Посторонние

Глава 19. Нина

Зо Зо отправилась в клуб, а я решила не терять времени даром, и устроила домашнее СПА. Набрала ванну с пеной и погрузила в горячую воду свое воспаленное тело. Всегда болея, я старалась привести себя в порядок. А вдруг однажды умру? Тогда хотя бы умру красивой! Я неспешно вымылась, сделала маску, закуталась в махровый халат и накрутила чалму на голове. Предвкушая чай с конфетами, включила телевизор. И тут раздался звонок в дверь…

— Кто? — спросила я, хотя в глазок отчетливо видела Артёма.

«Ну что ему нужно?», — мысли забегали, — «Прогнать? Но я уже обнаружила себя! Вот идиотка!».

— Нин, это я, — ответил Тёма.

Пришлось открыть. Он переступил порог.

— Вот, тебе, — сказал Артём, вручая мне пакет.

Я заглянула внутрь: «он считает, что я все это съем?».

— Спасибо.

— Мы можем поговорить? — он топтался на пороге.

«Прогнать!», — подумала я, но вслух зачем-то произнесла:

— Заходи.

Он проследовал за мной на кухню.

— Как себя чувствуешь? — спросил Тёма, наблюдая, как я выкладываю из пакета фрукты.

— Нормально, — я пожала плечами, поправляя полотенце на голове.

— Ты что, купалась?! — его тон изменился.

— Да, — растерянно кивнула я.

— Ты же болеешь!

— И что? Мне теперь грязной ходить?

Артём нахмурился:

— Завтра у нас мероприятие! Придёшь?

— Не надо? — уточнила я осторожно.

— Почему?!

Я пожала плечами:

— Ну, после… того, что было.

— Нин! — перебил он.

Но я, в намерении расставить все точки, решительно взяла слово. Стоять вот так, под его взглядом, было трудно. Я будто снова чувствовала его прикосновения…

— Артём, давай мы просто представим, что ничего не было? Я понимаю, что ты из жалости… Но этот акт милосердия был ни к чему.

— Почему… почему из жалости? — перебил он.

— А как еще объяснить? Просто я выпила лишнего, расстроилась … Я тебя не виню! Сама виновата!

Артём встал, я машинально попятилась, но опять угодила в ловушку! Сзади холодильник, сбоку тумба…

Он подошел ближе:

— Ну ты тупица!

Я удивленно посмотрела на него. Артём улыбался. Его взгляд излучал тепло. И мне полегчало! «Значит, мир?», — подумала я про себя. Тёма сделал ещё один шаг и, оказавшись рядом, взял в ладони моё лицо…

— Я же тебя люблю! — горячо и так отчаянно прошептал он.

— И я тебя… — рассеянно бросила я, чувствуя его поцелуи на своих щеках.

— Люблю! Люблю! Люблю! — шептал он, обжигая горячим дыханием губы, шею, плечи...

К следующему вечеру я была как огурчик! Насморк прошёл, температура спала. Чего нельзя было сказать об Артёме. Он забрал себе мою простуду, и их романтический ужин, видимо, пришлось отложить.