Туманный Альбион: Возвращение Богов

Глава 12

Выйдя на улицу, я почувствовал свежий ночной воздух, как глоток свободы после удушающей атмосферы ордена. Сьюзи шла рядом, ее рука уверенно лежала в моей ладони. Мы оба молчали, обдумывая произошедшее, но я знал, что теперь мы — команда, и мы справимся со всем, что бы нас ни ждало.

Внезапно тишину нарушила вибрация моего телефона, словно назойливый сверчок. В кармане задрожал мой старенький смартфон, сообщая о входящем звонке. Это был Эрик, и в его голосе, слышалось возбуждение.

— Дмитрий, это ты? — выпалил он, не давая мне опомниться. — Ты в порядке?

— Да, — ответил я, — я в порядке. Что-то случилось?

— Случилось! — воскликнул Эрик, и в его голосе слышалось волнение. — Помнишь, я рассказывал тебе о своём кореше, который занимается организацией всяких мероприятий?

— Да, — ответил я, вспоминая странного знакомого Эрика. — И что?

— Итак, — затараторил Эрик, — он сегодня заявился на ярмарку и, кажется, знает кое-что о твоих «воинах тьмы». Он видел что-то подозрительное и, похоже, знает, с чем мы имеем дело. Хочешь встретиться сегодня вечером?

— Конечно, хочу! — выпалил я, и мое сердце забилось сильнее, словно барабан. — Где тебя найти?

— На ярмарке, возле той здоровенной карусели, — ответил Эрик. — Жду тебя, не опаздывай.

Я положил трубку и, повернувшись к Сьюзи, сказал:

— Нам нужно на ярмарку. Эрик, кажется, что-то нашёл.

— Хорошо, — ответила Сьюзи, и в ее глазах мелькнула тревога. — Но мы должны быть предельно осторожны, кто знает, что нас там ждет.

Мы направились в сторону ярмарки, и чем ближе мы подходили, тем громче становился гул толпы, словно назойливое жужжание пчелиного роя, и всё отчётливее слышались звуки музыки, словно приглашение в сказочный мир. Ярмарка была полна людей, смеющихся, разговаривающих и снующих между разноцветными огнями, и атмосфера была наполнена праздничной, но обманчивой беззаботностью.

Вдруг посреди этой пёстрой толпы, словно призрак из прошлого, я заметил знакомую фигуру. Это был тот самый практикант из морга, укравший жёлудь. Его фигура, словно тень, скользила сквозь толпу, а в глазах горел какой-то фанатичный огонь, словно он был одержим тёмной силой.

— Сьюзи, это он! — прошипел я, и мой голос, дрожащий от ярости, прорезал гул ярмарочной толпы. — За ним!

Мы, словно сорвавшиеся с цепи хищники, бросились в погоню, продираясь сквозь пёструю толпу, как пловцы сквозь назойливые водоросли. Практикант, словно юркая змея, ускользал от нас, извиваясь между рядами палаток, и его бегство было похоже на танец, исполненный под аккомпанемент нарастающего адреналина. Он нырнул в тёмную подворотню, словно крыса в нору, и мы, повинуясь инстинкту, бросились за ним, надеясь, что это не ловушка.

Подворотня, словно пасть зверя, поглотила нас, и шум ярмарки, словно по мановению волшебной палочки, сменился зловещим шелестом. Тишина давила, словно свинцовая плита, а во тьме, словно призраки, колыхались тени. Из мрака возникли трое, словно кошмар, воплотившийся в реальность. Они были не людьми и не демонами, а чем-то средним, пугающим своей неестественностью. Их тела, словно сшитые из кусков теней и костей, были покрыты жуткими шрамами и отметинами. Их лица, искажённые вечной мукой, напоминали дьявольские маски, а из спин, словно обгоревшие перья, торчали обрывки тёмных крыльев. Красные, как тлеющие угли, глаза горели ненавистью, и от них исходил ледяной холод, проникающий до самых костей, словно прикосновение смерти.

— Пепельники, — прошептала Сьюзи, и в ее голосе прозвучал ужас, смешанный с отчаянной решимостью. — Падшие ангелы.

Слово «ангелы» звучало как насмешка, как злая шутка, когда я смотрел на этих изуродованных существ, и в этот момент я понял, что битва будет тяжёлой. Они двигались с неестественной грацией, словно танцевали в объятиях тьмы, и их движения завораживали, как танец смерти. Первый пепельник сорвался с места, словно летучая мышь, и его рука с длинными, как когти, пальцами метнулась к моей шее. Я едва успел отпрянуть, и его когти, словно бритва, лишь скользнули по моей коже, оставив жгучую, но терпимую боль.

Мои пальцы, словно повинуясь инстинкту, сжали рукоять меча, и в этот момент меня пронзил острый прилив адреналина, словно удар током. Движения стали резкими и быстрыми, словно я был не человеком, а зверем, готовым к смертельной схватке. Я уклонился от очередного выпада пепельника и, воспользовавшись моментом, нанёс ответный удар рукоятью меча. Удар, словно молния, пришелся демону в ребро, и он, хрипло завыв, отшатнулся. Я увидел, как в его теле образовалась тёмная дыра, словно пролом в самом пространстве, и от этого зрелища у меня по спине пробежал холодок.

Тем временем Сьюзи, словно вихрь, вступила в бой со вторым пепельником. Ее движения были быстрыми и точными, как танец профессиональной балерины, но в то же время смертоносными и отточенными, как клинок самурая. Она уклонялась от атак демона с поразительной легкостью, ее тело казалось пластичным и гибким, как лоза на ветру. Она наносила удары, словно молнии, и в каждом из них чувствовалась сила и решимость. После очередного мощного удара пепельник, взвыв от боли, отступил назад, и Сьюзи, воспользовавшись его замешательством, нанесла еще один удар, заставив его отступить в тень.

Третий пепельник, самый крупный и сильный из них, словно гора, двинулся на меня. Его удары были мощными и сокрушительными, как удары молота по наковальне, и от них разлетались искры. Я едва успевал уклоняться, мои руки дрожали от напряжения, а по лицу градом катился пот. Он схватил меня за плечо и с силой швырнул в стену. Боль пронзила все мое тело, словно осколки стекла, и я на секунду потерял ориентацию.

В этот момент словно пелена спала с моих глаз, и я осознал, что мы проигрываем. Эти падшие ангелы были слишком сильны, их атаки были отточены веками, и у нас не было ни единого шанса победить.

И тут, словно из мрака, в бой вмешалась Тень, и ее появление было таким же внезапным и таинственным, как и исчезновение. Словно сгусток густого тумана, она скользнула по подворотне, и ее движения были плавными и изящными, словно танец под лунным светом, и я понял, что это нечто иное, нечто нечеловеческое. Она набросилась на пепельников, ее удары были быстрыми и невидимыми, словно порывы холодного ветра. Они заставили их отступить, и демоны, закричав от боли, исчезли во тьме, оставив нас одних в подворотне.

— Это была Пляшущая Тень, — ответила Сьюзи, и в её голосе звучало уважение, смешанное с удивлением. — Она приходит на помощь тем, кто сражается с тьмой и чьё сердце полно отваги.

— Но кто она? — спросил я, все еще не придя в себя после битвы с падшими ангелами. — И почему она помогла именно нам, а не кому-то другому?

— Это не имеет значения, — ответила Сьюзи, и её рука, словно бальзам, легла мне на плечо. — Главное, что мы живы и что она на нашей стороне. Теперь нам пора на ярмарку, Эрик, наверное, уже извёлся от ожидания, как кот, которому вовремя не дали поесть.

Оставив жуткую подворотню позади, словно кошмарный сон, мы со Сьюзи, с трудом переводя дыхание и чувствуя жгучую боль от полученных ран, вышли на залитую светом и шумом ярмарку. Яркий свет огней, словно назойливые мотыльки, метался вокруг, а шум толпы, словно волны бушующего моря, обрушился на нас, словно отрезая от тёмной подворотни. Мир вокруг казался сюрреалистичным, словно после тяжёлого кошмара я вдруг очнулся в калейдоскопе ярких красок и безудержного веселья.

Мы быстро нашли карусель, словно маяк в этом хаосе, и возле нее нас ждал Эрик. Он стоял, облокотившись на столб, его силуэт вырисовывался на фоне разноцветных огней, и что-то сосредоточенно рассматривал в своем телефоне, словно пытаясь разгадать древние иероглифы. Его лицо, как всегда, было серьезным, но, заметив нас, он слегка улыбнулся.

— Вы в порядке? — спросил он, отрывая взгляд от экрана, и в его голосе звучала искренняя забота. — Вы выглядите так, будто только что вернулись с поля боя или из преисподней — не знаю, что хуже.

— На нас напали пепельники, — ответил я, и мой голос звучал устало и мрачно, словно я только что вылез из могилы. — Но, к счастью, мы выжили, хотя и не без потерь.

Эрик присвистнул, словно пытаясь скрыть свое удивление, и в его глазах мелькнуло беспокойство.

— Пепельники? — переспросил он, и его брови взметнулись вверх, словно крылья испуганной птицы. — Это, черт возьми, серьезно, и, судя по всему, мы тут просто теряем время.

— Что ты хотел нам сказать? — спросил я, и в моем голосе прозвучала настойчивость, а в душе поселилось нетерпение.

— Я поговорил с ним, — ответил Эрик, и его голос зазвучал более воодушевлённо, словно он нашёл долгожданный ответ. Он сказал, что местный шаман, торгующий сувенирами, может дать нам подсказку о том, что на самом деле происходит, и пролить свет на эту зловещую тайну.

— Шаман? — переспросила Сьюзи, и в ее голосе послышалось скептическое недоверие, словно она не верила во все это. — Что он делает здесь, в этом балагане, где продают всякий хлам?

— Он приехал на ярмарку как обычный торговец сувенирами, — ответил Эрик, пожимая плечами, словно ему самому это казалось странным. — Но, по словам моего друга, он видит больше, чем все остальные, его взгляд проникает сквозь завесу реальности, и он может рассказать нам то, что мы не в силах понять сами.

— Где его найти? — спросил я, чувствуя, что времени остаётся всё меньше и что мы должны поторопиться. — Нам нужно спешить, пока эти пепельники снова не вылезли из-под земли.

— Он где-то в районе палаток с едой, — ответил Эрик, указывая рукой в сторону шумной толпы. — Пойдемте, не будем терять ни секунды, времени у нас, как всегда, в обрез.

Ярмарка, словно живой организм, гудела и пульсировала, наполняясь аппетитными ароматами жареного мяса, сладкой ваты и попкорна. Громкая музыка, словно ритмичный пульс, била по ушам, а смех детей, словно звон колокольчиков, раздавался отовсюду. На мгновение я, словно зачарованный, забыл обо всём ужасе, через который мы прошли, и, словно обычный человек, гуляющий по ярмарке, наслаждался этим калейдоскопом ярких красок и безудержного веселья.

— Не расслабляйся, — сказала Сьюзи, толкнув меня в плечо, и ее голос, словно холодный душ, вернул меня в реальность. — Мы еще не закончили, и сейчас не время витать в облаках.

— Ты права, — ответил я, и мой голос звучал более собранно. — Но разве немного веселья не помешает нам в этом мрачном мире, где правят демоны и падшие ангелы?

В этот момент между нами словно пробежала искра, и мы посмотрели друг на друга, и наши губы, словно повинуясь невидимой команде, растянулись в озорных улыбках.

— Пойдем в комнату страха? — спросил я, и в моем голосе прозвучала ирония, смешанная с любопытством. — Надо же как-то немного развлечься.

— Ты что, издеваешься надо мной? — ответила Сьюзи, и в ее глазах заплясали озорные огоньки. — После всего, через что мы только что прошли, ты предлагаешь пойти в какой-то балаган, где пугают ненастоящими призраками?

— Именно поэтому, — ответил я, и моя улыбка стала шире. — Нам нужно как-то снять напряжение и развеять мрачные мысли. А что может быть лучше, чем испугаться чего-то ненастоящего после того, как мы столкнулись с настоящим злом?

— Ну, если мы будем держаться вместе, то почему бы и нет? — ответила Сьюзи, пожав плечами, словно соглашаясь на какую-то авантюру. — Повеселимся немного, а потом продолжим наши дела.

— А ты, Эрик? — спросил я, повернувшись к нему. — Пойдешь с нами в царство кошмаров?

— Нет уж, — ответил он, покачав головой, и в его голосе прозвучала твёрдость. — Я лучше подожду вас здесь, у палатки с шашлыками. Мне не нравятся все эти ваши аттракционы, и я предпочитаю наблюдать за происходящим, а не участвовать в этой клоунаде.

Мы оставили Эрика возле палатки с шашлыками, где он собирался наслаждаться ароматами жареного мяса, и направились в сторону комнаты страха, словно путники, идущие навстречу своей судьбе. Она зловещим силуэтом вырисовывалась на фоне разноцветных огней ярмарки и была выполнена в виде старого готического замка с тёмными окнами и острыми шпилями, словно была создана для того, чтобы пугать людей. Жуткая музыка, похожая на похоронный марш, создавала таинственную и зловещую атмосферу, и у меня по спине пробежал неприятный холодок.

Мы купили билеты и вошли внутрь, в царство теней и кошмаров. Внутри царила кромешная тьма, которую лишь слабо рассеивали приглушённые лампы, и пахло сыростью и плесенью, словно мы попали в древнюю гробницу. Мы шли по узким коридорам, где казалось, что стены сжимаются вокруг нас, мимо кривых зеркал, которые искажали наши отражения, превращая нас в пугающие карикатуры, и внезапно из ниоткуда раздавались громкие звуки и пронзительные крики, словно вопли призраков. Но все это казалось каким-то фальшивым и наигранным, словно мы были не в доме страха, а в дешевом театре, где нам пытались продать фальшивые эмоции.

Но вдруг, когда мы подошли к одному из поворотов, всё изменилось, словно по мановению волшебной палочки, и атмосфера стала более зловещей. Стены коридора, словно живые, начали плыть, и всё вокруг нас стало размытым и нечетким. Мы словно попали в какой-то потусторонний лабиринт, где всё было не на своих местах. Коридоры изгибались под странными углами, словно их создал безумный архитектор, а двери, словно издеваясь, вели в никуда. Всё стало каким-то странным, и я понял, что мы не просто в комнате страха, а в каком-то волшебном лабиринте, и что выбраться отсюда будет непросто.

— Эй, ты где? — крикнула Сьюзи, и ее голос, словно далекое эхо, прозвучал где-то вдалеке.

Я попытался найти её, но коридоры, словно заколдованные, продолжали меняться, и я, словно волк, отбившийся от стаи, понял, что остался один и что нам предстоит выбраться из этого жуткого лабиринта в одиночку.