РЕАН БИКЧЕНТАЕВ

ЭЛЕКТРОННЫЙ ДРУГ

Все началось вот с чего: исчез дворник. День нет, два нет, три нет. Обычно на четвертый день он выходил — совесть заедала. А в этот раз и на четвертый день не вышел. Мы побежали к управдому.

— Вы за мои кадры не волнуйтесь! — загадочно ухмыльнулся управдом. — Не надо.

— Да ведь во дворе черт ногу сломит!

— Не сломит, — твердо ответил управдом. — Не те времена. Терпите.

Мы терпели три недели, потом месяц, потом еще три недели. Двор напоминал лесную лужайку после выходного дня. Запахло воскресником.

Однажды утром во двор привезли огромный ящик, который с трудом перенесли в будку к дворнику. Потом заявился и сам он, гордо сказав любопытным:

— Был на курсах. Теперь буду работать с помощью электронного друга.

Через пять минут двор узнал, что наш дворник вооружен суперновой ЭВМ, которая делает миллион операций в секунду. Будто бы вначале предлагали дряхлую эвээмку, которая делала только сто тысяч операций, но жилуправление отказалось.

Около будки теперь всегда толпились ребятишки, которым очень занятно было наблюдать, как наш дворник с силой вдавливал кнопку внутрь ЭВМ и с блаженной улыбкой ждал ответа.

Через неделю мы узнали, что наш двор занимает площадь в 4275 квадратных метров, что асфальтом покрыто 121,817 квадратных метра, что вымоина, которая нагло наполняется после каждого дождя, вмещает 3 кубических метра воды. Еще мы узнали, что каждый жилец приносит с улицы во двор 2,17 грамма грязи, а из дома — 1,3 грамма пыли.

Потом дворник перешел границы нашего дома, и мы узнали, что по грязенасыщаемости наш двор занимает 113-е место в городе, 284-е в области, 825-е в границах страны и 3825-е в мире.

Последний раз мы видели нашего дворника в понедельник. Он погладил серые бока ЭВМ и хрипло заявил:

— В аспирантуру подался, бывайте!

…Сейчас он пишет диссертацию. А во дворе что у нас делается!..

ИЛИ… ИЛИ

Кадровик повертел в руках мой новенький диплом и спросил:

— Спортом занимаешься?

— Угу. Штангой и шахматами.

— Молодец, А как насчет общественных нагрузок?

— Пожалуйста. Могу возглавить кассу взаимопомощи, прочитать лекцию, сходить на дежурство…

— Золото, а не парень. А в самодеятельности можешь участвовать?

— Могу петь, играть на саксофоне, декламировать…

— А может, у тебя и хобби имеется?

— А как же! Коллекционирую чучела зверей.

— Ай, молодец, сразу во всем сознался. Вижу я, что тебе на нашем заводе некогда будет работать!

НЕ В СВОЕ ДЕЛО

Форвард команды «Дизель» Р. Атакин вошел в магазин.

Грузчик Гариф сказал ему:

— И как ты умудрился промазать вчера на тридцать восьмой минуте?! Надо было пройти к воротам поближе — и ударить!

— В следующий раз так и сделаю, — мягко ответил Р. Атакин.

Тут к ним подошел продавец Магсум и заорал:

— Ты кого слушаешь?! Ты меня слушай! Надо было тебе паснуть Махмуду! Он был ближе к воротам, и его никто не «держал».

— В следующий раз! — мягко ответил Р. Атакин.

Тут в разговор вступил директор магазина:

— Нашел кого слушать! Ничего они в футболе не понимают! Они же офсайд от пенальти не отличат! Тебе надо было бить в левый угол. Вратарь ждет в таких случаях удара в правую сторону, а ты ему сюрприз!

— В следующий раз так и сделаю! — мягко ответил Р. Атакин. — И добавил: — Кстати! Я уже пять минут жду продавщицу хлебного отдела, а ее все нет!

— Не суйся не в свое дело! — хором ответили грузчик Гариф, продавец Магсум и директор магазина.

РАЗНЫЙ ПОДХОД

Получил я как-то письмо:

«Здравствуй, дружище! Как твои дела? Нагряну на днях, жди! Привет всем твоим. Закир».

Я его небрежно просмотрел и отложил в сторону.

Письмо взяла моя жена.

— Что за слово «дружище»?! Такого трезвый человек не напишет. Это уж точно!

— Ну, почему не напишет? — слабо возразил я. — И трезвые люди всякое пишут.

— Пьяница этот твой друг, вот что я тебе скажу, — твердо сказала моя супруга. — Знаю я этих алкоголиков!

Я промолчал. Иногда это лучшее, что может сделать мужчина.

— И потом, — продолжила жена, — с чего он так заботится о твоих делах? Наверное, ты ему жаловался, что со мной плохо живешь, что я тебе, мол, покоя не даю! Писал, да?

— Не! — сказал я слабым голосом. — Я его адреса не знаю. Он же уехал давно!

— А то с чего бы он написал: «Нагряну на днях, жди»? Значит, он знал, что ты его ждешь, что ты тут живешь и никуда не уехал.

Я промолчал. Иногда это лучшее…

Жена вчитывалась дальше. И вдруг спросила:

— Рустам! Откуда у тебя любовница?

— Кто???

— Любовница!

— Почему ты так решила?

— Это не я решила. Это твой Закир так пишет. Я же не дура, чтобы не понять, что скрывается за этой фразой: «Привет всем твоим!» Твой Закир знает, что я прочитаю это письмо, и поэтому зашифровал его.

— О, аллах! Если бы мой друг знал, что ты будешь читать это письмо, он бы сразу поставил точку.

— Точку?! — переспросила жена. — Надо подумать, что бы это значило!

МЕНЯЮ ДВА ДОЖДЛИВЫХ ДНЯ…

Я посмотрел на небо, затянутое тучами, и мне вдруг захотелось помечтать.

Осень. Две тысячи сотый год. Звонит один председатель другому и говорит:

— Хасан, тебе не нужно два хороших дождливых дня, а? Тут бюро распределения погоды навязывает мне их, а у меня уборка, сам понимаешь!

— А ты откажись!

— Да, откажись! Потом у них весной не допросишься! Скажут, осенью отмахивался.

— У меня, дорогой ты мой, тоже уборка. Знаешь что, позвони Булату, ему нужен дождь.

Звонит наш Хайбулла Булату.

— Послушай, Булат, тебе не нужно два хороших дождливых дня?

— Спасибо, Хайбулла, не надо. У меня делегация из Африки. Сам понимаешь, гости!

Кладет трубку Хайбулла. Вдруг звонок. Хайбулла берет трубку, и лицо его сияет. Звонит зять с киностудии. Он снимает исторический фильм о жизни предков в тысяча девятьсот шестьдесят девятом году, и ему позарез нужен часов на тринадцать мелкий нудный дождь.

Хайбулла обменивает два дождливых дня на запча… (тьфу, это же две тысячи сотый год!), на право просмотра всем колхозом нового фильма.

Загрузка...