Стальная Вера 2

Глава 16. Невидимый разлом

— Думаю, это не очень хорошая идея, — тут же отзывается Влад, косясь на призадумавшегося начальника гарнизона. — Может, у вас на божественном плане по-другому, но у нас казнить членов императорской семьи просто так не принято.

«По крайней мере, в открытую,» — добавляю про себя то, что Влад не говорит, но явно подразумевает.

Горе Луковое вздыхает тяжко, будто имеет дело с непроходимыми тупицами.

— Это вы зря, — скалит он острые зубки. — Мало ли какая надобность возникнет…

Выписываю ему лёгкий подзатыльник — почти невесомый, чисто для порядка.

— Если каждый станет самостоятельно решать такие вещи, тут людей не останется, — говорю поучительно. — Поэтому у людей есть такая полезная штука, как суд.

— Сложно, — чешет место, по которому прошлась моя ладонь, Горе. — Только нам без этого всё равно никак не сдюжить.

— Погодь-ка, — военный быстро раздаёт подчинённым несколько коротких команд и возвращается обратно. — Докладывай, бесёнок.

— Вообще-то я божественная сущность, — напоминает Горе, явно не слишком рассчитывая на понимание. — Служил самому господину Перуну. И я думаю, что с городом, в котором мы находимся, можно уже попрощаться.

— Почему это? — прищуривается солдат, сканируя Горе глазами, будто у него там встроен детектор лжи.

Служитель Перуна пожимает плечами:

— Простая логика. Вряд ли у них получилось и в ближайшее время получится открыть ещё одни врата между мирами. Для такого дела нужна долгая подготовка и союзник в этом мире. Да такой, у которого силёнки хватит.

Ну конечно. Дураков-то на свете много. А вот могущественных дураков — раз, два и обчёлся. Вряд ли в императорской семейке найдётся второй такой.

— Сейчас им нужна хоть какая-то отдача, — продолжает Горе. — Божественного фокуса больше нет, распределения энергии — тоже. А собственный город — какой-никакой источник. Посему давить сюда будут до последнего. А значит, пришлют новые и новые орды. И когда-нибудь точно добьются своего.

— Мда, дела… — чешет маковку военный. — Нешто великий князь не понимал, к чему всё идёт, когда ввязывался?

— Кто знает, — разводит руками Горе.

Да всё он понимал. Может, и не до конца. Но был готов к жертвам и полному захвату города. Фу таким быть.

Тем временем начальник гарнизона, кажется, принимает какое-то решение.

— Ладно, — деловито хлопает он себя по бёдрам. — Не нашего ума, пожалуй, дельце. Оцепим пока что площадь до дальнейших распоряжений. А вы, молодёжь, дуйте-ка в академию. Да погодите только, писульку Вадимычу черкану.

Пока он отходит в сторону, чтобы выполнить обещанное, мы дружно переглядываемся.

— Как думаешь, долго ждать следующего нападения? — спрашиваю то, что, наверное, волнует всех нас.

Горе поднимает глаза к разлому в небе, будто надеясь узреть там ответ.

— Не знаю, — произносит меланхолично. — Может, через пару дней. А может — прямо сейчас. Одно скажу точно: это случится куда скорее, чем нам хотелось бы.

***

Нефёдов спешит через лабиринт дворца нового небесного Владыки, кипя от негодования. Это ж надо придумать: напустить на город целую орду огненных демонов!

А ведь в изначальных договорённостях ничего подобного не было. Да, без кровавого жертвоприношения обойтись было нельзя. Но он сам предложил начать с академии.

Божественные покровители не могли участвовать в ритуале. Поэтому заняться грязной работой должны были приспешники императрицы. Существа, которые считались людьми лишь номинально.

Нефёдов видел таких впервые, но слышал, что для высших чинов империи такое было в порядке вещей. Или только в окружении императрицы? Слухи разнились, а всю правду простой пешке вроде него говорить никто не собирался.

Зато он мог понаблюдать за процессом из первых рядов. И в тот момент это казалось ему чрезвычайно интересным. Посмотреть на магически модифицированных существ в деле — что может быть лучше!

Вот только проклятая Иванова испортила всё удовольствие. Мало того, что отвлекла всё внимание на себя и помешала разобраться с цесаревичем.

Так ещё и сотворила с ним, Нефёдовым что-то странное.

Нет, магические модификации его интересовать не перестали. Но смотреть, как монстры уничтожают людей, отчего-то больше не тянет.

Наоборот.

В последнее время Нефёдов всё чаще задумывается, каким образом он умудрился вляпаться в настолько дурнопахнущую субстанцию.

Будто сам не свой был…

Да-да, конечно.

Как в заговоре против наследника участвовать, воображая себя невесть каким важным, — так с превеликим удовольствием. А как что-то пошло не по плану, так сразу в кусты. Так что ли получается?

Ну уж нет. Раз принял сторону Радима, так нужно держаться её до конца.

Но кто бы знал, как за это короткое время задолбал его высочество…

Нефёдов подходит к высоким дверям и на секунду замирает перед ними. А затем решительно распахивает.

Рогатый Радим, ставший ещё более страшненьким с момента получения божественного статуса, поднимает голову и впивается в лицо Нефёдова пылающим ненавистью взглядом.

Его рога, к слову, пылать давно прекратили, стали чёрными и гладкими, будто полированный обсидиан.

Нога Радима упирается в тело монстра, которого он только что убил. Или не совсем монстра — на божественном плане так сразу и не разберёшь.

— Представляешь, что эта тварь вякнула? — он не глядя пинает труп. — Что я жив, только чтобы врата оставались открытыми…

Он перемещается к Нефёдову в мгновение ока. Хватает за ворот скрюченными пальцами и шипит прямо в лицо:

— Или ты тоже так считаешь, червь?

Считает ли так Нефёдов? Конечно, нет! Потому что знает наверняка.

Новый Владыка божественного плана весьма разгневался из-за их прошлой неудачи и велел до поры не попадаться ему на глаза.

Тогда чуть ли не каждый из его придворных посчитал своим долгом просветить Нефёдова о месте, которое они с великим князем тут занимают.

Радима держат из-за врат, а его, Нефёдова, — просто про запас. Если вдруг потребуется открыть ещё одни, а более подходящей кандидатуры не найдётся. То, что Нефёдов скорее всего погибнет в процессе, божественных выродков волнует мало.

И всё бы ничего: погибнуть во имя своих идеалов Нефёдов совсем не против. Только отчего-то кажется ему, что соблюдать договорённости с ними никто уже не собирается.

Что сделка с людьми была нужна лишь для одного: пробраться к ним в мир…

— Не имею ни малейшего понятия, — ни моргнув глазом лжёт Нефёдов. — Я к вам по другому поводу, ваше высочество.

Радим свирепо раздувает ноздри, но повода для придирки не находит. Отступает, позволяя подчинённому пройти в отведённые для нежданного гостя покои.

Далеко не самые роскошные, строго говоря.

А ведь Радим небесному Владыке почти ровня. Тот царствует на божественном плане, а Радим — на земле. Значит, и принимать его должны по-царски, а не как проштрафившегося служку.

— Величество, — ворчит Радим. — Всё никак не запомнишь!

— Величество, — покладисто соглашается Нефёдов. Наверное, только из-за его послушания Радим до сих пор не прикончил этого бесполезного человека. — Они отправили на Дмитровской огненное войско, ваше выс… величество!

Властитель всей земли удивлённо хлопает глазами:

— И что?

Нефёдов подавляет жгучее желание хлопнуть себя по лбу. Неужто этот мальчишка всегда был таким бестолковым? Где в таком случае были глаза всех тех, кто его поддерживал?..

— А то, что это противоречит вашему договору, — терпеливо объясняет бывший преподаватель. — Жителей нужно было отлучить от Перуна и перевести на нашу сторону. А теперь город скорее всего будет разрушен.

— Это вряд ли, — пожимает плечами будущий император. — Они всегда действуют осторожно.

— Там целое войско взрывоопасных ребят! — самую малость повышает голос Нефёдов. — Вряд ли они что-то знают об осторожности.

— Да ладно тебе, — отмахивается Радим. — Лучше посмотри, что у меня теперь есть.

Опять всё в игрушки играется что ли?

Раздражение вспыхивает с такой силой, что Нефёдову стоит превеликих усилий не высказать царственному малолетке всё, что он о нём думает.

Правду говорят, что задним умом человек крепок. Если бы сейчас Нефёдову предложили поучаствовать в заговоре, он рассмеялся бы этим слабоумным в лицо. И без зазрения совести доложил бы в жандармерию.

Но вот беда: теперь в числе этих слабоумных он сам. А значит, нужно следовать намеченному курсу. В конце концов он ведь не просто так решил поддержать это предприятие…

— Вот, — великий князь взмахивает рукой, и прямо посреди комнаты вспыхивает рамка портала. — Небесный Владыка дал мне поручение. А я даю тебе возможность последовать за мной.

— Куда? — настораживается Нефёдов. И тут же исправляется. — Как скажете, ваше выс… величество.

— Вот-вот, — кивает Радим, — Впредь не спорь со мной. Ты жив лишь потому, что подчиняешься мне беспрекословно. Иди первым.

Кто бы знал, как Нефёдову всё это надоело… Но делать нечего. Взялся за гуж, не говори, что не дюж…

Нефёдов ныряет в портал, как в холодную воду… и оказывается на знакомой улице. Дмитровской!

— Что-то я не вижу особенных разрушений, — хмурится Радим, материализуясь рядом с Нефёдовым. — Разве не сюда отправили целую армию?

Ответить бывшему преподавателю нечем. Он и сам уже почти не верит в подслушанное. Но Радим понимает его заминку по-своему.

— Да ты же посмеялся надо мной, — будто сам себе не верит будущий император. — Ставишь себя выше своего господина?!

— Да хватит уже! — рявкает окончательно потерявший терпение Нефёдов.

— Что ты… — великий князь будто ушам своим не верит.

Но Нефёдов тоже соображает, что малость перегнул.

— Простите, ваше величество, — говорит он без тени сожаления. — Только я не понимаю, к чему эти подозрения. Разве мы не одно с вами дело делаем? Разве я не доказал не раз свою преданность?

Радим вдруг хватается за голову. Трёт лоб, будто ему больно.

— Ты прав… Наверное, — произносит нечто совсем неожиданное. — Я вспылил… Не знаю, почему. Просто всё случилось совсем не так, как я ожидал. Всё наперекосяк… И Рарог куда-то делся… И даже Шиш. Вот и приходится…

Впервые за всё это время Нефёдов испытывает по отношению к великому князю что-то вроде сочувствия. И правда, ситуация непростая. Наверняка требует сложных решений, о которых Нефёдов не имеет понятия.

А ведь наследник ещё так молод, практически дитя. Неудивительно, что нервы не выдерживают напряжения. Не каждому взрослому такое по силам.

— Не волнуйтесь, ваше величество, — заверяет Нефёдов будущего правителя. — Я вас точно никогда не оставлю. Выполним то, что до́лжно.

— Благодарю, — Радим даже носом шмыгает, будто слова последнего оставшегося рядом соратника затронули в его душе какие-то чувства. — Я очень ценю твою преданность. И обязательно награжу, как только добьюсь своих целей.

Нефёдов кланяется, ощущая, как уходит грызшая его последние несколько дней тревога. Всё с великим князем в порядке. А что возникают разные сложности — так это абсолютно нормально.

Сейчас Радим возьмёт бразды правления в свои руки и…

— Поэтому ты должен мне помочь, Нефёдов, — заканчивает свою небольшую речь великий князь.

И конечно же его верный слуга тут же отвечает:

— Приказывайте, ваше величество!

Жёлто-зелёные глаза будущего императора вспыхивают радостью.

— Тогда помоги мне сравнять с землёй это про́клятое место!