Раб с Земли

Глава 12. Айрин

Месяц Менельмос, 2000 г. Э.С.

Утро в Старом Городе начиналось с мягкого голубоватого света, разливавшегося под сводами пещеры. Искусственное солнце медленно набирало яркость, и Айрин проснулась первой — впервые за долгое время. Лекс ещё спал, уткнувшись лицом в подушку, и его дыхание было ровным и спокойным. Она осторожно выбралась из-под одеяла, натянула куртку и вышла на балкон.

Город простирался внизу, мерцая тысячами огней. Тишина стояла абсолютная, только где-то далеко гудели механизмы. Айрин смотрела на это великолепие и думала о своём. О том, как её предки мечтали увидеть такое. О том, что она здесь, а они — лишь прах в сожжённых деревнях.

Она вздохнула и вернулась в комнату. Лекс уже проснулся и сидел на койке, потирая виски.

— Доброе утро, — сказала она. — Голова болит?

— Привычно, — усмехнулся он. — Ты рано встала.

— Не спалось. Решила посмотреть на город.

— Красиво?

— Очень. И немного грустно.

Лекс понимающе кивнул. Он знал, что для неё это место — не просто руины, а память о прошлом.

— Сегодня будем исследовать дальше, — сказал он, вставая. — Дроид обещал показать жилые кварталы. Говорит, там много интересного.

— Я бы хотела осмотреть всё сама, — ответила Айрин. — Если можно.

— Конечно. Только будь осторожна. Возьми с собой кого-нибудь.

— Грыма? — усмехнулась она. — Он только мешать будет.

— Тогда Зураба. Он уже здоров.

— Договорились.

После завтрака они разделились. Кор-Дум с Грымом отправились в кузницу продолжать попытки настроить станки. Лекс и дроид ушли активировать оставшиеся турели. Айрин и Зураб двинулись в жилой сектор, который тянулся на восток от центральной площади.

Жилые кварталы оказались лабиринтом из зданий разной высоты, соединённых переходами и мостиками. Некоторые дома были многоэтажными, с балконами, на которых когда-то росли цветы — теперь только сухие стебли торчали из кадок. Другие — небольшие, похожие на коттеджи, с садиками перед входом.

— Здесь люди жили, — задумчиво сказал Зураб. — Не эльфы, не дворфы — именно люди. Чувствуется.

— Что ты чувствуешь? — спросила Айрин.

— Дома маленькие, уютные. Для семьи. У эльфов всё высокое, холодное, а тут… как в деревне.

Айрин кивнула. Она и сама это чувствовала. Стены здесь были не такими гладкими и холодными, как в административных зданиях, — их покрывали рисунки, какие-то надписи, даже детские каракули. Жизнь когда-то кипела здесь.

Они заходили в несколько домов. Внутри — пусто, чисто, но безлико. Мебель, встроенная в стены, койки, столы. В некоторых комнатах на стенах висели голографические рамки — когда-то в них были изображения, теперь только пустота.

— Смотри, — Зураб указал на дверь в конце коридора. — Там что-то другое.

Дверь была массивнее других, с символом, который Айрин показался смутно знакомым. Она прикоснулась — дверь бесшумно открылась.

Они оказались в зале, похожем на тренировочный. Вдоль стен стояли стойки с оружием — мечи, копья, луки. Но оружие было необычным: лёгким, почти невесомым, с тускло светящимися лезвиями. Айрин подошла к стойке с мечами и замерла.

На самом краю, чуть в стороне от остальных, лежал клинок. Он был удивительно похож на тот, что когда-то принадлежал её деду — такие же пропорции, такая же форма рукояти. Но этот был… проще. Без украшений, без родовых символов, с матовым лезвием, которое не сверкало, а лишь тускло отражало свет.

Айрин взяла его в руки. Клинок оказался лёгким, удобным, идеально сбалансированным. Но стоило провести пальцем по лезвию — оно было тупым. Совершенно, абсолютно тупым. Им нельзя было даже бумагу разрезать, не то что врага.

— Странно, — сказала она. — Почему он тупой?

— Может, тренировочный? — предположил Зураб. — У нас в кузнице такие были — для новичков, чтобы не порезались.

— Тренировочный? — Айрин повертела меч в руках. — Но он так похож на настоящий… Я слышала от старейшин, что наши предки делали свои клинки по эскизам Древних. Дед говорил, что в старых мастерских хранились чертежи, которые передавались из поколения в поколение. Может, этот — один из образцов?

— Может быть, — согласился Зураб. — Древние могли делать тренировочные копии для обучения. А ингрийские мастера потом уже ковали настоящие мечи, глядя на эти образцы.

— Значит, это не просто клинок, — задумчиво сказала Айрин. — Это ключ к пониманию того, как ковали наши предки.

— Оставь, потом разберёмся, — махнул рукой Зураб. — Пошли дальше.

Но Айрин не могла оставить. Что-то в этом клинке притягивало её. Она положила его в рюкзак и двинулась за Зурабом.

Они прошли ещё несколько комнат. В одной из них, в углу, Зураб вдруг остановился.

— Айрин, не смотри сюда.

— Что там?

— Не смотри, сказал.

Но она уже подошла и увидела. У стены, скорчившись, сидел скелет. Человеческий скелет, облачённый в истлевшие останки одежды. Рядом валялся такой же рюкзак, как у них, и какие-то предметы.

Айрин замерла. В Ингрии она видела смерть — много смертей. Но здесь, в этом чистом, стерильном городе, мёртвый человек казался чем-то неправильным, чужеродным.

Она взяла себя в руки, дочь короля Ингрии. Она не имеет права бояться.

— Надо посмотреть, — сказала она твёрдо. — Может, узнаем, кто он.

Зураб нехотя отошёл, пропуская её. Айрин приблизилась к скелету. Одежда истлела так, что нельзя было понять, что это за человек, но на поясе висела сумка — почти не тронутая временем. Айрин осторожно сняла её и открыла.

Внутри лежала потрёпанная тетрадь — листы какого-то материала, похожего на пергамент, но более прочного. Айрин раскрыла её. Записи были на ингрийском. Её родном языке.

— Зураб, — прошептала она. — Он был из Ингрии.

— Что? — кузнец подошёл ближе. — Откуда здесь ингриец?

Айрин начала читать вслух, тихо, чтобы не пропустить ни слова.

*«Год 3478 от основания Ингрии. Я, Эйнар из рода Белого Волка, отправился на поиски легендарного меча наших предков. Говорят, он был спрятан в одном из городов Древних, чтобы не достался врагам. Если я найду его, то смогу возродить Ингрию. Я должен попытаться».*

Айрин вздрогнула. Род Белого Волка — это её род. Эйнар. Она лихорадочно перебирала в памяти имена предков, которые знала из рассказов бабушки. Эйнар… Кажется, так звали двоюродного деда, который ушёл в горы и не вернулся. Или это был брат прапрадеда? Она не могла вспомнить точно, но кровь одна.

— Он из моей семьи, — выдохнула она. — Может, двоюродный дед… или ещё дальше. Но наш.

Она перевернула страницу.

«Шёл через горы много дней. Дважды чуть не погиб в лавинах, один раз отбился от снежных барсов. Но Кователь хранил меня. Нашёл вход в шахты, о котором рассказывали сталкеры. Внутри темно, сыро, но я не боюсь. Я иду за мечом».

Дальше шли описания подземелий, ловушек, которые он обходил. Айрин читала и поражалась — он прошёл почти тот же путь, что и они, но без помощи Архитектора, без знания языка Древних, просто на удаче и упорстве.

«Нашёл зал с оружием. Столько мечей, копий, луков — глаза разбегаются. Но где тот самый, легендарный? Я обыскал всё, но ничего похожего на описание не нашёл. Только один клинок привлёк моё внимание — он точь-в-точь как на рисунках, что я видел в детстве. Я схватил его, думая, что это он… Но когда провёл пальцем по лезвию, понял — это подделка. Тупой, бесполезный. Тренировочный. Кто-то из Древних сделал копию, чтобы обмануть искателей? Или просто для учёбы? А может, наши предки именно с таких копий снимали мерки, чтобы потом ковать свои знаменитые клинки?»

Айрин вытащила из рюкзака найденный клинок и посмотрела на него. Тот самый. Эйнар держал его в руках.

«Я обыскал всё, но настоящего меча нет. Может, его вообще никогда не существовало? Может, это просто легенда, которую наши предки придумали, чтобы мы не теряли надежды? Я не знаю. Я устал. У меня кончились припасы, а обратный путь длиннее, чем я думал. Еды осталось на пару дней, но сил идти почти нет. Кажется, я отравился грибами, которые съел в подземелье. Живот крутит, голова раскалывается, в глазах двоится. Если я не выберусь, пусть тот, кто найдёт эти записи, знает: я искал не зря. Я видел город Древних. Я держал в руках клинок, похожий на меч предков. Может, это и есть тот самый, просто время сделало своё дело? Но нет, он тупой, совсем тупой…»

Последние строки были написаны нетвёрдой рукой, буквы прыгали.

«Я слышу голоса. Наверное, бред. Кователь, если ты слышишь меня, прими мою душу. Я не нашёл меч, но я не сдался. Я…»

Запись обрывалась.

Айрин закрыла тетрадь. Руки её дрожали. Зураб молча стоял рядом, не зная, что сказать.

— Он мой… родственник, — прошептала Айрин. — Из рода Белого Волка. Может, прапрадед, может, двоюродный дед — я не знаю точно. Но кровь одна. Он искал меч… тот самый, о котором столько легенд. И нашёл только это.

Айрин посмотрела на клинок в своих руках. Тупой, бесполезный. Игрушка. Но теперь она знала — ингрийские мастера ковали свои легендарные мечи, глядя на такие вот образцы. Значит, в этом клинке — ключ к пониманию их мастерства.

— Я столько лет мечтала найти его, — голос её дрогнул. — Думала, если найду, смогу восстановить Ингрию. А это просто… тренировочный.

Зураб положил руку ей на плечо.

— Меч — это только железо, Айрин. Ингрию восстанавливают люди, а не железки. А этот клинок — он всё равно часть твоей истории. Того, кто его искал.

— Знаю, — она вытерла слезу. — Знаю. Но всё равно обидно.

Она посмотрела на скелет. Эйнар сидел, прислонившись к стене, словно уснул. Рядом валялись остатки рюкзака, фляга, рассыпавшиеся кристаллы.

— Мы должны похоронить его, — сказала Айрин. — По-ингрийски.

— Здесь? — удивился Зураб. — Под камнем?

— Здесь. Он заслужил.

Они нашли в соседней комнате плиту, которая треснула и частично раскололась. Зураб своим топором отделил несколько крупных кусков. Айрин завернула останки в кусок ткани, которую нашла в одном из шкафов, и осторожно уложила в углубление, которое они выдолбили в полу. Потом они засыпали могилу камнями от расколовшейся плиты, сложив их в небольшой курган.

— Кователь, — начала она тихо, и голос её зазвучал торжественно, — прими душу Эйнара из рода Белого Волка. Может, он мой предок, а может, просто дальний родственник, но кровь у нас одна. Он искал меч предков, но не нашёл. Он прошёл через горы, через тьму, через страх. Он не сдался. Он достоин твоего чертога.

Она замолчала, вспоминая слова похоронной песни, которую пела её бабушка. Потом запела — тихо, печально, но с достоинством:

Ой, ты, сокол мой ясный,

Улетел в край опасный,

Не вернулся домой,

Остался в земле чужой.

Но не плачьте по нём,

Он пойдёт вечным сном,

Где куётся заря,

Где не гаснет огня.

Кователь, прими его руки,

Что держали клинок,

Кователь, прости его муки,

Что он вынести смог.

Мы запомним его навсегда,

Не померкнет звезда,

Что вела его в даль,

Где утихла печаль.

Голос её затих. Зураб стоял молча, опустив голову. Сквозняк, гулявший по коридорам, стих, словно даже воздух затаил дыхание.

Айрин положила руку на камни.

— Спи спокойно, предок. Ты не зря жил. Твой клинок ещё послужит. И я не дам твоей памяти умереть.

Она повернулась к клинку, который лежал рядом. Взяла его, посмотрела на тупое лезвие.

— А этот меч я заберу, — сказала она. — Не как легенду, а как память. О тебе, Эйнар. О том, что даже бесполезная вещь может стать важной, если с ней связана история. И о том, что наши предки учились у Древних.

— Что с ним делать будешь? — спросил Зураб.

— Заточу, — усмехнулась она. — Если гномы согласятся. Всё-таки клинок хороший, хоть и тупой. Может, из него выйдет неплохое оружие. А если повезёт, может, и секрет ингрийской стали разгадаем.

— Дай-ка глянуть. — Зураб взял меч, повертел, провёл пальцем по лезвию. — Металл отличный. Какой-то сплав, легче стали, но крепче. Заточить можно. Я берусь.

— Правда? — обрадовалась Айрин.

— Правда. Кор-Дум поможет. У него рука тяжёлая, но для такого дела сгодится.

Они вернулись в кузницу, когда солнце уже начало клониться к закату (насколько это было возможно под искусственным небом). Кор-Дум и Грым возились с каким-то станком, но без особого успеха.

— Опять не работает? — спросил Зураб.

— Эта рухлядь совсем с ума сошла, — проворчал Кор-Дум. — Я уже все настройки перепробовал — ноль реакции. Видно, без Лекса не разобраться. У него, видите ли, уровень доступа не тот, а у нас и подавно.

— Тогда помоги нам, — сказал Зураб и протянул ему клинок. — Заточить надо.

Кор-Дум взял меч, повертел, хмыкнул.

— Хорошая работа. Древние, небось, делали. Только тупой, как моя бабушка после третьей кружки эля.

— Сможешь заточить? — спросила Айрин.

— Смогу, — уверенно ответил дворф. — У меня точильный камень есть, я его из обломков сделал. Не хуже, чем у эльфов. — Он посмотрел на клинок. — А где взяла?

— Нашла, — уклончиво ответила Айрин. — В одном из домов. Там ещё могила была.

— Могила? — переспросил Грым.

— Ингриец. Из моего рода. Он искал легендарный меч, но не нашёл. Умер здесь.

Кор-Дум посмотрел на Айрин с уважением.

— Правильно сделала, что похоронила. Мёртвых надо чтить. Ладно, к утру будет готово. Иди отдыхай.

Айрин кивнула и вышла из кузницы. Грым догнал её у выхода.

— А можно я с тобой пойду? — спросил он. — А то от этих станков уже голова пухнет.

— Пошли, — разрешила она.

Они вернулись в жилой блок, где их уже ждал Лекс. Он сидел за столом, изучая карту города, и при их появлении поднял голову.

— Как прогулка? — спросил он.

— Нашла клинок, — ответила Айрин, садясь рядом. — И могилу.

— Могилу?

— Ингрийца. Из рода Белого Волка. Он искал легендарный меч нашего рода, но нашёл только этот. — она кивнул на меч, который Кор-Дум унёс точить. — Тупой, тренировочный. Умер здесь, в одиночестве. Скорее всего, отравился грибами в подземельях, да и истощение сказалось.

Лекс помолчал, потом спросил:

— Ты как?

— Нормально, — она улыбнулась, но улыбка вышла грустной. — Грустно, конечно. Но я рада, что нашла его. Хотя бы похоронила по-человечески. И знаешь… он из моего рода. Может, предок. Я чувствую эту связь.

— Ты сильная, — сказал Лекс.

— Не сильная. Просто привыкла. Знаешь, он писал, что наши предки делали свои клинки по эскизам Древних. Этот тренировочный меч — возможно, тот самый образец. Если мы разгадаем его секрет, сможем понять, как ковали ингрийские мастера.

— Интересная мысль, — задумался Лекс. — Может, в этом и есть ключ.

Грым сидел в углу и молчал, но в его глазах читалось уважение.

Вечером Кор-Дум принёс заточенный клинок. Лезвие сверкало, как новое.

— Попробуй, — сказал он, протягивая меч Айрин.

Она взяла его, взвесила в руке. Лёгкий, удобный, идеально сбалансированный. И острый — волос можно было срезать, если поднести.

— Спасибо, — искренне сказала она. — Ты настоящий мастер.

— А то! — довольно крякнул Кор-Дум. — Я, может, с древними станками не совладал, но меч заточить — это святое. И вообще, если технология не доступна, значит, будем работать по старинке. Не впервой.

— Теперь у тебя есть оружие, — сказал Лекс. — Не легендарное, но надёжное.

— Легенды — это хорошо, — ответила Айрин, — но иногда простой клинок важнее. Главное — чтобы в руках не дрожал. А этот меч теперь будет напоминать мне об Эйнаре. О том, что даже если не находишь того, что ищешь, твои усилия не пропадают даром.

Она повесила меч на пояс и вышла на балкон. Город мерцал внизу, тихий и величественный.

— Спасибо, Эйнар, — прошептала она. — Ты не зря жил. И твой клинок ещё послужит. А может, и секрет ингрийской стали мы разгадаем благодаря тебе.

Где-то в глубине души ей показалось, что сквозняк донёс лёгкое дуновение — словно кто-то ответил. Или просто показалось.

Но она улыбнулась и вернулась в комнату, где её ждали друзья.