Туманный Альбион: Возвращение Богов

Глава 17

Утренний свет, проникающий сквозь неплотно задернутые шторы гостиничного номера, казался тусклым и тревожным. Завтрак, состоящий из тостов, яичницы и кофе, казался совершенно неуместным на фоне творящегося в мире безумия. Телевизор, висящий на стене, стал зловещим зеркалом, отражающим хаос, царящий за пределами нашей комнаты.

Диктор, с натянутой улыбкой, как у куклы, читал новости, словно пытался убедить себя и зрителей, что всё под контролем, но, как говорится, его улыбка не могла скрыть ужас, который творился в мире. Но кадры, мелькавшие на экране, словно кадры из фильма-катастрофы, красноречиво говорили об обратном, и весь мир, казалось, сходил с ума. Индия, с ее вечными традициями и духовностью, словно сошла со страниц древних мифов, и превратилась в фэнтезийный фильм. Посреди города, словно гриб после дождя, вырос огромный храм, посвященный Шиве, чей синий лик смотрел с высоты на толпы людей, одетых в яркие сари и дхоти, словно это был маскарад. Они двигались в синхронном танце, словно заведенные механизмы, их руки простирались к небу, в поклонении богу с синими руками, и их глаза, казалось, светились каким-то фанатичным огнем, словно зомби в фильме ужасов.

Австралия, страна пустынь и дикой природы, предстала в совершенно ином виде, как будто это был кадр из фильма ужасов. Из глубин океана, словно из пасти чудовища, поднялись огромные, чешуйчатые змеи, чьи глаза горели изумрудным светом, словно у кошки. Они, словно гипнотизеры, медленно извивались по побережью, и за ними, словно загипнотизированные зомби, шли люди, возводя для них алтари из песка и камней, украшая их ракушками и костями, словно в каком-то древнем ритуале. Казалось, что древние мифы аборигенов ожили, словно их выпустили из клетки, и их боги вернулись, чтобы заявить свои права на эту землю, и их возвращение — это не сулило ничего хорошего.

Америка, страна небоскребов и технологического прогресса, погрузилась в хаос, достойный голливудского блокбастера, как будто все это было частью какого-то фильма ужасов. На улицах городов, словно летучие мыши из пещеры, появились крылатые гарпии, чьи крики, словно ножи, пронзали воздух, и от их криков по спине пробегали мурашки. Они, словно стервятники, кружили над головами людей, своими острыми когтями и клювами, словно стаи голодных ворон, сеяли страх и панику, заставляя их бросать к их ногам еду и драгоценности, как будто это была жертва кровожадным богам, и это был уже не мир, который мы знали.

Сьюзи, бледная, как полотно, прижала руки к груди, словно пыталась сдержать дрожь, и ее глаза, обычно полные решимости, теперь выражали лишь страх и беспомощность, и она, казалось, не понимала, как жить дальше.

— Это… это кошмар, — прошептала она, ее голос звучал хрипло и сломленно, как будто кто-то сломал ее. — Эти боги… они действительно вернулись, и они устанавливают свои правила, словно тираны, и захватывают наш мир, как паразиты, и мы ничего не можем с этим сделать, мы просто пыль на их пути.

Эрик, сжимая в руках недопитую чашку кофе, словно талисман, покачал головой, и его лицо выражало смесь недоверия и разочарования, как у человека, проигравшего в лотерею.

— Как гнусные политики, — пробормотал он, и его голос звучал горько, как будто он разочаровался в мире. — Захватывают страны одну за другой, устанавливая свои порядки, и всех, кто не согласен, выбрасывают на обочину истории, и от нас ничего не зависит.

На экране, тем временем, дикторы, словно роботы, продолжали твердить о “мерах предосторожности”, и их голоса звучали фальшиво, как будто они не верили в то, что говорили. Они советовали людям оставаться дома, не выходить на улицу без крайней необходимости, не контактировать с богами, так как их магия может оказаться опасной, не доверять своим глазам и ушам, и, вообще, лучше не думать, и просто довериться государству.

Но следом за этими, словно фальшивые ноты, предупреждениями, шли интервью с обычными людьми, и их реакция на происходящее, словно из параллельной вселенной, по-настоящему пугала, и их слова, словно кривое зеркало, отражали безумие, которое охватило мир. Люди, казалось, были в каком-то массовом трансе, как будто их загипнотизировал какой-то шарлатан, и они говорили о богах с восторгом и радостью, словно их пришествие было величайшим благом, которого они так долго ждали, и они воспринимали их, как своих спасителей.

— Афродита, — говорила одна женщина, и ее глаза, словно драгоценные камни, сияли, и она смотрела на мир, как будто через розовые очки. — Она обещала, что подарит всем женщинам вечную молодость и сексуальное тело, и это же просто мечта, мы все будем, как модели с обложки журнала, и мы всегда будем молоды и красивы!

— А Посейдон, — говорил другой мужчина, и его голос дрожал от волнения и предвкушения, словно он только что выиграл в лотерею. — Он обещал, что каждый рыбак поймает огромную рыбу, словно из сказки, и мы больше никогда не будем голодать, и мы все будем сыты, и будем жить в достатке!

— А Один, — говорил ученый, в очках, и его глаза, словно от лампочки, блестели от восторга, и он был, как ребенок, которому подарили долгожданную игрушку. — Он пообещал, что поделится со мной всеми своими знаниями, как будто я стал его учеником, и я смогу совершить великий прорыв в науке, и мы все вместе, как супергерои, сможем полететь в космос, и будем покорять новые миры!

Я чувствовал, как по моей коже пробегает холодок, словно ледяной ветер, и меня, как будто затягивало в воронку, охватывало беспокойство, и я, словно тонул в море безумия, не понимал, что происходит. Неужели люди настолько слепы, что не видят, что происходит на самом деле, и они, как марионетки, пляшут под чужую дудку? Неужели они так легко готовы отдать свою свободу в обмен на призрачные обещания, и они, словно глупцы, поверили в сладкую ложь?

— Это… это как какая-то массовая истерия, — пробормотал я, и мой голос, словно уставший путник, звучал бессильно и сломленно. — Они что, не понимают, что эти боги используют их, как марионеток, как будто они пешки в чьей-то игре? Они не видят, что их желания — это всего лишь приманка, как у рыбака, и они, как рыбки, попались на крючок? Мы должны остановить их, пока не стало слишком поздно.

Кейтлин кивнула, и ее глаза, обычно сверкающие озорством, теперь были полны решимости.

— Хорошо, — сказала она твёрдым голосом, — я с вами. И если этим богам нужна война, они её получат.

Эрик откинулся на спинку стула, и на его лице появилась хитрая ухмылка.

— Ну, раз уж такое дело, — сказал он, — то я готов устроить им пару неприятностей. У меня есть несколько идей, которые им точно не понравятся.

Сьюзи выпрямилась и посмотрела на меня, и в её глазах я увидел пламя, которое горело ярче, чем когда-либо.

— Мы не позволим им забрать наш мир, — сказала она, и ее голос звучал уверенно и властно. — Мы будем бороться и победим.

Я кивнул, чувствуя, как меня переполняет уверенность.

— Тогда, — сказал я, — нам нужно составить план. Мы не можем действовать наугад. Нам нужно узнать больше о богах, об их силах и слабостях. Мы должны выяснить, как работает эта магия и как её можно использовать против них. Нам также нужно найти союзников, тех, кто не ослеплён их обещаниями и готов бороться вместе с нами.

— И где же нам их искать? — спросила Кейтлин. — Мир кажется таким, будто сошел с ума. Кому мы можем доверять?

— Хороший вопрос, — ответил Эрик, — но у меня есть одна идея. Я слышал, что за изнанкой мира есть существа, которые помнят старый мир и не приняли новый порядок. Возможно, они смогут нам помочь.

— Изнанка мира? — спросила Сьюзи, и на ее лице отразилось сомнение. — Разве это не просто легенда?

— Возможно, — ответил Эрик, — но, как говорится, в каждой легенде есть доля правды. И, возможно, именно там мы найдём ответы, которые ищем.

— Тогда решено, — сказал я. — Мы отправляемся туда. Но сначала нам нужно подготовиться. Нам нужно собрать все необходимые вещи, оружие, снаряжение и знания. И нам нужно узнать как можно больше об этом месте, прежде чем мы отправимся туда.

Мы встали из-за стола и, словно переродившись, начали собираться. В воздухе витало напряжение, но в нём также чувствовалась надежда. Мы не знали, что ждёт нас впереди, но были готовы к этому. Мы были командой, и мы были вместе, и это делало нас сильными.

Кейтлин, как заправский оружейник, колдовала над своим серебряным револьвером. Она, словно алхимик, смешивала травы и порошки, нанося их на пули, придавая им особую магическую силу. Ее руки, ловкие и умелые, словно руки хирурга, выводили на них руны, похожие на древние письмена, и эти символы, как будто ключи, должны были открыть дверь к победе над богами. Каждая пуля, как будто заряженный снаряд, становилась смертоносным оружием против тьмы. Она, словно снайпер, проверяла прицел, и ее взгляд был сосредоточен и тверд, словно она смотрела в глаза самой смерти.

Эрик, словно гениальный изобретатель, погрузился в свои скетчи, и страницы его блокнота, как будто волшебные свитки, были исписаны сложными чертежами и символами. Он, словно безумный художник, создавал устройства, способные противостоять магии богов, и он верил, что его изобретения станут ключом к победе. Его карандаш, как волшебная палочка, выводил на бумаге схемы генераторов, блокираторов и усилителей, и каждое из них, как будто часть большого механизма, должно было стать нашим щитом против тьмы. Он, как будто инженер, проводил расчеты и тестировал свои изобретения, словно от этого зависела наша жизнь.

Сьюзи, словно жрица, ушла в мир древних текстов, и ее лицо, как будто светильник, освещалось светом старых книг. Она, словно археолог, изучала забытые знания, пытаясь раскрыть тайны богов, и ее пальцы, ловко перелистывая страницы, находили подсказки и ответы, словно сокровища. Она, как будто мудрец, читала старинные легенды и мифы, и в них она искала слабости богов, и она верила, что именно эти знания помогут нам одолеть их. Она делала пометки на полях, и ее ручка, словно меч, выводила фразы, которые могли бы стать нашим оружием против богов.

Я, словно стратег, занимался планированием, и моя голова была полна планами и схемами. Я изучал карту мира, пытаясь найти проходы за изнанку мира, и мои пальцы, словно компас, скользили по линиям и отметкам, и я, как будто полководец, анализировал информацию и продумывал каждый шаг нашего путешествия. Я, как будто шахматист, просчитывал каждый ход и каждое действие, и я должен был предусмотреть все возможные варианты развития событий.

Ночной город встретил нас тишиной, нарушаемой лишь отдалённым гулом машин и редкими криками птиц. Улицы, казавшиеся днём оживлёнными, сейчас были пустынны и мрачны, словно декорации к фильму ужасов. Мы шли, стараясь не привлекать внимания, и наши шаги, казалось, эхом отдавались в тишине.

Добравшись до окраины города, мы нашли старый заброшенный гараж, где Эрик по своим чертежам, с помощью рун и печатей и старых машин собрал транспортное средство, которое он назвал «Король дорог». Это был потрёпанный, но мощный автомобиль, оснащённый двигателем, работающим на альтернативном топливе, и защищённый от магического воздействия. Глядя на него, я невольно улыбнулся.

— Что думаете? — спросил Эрик, с гордостью оглядывая свое творение. — Неплохо для старого хлама, правда?

— Впечатляет, — сказал я. — Дай угадаю, твой любимый фильм это "Безумный Макс"?

— Ты еще спрашиваешь? — ответил Эрик, — да это же шедевр кинематографа!

Мы погрузили свои вещи в машину и, устроившись внутри, приготовились к отъезду. Эрик завёл двигатель, и гараж наполнился гулом мотора, напоминающим рычание зверя. «Король дорог» тронулся с места и, выехав из гаража, направился в сторону Туманного Альбиона.

Дорога, словно путь в преисподнюю, была долгой и трудной, как будто это было испытание на прочность. Мы, как в какой-то игре, ехали по пустынным трассам и просёлочным дорогам, стараясь объезжать города, где царил хаос, и это была не прогулка по парку. Иногда, как будто в боевике, нам приходилось останавливаться, чтобы пополнить запасы топлива и еды, а иногда отбиваться от заблудших сектантов, словно от стаи диких псов, и странных существ, которые стали появляться в нашем мире, и которые не собирались давать нам расслабиться.

Кейтлин, как всегда, была начеку, держа в руках револьвер и внимательно наблюдая за происходящим. Ее глаза, словно сканеры, выискивали любую опасность, и она была готова вступить в бой в любой момент.

Сьюзи, в свою очередь, молча наблюдала за пейзажами за окном. Ее взгляд был задумчивым и тревожным, и я чувствовал, что она думает о чем-то важном. Иногда она доставала из своего рюкзака старинные книги и свитки и, погрузившись в них, искала ответы на вопросы, которые мучили нас.

Эрик, сидя за рулём, то и дело что-то бормотал себе под нос, управляя автомобилем с ловкостью профессионального гонщика. Он, как всегда, был полон идей и энтузиазма, и его настроение, словно пламя, поддерживало наш боевой дух.

Мы ехали всю ночь, и с восходом солнца перед нами предстала граница изнанки мира — старая полуразрушенная стена, окутанная густым туманом. Казалось, что она отделяет наш мир от мира грёз и фантазий, и, переступив её, мы навсегда изменим свою судьбу.

Эрик остановил машину, и мы вышли из неё, чтобы осмотреться. Туман, словно густая пелена, окутывал всё вокруг, и деревья, стоявшие на обочине, казались призраками, появившимися из ниоткуда. Было тихо и спокойно, но это спокойствие было обманчивым, и я чувствовал, что в этом тумане скрывается какая-то тайна, которая ждёт своего часа. Стоя на границе Туманного Альбиона, я чувствовал, как по моей коже пробегают мурашки. Этот туман был не просто атмосферным явлением, он был словно живым существом, окутывающим все вокруг, скрывающим в своих объятиях тайны и опасности. Старая стена, поросшая мхом и лишайником, словно страж, преграждала нам путь в этот неизведанный мир.

Кейтлин прищурилась и огляделась, держа револьвер наготове.

— Похоже, мы на месте, — сказала она. — Только я не уверена, что нам здесь понравится.

— Согласен, — ответил я. — Атмосфера здесь гнетущая. Нужно быть начеку.

Сьюзи оторвалась от своих свитков и задумчиво посмотрела на нас.

— Я нашла кое-что интересное об этом месте, — сказала она.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Эрик, с интересом рассматривая стену.

— Похоже, что этот туман — не просто природное явление, а магическая завеса, — ответила Сьюзи. — Она скрывает от нас истинную природу этого места и делает его таким загадочным и опасным.

— Ну, тогда нам нужно прорваться сквозь эту завесу, — сказал Эрик. — Думаю, у меня есть пара идей на этот счёт.

Эрик подошёл к стене и, достав из рюкзака какой-то странный амулет, начал произносить заклинание. Туман вокруг нас сгустился, и в воздухе запахло серой и старым пергаментом. Стена перед нами начала мерцать, и в ней образовался проход, похожий на портал.

— Готовы? — спросил Эрик, оглядываясь на нас.

— Настолько, насколько это возможно, — ответила Кейтлин, сжимая рукоять револьвера.

— Я готова ко всему, — сказала Сьюзи, и в её глазах я увидел решимость.

— Тогда пошли, — сказал я и, глубоко вдохнув, шагнул в портал.

Мы прошли сквозь стену и, оказавшись по другую сторону, поняли, что попали в совершенно другой мир. Туман здесь был еще гуще, и видимость ограничивалась несколькими метрами. Деревья вокруг нас были огромными и кривыми, словно их сгибала какая-то невидимая сила, и их ветви, словно когти, тянулись к небу. В воздухе витал запах влажной земли и плесени, и тишина здесь была зловещей и тягучей, словно ожидание зверя в засаде.

— Где мы? — спросила Кэйтлин, оглядываясь вокруг.

— Не имею ни малейшего понятия, — ответил Эрик, оглядывая сухую бескрайнюю лесостепь без намека на жизнь.

Мы начали осторожно продвигаться вперёд, пробираясь сквозь густой туман. Каждый наш шаг сопровождался хрустом веток и шорохом листьев, и я чувствовал, как внутри меня нарастает напряжение.