Без угрызений совести я оставил королеву вечеринки в одиночестве и отправился на поиски сестры. Точно полоумный, я обшаривал одну за другой все комнаты, предполагая худшее и ругая себя последними словами.
«Мудак! Какого хрена ты оставил её с этим похотливым уродом? Наверняка, он уже шпилит её в одной из спален. Где он обычно приходует своих тёлочек? На кровати родителей? На чердаке?». Я был в ярости. Я злился на неё - легкомысленно позволившую себя соблазнить! На себя - оставившего её без присмотра!
Одна из спален оказалась заперта… Не помня себя, я взял разгон и врезался плечом в дверь, отчего та с треском распахнулась.
Я угодил прямо в цель! Пашка вытянулся на кровати, а из-под него торчали босые Нинкины ноги. Как я опознал в девичьих ступнях Нинкины? Сам не понимаю…
Только вся моя злость обрушилась на приятеля! Я схватил его за шкирку и с силой швырнул об стену. От неожиданности Пашка потерялся, но увидев меня, моментально обрёл дар речи:
— Ты хули делаешь, сука? — взвыл он, вскакивая на ноги.
— Ширинку застегни, урод! — подсказал я.
— Ты не ох*ел, Тёмка? — воскликнул он.
— Что тут происходит? — прорычал я в ответ.
— Нинке было нехорошо, — сбивчиво объяснил Пашка.
— И ты решил уложить её? — подсказал я.
— Слышь! — взревел он, — Ты вообще-то на моей территории! Забыл? Может чё попутал? Или перебрал?
Он выпрямился во весь рост, обнаруживая свое превосходство.
— Она пойдёт со мной! — я кивнул на кровать, где Нинка испуганно возилась с платьем.
— Она сама решит! — оскалился Пашка.
— Она не в том состоянии, чтобы решать! — возразил я.
— Серьёзно? А ты её папочка? Или может сам хотел присунуть сестренке? — ехидным тоном заметил приятель.
Пашка, сам того не ожидая, наступил на больной мозоль, который давно уже норовил прорваться. И я, теряя самообладание, выкинул вперед правую ногу, угодив пяткой ему прямо в челюсть…