Там, где пожирают темные сердца

Глава 26

Трилби

Сера сжимает мою руку под столом, и это заставляет меня вынырнуть из мыслей, которые, похоже, намертво поселились в главной спальне квартиры Кристиано, и вернуться в реальность тяжело. Мы сидим на террасе дома, который вот-вот станет моим, и все это кажется до жути нереальным.

Жить с женихом до свадьбы, мягко говоря, нетрадиционно, но вряд ли кто-то станет спорить с самым опасным доном Нью-Йорка. Тем не менее Аллегра не в восторге от того, что меня швырнули в этот мир без какой-либо поддержки, поэтому она отправила Серу, чтобы та была рядом. И в такие вечера, как этот, когда мне предстоит ужин с Саверо и его главными капо, я особенно остро ощущаю, как сильно ей за это благодарна.

Я сжимаю пальцы Серы под столом и склоняю голову.

— Спасибо, что пришла. Прости, что ты пропускаешь поездку в колледж. Я знаю, как ты ее ждала.

— Не переживай. — Она улыбается, но эта маленькая улыбка совсем меня не убеждает. — Еще будет возможность познакомиться с крутыми отельерами. А с контактами Саверо у меня, может, получится устроиться куда-нибудь, где я смогу учиться и работать одновременно. Возможно, мне даже удастся пройти стажировку в Хэмптоне. Я всегда мечтала туда съездить.

Меня тут же накрывает волна вины.

— Слушай, я ведь могу попробовать поговорить с Саверо прямо сейчас…

Но голос мой сходит на нет, потому что даже сейчас это звучит как-то слишком фантастично. Несмотря на то что я живу в его доме, я почти его не вижу. Не то что поговорить, я толком даже не сталкивалась с ним.

— Тебе не обязательно это делать, — тихо говорит Сера. — Дай всему время. У тебя и так достаточно поводов для волнения, свадьба уже через несколько дней.

При слове «свадьба» я непроизвольно смотрю на Саверо, сидящего напротив. Кроме короткого приветствия, когда мы сели за стол, он ни разу на меня не взглянул. Впрочем, я даже не уверена, заметила бы, если бы и взглянул: его взгляд не оставляет на моей коже того жара, который остается после взгляда его брата.

Я перевожу глаза чуть в сторону, на пустой стул, где, как мне кажется, обычно сидит Кристиано, и грудь тут же сжимает от боли. Он бы отодвинул его, чтобы было место для длинных ног, откинулся бы назад и смотрел на всех сверху вниз, раздумчиво потирая челюсть. Я вижу перед собой, как его торс лениво откинулся назад, как будто ему совсем не нужно никому ничего доказывать.

Я заставляю себя моргнуть, и тут же чувствую, как внутри все сжимается. Саверо смотрит на меня, и выражение у него на лице совсем не дружелюбное. Более того, оно почти враждебное. Я нервно улыбаюсь и опускаю взгляд на свою тарелку с почти нетронутой едой.

— Пенелопа тебя убьет, — говорит Сера, пока я гоняю по тарелке кусочек рыбы вилкой. — Она уже ушила платье на три размера. Я понимаю, это все очень серьезно, выйти замуж за дона, но ты не можешь просто голодать. Так и до состояния «кожа да кости» недалеко.

— Я не голодаю. — Я закидываю в рот крошечный кусочек рыбы и начинаю жевать, чтобы это хоть как-то доказать. Правда, проглотить его оказывается не так просто.

Брови Серы взлетают вверх.

— Как скажешь.

Следующие полчаса мы болтали о пустяках, которые по большей части незначительны и призваны заставить нас почувствовать себя нормальными, законопослушными гражданами США, а не почти уже официальная часть преступного подполья Нью-Йорка. Говорим о занятиях Серы по туризму и гостиничному делу, о том, как Бэмби летом работает в местном детском саду, и о танцевальном выступлении Тесс.

— Аллегра до сих пор не может успокоиться после того, как брат Саверо попросил у нее рецепт спагетти, — с веселым смешком говорит Сера.

Но как только упоминается Кристиано, все мое тело будто вспыхивает изнутри.

Я аккуратно кладу вилку на тарелку и промокаю уголки губ салфеткой, она вполне могла бы быть щитом.

— А где он, кстати? Он же обычно все время где-то рядом с тобой.

Я сглатываю и пытаюсь утихомирить хаос, который поднимается в животе. Со мной явно что-то не так. Ну как, как вообще возможно, чтобы простое упоминание человека доводило до такого, что я перестаю нормально соображать и вести себя как обычный, уравновешенный человек?

Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть непринужденно, будто мне действительно все равно.

— Не знаю. Все равно он уезжает.

Я тянусь к бокалу вина, к которому так и не притронулась, и делаю большой глоток, хотя в голове все еще звучит предупреждение Кристиано.

Я упрямо пытаюсь убедить себя, что это не имеет никакого значения. Я для него недостаточно важна, чтобы он остался, так с чего бы ему волноваться, пью я вино или нет? Мысль эта немного успокаивает, и я отпиваю еще.

— Все равно не понимаю, почему он уезжает сразу после свадьбы и бросает брата тянуть все это одному. Разве он не должен быть как минимум капо или чем-то вроде того? Уверена, именно этого хотел бы их отец…

Я понижаю голос, и он выходит у меня почти шипением:

— Сера, я сказала, что не знаю, ладно?

Подношу бокал к губам и допиваю вино до дна.

На лбу у Серы появляется тонкая морщинка, пока она следит взглядом за тем, как исчезает остаток напитка.

— Ладно, — произносит она, но звучит неубедительно. — Просто это… странно. Ну, быть во главе семьи Ди Санто — это же высшая власть. Руководить парой казино, вообще не в сравнение, если уж на то пошло. И он столько времени проводил с тобой… Ну, это просто нечестно, сначала вкладываться, узнавать тебя, свою будущую невестку, а потом вот так всех бросить и уехать на другой конец страны. У него там что, девушка, что ли?

Меня будто ножом пырнули. Одна только мысль о том, что у Кристиано может быть кто-то другой, буквально причиняет физическую боль.

Она продолжает, не замечая, как мне все это неприятно.

— Ну должна же быть причина, почему он так хочет уехать. Не могу представить, чтобы Саверо был в восторге от того, что его брат собирается свалить сразу после смерти отца и собственной свадьбы...

Я с трудом сдерживаю взгляд, полный раздражения.

— Сера, этот человек едва со мной разговаривает. Я даже не знаю, какой у него любимый фильм, не то что его мнение по поводу переезда брата в Вегас. Можем, пожалуйста, просто не обсуждать это?

Я снова поднимаю бокал и только тогда замечаю, что его незаметно наполнил официант.

Сера смотрит, как я одним махом выпиваю половину, прищурившись.

— Я просто пытаюсь понять. Брат твоего жениха три недели таскается за тобой по городу, вытаскивает из баров и с вечеринок, запирает у себя в квартире, вытаскивает тебя с мест убийств, а сам твой жених до сих пор даже не удосужился с тобой нормально поговорить?

Я залпом допиваю вино.

— Да, — огрызаюсь. — Ты все четко подметила, прям в точку.

Сера отводит взгляд, на мгновение бросая его в сторону Саверо, который вовсю разговаривает с Николò. Потом снова находит мою руку под столом и сжимает ее.

— Прости, Трил, — шепчет она.

Я медленно выдыхаю:

— Все нормально.

Но она все еще смотрит вперед, куда-то сквозь стол, ни на кого конкретно.

— Эй. — Я поворачиваю ее лицо к себе. — Все в порядке. Честно. Я справлюсь.

В уголке ее глаза собирается крошечная слеза. По крайней мере, мне так кажется, после вина зрение уже начинает плыть.

Я разворачиваюсь к ней всем телом и беру ее за обе руки.

— Я делаю это для Папы. Для всех нас. Это мой долг, и я с ним уже смирилась. Не усложняй мне все это, пожалуйста.

— Но… — Она наклоняется ближе ко мне. — Ты же будешь в этом доме все время одна. Совсем одна. Тебе не будет… одиноко?

Слеза скатывается по ее щеке, и я вытираю ее большим пальцем, улыбаясь.

— Нет. Скоро у меня будут дети. Уверена, они не дадут мне скучать. А до тех пор у меня есть ты, Тесс, Бэмби, Папа и Аллегра. Я смогу принимать гостей, когда захочу.

Я не знаю, правда ли это, но мне нужно говорить это вслух, и для Серы, и для самой себя. Иначе я просто не найду в себе сил пройтись по проходу к алтарю через несколько дней.

Я откидываюсь на спинку стула и снова тянусь к бокалу. Подношу его к губам, и чуть не выплевываю все обратно. С трудом проглатываю безвкусную жидкость, поднимаю бокал к свету и внимательно его рассматриваю. Пламя свечи не преломляется в золотом отблеске.

Кто-то налил мне воды.

Когда я опускаю бокал, мой взгляд цепляется за ярость, от которой у меня слабеют колени. Он сидит напротив, на своем законном месте рядом с Саверо, и смотрит на меня так, будто хочет убить.

Кристиано.