Стальная Вера

Глава 24. Полный провал

— Ну и что я должна была тут увидеть? — бормочу, без особого интереса разглядывая полуразрушенное помещение.

С тех пор, как меня отсюда вынесли, тут практически ничего не изменилось. Разве что полчища озверевших от эволюции растений то ли изничтожили, то ли куда-то переместили.

А ещё зачем-то выставили вокруг здания оцепление. Хотя это, наверное, императорский наследник постарался.

Вообще не понимаю, что он творит, чесслово. К чему на меня набросился, будто с цепи сорвался? Ежу понятно, что ни с какой разведкой я не сговаривалась.

И вообще. Где ректор? Где его обещанная протекция? Или на защиту от членов императорской семьи она не распространяется?

Тем временем один из этих августейших родственников зыркает на меня своими жёлтыми глазищами. Будто ждал, что я ему тут всю подноготную выложу.

Не дождётесь.

Мне выкладываеть нечего. А если было бы — молчала бы ещё крепче.

— Показывайте, курсант, — подаëт голос его высочество, не дождавшись от меня нужных действий.

— Что показывать? — уточняю с некоторой долей раздражения. На языке вертится пошлость, но я кое-как еë сдерживаю.

Не стоит учить детей плохому. Они и без меня разберутся.

«Дитë» недовольно поджимает губы, сообразив, что следственный эксперимент не задался. Но всё же командует:

— Что тут в тот день происходило.

Пожимаю плечами. Идиот-начальник — горе в коллективе. А уж если он наследник императора…

Только и остаëтся надеяться, что к нужному времени мозг вырастет.

— Когда я вошла, — начинаю с тяжким вздохом, — тут сильно пахло дымом…

Веду высочество вместе с цепочкой сопровождающих к центру оранжереи. Там по-прежнему возвышается куча хлама, служившая первокурсникам укрытием.

В голове помимо воли проносятся не самые приятные воспоминания. И это оказывается последней каплей.

— Слушайте, ваше высочество, — поворачиваюсь к императорскому засланцу. — Может, хватит уже комедию…

Понятия не имею, как я успела это углядеть. И почему от раскуроченного купола вообще что-то оторвалось. Главное, что рефлексы сработали, как надо.

Прежде, чем кто-то успевает что-то сообразить, теневые щупальца дёргают высочество, куда получается, — прямо ко мне. В то место, где он только что стоял, врезается балка.

А сам товарищ летит ко мне под ноги.

И, не сумев удержаться, падает на колени.

Как там в классике говорилось? «Народ безмолвствует». Во-во.

Даже я не знаю, что сказать. Ничего ведь страшного не случится от того, что я заставила императорского сыночка встать перед собой на колени, правда?

Парень вскидывает на меня пылающий яростью взгляд.

Ага, всё-таки случилось…

Охрана бросается то ли к своему нанимателю, чтобы помочь, то ли ко мне, чтобы покарать.

— Я сам, — останавливает их движением руки высочество. И поднимается на ноги — медленно, будто подводная лодка.

Жёлтая.

Ассоциация оказывается удачной, даже к внешности подходит. С моих губ помимо воли срывается смешок. Или нервное это, без понятия.

— Смешно тебе? — голос высочества дрожит от ярости. В его руке вспыхивает солнечный луч, постепенно трансформируясь в сияющий клинок. — Посмотрим, что будет смеяться последним.

Он что, и правда собирается меня прибить? Серьёзно?!

А суд? Следствие? Адвокат!!!

Нет тут никого.

Делать нечего, придётся защищаться. Вот уж не думала, что придётся от императорских родичей отбиваться…

Меч неотвратимо поднимается для удара. А мои тени во-вот повяжут придурка. Главное, первой его не треснуть — так хоть можно будет сказать, что защищалась.

Ещё один луч пронзает пространство. И бьёт точно в клинок незадачливого нападающего. Парень охает, а его волшебный меч разлетается осколками, будто стеклянный.

Щёки императорского сынка белеют. Он резко разворачивается к новой угрозе. А мне даже смотреть не надо — и так знаю, кто там.

Припёрся, ну надо же.

— Не вмешивайся, — чуть не выплёвывает высочество, пытаясь прожечь взглядом во Владе дыру. — Если не хочешь, чтобы я тут всё с землёй сравнял.

— Попридержи коней, — усмехается Влад. — Младшенький.

Ого, да они, оказывается, знакомы. А мне этот балабол про какое-то дальнее родство заливал. Врал, видимо.

— Не смей меня так называть, — разъярённым котом шипит высочество. — Ты мне никто.

Ну да, конечно. Именно поэтому твоя охрана смотрит куда угодно, только не на вас. Понимают, что вмешиваться в разборки между родственниками — последнее дело.

Особенно если один из них в скором времени станет твоим начальством.

— Как и ты мне, — кивает Влад вполне мирно. — Поэтому хватит тут суету наводить.

Лицо высочества кривится от бешенства. Но почти сразу оскал сменяется ухмылкой.

— Вот уж не думал, что слухи окажутся правдивы, — чуть не ржёт он. — Так ты из-за неё сюда поступил?

Но Влад даже не думает отрицать.

— Тебе-то что? — усмехается. — Завидно?

Неуместное веселье его высочества сменяется раздражением.

— С чего бы? — спрашивает сварливо, будто нежно любимая свекровь. — Неужто не в курсе, что эта пигалица умудрилась сотворить?

— Да какое плохое зло я тебе сделала-то?! — не выдерживаю этих недоговорённостей. — Сколько можно ходить вокруг да около?

— Справедливо, — соглашается Влад. — Ничего она тут не творила. Я свидетель.

А вот за эти слова — большое человеческое спасибо. Не так уж часто посторонние люди самостоятельно решали выступить в мою защиту.

Его высочество шумно выдыхает сквозь стиснутые зубы. И пригласительно взмахивает рукой:

— Идём, покажу.

Благо, тут недалеко.

За очередной кучей мусора находится место, огороженное жёлтой лентой. А внутри ограждения зияет круглый разлом, уходящий в немыслимую глубину.

— Это место… — Влад хмурится.

— Конечно, — кивает императорский сын. — Именно сюда упала твоя подружка. А потом появился пробой. Совпадение? Не думаю.

— И куда он ведёт? — заглядываю с интересом, но не нахожу ничего особенного.

— Кто знает? — хмурится высочество. — На другую сторону планеты. В другой мир. Мало ли где скрываются твои подельники.

— Я такое не делала, честное пионерское, — отпираюсь насколько возможно убедительно. — По крайней мере, нарочно.

— Посмотрим, как ты запоёшь в дворцовых казематах, — откровенно не верит вредина. — Так уж и быть, представлю тебя своим дознава…

Но закончить угрозу он не успевает.

Загадочный провал, будто живой, телепортируется нам по ноги.

А в следующий миг мы втроем дружно летим в тартарары.

***

— Это всё вы виноваты. Оба.

Его высочество старательно строит козью морду, расхаживая перед нами по пыльной дороге. Так и хочется прихлопнуть его, будто муху. Чтоб не мельтешил.

— Ты сам решил устроить представление в оранжерее, — равнодушно возражает Влад. — Ещё и нас за собой потащил до кучи.

Высочество замирает напротив Влада и тычет пальцем ему в грудь:

— Учти, если со мной что-нибудь случится, император этого так не оставит.

Ростом он заметно ниже Влада, да и выглядит куда моложе. Так что угроза выходит так себе.

— Если не найдём способ отсюда выбраться, нам в любом случае будет всё равно, — вмешиваюсь я. — Поэтому предлагаю не орать попусту, а пораскинуть мозгами. Если они есть, конечно.

Императорский отпрыск награждает меня тяжёлым взглядом.

— Будь мозги у тебя, — веско произносит он, — ты бы уже умоляла меня о пощаде.

Как я там недавно планировала? Разговаривать с этим типом повежливее?

Забудьте. Достал!

— Будь у меня мозги, я бы тебя ещё в ректорском кабинете послала, — сообщаю задушевно, глядя в изумлённо расширяющиеся жёлто-зелёные глаза. — А если сейчас же не возьмёшь себя в руки, руку придётся прикладывать уже мне.

— Что ты…

— Или ногу, — прерываю его сурово. — Волшебный пендель творит чудеса почище всякой магии. Оглянись уже вокруг что ли! Мы в одной лодке. Ещё не дошло?!

В руках у высочества вспыхивает солнечный свет. Влад произносит что-то предостерегающее. Возможно, поэтому парень не нападает.

С минуту мы злобно пялимся друг на друга, затем императорский посланник сдувается и убирает свою магию от греха подальше. И в самом деле оглядывается по сторонам.

— Ну и куда, по-вашему нас занесло?

Вот с этого и надо было начинать. Только я без понятия, хоть место мне и знакомо. Видела уже эти странные небеса, когда вызволяла брата после проклятия.

Разница в том, что здесь нас никто не встречает.

— Кажется, мы на Рубежье, — тоже озирается Влад. — Чувствуете лёгкую нереальность окружающего пространства?

Высочество как-то не слишком решительно кивает, я пожимаю плечами. Ничего особенного я тут не чувствую — ни в прошлый раз, ни сегодня.

Вот падали мы сюда странно, это да. Не успели сорваться вниз, как уже стоим на твёрдой земле. Даже испугаться как следует не получилось. Хотя за его высочество не поручусь.

— Не может такого быть, — он недоверчиво хмурится. — Всем известно, что нужно быть при смерти, чтобы тут очутиться.

Неправда. У меня из-за Ярика просто так получилось. А вот будучи при смерти, я ничего подобного не видела. Чернота — и только.

— Или быть призванным могущественным существом из верхнего мира, — хмыкает Влад. По выражению его лица непонятно, шутит он или говорит серьёзно.

Его высочество раздражённо ерошит светлые волосы:

— Ты сам-то в такое веришь вообще? Такого после Жатвы ни разу не случалось!

— Значит, случается прямо сейчас, — недоверие родственника Владу по боку. — Смотрите.

Без понятия, как он углядел летящий к нам объект — слишком маленький и незаметный на фоне яркого неба. Но несколько секунд — и крохотная звёздочка превращается в пылающий шар.

Который на полной скорости несётся к нам!

— В сторону! — Влад хватает за шкирку замешкавшегося высочество и оттаскивает от предполагаемого места падения. Я справляюсь самостоятельно.

Ба-бах!

Ударная волна поднимает песчаную бурю. Несколько секунд не видно ни зги. Пыль набивается в нос, мешая вдохнуть. Если это нападение, то нас можно брать прямо так, тёпленькими.

— Все живы? — вместо ожидаемых вражеских выкриков доносится голос Влада.

— Вроде бы, — отвечаю не вполне уверенно.

— Да что вам сделается? — вмешивается незнакомый детский голос.

Или всё-таки знакомый…

В центре воронки, оставшейся после падения шара, стоит маленький мальчик. Он здорово напоминает мне Ярослава, но…

Сразу понятно, что это не человек. И дело, конечно, не в более тёмной, чем у брата, шевелюре. А в светящихся жёлтых радужках, пылающих на фоне чёрных, будто уголь, белков.

— О! А я тебя знаю! — от избытка чувств тычу в пришельца пальцем. — Ты этот, как его… Горемыка!

— Горе! — мальчик скалится, обнажая нечеловечески острые зубы. — Меня зовут Горе! Луковое.

— Точно! — радостно улыбаюсь.

Вот уж кого я по-настоящему рада видеть! Ведь, судя по по предыдущей встрече, этот тип знает, как отсюда выбраться.

— Вы знакомы? — неприязненно интересуется его высочество, подходя к Горю поближе. — Это вообще кто такой?

Горе вздрагивает, будто только сейчас замечая парней.

— Это кто вы такие? — взрыкивает он, отшатываясь. — Я приглашал только девицу!

— Тогда надо было отправлять приглашение более адресно, — хмыкаю, ненавязчиво вставая между ними. — Но раз уж мы здесь, рассказывай по порядку.

— Начни с того, кто ты такой и что это за место, — подсказывает молчавший до сих пор Влад.

Горе сердито вздыхает — совсем по-человечески. И кивает на пыльную дорогу:

— Идём. С вами кое-кто хочет встретиться.

Переглядываемся с Владом. Парень кивает: будем пока плыть по течению, а там посмотрим.

— Кто хочет? — требовательно интересуется высочество. — Такое же странное создание, как и ты? Пока не ответишь, не сдвинусь с места!

Горе оглядывается по сторонам — будто среди этой бескрайней равнины может кто-то скрываться. И произносит, понижая голос почти до шёпота:

— Ну а кто ещё может хотеть повидаться с этой девицей? Конечно, Перун, отец наш и создатель!

— Врёшь! — тут же отзывается высочество.

— Зачем? — произношу с ним одновременно.

— Ну как же, — игнорирует императорского отпрыска Горе и отвечает мне. — Это ведь он лично призвал тебя из другого мира.

Упс. Я вообще-то не планировала об этом рассказывать…