Застрявший в Темном Пальце

Глава 13

Вежливость — лучшее оружие вора. Но, видимо, здешние обитатели не знали об этой прописной истине и стали быковать прямо с порога. Фатальная ошибка, что тут скажешь.

Я переступил через чьи-то внутренности, беспорядочно разбросанные по полу, и устроился на центральном кресле, где совсем недавно восседал главарь. Сам он остывал неподалёку, оставив мне отличный плащ-пыльник из дорогущей синтетической ткани. Не пачкается, не рвётся и не изнашивается. Да и выглядит стильно, грех не взять. Хотя бы в качестве моральной компенсации. Поначалу я вообще не собирался тут ничего трогать, включая тяжеленые мешочки с вышивкой торговой гильдии, но чего уж теперь.

Атаман был совершенно не против подарить мне такую замечательную обновку. А я ему в качестве обмена оставил болт в глазнице. Хорошо попал, даже шкурку не попортил. И сразу куда-то улетучилась вся паханская крутость и несговорчивость. Просили же по-хорошему, но утырок возомнил, что его ватага легко с нами справится без лишних разговоров.

Увы, братва подкачала. Когда бандитов начали резать по-настоящему, без пощады и перерыва на обед, они вдруг разом вспомнили о всяких неотложных делах. Некоторые в спешке сигали прямо из окон и даже с крыши на мостовую. Та хоть и укрылась солидным слоем грязи, пружинила весьма неохотно. Да и высота выходила приличная.

Притон обосновался в старом трёхэтажном здании с крепким фундаментом, заставшим ещё прежние времена. Стены из пушки не прошибёшь, только мы вошли туда через двери, которые толком никто не охранял. Дежурные оболтусы не в счёт, они там просто стены подпирали, поплёвывая со скуки. Ну кто в своём уме к ним сунется? Только какие-то залётные типочки, вроде нас. Таких заманить и ободрать святое дело.

А по итогу в мышеловку пустили дворового кота. Злющего, резкого и очень голодного.

Кое-кто из прыгунов без парашюта расшибся вдребезги, но некоторым удалось-таки улизнуть под шумок. Окран им в помощь — я как-то уже поумерил кровожадность на сегодня. Особенно, когда из подвала зачищенного притона достали живых, пусть и не вполне здоровых Мисту с Хопом. Оба пребывали не в том состоянии, чтобы слушать мои нотации, поэтому пришлось отложить воспитательную работу для лучших времён.

Хорошо хоть до серьёзных пыток дело не дошло. А то у нас из медицины под рукой только мой скальпель в протезе да связка простеньких жгутов, которыми легче кого-нибудь придушить, чем спасти. Да и с медиками беда. Юта всё ещё отсыпалась в наших покоях под охраной толковых шиноби. Я настоятельно просил её не беспокоить, а если проснётся до нашего возвращения, то как следует накормить.

Задерживаться посреди разгромленного воровского притона не очень-то и хотелось, но увы — на этот раз свидетелей было предостаточно. Начиная от сбежавших утырков, заканчивая соседями. Дело времени, пока по нашу душу не явятся хмурые люди в латах.

— Именем императора, откройте!

Кстати, вот и они.

Поставленная на место и частично забаррикадированная дверь содрогнулась от мощных ударов. Постучали на совесть — соседний квартал наверняка услышал — только я учёл ошибки прежних обитателей. Поэтому общение начал на безопасном расстоянии.

— С кем имею честь?

— Ты совсем там охерел⁈ Открывай!

Как обычно бывает, первой на шухер явилась городская стража. Более многочисленная и обнаглевшая в край. Да ещё и на прикорме у местного криминалитета. Препирались мы с ними добрых минут пять, пока не подоспела полиция. Причём с целым сержантом во главе. Самурай быстро угомонил стражников и в грубой форме отправил их патрулировать окрестности. Можно даже сказать, послал. Те к моему облегчению, особо рыпаться не стали. Законники здесь имеют авторитет куда выше, чем в том же Стоате. Вот что значит отсутствие зажравшейся знати. Гильдия больше других заинтересована в порядке, ведь ничто так не портит бизнесу, как беспредел.

Поэтому и полиция дышит полной грудью, не связанная по рукам и ногам конкурирующей структурой.

Расстроенные караульные пообещали наябедничать гарнизонному начальству, а мы поскорее разобрали укрепления, чтобы лишний раз не нервировать сержанта. Тот к своей чести вошёл один, слегка громыхая чёрно-золотыми доспехами на каждом шагу. Тяжёлый самурайский комплект мало кто может носить, а уж сражаться в нём — отдельное извращение. И всё же у меня не возникло сомнений, что их обладатель не просто ходячий набор доспехов. Одни только скупые и выверенные движения выдавали опытного воина с головой. Помимо нагитаны с широченным лезвием и коротким металлическим древком, которое он использовал пока что в качестве посоха, на его поясе висела сразу пара изогнутых сабель и короткий кинжал.

Нормальный такой арсенал, уважаю.

— Что тут у вас? — поинтересовался он сквозь забрало шлема.

Видимо, разбросанные по всюду тела самурая не сильно заботили. А вот оказавшийся на столе мешочек с вышивкой в виде самой ходовой монеты заставил его встрепенуться. В такой экипировке зрелище вообще ни разу не забавное.

— Откуда⁈

— Вот эти нехорошие люди стыбрили, — кивнул я на застреленного главаря. — А мы в свою очередь хотим вернуть. Как порядочные жители Союзной империи.

Сержант крякнул что-то неразборчивое и вряд ли цензурное. Впрочем, у меня были схожие эмоции, когда я узнал, чем тут занимались дружки Мисты. Уже точно бывшие.

— Они нашли выход в старые тоннели под городом, — продолжил я, не вдаваясь в подробности. — И не придумали ничего лучше, чем ограбить одно из банковских хранилищ. Пропажу заметили, кстати?

— Ещё вчера.

Самурай пощупал мешок, где позвякивала зарплата его родного подразделения за пару лет, будто не верил своим глазам. После чего признался:

— А я-то уже думал, нас всех сошлют куда-нибудь в Пограничье…

— Не стоит благодарности.

— Ещё как стоит, — покачал он головой в шлеме. — Казначей назначил награду за любые сведенья. А когда он узнает, что деньги найдены, то и штаны от радости обмочит!

— На самом деле, нам бы не хотелось привлекать к себе лишнего внимания.

— Тайные агенты, значит… Стоило догадаться, когда нас вызвал не пойми кто.

Я не стал ни подтверждать, ни тем более опровергать догадку полицейского. Лишь уверил его, что мы не прихватим с собой ничего ценного, включая подозреваемых. Некоторых, если очень постараться, ещё можно спасти. А то, что их ждёт самая незавидная участь, дело десятое.

Главное вытащить отсюда взломщика, который и вскрыл банковское хранилище. Судя по его состоянию, отнюдь не из-за любви к воровскому искусству, но кого это волнует. В лучшем случае обе руки оттяпают, а могут и чего поважнее.

Сержант не возражал присвоить лавры себе. Вполне возможно, ему за такую блестящую «операцию» светило повышение. Вот что значит оказаться в нужном месте в нужное время. На радостях он выделил нам троих сопровождающих и позволил облачиться в бандитские балахоны с головы до ног. Любопытных глаз в округе с каждой минутой становилось всё больше, и далеко не все пугливо прятались, завидев чёрно-золотые доспехи. Судя по концентрации злобы в воздухе, у нас определённо прибавилось недоброжелателей в городе.

Ладно, задерживаться в Хэне в любом случае не входило в мои планы. И как только мы распрощались с полицейскими на окраинах трущоб, я повёл нашу подуставшую ватагу отдыхать. Хотя по-хорошему стоило сменить место ночёвки. А с рассветом и вовсе убраться из города.

Всех, кого мог, я нашёл, а остальные… Поджидали меня в корчме, как ни в чём не бывало. И если помятый и расцарапанный Молотильщик с заплывшим глазом смотрелся не очень-то и подозрительно, будто недавно выполз из вонючей канавы, то вот посвежевшая Изнанка в чистенькой одежде вызвала острое желание послать её куда подальше.

— Загулялась, подруга?

— Вроде того, — пожала она плечами.

— А чего тогда здесь забыла?

— Сегодня моя очередь дежурить.

— Уже нет, ты свободна. Помнишь, я тебя отпустил?

Она вздрогнула, будто от пощёчины, а в округлившихся глазах заблестели слёзы.

— Прости, командир! Я заплутала в этом лабиринте, здесь всё так непривычно…

— Хоть бы врать научилась, — махнул я на неё рукой, присаживаясь за свой столик и подзывая зашуганного разносчика.

— Я ходила на рынок, — с трудом выдавила она. — Рабский. Смотрела, как продают и покупают людей.

— Уже лучше.

— Рю, ну чё ты к ней доколебался? — неожиданно встала на защиту младшей лазутчицы Двойка. — Ты не хочешь, например, у этого лысого мудозвона спросить, зачем он припёрся?

— Деньги кончились, — предположил я. — Вот и вспомнил о тех, кто хорошо платит.

— А мешок с кольцами где⁈ Сука, да на него можно было целый дом купить!

— На кой хер мне дом, женщина? — искренне удивился наёмник. — Что я там буду делать?

— Молот свой полировать!

— Он у меня всегда готов к бою, поверь.

— Да ну тебя Окрану в задницу…

— Я не против твоего возвращения, — успокоил я Молотильщика. — Но размер твоей следующей награды решу сам. Когда придёт время. Идёт?

— Кормёжка хоть будет? — буркнул он без особого энтузиазма.

— А как же! Ты гохан любишь?

— Не особо.

— Тогда можешь болеть за нас, потому что мы ему сегодня пощады не дадим!