Посторонние

Глава 9. Артём

В то воскресенье занятия по тхэквондо закончились раньше обычного. Тренер ушел по личным делам. И я оказался у ворот за полчаса до оговоренного времени. Потоптавшись на ступенях, я вдруг обозлился на себя. Чего я боюсь? Кого стесняюсь? В конце-концов, воскресенье — это мой законный день. И каждое воскресенье — это мой дом! Пускай всего лишь на несколько часов...

Я вдавил кнопку звонка до упора. Никто не спешил открывать. Я позвонил еще раз. С досадой размышляя, что полчаса придется ждать на ступеньках. В то время как естественные позывы организма сделают ожидание невыносимым. Наконец внутри послышались торопливые шаги. Я одернул руку, ожидая увидеть на пороге тетю Милу, с ее привычной улыбкой на устах. Однако дверь открыла девчонка...

Она была ниже меня на целую голову, а одета так несуразно, точно собиралась играть роль чучела в театральной постановке. Мешковатый джемпер поверх дырявых штанов, а поверх джемпера — такой же мешковатый шарф. На голове соответствующая пугалу прическа в форме птичьего гнезда. Я сдержал смешок!

Девчонка сжала губы, ее и без того красные щеки залил румянец. Она выпрямилась, пытаясь казаться выше.

— Вы к кому? — осведомилась она, точно гостиничный служащий.

— Вообще-то, к отцу, — небрежно бросил я.

Ее неуверенность подстегнула меня. На фоне этой замарашки я, в своем новом спортивном костюме, казался просто эталоном стиля.

— А вы, вероятно, прислуга?

Девушка пропустила мою реплику мимо ушей. Однако лицо выдало её с головой! Ноздри затрепетали, глаза гневно сверкнули.

— Вообще-то, я здесь живу, — излишне высокомерно произнесла она. И я понял, что имею дело с достойным противником! Отодвинув её плечом, я прошел внутрь.

— Так ты, выходит, старшая? — спросил я, хотя очевидным было, что двери мне открыла младшая из сестер.

— Вообще-то, я — младшая, — девушка машинально пригладила волосы.

— Ой! — притворно удивился я, — Тогда боюсь представить, как выглядит старшая!

Довольный собой, я рассмеялся. Девчонка отступила в тень и сложила руки на груди.

— Не думала, что ты такой хам!

— Я тоже не думал, что встречу здесь кого-то из вас, — ни капли не пристыженный, я подошел к холодильнику и по-хозяйски его распахнул.

Девчонка держала дистанцию. Она не знала, как себя вести. Боялась приближаться, но и уходить не спешила.

— Ну, я приболела, — сообщила она тоном более мягким, и даже чуть виноватым, — и меня оставили дома.

— Фу! — скривился я, выуживая из холодильника колбасу, — Так ты еще и заразная! Держись подальше.

— Отец сейчас вернется, — она плотнее закуталась в свой вязаный хомут. И только теперь я понял, что нездоровый румянец — вовсе не последствия моих красноречий.

— Мой отец! — уточнил я, сделав акцент на слове «мой».

— И моя мама, — кивнула девчонка.

— Я сам дождусь его, мне не нужна компания, — я сделал бутерброд, и щелкнул выключателем чайника.

— Ты пришел раньше времени, — деловито заметила она, — я решила, что успею заварить себе чай.

— Не успела! — хмыкнул я, откусывая бутерброд.

Она собиралась ответить, но тут в двери повернулся ключ. Отец с мачехой вернулись, держа в обеих руках пакеты с продуктами.

— Ой! — растерянно пролепетала мачеха, ставя тяжелую ношу на пол, — А вы уже познакомились?

Отец приветственно похлопал меня по плечу.

— А мы накупили всяких вкусностей, — примирительно сообщила тетя Мила, поочередно глядя то на меня, то на свою дочку, — сейчас устроим грандиозное чаепитие!

На столе, сверкая кремовыми боками, появился торт. Я выжидающе посмотрел на девчонку.

— Без меня, — бросила она, и метнулась по лестнице вверх.

— Вот же, грубиянка! — всплеснула руками мачеха, глядя ей вслед.

— Мила, девочке нездоровится, — одернул ее отец.

Я же испытал одновременно облегчение и сожаление. Первое — от того, что не придется видеть ее нездоровую физиономию за столом. Второе — потому, что не удастся испытать на ней еще парочку заготовленных колких фраз.