Я нашел её на веранде. К вечеру похолодало, а она, как обычно, стояла в одной футболке. Уже озябшая! Я подошел сзади, накинул ей на плечи свою куртку.
— Привет.
Нина вздрогнула, но куртку приняла.
Она изменила прическу. И прежде длинные, теперь её волосы едва прикрывали мочки ушей, оставляя беззащитной хрупкую шею. Густая челка доставала бровей. Она отвела её в сторону и ответила:
— Привет.
Я вытащил сигарету, прикурил и произнес тысячу раз отрепетированную фразу:
— Поздравляю тебя! Извини, что не был на свадьбе.
Нина сильнее запахнула полы ветровки:
— Ничего, и… спасибо.
Она умудрялась меняться, оставаясь прежней. Мы так долго не виделись. Кажется, целую вечность! Но, стоя рядом с ней, на нашей веранде, я чувствовал, что мы не расставались...
В ней всё было знакомым, родным! Поворот головы, изгибы плеч, тонкие, всегда беспокойные пальцы, которые и сейчас непрерывно шевелились, перебирая кнопки на моей ветровке.
Я знал, что там, под рукавом, прячется моя любимая родинка. Я знал, как пахнет её кожа, я помнил вкус её губ, и то, какими требовательными они становились в моменты близости. Я помнил каждую проклятую мелочь! Я не хотел забывать. Воспоминания – это все, что у меня оставалось…
— Как жизнь семейная? — спросил я.
Когда-то она и сама задавала мне тот же самый вопрос.
— Оправдывает ожидания, — улыбнулась Нина, и заправила за уши непослушные пряди.
Я отвернулся. Она стояла так близко, что я мог слышать её дыхание. Но далеко настолько, что для объятий нужно было сделать шаг. И я держался, как мог, чтобы не шагнуть ей навстречу…
— Это хорошо, — я отстраненно кивнул.
Вернулся её муж, вынуждая меня «откланяться». Весь вечер он не выпускал её. И, даже когда она ускользала из его объятий, стремился продлить эту близость прикосновением рук. Да, на его месте я бы тоже держал её крепче!
Я полагал, что возненавижу парня, который присвоил себе мою Нинку! Но злости не было. Он оказался нормальным, веселым, начитанным. В его лице я наконец-то обрел собеседника! Возможно, при других обстоятельствах мы бы стали друзьями.
«Кажется, она и в самом деле счастлива», — думал я, глядя на то, как Нина, краснея, ловит на себе его влюбленные взгляды.