Развод с чудовищем, или Хозяйка Пустошей

20

Дэйрон

С одной стороны, всё складывалось к лучшему. После того, как Дэйрон чуть не придушил засланного слугу, Ива сторонилась его. Оно и понятно, откуда юной леди из столицы знать, как именно даётся власть в местах вроде Пустоши. Но с другой стороны…

Чем больше она отстранялась, тем сильнее хотелось приблизить её к себе. Запустить пальцы в тёмный шёлк волос, вдохнуть аромат роз, который её сопровождал. Заставить забыть того, чьё имя заставляло её терять покой, и выпустить на волю ту Иву, что не давала покоя ему.

Дэйрон не осуждал её. Он знал, как глубоко в сердце может сидеть ядовитой занозой чей-то образ. Даже после предательства, после многих лет разлуки. Иногда только новое увлечение может исцелить от такого.

Тарк чувствовал, что вместе с Ивой приобрёл слабость. Мысли то и дело сворачивали не туда. Он терял хватку в делах, отвлекался на переговорах, заключил не самый выгодный контракт с Островом. Как будто его каменная броня треснула, и он перестал быть цельным. Ни к чему хорошему это не вело.

Поэтому холодность Ивы была на руку дракону. Но сквозь трещину в броне наружу проникало то, что должно было давно исчезнуть. Дэйрон думал, что этот демон давно покинул его, потерпев поражение, но оказалось, что всё это время он оставался внутри, накапливая силу. Теперь Тарк разрывался между желанием соблюдать договорённости с Ивой, и, наплевав на них, взять то, что по всем бумагам принадлежало ему.

Он оказался совсем не готов к чёрному чувству, которое обрушилось на него, когда среди писем в шкатулке мелькнула фамилия из брачного договора.

Эстиларт. Её бывший муж.

В глазах потемнело так, что ему захотелось среди бела дня зажечь свечу. Дэйрон говорил себе, что вмешательство бывшего мужа может испортить весь его план выйти на свободу, но правда была в том, что злился он не из-за этого. А из-за того, как Ива вступалась за наёмника, которого подослал Эстиларт. Из-за того, как она вцепилась в это ненавистное письмо.

Жаль, что он не спрятал его подальше — так спешил избавиться от него. Это для её же блага, убеждал себя дракон. Но на самом деле ему хотелось успокоить чёрного демона, ревущего внутри.

И этот демон замолк только когда он, наплевав на все приличия, прочёл её ответ. Дэйрон вдруг обнаружил, что может снова трезво мыслить. Насколько это было возможно рядом с Ивой.

Он сжимал её плечи и вдыхал её запах, с трудом удерживаясь от того, чтобы зарыться лицом в тёмные локоны. Боялся ослабить контроль и накрыть чуть припухшие от слёз губы своими.

Дэйрон знал, как ей больно. Он мог заглушить эту боль своими поцелуями, но понимал, что Ива должна пережить её, чтобы стать сильнее. А он будет рядом, чтобы хрупкая Ивенна выросла в вольную и несгибаемую Иву.

А пока что…

Он должен беречь её. От Пустошей. От Эстиларта. От всего мира.

Чёрный демон выползал всё больше, протискиваясь через узкие трещины в душе. Хватит играть в галантность. Ива должна понять, что пока они в Пустошах, он — её безопасность, и его слово — закон. А если продолжит упрямиться…

Он с удовольствием преподаст ей урок.

Ивенна

Я с трудом передвинула на нужное место очередной кристаллический куст и сердито выдохнула. Могла бы позвать Орма, но мне хотелось сделать всё самой. Таскание тяжестей хорошо помогало выплеснуть злость.

Никакой переписки. Никаких прогулок. Никакой жизни.

Я понимала, в чём дело. Дракон пытается уберечь меня от неприятностей. От столкновения с людьми Ника. И с его письмами.

И это меня злило больше всего!

Неужели он не понимает, что Николас Эстиларт остался в прошлом? То, как он вчера утешал меня, никак не вязалось с тем, что он сделал сегодня. Как будто Тарк одной рукой давал мне силы жить дальше, а другой подрезал крылья.

Я закусила губу, переставляя последний кристалл. Затем отошла на пару шагов, обошла по кругу и удовлетворённо хмыкнула. Получалось неплохо. Яркие пятна на неброском фоне, так, как это обычно бывает в природе. Осталось добавить последний штрих.

Зелёные камешки быстро нагревались под солнцем. К тому времени, как я разложила их по местам, солнце припекало так, что у меня начала кружиться голова, даже шляпка не спасала. От камней неуловимо пахло морской солью и чем-то горьким. Я наконец выпрямилась и осмотрела, что получилось.

Да, это, конечно, были не цветы. Но по крайней мере не унылое пыльно-белое пространство.

В кабинете Дэйрона приоткрылось окно. Послышалось сдавленное ругательство, и я с досадой потёрла лоб. Надо было предупредить дракона, что именно и сколько я взяла с его склада, но с утра я была слишком возмущена, чтобы вспомнить об этом.

Послышался хруст камешков под ногами. Дракон быстро приближался, и судя по морщинке между бровями и сверкавшим глазам, был крайне зол.

— Кажется, тебя вообще не стоит выпускать тебя из дома, — прошипел он, хватая меня за локоть.