Змей сбрасывает шкуру

Глава 9 - о материальном и божественном

Внизу снова происходило какое-то подозрительное шевеление. Не то чтобы я особенно следил за этим, увлёкшись очередной книгой, но некоторые особенности собственного тела и местной архитектуры нетипичную возню выдавали. Библиотека тут располагалась на втором этаже, аккурат над парадной входной залой с двойной лестницей, и когда тяжёлая входная дверь закрывалась, я буквально брюхом чувствовал содрогание здания. И это - несмотря на уютный мешок и плотную циновку под ним.

Как я уже успел убедиться, Халвард и слуги предпочитали чёрный ход и задний двор, через парадный ломились гости, более того, гости незваные в большинстве случаев.

Помедлив, я заложил страницы закладкой и выбрался из нагретого мешка. Вальяжно пошуршал к дверям. Рёбра всё ещё побаливали, резкие движения совершать не хотелось. Аккуратно приоткрыл дверь и, продолжая придерживать её кончиком хвоста, заглянул за поворот и там тишком выглянул сквозь балясины во входную залу. С этой точки разглядеть, что творится у двери не получалось, но я расслышал вежливые расшаркивания старшего слуги с гостем, отвечающим сочным глубоким баском. Потом послышались звонкие шаги по мраморному полу, и я увидел наконец гостя, которого провожали в сторону рабочего кабинета Халварда, что располагался на первом этаже в левом крыле. Вернее, его лысину, широкие плечи, округлую фигуру и немного странную одежду. Такой я ещё не видел здесь, но это в целом объясняется легко - шапку и верхнюю одежду гость явно оставил на входе, то-то слуга с ним долго возился около дверей. Там, недалеко от входа, есть маленькая дверка в небольшую гардеробную. Богатое у Хаварда поместье в городе, да пустоватое только. В его доме-башне куда уютнее, и слуги ведут себя попроще.

Так вот, одежда у незнакомца в пол, серый балахон, на который сложным пересекающимся узором нашиты ленты пальца в три шириной. Разноцветные, некоторые вроде как с вышитым текстом или узором, оный напоминающим. И нити, яркие, в том числе золотые, во всём этом присутствуя, создают разительный контраст с простой, я бы даже сказал, бедной тканью самого балахона.

И балахончик, кстати, ему бы следовало немного расширить, а то ткань слишком явно натягивалась обширными телесами.

Удовлетворив своё любопытство, я втянулся обратно в библиотеку, прикрыв дверь аккуратно, чтобы не скрипела, и забрался в свой не успевший остыть мешок. Поправил себе подушки, подпирая спину и ими, и собственными кольцами, и вернулся к книге. Потом ещё повозился, чтобы снизить нагрузку на помятые рёбра. Была бы у меня кожа, а не чешуйчатая шкура, синяк явно вышел бы знатным, длинным, ярким…

И подушечку под пострадавший локоть. Вот та-ак…

Едва устроился удобно и начал вчитываться в отложенную книгу, как снаружи послышались шаги, и в помещение вошёл один из слуг. Тот, что помоложе, немного нервный тощий парень. Не то чтобы неприятный… Но как-то общаться с ним не было особого желания. Отношение у него было какое-то… гадостное, что ли? Вроде и придраться не к чему, но… За столько прожитых лет и перевиданных людей, всё чаще случалось, что желание общаться с человеком пропадало с первого же взгляда, жеста, сказанного слова.

Сказывался набранный опыт, полагаю.

— Господин Халвард ожидает вас в кабинете, — чопорно сообщил слуга и важно удалился, даже не дождавшись ответа или какой-то реакции с моей стороны. Такая напыщенность на фоне его плюгавой внешности выглядела немного забавно, так что я не стал обижаться. Чем меньше эмоций тратишь на неприятных тебе людей, тем меньшее место они занимают в твоей жизни.

Снова отложил книгу, выбрался из уютной норки и, поправив сюртук двинулся к кабинету. Степенно спустился по лестнице (здесь она была шире, и сползать было куда проще, закидывая петли влево-вправо) и шустро нырнул в коридор левого крыла. А там и до нужной двери недалеко.

На вежливый стук дверь мне открыли. Сам Халвард. Ещё и дверь придержал, позволяя без проблем втянуться в кабинет целиком.

— Вы звали? — спросил я и потом якобы удивился присутствию постороннего, сидящего на диванчике у стены. — Доброго дня, господин.

Вежливо склоняю голову. Я ведь вежливый, белый и пушистый юноша, верно?

— Это … Бердагард, он желает поговорить с тобой насчёт посещения храма, — пояснил мой покровитель. Титула, которым был удостоен толстяк я не знал, но состоял он из характерных корней. “Святость, родитель и благодать” угадывались в составе слова чётко. Пожалуй, правильно будет переводить его для себя как “отче”.

— Я с удовольствием поговорю с отче Бердагардом! — изображаем приятное удивление и смотрим на яркого полосатого гостя.

А нет, он не толстяк, он пока просто весьма упитанный. Росту в мужике порядком, даже когда сидит заметно, и плечи широкие. Макушка у него аутентично облысевшая, никакой тонзуры. Вот борода густая, стрижена относительно коротко и ровненько, щёки почищены аккуратно, усы тоже ухожены. Приятный такой добряк с лица. Смотрит вот только как-то странно. Хотя, что тут странного? Небось, первый раз шеску вживую увидел.

— В таком случае, не буду вам мешать, — произнёс Халвард… и направился к своему столу, за который и уселся.

Однако. Делает вид, что письмами какими-то занялся. Сама невозмутимость. А жрец бросил на него недовольный взгляд, потом повернулся ко мне.

— Арвин, дитя моё, твоя история удивительна, и сознательное желание твоё греет мне душу! Мы будем рады видеть тебя в храме Великого Кузнеца в любой удобный тебе день. Послеобеденная месса будет лучшим временем для посещения — нисходящая на храм благодать лучше доносит молитвы и просьбы до божественных чертогов!

Так, что?! Это на что меня тут подбить хотят? То-то Халвард тут строгую няньку изображает - что-то явно пошло не так.

— Простите… — изображаю растерянность. — Но мне ведь нужно в храм Десяти, верно?

— Храм Десяти место достойное, но, поклонившись святилищу верховного божества, ты достигнешь своей цели проще и быстрее, — заявляет важно. — В главном храме святостью пропитаны сами камни…

— Но мне нужны лишь священные воды горных потоков, и тихое единение с тем, кто оказал мне покровительство. Я безмерно уважаю Великого Кузнеца, но не он подарил мне новую жизнь и новое тело.

Интерес упитанного жреца мне пока был непонятен, но он явно расходился с тем, что было нужно мне. Насчёт верховного божества (выковавшего этот мир из чего-то там) я особо не интересовался, а вот про благодетеля своего почитал. Он оказался из плеяды так называемых “малых богов”, скорее, духов местности и покровителей чего-то очень уж конкретного, вроде посадки по весне местного богатого на крахмал клубня, на картошку, впрочем, совершенно непохожего. Господин Горных Вод отвечал, соответственно, за быстрые реки, прорезающие здешние горы. И он не имел собственных храмов, святилищем его были сами горные реки. Нет, были выраженные места поклонения, но они в большинстве своём находились во всяких там свящённых рощах, в зиме, в снегу, в ужасе, бррр. Так же к нему можно было обратиться из “общего” храма малых богов. Малых богов было множество, и в храмах набор тоже разный присутствовал. Что данному населённому пункту ближе и важнее. В столице “общих” храмов было порядком, на разные тематики. Храм Десяти Богов, насколько я понял, был заточен под природные явления, и святилище Горных Вод в нём было.

Вот ж мне везёт - просто в храм захотел сходить… сползать, а уже какие-то непонятные проблемы. Ибо взгляд добряка в оригинальной рясе какой-то… Странный какой-то. Не могу с ходу определиться, как он на меня смотрит, как на змею гремучую или как на изысканный стейк с гарниром.

— Я вижу твою целеустремлённость, дитя, — голос у бородоча в противовес взгляду спокойным был приятственным. — И даю личное благословение на посещение храма. Третьего дня я пришлю своих людей, что отвезут тебя поклониться Десятерым.

Я быстро перебрал варианты, какой бы ответ на это вот ввернуть, но моя бдительная нянька успела первой.

— Боюсь, мы не можем определиться со сроками вот так сразу. У Арвина слабое здоровье - Дыхание Зимы сказывается на нём весьма дурно. Мы выберем достаточно солнечный и тёплый день, когда ему полегчает и опасности застудиться не будет. Мы благодарны вам за столь щедрое предложение, но к чему утруждать столь уважаемого человека?

— Очень благодарны! — поддакнул я. — Но моё новое тело и правда весьма плохо переносит нынешнюю погоду…

Горестно вздохнул. Получилось очень выразительно и чересчур глубоко, из-за чего бок заныл, и я непроизвольно кашлянул. Сконфуженно извинился. Жрец обречённо благословил меня характерным жестом, произнеся фразу из той же категории, что и “будь здоров”. Воистину, некоторые людские традиции везде одинаковы…

После этого разговор как-то сошёл на нет, Бердагард пригласил меня посетить и главный храм, как погода наладится, наговорил стандартной душеспасительной ерунды, и удалился к моему облегчению. Всё же я не мог толком прочитать его намерения, но в том, что с моими интересами они расходятся, совершенно не сомневался. Халвард подорвался проводить высокого гостя, а я собрал хвост в плотную кучку, чтобы не терять тепло, и задумался.

Кажется, я неверно истолковал титул жреца. Из-за нескольких оброненных в ходе разговора фраз начало казаться, что это не рядовое обращение к священнослужителю, а указание на его высокий ранг в церковной иерархии.

Халвард вскоре вернулся. Мало того что вернулся - пришёл с тяжёлым шерстяным пледом. Я принял дар и укутался в него, наблюдая, как чародей возвращается на своё место.

— Прости, — произнёс он. — Я хотел организовать всё тихо, вызнать удобное время для посещения… но либо язык у того человека, к которому я обратился, слишком длинен, либо уши у некоторых чересчур чутки. Визит самого… - это не то, чего я ожидал.

И снова это слово. Не отче - патриарх? Эх, читал про божеств, а рангами местного жречества не озаботился.

— Почему он так настойчиво зазывал меня в главный храм? — спросил. Нет, в целом я догадываюсь, но хорошо бы уточнить и узнать некоторые детали, если повезёт.

— Известно от чего, — вздохнёт Халвард. — Ты - божественное чудо, которое можно потрогать. Показать толпе, дать пощупать, чтобы каждый мог убедиться в неиссякаемой божественной воле и преисполниться благоговения. Отодрать чешуйку-другую на оберег, слить пару чашек крови ради ритуала.

О подобном мысли у меня мелькали… Так, вскользь, ибо в традициях местного сообщества это казалось чересчур, учитывая его реакцию на тех же культистов.

— Вы преувеличиваете? — уточнил осторожно.

— Ничуть. Посмотри на себя. Твоё тело сейчас в разы крупнее чем было прежде, верно?

Я скосился на высовывающийся из-под пледа кончик хвоста и втянул его под ткань. Потом кивнул аккуратно.

— Из чего по твоему созданы кости и плоть и кровь, и чешуя? Всё это - священные воды, которые божественной волей обрели форму и функцию живого тела. Это чувствуется, знаешь ли.

Кхм, да, об этой детали я как-то не задумывался. Создали и создали - важно ли, из чего? Из чистой магической силы, из глины, из воздуха - да какая разница? Если оно выглядит как мясистый хвост, чувствуется как мясистый хвост и на внешние воздействия реагирует как мясистый хвост - с чего напрягаться? А для местных оно, оказывается, не только свидетельство божественной силы, но и её овеществление. Хотя, тут мне несколько тяжело проводить объективную оценку - я глубоко контужен воспитанием и подобное воспринимаю не так, как глубоко религиозные люди.

— Но всё же, это же храм, и жрецы… Разве они могут сделать со мной что-то настолько дурное?

— В первую очередь они люди. Устоят они перед соблазном или нет - я не хочу проверять, — мрачно процедил чародей. Ситуация его явно волновала, и волновала немало.

Настолько, что в храм он потащил меня на следующий же день, нагрянув с новостью о поездке весьма внезапно и хорошо так ввечеру. А я что? Я только рад. Мысль забросить это дело посещала, конечно, но получить информацию было важнее. Да и - раз я эту кашу заварил своей недальновидной просьбой…

— Вы уверены? — уточнил только перед выходом из дома. — Такая… поспешность может выставить вас в весьма неудобном свете после вчерашнего.

— Нужно что-то более существенное, чтобы уронить мою репутацию ещё ниже, — отмахнулся маг. — Проходи, я придержу дверь.

Я кивнул и торопливо “прошёл” во двор, где шустро втянулся в ожидающий экипаж. Уже не сани, какая-то разновидность кареты для здешних узких улочек, довольно тесная, но с плотно притёртыми дверьми и какими-то обогревающими чарами. И запряжено в неё было что-то напоминающее больше лошадь. Но - с теми же кручёными рогами. Присматриваться времени не было, втянул хвост, убирая его с мороза, закрылся. Тесно и неудобно внутри было. Две лавки по двое не слишком тучных человек каждая, сидеть лицом друг к другу, обивка жестковатая. Мне хвост раскладывать пришлось на обеих лавках и на полу и, когда повозка тронулась, несмотря на рессоры, все углы норовили отбить мне бока.

Зато тепло. Но радость казалось сомнительной.

Приоткрыв шторку, я выглянул в узкое окошко, развлекаясь осмотром города и мечтая о холодных, но просторных и уютных санях.

Ехали не слишком долго. Не считая той улицы, где мы угодили в пробку из гужевого транспорта. Там застряли минут на десять, пока из кареты побольше не вылезли два взбешённых зверолюда и не оттащили перевернувшуюся телегу к стене дома, невзирая на рассыпающийся груз и ошалевшую рогатую лошадь. А воргулы сильные ребята, оказывается. Не милые собачки на задних лапках, скорее волки-качки. То-то хозяин перевернувшейся телеги заткнулся и молчал как шёлковый. А до этого переругивался с возницами как заведённый.

После выбрались из этого оживлённого квартала и быстро докатились до нужного места. Следуя указаниям я ждал скучая. Экипаж загнали между высокой каменной стеной и каким-то забором, узкие окошки совершенно не давали оглядеться как следует. Да и темно уже было, а этот проулок был не слишком освещён. Я уже заскучать успел, когда Халвард вернулся. Он подал мне руку, помогая выбраться из кареты, что казалось не очень правильным, но я и правда немного запутался в петлях, пытаясь развернуться в узком пространстве. Дальше поскользили вдоль забора, втянулись в приоткрытую каким-то мужичком калитку, и от неё уже прошли к монументальному каменному зданию. Скрипнула тяжёлая, обитая железными полосами дверь, и мы оказались в старинном каменном здании, довольно прохладном, тёмном, пыльноватом, пахнущем весьма запутанно и интересно. Местные благовония, должно быть. Мимо каких-то мелких служебных помещений выбрались наконец в один из залов, и вот тут я ахнул. Красиво, однако - колонны, высокие стрельчатые окна, мозаика на потолке и стенах, шикарные люстры с волшебными огоньками, мраморный пол. В целом, картина знакомая, но форма у здания была какая-то странная - этот зал напоминал вытянутый ассиметричный пятиугольник со срезанными углами, на месте которых были двери. И в стенах двери с богатыми входными арками. И скульптуры, и мозаики у них очень тематические. Несколько дверей было открыто, и быстро стало понятно, что к чему - этот зал связывает десять отдельных помещений, каждое - под святилище своего божества.

Посетителей сейчас было мало, но те что были застыли и пялились - знакомая реакция.

— Идёмте, — провожавший нас мужичок успел где-то по пути скинуть шубейку, и теперь щеголял серой “рясой” со всего парой нашитых лент. - Вам сюда. Никто не потревожит вас, не переживайте.

— Благодарю вас, — отозвался я скромно и скользнул в приоткрытую местным жрецом дверь. Халвард остался с ним.

Втянул хвост, оглядываясь - помещение было небольшое по площади, но высокое. Узкие окна давали много света днём, должно быть. На стенах - мозаика, изображающая поросшие лесом горы, над ними - вершины со снежными шапками, а ещё выше - небо и облака. Под окнами - кадки с карликовыми деревцами, вместо алтаря - несколько крупных, замшелых камней, на которые со “скалы” вырастающей из стены капала вода. И стекала в такой милый декоративный прудик, из которого тонкой струйкой убегала по кривому жёлобу к стоку у стены. Пахло сыростью, мхом, прелыми листьями, водой. Совершенно не чувствовались характерные эманации тёмного бога.

Выходит, он правда тут не при чём?

Вспомнив о шапке, я стянул её с головы и запихал во внутренний карман плаща-колокола. Нового и длинного. Ещё раз огляделся и заметил наконец этажерку с неглубокими глиняными чашами. Это божество было весьма скромное, судя по описаниям ритуалов, не требовало ни жертв, ни драгоценных подношений, ни отстригания себе чего-нибудь там или прочего членовредительства. Достаточно зачерпнуть воды из реки и вылить на алтарь с молитвой. В роли реки тут выступал этот самый желоб, вот и удобное место - окунуть чашу в скромный поток.

Скользнул совсем впритык к крупному, заросшему ярким мхом камню. По-прежнему ничего странного.

— Господин Риашэс, Повелитель Горных Вод, прими мою благодарность за спасение жизни и подаренное тело. О ты, что сверкаешь меж скал и укрываешь пороги белою пеной, — как и полагалось, тонкой струйкой выливая воду из чаши, затараторил я молитву. Боги обычно такое любят, и пусть я не особо-то и…

— Принимаю, — удовлетворённо прозвучало рядом.

Чашку я выронил и шарахнулся в сторону, залез невольно частью хвоста в алтарный микропрудик и перекрыл течение воды по “реке”. Уставился, шевельнул языком. Запах воды и камней, и немного рыбы усилился многократно, потянуло свежестью - но ни намёка на живое существо рядом не чуялось. А вот характерное “подрагивание” пространства-времени, неожиданно приятно отдающееся в теле, ощущалось отчётливо.

Первый раз я находился так близко к подобной сущности. И это было очень и очень странно.

Бог принял облик молодого мужчины в струящихся светлых одеждах с абстрактными узорами разных оттенков синего, серого и немного зелёного. Длинные тёмные волосы, светлые нечеловеческие глаза, в которые лучше не смотреть. В остальном, с каждым мгновением выбранный им образ становился всё более чётким и доступным для восприятия. И он улыбался снисходительно.

— Не мельтеши мыслями. Я знаю кто ты. Нет смысла притворятся.

Кхм. Вот это, как говорится, поворот. И как быть в такой ситуации, я не представляю. Однако ж угрозы от могущественной сущности не ощущаю.

— Не люблю добиваться желаемого силой и угрозами, — заметит он, сложив руки на груди.

Ах, ну да, они же ещё и мысли частенько читают. А учитывая, что он серьёзно приложил ко мне руку…

— Верно. Твоё тело - плоть от плоти моего домена. Большая его часть. Со временем оно придёт в “норму” естественным образом.

— Понятно… — задумчиво потянул я, всё ещё немного выбитый из колеи происходящим. — И… Чем же я удостоился подобной… чести? В мире ежедневно погибает приличное количество людей, однако же вы обратили свой взор на меня.

Неужто его цепануло то, что я чужак тут?

— Верно, — легонько усмехнулся бог. — Посвящённые уже давно не заглядывали сюда. Слишком давно. С тех пор, как наш мир постигла катастрофа.

Ага, я успел почитать об этом. Сведений было мало, ибо произошло это очень уж давно. Легенд вот - множество.

— Почти пять тысячелетий минуло с тех пор, — в голосе божества скользнуло что-то ностальгическое. — Было совершено множество… лишних телодвижений. Сказано слишком много ненужных слов. В какой-то момент многие поняли, что уже не могут поступиться своими принципами и остановиться. А результатом стало то, что что ты лицезрел несколько дней тому назад.

— Застой тока энергий на перемычке?

— Это одно из последствий. Неприятное. Крайне опасное для подобных мне, но пока что безвредное для большинства обитателей этого мира.

— Пока что? — уточнил я, аккуратно сдвигаясь, чтобы вытащить тело из воды.

— Со временем этот мир погибнет, если ничего не изменить. Это случится не завтра, и не через год. Даже не через тысячу лет. Его агония уже началась и продлится долго, но будет слишком медленной, чтобы его обитатели даже поняли, что что-то происходит.

Нервно хохотнул. Как интересно звёзды складываются. Я везунчик или наоборот?

— И тут на сцену выхожу я?

— Таков был изначальный план. Теперь я вижу что ты зеленоват, и шансов мало. Но попытаться стоит. У тебя в этом свой интерес, да и я подслащу пилюлю - сделаю приятный подарок в случае успеха.

Свой интерес? Хм… С чего мне быть заинтересованным в решении каких-то проблем с перемычкой? Если только она…

Да этого не может быть!!! Он не мог нарушить контракт столь прямолинейно!

— Это не закрытый мир, — вовремя произнёс бог Горных Вод, его голос мгновенно заставил меня успокоиться и перестать паниковать. Мистика какая-то. — Да, сообщение с паутиной миров затруднено в данный момент, весьма серьёзно затруднено, но не потеряно. Если избавится от проблемы, проход будет открыт, свободный переток энергий восстановлен, и мир начнёт оправляться от своих ран. Ты сможешь уйти, когда захочешь.

— И что это за проблема? — вздохнул я.

— Не уверен. Нам закрыт проход на перемычку. Последствия той катастрофы. Кое-какая информация к нам доходит, и… Скажем так, вследствие того конфликта погиб… один из моих собратьев, а вместе с ним был уничтожен его домен. И эта рана оказалась столь существенна, что мироздание отвергло её…

— Выплюнув на перемычку… — произнёс я в задумчивости.

— Верно, — улыбнулся бог. — Я не берусь судить, как именно это отрезало нас от паутины миров. Где причина, где следствие и где простые совпадения. И не буду забивать твою голову своими теориями. Пусть недолго, но ты путешествовал по перемычке, и свежий взгляд может дать больше, чем годы построения теорий в условиях ограниченной информации.

— Даже никаких наводок не дадите? Подсказок?

— Только когда у тебя появятся конкретные вопросы. Тогда обращайся ко мне.

С одной стороны он прав, но… Местные больше моего в устранении аномалий понимают!

— Учись, развивайся. Твои знания и знания этого мира могут дать любопытные результаты, объединившись.

Да никто в целом и не сомневается, знания по мирам раздёргивать - это моё давнее хобби. И попытаться всё же придётся, если я не хочу похерить свою главную цель в жизни. Жизнях. К тому же…

— И о каком подарке в случае успеха идёт речь?

— Я назову три твоих имени.

Душа - весьма своеобразное образование. Она существует на каком-то ином слое реальности, примыкая к живому существу так же непостижимо, как перемычка примыкает к миру. Душа бессмертна, но при этом может быть поглощена, расколота, может деградировать или развиваться. Перерождаясь, она освобождается от груза воспоминаний, редко, крайне редко сохраняя что-то, связанное с прежними жизнями.Но есть один момент.

Имена. Они отпечатываются в душе и проходят с ней от перерождения к перерождению подобно невидимому клейму. Они - то немногое, с помощью чего можно произвести не деструктивное направленное влияние на душу. И чем древнее душа, тем больше у неё меток-имён. Слышал мнение, что не количество перерождений, а именно количество имён делает душу “качественно” более “сильной”.

В конце концов, чтобы имя “закрепилось”, требуются годы, а если не повезёт, можно и во младенчестве умереть. Циферку к счёту перерождений это добавит, но силы, потенциала не увеличит.

Так вот, чтобы обрести бессмертие истинное, надо узнать некоторое количество собственных имён. По крайней мере, сообразно той информации, что я так долго выискивал и собирал. И это - непременное условие.

Нет, конечно, можно уйти в вечную кабалу к какому-нибудь божеству или сущности схожего порядка, и то быстренько всё обстряпает в наилучшем виде без всяких там имён…

Но вопрос - нахрена такое бессмертие?

Хочешь свободы - придётся искать имена. Это возможно, но долго и чертовски муторно, и без условного бессмертия физического тела к этой титанической задаче не подступиться.

Есть в целом две тактики поиска имён - найти некую могущественную сущность, что согласится тебе назвать хотя бы одно за плату или какую-нибудь услугу, и быть готовым расстаться с чем-нибудь чудовищно ценным или выполнить феерически сложный квест. И другой способ - шариться по мирам в надежде словить очень специфическое дежавю.

Это как пальцем в небо тыкать, мне за сотню лет подобного времяпрепровождения только однажды довелось поймать это ни с чем не сравнимое ощущение. Узнал скалу, нависающую над побережьем, очень уж форма сохранилась характерная. После - потерял покой и сон, облазил вокруг вообще всё, пока не нашёл развалины городка, почти поглощённые песчаной дюной. Там уж “дежавю” посыпались одно за другим и, присев у очага в развалинах одного из примитивных домов, я осознал, что жил здесь в одно из прошлых своих перерождений, и звали меня Секхи. Странное чувство это было. Если бы старый городок пострадал от времени меньше, думаю, я бы больше подробностей вспомнил. Не вышло. Но и открыло мне глаза на печальную деталь - если окружение, среди которого прошла твоя иная жизнь сгинуло по любым причинам - не видать тебе “дежавю” и собственного имени.

Это уже не иголка в стоге сена, это… не знаю даже.

Потому - сразу три имени - это колоссальное подспорье. Невозможное, немыслимое!

— И с ними у тебя будет как раз половина от необходимого, — кивнуло щедрое божество.

А вот за такую информацию отдельное спасибо! Десяток. Мне нужен десяток. По доступной мне статистике выходит...

Я динозавр, однако.

— Да, твоя душа очень древняя. Очень, — подтвердил мой собеседник. Удивительно, но общаться с ним таким образом даже удобно. Но как-то невежливо.

— Может, хоть какой-то совет насчёт того, с чего начинать и куда двигаться? — поинтересовался я вслух.

— Вперёд. Тебе проторили дорогу, тот человек, что ждёт за дверью, подвернулся нам очень удачно. Отправляйся к шеску, как и планировалось, научись управляться с новым телом и его магией. Только после этого имеет смысл приступать к делу.

Ладно, в ясли так в ясли. Сперва поучимся базовым навыкам. Время у меня есть, торопиться нет особого смысла.

— И одна просьба, — произнёс бог, привлекая моё внимание. Всё моё внимание - просьбы от таких сущностей - это серьёзно. — Когда будешь там, не забывай время от времени молится Сэшиару.

— Это…

— Мой брат, он создал шеску и вложил в своих детей слишком многое, ослабив свою сущность. После катастрофы он уснул и пребывает в этом хрупком состоянии по сей день.

Хм, помолюсь конечно… Но разве молитвы таких как я не…

— Нет, не просто проявление вежливости. Да, вера, истинная, искренняя, для нас как глоток воды в раскалённой пустыне. Но вера - слепа. Редко кто из верующих способен достаточно чётко обозначить нашу сущность в своих мыслях. Молитва подобных тебе похожа на раскалённые нити, что сшивают нас с плотью этого мира. Придают форму и определяют место. Ваше знание делает нас материальнее. Это неприятный и во многом ограничивающий процесс, но в некоторых случаях он уместен, оправдан, и даже выгоден.

— Как в случае со спящим богом, что теряет определяющие его сущность признаки и растворяется в энергетических потоках мироздания?

— Да, именно так, — признал повелитель Горных Вод.

— Постараюсь молиться регулярно, — пообещал я. — За искренность не ручаюсь, но…

— Этого будет более чем достаточно.