Змей сбрасывает шкуру

Глава 24 - о том, как тяжело бывает в учении

— Быстрее! Ползи! — раздражённо шипел Тэши, оглядываясь едва ли не поминутно.

— Ползу, — огрызнулся я, очередной раз отклоняясь в сторону, чтобы не наползти на хвост снова остановившегося Вараша. Из троицы он был самым длинным, несмотря на то, что был вторым по старшинству. Впрочем, Шершавому он приходился не сыном, а племянником, и семейный фенотип был в нём несколько пожиже. Впрочем, даже младшенький из троицы был крупнее и крепче меня, хотя и выглядел ещё совсем сорванцом. Троица держала весьма бодрый темп… а я нет. Не вытягивал. Очень уж далеко пришлось ползти на своём… одном, и я банально устал, всё больше отставая от троицы. Тех это раздражало - меня, кажется, боялись потерять на городских улицах. Или, что я им по хвостам потопчусь.

Как они вообще так быстро умудряются шуршать?! Неужели я и правда настолько плох в этом? Или дело в том, что с непривычки пришлось двигаться так долго и далеко? С окраин города мы уже почти до центра добрались, и сами, не на ездовом коврике, несмотря на то, что их в хозяйстве было целое стадо.

— Ползи! — вновь потребовал старший.

— Опаздываем, — поддакнул ворчливо младшенький. И добавил что-то короткое, но явно ругательное. Я не понял, но запомнил. Язык подтягивать с полным погружением в языковую среду весьма удобно. Нет, Тэши язык королевств учил и знал его примерно так же, как я язык шеску сейчас… Но он облегчать мне жизнь явно не собирался. Вредный мелкий змеёныш.

Нет, ситуация, отчасти, типичная - вот ты молодой полный жизни и устремлений бескомпромиссный подросток со своими грандиозными планами, скажем, на лето. Собираешься зависать с друзьями, гонять на велике не речку рыбачить и всякое прочее прекрасное. И тут припираются родственники в гости и тебе на шею вешают тупого мелкого родственника, которого и одного оставить нельзя, а то по шее надают, и с собой ни в какое интересное место не возьмёшь, ибо, опять же, надают по шее.

Но срывать на мелком злость, это, я вам скажу, тоже не дело. Особенно, если мелкий совсем не мелкий, и можно было бы хотя бы попробовать договориться!

А ещё ползли в горку, свернув с главной дороги. Даже осмотреться толком времени не было - шипят, поторапливают…

Я порядком запыхался и дышал тяжело и часто, когда мы наконец добрались до вмурованного в скалу здания. У входа дежурил важный крупный змей яркой полосатой наружности. Тоже что-то про опоздание проворчал, но пропустил. Дальше мы бегом… быстрым ползком понеслись по коридору куда-то в угол и вниз по крутому пандусу вылетели в… раздевалку? Очень характерное полуподвальное помещение с длинными низкими окошками под потолком, крючки-вешалки на стене. Только лавок нет, вместо запаха застарелого пота густой запах змеиной шкуры, в быту почти неощутимый, а тут едва ли не осязаемый. Ну и вместо плакатов с качками и бабами в спандексе такие забавные квадратные рамочки с пафосными умными изречениями.Ну, я надеюсь, что с пафосными и умными - времени вчитываться не было. С меня едва не сорвали накидку и дали в зубы поношенную безрукавку с чужого плеча и застиранный тканевый пояс, в который при желании можно было завернуться почти целиком. Парни торопливо облачались в такое же, извлечённое из единственной на всю компанию сумки.

После поспешили через другой проход… в прорубленный в скале тоннель, который вывел в огромнейший грот с обвалившимся по центру свода потолком. Сквозь пролом проникало достаточное количество света, но, похоже, куда меньшее количество дневного жара. Пол был выровнен и разбит на разноразмерные площадки. Тут был и, похоже, круг для поединков, и какие-то приспособы, напоминающие тренажёры, и стойки с разнообразным оружием. А ещё - тут уже было прилично молодёжи. Змеи выстроились рядочком, разложив как по шаблону пёстрые хвосты, и чего-то дожидались. Причём откровенно крупные особи стояли с одной стороны, более тонкого и длинного телосложения - с другой.

— Успели! — выдохнул младшенький воодушевлённо. — Этого старого … ещё нет!

Намотав новое слово на ус, я, всё ещё тяжело дыша, обернулся, и не прогадал - подле стены стоял змей, комплекцией не уступающий Шершавому - видимо, только-только собирался закрыть массивную дверь, что была распахнута до самой стены да ещё и крючком у оной закреплена. Здоровенный змей смотрел холодно и терпеливо, так что я вежливо склонил голову и поздоровался.

Мои спутники, услышав это, застыли и начали медленно поворачиваться. Воистину, божество комического тайминга - одно из моих любимых. Не знаю, где и под каким именем оно завело себе паству и отстроило храмы, но в его существовании я не сомневаюсь.

Смерив нас холодным взглядом, змей велел парням становиться в строй, а мне - покуковать пока в сторонке. Ну, по крайней мере, так я понял его подкреплённые жестом слова. Отполз куда указали на весьма удобные коврики у стены.

И с удовольствием понаблюдал за разминкой хорошо тренированной молодёжи. Специфические движения позволяли вкладывать в удар всю мощь длинных сильных тел, а стремительные изгибы натягивали шкуры напряжёнными мышцами. Поработать над собой - и буду таким же. Наверное. Ну или меня поработают как следует. Вон, кстати, поработающий разбивает молодёжь на группы и отправляет заниматься разными упражнениями. Убедившись, что все заняты, направился ко мне. Я подобрался, изображая скромное прилежание. Получалось легко - успел отдышаться с дальней дороги. Змей обозрел меня с заметным скепсисом. Что характерно, кстати, как и шес Эрше Шио Ис’саата, он не отягощал причёску всякими красивостями. Цацки носят только маги? Надо будет уточнить…

Налюбовавшись, шеску тяжело страдальчески выдохнул. Я насторожился.

— Значит, ты и правда был человеком? — полувопросительно, полуутвердительно произнёс он с сильным акцентом на языке королевств, неторопливо отползая к ближайшей стойке с учебным оружием.

— Да, шес, это действительно так, — скромно подтвердил я, немного нервно наблюдая, как он выбирает оружие. Вот остановился на палке подлиннее. Имитация какого-то двуруча, судя по расположению символической гарды. Закинул на плечо и неторопливо потёк ко мне.

— Это многое объясняет, — произнёс он. — Встань на ту разметку… Хорошо. Теперь ползи вперёд по линии. Стоп. Развернись. Двигайся назад…

Я делал что велено. Полз по белой толстой линии. Если он сейчас ещё предложит в трубочку дыхнуть…

— Фсст, — заключил он наконец. — Если бы не твоё происхождение, я бы предложил добить. Чтоб не мучался.

— Всё настолько плохо? — уточнил я осторожно. Мнению специалиста с комплекцией Аполлона всё же следовало доверять, но резкость суждений меня настораживала.

Вместо ответа он быстрым движением приложил меня по спине палкой. Болезненно, но не смертельно, заставляя меня зашипеть и согнуться. Потом - ударил чуть выше условного живота, тычок в бок, удар по чешуе почти у самой земли.

— Замри! — велел он в какой-то момент, пока я корчился и шипел от этих болезненных тычков. Пересилил себя и замер. — Подбородок вверх. Ага. Вот так. Медленно откинься назад. Ещё. Стоп. Вот так должна выглядеть правильная осанка.

Я на мгновение завис.

Осанка? Серьёзно?

Прислушался к себе и не почувствовал особой разницы… Хотя нет, начинает немного мышцы тянуть вдоль позвоночника “человеческой” части и точка обзора как будто чуть выше стала. Шевельнулся, отклонившись, и снова получил палкой.

— Держи! А теперь займёмся движением…

И ползал по его мнению я тоже неправильно. Количество болезненных тычков, посыпавшихся на мой хвост, подсчёту не поддавалось. То ли из-за языкового барьера (часть терминологии на языке королевств змей явно не знал и сыпал на своём), то ли из-за установившейся привычки передвигаться я долго не мог сообразить, чего именно от меня хотят, и какие именно группы мышц задействовать в каком порядке. Невозмутимый змей так и гонял меня от группы к группе, проверяя, что они там делают и продолжая тыкать палкой. Заставлял двигаться так, как в его представлении было правильно. Не знаю, тело довольно скоро начало болезненно ныть, и не столько от синяков, сколько от усиленной нагрузки на те мышцы, что обычно не были так активно задействованы. А уж по спине сколько раз я перехватил…

Я терпеливый и с пониманием отношусь к подобным методам обучения, но под конец тренировки желание огрызнуться становилось чрезвычайно настырным. Вся тушка ныла, хотя запыхаться я вроде как особенно не успел. Но наконец молодёжь начали потихоньку, группа за группой, отпускать. Двери, ведущие в прорубленный в скале коридор, были открыты.

Отпрысков рода Ис’саата отпустили одними из последних, и меня вместе с ними. Душа тут не предполагалось, но в наличии были свежие влажные махровые полотенца, которых вполне хватало, чтобы немного освежиться. Уползали уже сквозь активно прибывающих на следующее занятие змеев постарше. Вяло уползали. Парни тоже были уработаны и бросали при этом на меня злые, раздражённые взгляды.

Ну да, ну да, сами опростоволосились, разозлив шеса Ашера, получили нагрузку больше, чем обычно, но при этом виноват, конечно, я.

Очень хотелось расслабиться и растечься прямо на улице, у нагретой солнцем стены здания. Но парни потянули меня обратно к центру города, шипя и подгоняя. До главной улицы не дошли. Свернули в какой-то проулок и выбрались к просторной коробочке на углу, над входом которой красовалась вывеска с длинноклювой птичкой. А внутри оказался натуральный ресепшен. Скучающий за стойкой некрупный змей встрепенулся и, выслушав Тэши, отлучился в один из выходящих в помещение коридоров. Вернулся быстро, в сопровождении бодрого Хэшхе.

Я напрягся. Змей расплылся в зубастой улыбке, после чего велел мелюзге погулять часик и, подхватив меня под локоть, потянул в глубину здания. Неохотно потащился, между делом поглядывая по сторонам - устройство местного госпиталя было интересно. Увы, много не насмотрел - через белые занавеси меня заволокли в смотровую. С кушеткой! Такое… длинное, во всю стену возвышение, обтянутое поверху хорошо выделанной кожей. Раздели, уложили. Лекарь в любимой своей манере, ругаясь и приговаривая всякое, осмотрел мою тушку, помял тут и там, потыкал в свежие наливающиеся синяки пальцами. Не сдержавшись, зашипел на него, добавив пару подслушанных недавно явно матерных слов. Змей этим, на удивление, остался удовлетворён. Велел лежать ровно и начал обычную процедуру с применением той крайне приятной магии. И с ноющими мышцами она тоже справлялась великолепно, так что я едва не задремал.

Но на этом он не закончил. Змей извлёк из шкафа в углу… Натуральный землемерный циркуль. И здоровенный кронциркуль. И начал замерять. Сперва длину, до кончика хвоста, потом - объёмы тушки по всей длине. И бодро всё записывал. Я смотрел на происходящее круглыми глазами и наконец поинтересовался:

— Зачем?

Шеску ответил, но я мало что понял. Что-то про отражения и таблицы. У меня, наверное, на лице было написано, что я ничего не понял. Хэшхе закатил глаза, убрал инструменты и велел встать на выделенный в полу квадратный участок плитки другого оттенка. Плитка под брюхом просела, заставив меня дёрнуться. Полосатый снова заругался, велев впихиваться целиком и присматриваясь к… Шкала вмурованная в стену… Это что, весы?!

Судя по тому, как змей прицокнул языком, результаты его не впечатлили.

— Плохо? — уточнил я мрачно.

— Плохо… — передразнил меня лекарь и велел одеваться. После потащил в другой конец здания, где находилось уже что-то более похожее на кабинеты. У одного из них куковало несколько змеев с россыпями таких прямоугольных и квадратных нашлёпок на шкурах, сильно напоминающих пластыри. У одного в довесок была перебинтована обильно рука. Очередь на перевязку?

В месте, куда приволок меня Хэшхе, было довольно забавно. Такая помесь библиотеки, рабочего кабинета фармацевта и архива в процессе переезда. О последнем напоминали горы каких-то бумаг и свитков, где в ящиках, где - перевязанных верёвочками, где просто громоздящихся башнями от пола и до середины высоты помещения. Полосатый извлёк с полки затёртую тяжёлую книгу альбомного формата, перелистнул первые страницы и начал тыкать пальцем, объясняя. Пытаясь объяснить. К счастью, этот справочник изобиловал схематическими изображениями, и это помогло. Шеску выделяли среди своего вида несколько типичных телосложений, и для каждого были характерны свои пропорции и соотношение роста к весу. Мне показали таблицу, потыкали пальцем в записи моих замеров. Под мои пропорции не подходил ни один, но два наиболее близких жирно намекали, что у меня недобор веса либо в треть общей массы, либо в четверть. Ну и оставалась возможность, что я ещё значительно подрасту и в длину, и в ширину, так что делать замеры регулярно было важно. Потом Хэшхе перелистал ещё десяток страниц, показав схемы окраски чешуи. Это меня заинтересовало. Шеску, оказывается, уделяли внимание систематизации фенотипов… или правильнее будет называть это морфами? Сами они использовали слово от корня “отображать”, близкое к слову “зеркало”. И для них это было важно. Я поинтересовался своим, но змей только головой покачал. Показал с десяток тёмных вариантов, но во все я со своим хвостом не особо вписывался.

— Полиняешь, вырастешь, посмотрим, — пояснил Хэшхе, и дал полистать справочник, пока сам заполнял на меня “дело”, перерисовывая в него замеры и выписывал рекомендации.

Любопытная, кстати, книжица. Нужно будет достать подобную, когда из прочитанного буду понимать побольше, чем сейчас. После меня вытолкали на мороз, в смысле, на улицу, велев приползать через три дня на процедуры. Мрачная троица уже кучковалась там в ожидании. Листок с рекомендациями у меня мигом отобрали и вчитались. Я возмущаться не стал. Что они там увидят, кроме “жрать надо больше”? А так похихикают, позлорадствуют, отведут душу, может, и успокоятся немного.

До дому ползли медленно и печально. Я был вымотан, парни тоже, а расстояние всё же было приличным. Да ещё дело усугублялось тем, что к нам то и дело цеплялись стайки их знакомых - за полдень молодёжи на улицах стало заметно больше.

Наблюдал за этим с интересом и могу с уверенностью заявить, что молодёжь она во всех мирах молодёжь, невзирая на видовую принадлежность. Ну может с нюансами. В разговоре они использовали столько сленга, что я перестал пытаться понять, о чём речь вообще идёт. Старшие шершавики прикрывали младшенького, которому явно доставалось больше шпилек и подначек, а среди более доброжелательных знакомых петушились. Последних, правда, попалась всего одна группа, прочие источали дух соперничества, а то и откровенной враждебности. На меня поглядывали, отпускал шуточки, которых я не понимал, но пока не лезли, прицениваясь.

Самое интересное началось, когда столкнулись с группой подростков, среди которых была девочка. Очень миленькая шесса с аккуратно заплетёнными косами и насыщенного зелёного цвета чешуёй. Накидочка скромная, но тонкие запястья просто усыпаны разнообразными браслетами.

Вот тут парни начали хвостами мести и хорохориться, каждый из шкуры лез, чтобы показать какой он весь из себя. Со стороны смотрелось чертовски забавно, но девица млела и благосклонно принимала все знаки внимания. Тэши даже быковать начал на одного из её сопровождающих, пытаясь показать свою крутость. Шеску сошлись нос к носу, угрожающе извивая кольца, приподнялись на хвостах, буквально столкнувшись изгибами тел у самой земли, и шипели друг другу гадости и угрозы. Увы, девочке их спектакль быстро наскучил, она заинтересовалась было мной, подползла чуть ближе, рассматривая, кажется, потрёпанную песчаной бурей чешую. Я на всякий случай отодвинулся, поймав на себе острые взгляды мигом успокоившихся спорщиков. К счастью, ко мне быстро потеряли интерес, даже заговаривать не стали. А там на улицу выехала, бодро поднимая пыль, вереница ездовых эркшетов с серьёзного вида шеску на спинах, и мы прыснули в стороны, чтобы не рисковать хвостами. К счастью - девчонка со своей свитой в одну, мы - в другую. Срезали дорогу переулком и вскоре снова оказались в районе поместий.

До дома оставалась где-то треть пути…

На хозяйственном дворе слуги в шесть рук всё ещё вычёсывали наш ездовой коврик. Эркшет млел, вытянувшись во всю длину на солнышке, и всё больше напоминал медалиста ши-тцу на собачьей выставке. Я тоже вытянулся, едва добравшись до своей комнаты. Даже отдохнуть не успел толком, прежде чем вернулся с каких-то своих дел Шершавый и начал проверять что-как. Вызвал на ковёр всю нашу четвёрку и начал коварно расспрашивать, как прошёл день. Буквально на ковёр - оный, большой, пушистый, пёстрый и красивый, располагался в комнате, которую он использовал под кабинет.

По ковру очень приятно было ползти уставшим брюхом. Я аж залип на это ощущение.

Парни немного нервничали и утверждали, что день прошёл хорошо. Я благодушно согласился, когда меня спросили. Шес Эрше Шио Ис’саата, кажется, не очень поверил, но не стал настаивать. Своих парней отпустил, а меня оставил.

— И что же ты делал на первом занятии?

— Шес Ашер заметил, что я неправильно двигаюсь и держу себя…

— “Ашер” - это термин, означает “наставник”. Также является уважительным обращением, — поправил меня шеску.

— А… Ага… — кивнул я задумчиво. — Ашер показывал мне, как правильно двигаться.

— И ты не следуешь его наставлениям, как я посмотрю.

— Это немного больно, — вздохнул я. - Мне нужно время. И… всё настолько плохо? Со стороны?

— Когда я впервые увидел, как ты двигаешься, подумал, что у тебя была сломана спина, но паралича удалось избежать…

Я хмыкнул тихонько, и попробовал сменить положение первой трети тела на то, которое в меня пытались вдолбить. Вдоль позвоночника сразу заныло, но Шершавый одобрительно кивнул.

— Так и держись. Через час отвезу тебя на занятия в поместье Ишису. Пока - просто показать тебя мэтру, чтобы он понял, как с тобой работать и составил план занятий. А ближе к закату подадут ужин.

— Ужин? — заинтересовался я. Понятиями завтрак-обед ужин они тут особо не пользуются. Просто еда и еда.

— Ужин, — подтвердил змей. — В твою комнату. И в количестве и качестве, рекомендованном целителем. Советую съесть всё.

— А если не съем? — в его голосе мне послышались нотки лёгкой ненавязчивой угрозы, поэтому я решил уточнить этот момент.

— Тогда в следующий раз еды будешь дожидаться лишний день.

Я тихонько вздохнул и покладисто пообещал всё съесть.

Где-то через час (их местные насчитывали двадцать в сутках) мы погрузились на вычесанного, похожего на игрушку эркшета и выдвинулись. Как оказалось, то, что он называл “поместьем”, располагалось сильно дальше от города, под скалой на обширном плато. Сады раскинулись на подъезде к этой самой скале, а поместье напоминало скорее прилепившийся к ней дворец в местном коробочковом стиле, конечно же. И населяли его крайне важного вида и стройного телосложения продольные полосатики. Причём среди слуг я заметил и другие окрасы, да и чем чётче был узор на чешуе, тем важнее и серьёзнее выглядели змеи. Почти все попавшиеся на глаза с ровными, непрерывающимися полосками носили в волосах разнообразные украшения. А змеев попадалось много - этот род был богат и многочисленен.

Хм, правильно ли будет его называть кланом? Кажется, в языке шеску просто нет такого слова - что не род, то семья, а раз большая семья, то значит род.

Нас пропустили на территорию стражи при воротах. Шершавый только парой слов с ними обменялся. Дальше мы ехали мимо фруктовых деревьев, и дорога ещё так вилась, будто гостям хотели продемонстрировать все богатства этого ботанического сада. Перед самим дворцом была ровная площадка для парковки эркшетов с характерными коновязями. И нас уже встречал слуга - светлый змей с двумя тёмными, рваными полосами вдоль хребта. Он проводил нас в сам дворец, где Шершавого перехватил важного вида шеску с шикарными красно-жёлтыми полосами на насыщенно-оранжевом фоне. Волосы у него тоже были огненно-рыжими, и тон кожи напоминал сочный курортный загар. Всё это великолепие он обрамлял золотом с изумрудами. Большим количеством золота с изумрудами.

Я успел только вежливо поклониться, поприветствовав незнакомца. Меня удостоили снисходительным взглядом и даже не представились. Бросил вслед уползающим змеям задумчивый взгляд и поторопился за указывающим направление чопорным слугой.

Провели меня во что-то вроде рабочего кабинета. Довольно просторного, опять же с большим круглым ковром на всё помещение и книжными полками до потолка. Одна из полок причём, была отведена каким-то статуэточкам, вазочкам с засушенной зеленушкой, камешкам, деревяшкам, стеклянным фиалам и всякой другой ерунде. И что-то мне подсказывало, что назначение у этого всего отнюдь не декоративное…

Хозяин кабинета тоже был полосатый. Причём очень впечатляюще полосатым. Вдоль хребта тянулась ярко-белая, почти до просини, полоса, по обе стороны её оттеняли узкие чернильно-чёрные полоски, потом шла широкая полоса насыщенного кирпичного цвета, потом снова чёрное на самой границе с белыми брюшными пластинами. Кроме того, он был очень белокож, а причёской - рыж, но в рыжине его были отдельные чёрные пряди. Забавно, как цвет волос у шеску имеет обыкновение отражать цвет чешуи. Также в волосах была куча разноцветных керамических бус с какими-то символами на тех, что покрупнее, что делало облик змея ещё пестрее.

Я честно старался с порога держать себя и двигаться правильно, но всё равно взгляд, брошенный на меня чародеем был таким… Неприязненным.

Да что ещё не так с моим внешним видом, наконец?! Худ и волос на косу толком нет?

До меня снизошли с видом важным и несколько высокомерным. Так, наверное, повёл бы себя профессор, доктор наук по ядерной физике и всякому такому, которого попросили бы помочь шестикласснику сделать домашку про сообщающиеся сосуды и плотность вещества. Дипломированного специалиста в моём случае звали Эшри Исса Ишису, и он отлично шпарил на южном диалекте языка королевств. Но при этом сразу сообщил, что для успешного изучения Искусства мне необходимо как можно быстрее и полнее освоить язык шеску и желательно нара, язык кочевников и жителей оазисов на краю пустыни. Это меня несколько удивило, но возражать я не стал, выразив готовность и желание учиться. Это змея, похоже, удовлетворило, он смягчился и около получаса ползал вокруг меня и очень аккуратно прощупывал какими-то чарами. Я молчал, терпел и чувствовал, как начинают отваливаться мышцы спины. Очень хотелось расслабиться, но портить и так не лучшее впечатление, что я произвёл на нового учителя, было такой себе идеей.

Тем более, что у него ко мне были претензии.

— Пытался колдовать после своего чудесного преображения? — спросил он строго наконец.

— Да, — не стал отпираться я. — Шер Ист’маар Хэшхе, целитель, уже отругал меня за это и начал убирать последствия.

— Хм, — змей сделал вокруг меня ещё один круг. Движения полос на его вальяжно извивающемся хвосте почти гипнотизировали. - Его усилия не прошли даром. Определённые… нетипичные движения внутренних энергий едва заметны. Вам придётся забыть о том, как концентрировать энергию, юный шес. Люди делают это грубо, насильно и по отношению к миру, и собственному организму. У них нет другого выбора, другого пути, но к любому делу можно подойти деликатно и терпеливо, вместо того чтобы жёстко и бескомпромиссно добиваться своего. Сейчас я покажу вам ключевые точки того, что люди называют тонким телом. Прошу запомнить их.

Того, что обычно понимают под термином “чакры”, оказалось аж сорок девять штук! По всей длине! Кроме того, их особо не понадобилось искать и высчитывать позвонки - змей просто вёл ладонью над моей спиной, едва заметно воздействуя на ауру, и энергетические узлы давали ощутимый отклик под его ладонью. Названиями и функционалом он меня не отягощал. Показал все. Два раза. После чего замер задумчиво. Что-то прикинул, с сомнением склонил голову, чуть шевельнул хвостом. Потом придвинулся, положил ладонь мне на затылок и велел:

— Попробуйте ощутить энергию в этой точке. То, что у людей называется “активизировать” Не нужно её “накачивать”.

Не знаю, что там и как местные активизируют… Я осторожно попробовал прочувствовать своё энергетическое тело, отыскал нужный узел - второй в очереди, присмотрелся, почувствовал течение энергий сквозь него…

— Отлично, — хмыкнул полосатый и, сдвинувшись, коснулся моей тушки где-то в районе печени. — Вы приятно удивляете. А в этой?

Нашёл. И в другой случайной. Потом - в двух подряд. Змей снова задумался.

— Я дам вам упражнение… Попробуете его на досуге, в спокойной обстановке. Когда получится, повторяйте два-три цикла с небольшими перерывами утром, днём и вечером. В начале будущей недели продолжим. Думаю, к тому времени ваш лекарь закончит работу с энергетикой.

Змей явно несколько расслабился и повеселел. Выдал мне подробно расписанную инструкцию, что и как делать, приписал пару книг, которые следовало разыскать и изучить за это время и, вызвав слугу, спровадил.

Пришлось потом ещё обождать некоторое время в ближней к парадному входу зале, и всё это время за мной присматривал слуга. В его присутствии я расслабился наконец, то ли сгорбившись, то ли… как это у местных называется? В общем, расположился как удобнее, щадя ноющие мышцы. Подтянулся только когда Шершавый вернулся, и нас выпроводили.

Заговорил змей только когда мы выехали с территории Ишису, и удалились от их границ на значительное расстояние.

— Как прошло?

— Ашер дал мне упражнение. И список литературы.

— Литературы? — несколько удивился Ис’саата. Я вынул из-за пазухи и протянул ему записку. Пробежав её взглядом, змей задумался и вернул записку мне. — Спроси у моих парней. У них вроде должны быть.

Кивнул. Ух, клянчить у них книжки обещает быть занятием весёлым…