а Лэнден сидел рядом с ней. Сидни подняла голову, посмотрела на него, и в тот момент доктор сделал укол. Сначала — седативный. Потом — смертельную смесь.

Когда её не стало, в конюшне не осталось ни одного сухого глаза. Магнолия встала за спиной Лэндена и гладила его по спине, пока у него беззвучно катились слёзы. А позже, когда мы остались наедине, я прижал её к себе, и она дала волю своим.

Рёв двигателя вывел меня из воспоминаний. Два громких голоса разнеслись по лесу, и через минуту Уайлдер и Вейлон вышли к нам.

— Ага, значит, пьянка в лесу без нас? — фыркнул Уайлдер, волоча ящик пива. — Теперь начнётся веселье.

Вейлон взял банку, бухнулся рядом со мной на чурбак.

— Он как, держится? — кивнул на Лэндена, что всё ещё рубил.

— Как думаешь, умник? — покачал я головой. — И никакой это не праздник. Просто сидим.

— Звучит до жути скучно, — Уайлдер открыл банку и плюхнулся рядом с братом. — А где музыка? Где девчонки?

— Наверное, в баре, — пробормотал я.

Мы молча смотрели на Лэндена. Никто из нас не знал, что сказать, чтобы стало легче. Так что мы просто сидели и пили. Даже если ему наша компания не нужна, он её всё равно получал.

— Так что там у тебя с Магнолией? — вдруг выпалил Уайлдер, и я не понял, ко мне ли это или к Лэндену.

— Ты о чём? — переспросил я, когда Лэнден так и не ответил.

— Интересно, он до сих пор сохнет по ней или охота открыта. — Он загоготал и повёл бровями. Я сжал пустую банку в кулаке, сдерживая желание метнуть её ему в лицо.

— Отъебись. Она не кусок мяса.

— Я же говорил, — усмехнулся Вейлон, глядя на брата, словно у них был какой-то секрет.

— Что говорил? — нахмурился я.

— Что это ты к ней неровно дышишь, а не Лэнден. И твоя реакция — доказательство. — Он ткнул Уайлдера. — Давай, плати.

— Вы что, спорили?

— Уайлдер был уверен, что у них с Лэнденом роман, а я поставил пятьдесят баксов, что это ты ей нравишься, — пояснил Вейлон.

— Это ничего не доказывает, — огрызнулся Уайлдер. — Трипп всегда её защищал. Пока я сам не увижу, платить не буду.

— Жлоб, — покачал головой Вейлон, осушая банку.

Я не стал подтверждать или опровергать, пусть теперь сами мучаются. Нечего было совать нос не в свои дела.

— Я не встречаюсь с Магнолией, — через пару минут сказал Лэнден, наконец бросив топор и размяв руку. — Но знаю, кто встречается. Мне теперь тоже полагаются деньги?

Я метнул на него взгляд, но он даже не смотрел в мою сторону. И что, он готов сдать меня за сотню баксов?

— Врёшь, — фыркнул Вейлон. — Ты не знаешь.

— Она одна из моих лучших подруг. Почему бы и нет? — спокойно возразил Лэнден, открывая новую банку.

Я, конечно, рад, что он заговорил, но мог бы обойтись и без этой темы.

— Есть резон, — заметил Уайлдер. — Ну ладно, выкладывай. Кто этот счастливчик? И можно ли ему набить морду?

Вейлон загоготал.

— Магнолия с тобой не закрутила бы даже если бы ты был последним мужиком на Земле.

— Да нет, даже в этом случае она бы тебя послала, — рассмеялся Лэнден, и я замер, ожидая, что он скажет дальше.

Уайлдер поднялся и сделал верёвочный жест рукой.

— Да ей всё равно не потянуть такую махину.

Вейлон метнул в него пустую банку и снова повернулся к Лэндену.

— Так скажешь или нет?

Тот на миг поймал мой взгляд, потом отвернулся.

— Нет. Кодекс лучших друзей.

— Сука! — Уайлдер вскинул руки.

Я поднёс банку к губам, чтобы скрыть улыбку. Через пять минут близнецы уже спорили о чём-то другом.

Но упоминание Магнолии только усилило тоску по ней. Неделя выдалась тяжёлой: всё свободное время мы проводили либо в конюшне с Сидни, либо рядом с Лэнденом. Мы продолжали переписываться и созваниваться, но я сходил с ума в ожидании пятницы. Она придёт с праздничными коктейлями, и если всё сложится, к ночи на ней не останется ни клочка одежды.

Я проверил телефон, пока братья продолжали гнать свою чушь и напиваться.

Магнолия: Как там Лэнден?

Трипп: Ну, наконец-то перестал рубить, теперь пьёт с близнецами.

Магнолия: Ему ещё долго будет больно. Хорошо, что вы рядом. Отвлекайте его.

Трипп: Стараюсь. Близнецы завели разговор о тебе, и я еле сдержался, чтобы не сказать, что ты моя и им лучше не строить планы.

Магнолия: Какой же ты собственник.

И добавила смайлик с румянцем.

Трипп: Защитник. Ну ладно, может, чуть-чуть одержимый.

Магнолия: Совсем капельку...

Трипп: Кстати, где ты?

Магнолия: В ванне. Хочешь увидеть?

Трипп: Да. Но мне точно не нужен стояк при братьях.

Магнолия: Ну, воображение у тебя есть, ковбой.

Трипп: Ты даже не представляешь. Я не выдержу ещё два дня без тебя.

Магнолия: Не переживай, малыш. Я сделаю так, что ожидание того стоило;)

Я почти слышал её мягкий, дразнящий голос у себя в голове, и этого оказалось достаточно, чтобы мой член ожил.

Чёрт.

То, что она назвала меня «малыш», — новенькое. И мне это чертовски нравится.

Лэнден решает, что хватит, и просит меня отвезти его домой. Уайлдер с Вейлоном остаются и устраивают соревнование по рубке дров.

— Только не вздумайте звонить мне через десять минут, когда кто-то себе ногу оттяпает, — предупреждаю я, уходя.

В такие моменты Ноа обычно была бы голосом разума и просто отобрала бы у них топор, но мне сейчас совсем не до споров. Хотят быть идиотами — да ради бога.

Лэнден забирается в мою машину и плюхается к дверце.

— Только смотри, не блевани тут, — поддел я его.

Он фыркнул.

— От пива меня не тошнит.

— Вчера ты бухал текилу шотами. Так что пиво — уже шаг в сторону от крика о помощи.

Он пожал плечами.

— Лишь бы притупило боль.

Я знаю это чувство слишком хорошо.

— Это временная мера, Лэнден. Я понимаю, что тебе плохо, но алкоголь не решит проблем.

— Может, и не решит. Но, чёрт возьми, лучше, чем тонуть в этом безумном горе.

Я шумно выдохнул, вцепившись в руль так, что побелели костяшки, пока мы приближались к дому.

— Мне кажется, даже Франклин по ней скучает. С утра только и делал, что огрызался на меня.

— Они ведь писали свою собственную историю врагов-любовников.

Я расхохотался.

— И что ты вообще знаешь о романах?

— Слышал, как Ноа с Магнолией обсуждали одну книжку.

— Подслушивал, значит.

— Мужик же должен как-то учиться. — В уголках его губ мелькнула усмешка. — Там была сцена с ножом у горла, и они сходили с ума.

Я приподнял бровь.

— Кто держал нож?

— Девчонка. А когда парень наклонился и ухмыльнулся, они завизжали, как чайки.

Я снова расхохотался — это один в один Ноа и Магнолия.

— Похоже на твой шанс врагов-любовников с Элли.

— Пфф. Она бы взяла этот нож и воткнула прямо мне в сердце.

— Ты уверен? Она ведь тебе открытку соболезнования подарила.

— Это просто значит, что она не бессердечная стерва. Не значит, что я ей нравлюсь.

— Никогда не знаешь. — Я пожал плечами. — И не такое случалось.

Когда я паркуюсь возле нашего дуплекса, он сидит, нахмурившись.

— Хочешь зайти, поиграть в GTA?

Он пожал плечами, а потом кивнул.

— Не откажусь надрать тебе задницу.

— Уверен в своих силах, смотрю. — Мы вылезли из машины, и я пошёл следом за ним.

Я редко играю и, признаться, полный лох в этих делах. Но я готов мириться с поражением, если это поможет Лэндену не провести вечер наедине со своей тоской.