Посторонние

Глава 40. Артём

Еще, будучи ребёнком, желая сбежать из дома, хотя бы на время, я отыскал это место. Узкий ручей через пару километров, превращался в небольшую речку. Сыпучие холмы здесь обрывались, выставляя напоказ рыхлую глиняную сердцевину. Подножия украшал мясистый камыш.

Я усаживался на самый край обрыва и бросал в воду камни. Наблюдая, как те, исчезают, оставляя на воде симметричные круги. Эта симметрия успокаивала! Над головой кружили стрекозы, похожие на разноцветные иголки. А иногда где-то поодаль слышался плеск воды. И я представлял себе рыбу, которая выныривает наружу, чтобы глотнуть воздуха.

Это место, непригодное для купания, оставалось вне досягаемости любителей пляжного отдыха. Так что, даже спустя столько лет, здесь все ещё можно было найти уединение. И подумать…

«Приведу её сюда и признаюсь!», — твёрдо решил я. «Ну, в самом деле, что случится? Максимум, покрутит пальцем у виска. Скажет, что не любит.… Ну и пусть! Так я хотя бы буду знать. И, быть может, прекращу, наконец, изводить себя».

Пока ты мечешься, не в силах принять решение, тебя одолевают тысячи сомнений. Но стоит выбрать, и напряжение отпускает. Теперь все твои мысли подчинены планированию будущего поступка. «Цветы», — думал я, прикидывая, где поблизости раздобыть букет. «Не стану же я идти с цветами от самого дома. Тогда она, наверняка, заподозрит неладное! И чего доброго сбежит, прежде чем я успею сказать»…

Сказать, что любил давно, наверное, с первой встречи. И даже ненавидя, уже любил! А мой детский разум, предчувствуя опасность, старательно маскировал возникшее где-то на уровне подсознания, чувство.

Что даже тогда, нескладной девчонкой с повадками дикарки, она заставила моё сердце биться сильнее. А время только усилило его ритм! Что в каждой, чьих губ касался, я видел её. Хотел видеть, а потому закрывал глаза!

«Да», — упоённо думал я, представляя, как возьму её руку, трону губами каждый пальчик. Как проведу ладонью по щеке…

Фантазии уводили меня далеко за пределы платонических переживаний.

Даже мысленно я не мог удержаться! И уже спустя секунду представлял разбросанную на траве одежду. И её, влажную от пота, подо мной! Представлял, как буду целовать приоткрытые губы, как стану шептать ей на ухо клятвы. Как буду входить в неё снова и снова…

Почему нам нельзя любить друг друга? Ну почему? Ведь мы не родные! Что за глупые предрассудки! И кто запретит нам быть вместе? Мой отец? Её мать? Они и сами в своё время наплевали на мнение близких людей.

Никто! Абсолютно никто не вправе нас судить.

«А кто тебе сказал, что она ответит взаимностью?», — осаждал на землю голос подсознания.