Я не помнил, как мы разделись. Но, мои руки старались запечатлеть каждый нежный изгиб. Когда я оказался внутри неё, едва не кончил в тот же миг…
Так долго и мучительно я жаждал этого! Представлял себе… Но в жизни все оказалось в сотню, в тысячу, в миллион раз лучше…
Я тонул в глубине её нежного, податливого тела. Я растворялся в ней! Наверное, такой секс может случиться только с по-настоящему любимым человеком. Когда происходит слияние не только тел, но и душ.
Она была такая влажная, что мой измученный ожиданием член держался из последних сил. Мне хотелось продлить наслаждение! Но эта темнота! Эта абсолютная тишина, где слышно только дыхание. Вся эта атмосфера распаляла фантазию сильнее любых картинок. Я на ощупь представлял её голое тело, еще не веря в то, что все происходит наяву…
Она всхлипнула и выгнулась дугой. Я обнял её, прижал к себе, ощущая глубинные спазмы…
Мы всё еще стояли так, и я был внутри неё, когда коварный свет зажегся, выставляя напоказ разбросанную по полу одежду. Спустя мгновение Нинка оттолкнула меня, высвобождаясь и, не глядя мою сторону, начала одеваться. Она так спешно натягивала вещи, что пару раз едва не упала! Я же поправил джинсы, застегнул ширинку. И сжал в руке скомканный свитер.
Остаток вечера мы провели в полном молчании. Я не мог уйти! Да она и не прогоняла... Просто ходила по комнате, избегая прикосновений и взглядов, кое-как собирая в коробки остатки вещей. Напряжение, точно струна, натягивалось всякий раз, когда кто-то из нас делал шаг навстречу.
— Нин, — робко произнес я.
— Пожалуйста! — она вскинула руку.
Я мог только гадать, что творится у нее внутри. Мне хотелось всего и сразу. Извиниться! Повторить! Закрыть двери и не выпускать её отсюда, по крайней мере, ближайшие пару недель.
— Нин, — опять сказал я уже в машине.
Она устало закрыла глаза. Я не знал, какие слова подобрать, чтобы оправдать свое поведение. Вероятно, она обижалась? Злилась? Чувствовала же она хоть что-нибудь! Ну, почему же тогда молчала?