Змей сбрасывает шкуру

Глава 7 - о кроличьей норе и её обитателях

Хотелось вдохнуть полной грудью наполненный удивительными ароматами воздух, расправив плечи, раскинуть руки в стороны, и воскликнуть - “как же я скучал по тебе, волшебная страна!”

Но я этого не сделал, потому что не был на перемычке всего-то пару месяцев, да и перемычка столь многообразна по своей природе, что трудно воспринимать её единым пространством, связывающим миры сущего.

Быстро оглядевшись, я немного успокоился и начал привычно изучать окружение. Немедленных опасностей нам не грозило, ничего хищного рядом не наблюдалось, воздух присутствовал, температура и влажность довольно комфортны, энергетические потоки застойны, но не токсичны, мы стоим на твёрдом, сверху ничего не падает, и в целом перемычка выглядит стабильной, с высоким коэффициентом сродности с миром, к которому она примыкает. Инстинктивно я начал пробовать воздух на вкус и который раз поразился богатству и глубине получаемой информации.

В козлиное дерьмо я всё же успел влезть.

В целом, это место выглядело ухоженным - скалистый склон долины, расчищенная от обломков скал площадка, окружающие камни увиты аккуратно подсаженными на импровизированных грядочках растениями, а в разные стороны убегают явно утоптанные тропки. Это в общем. В частностях - скалы и камни напоминали дымчатый кварц с редкими чёрными прожилками, почва была буровата, мутное небо висело низким нежно-розовым маревом с перламутровыми переливами и мягко светилось. Выше по склону было довольно пустынно, ниже растений становилось всё больше, пока они не перетекали в подобие леса. Пейзажик портили только некие образования, похожие на застывшие во времени взрывы, разбросанные тут и там, да подозрительно шевелящийся туман внизу, среди деревьев,либо древообразных образований.

— Это… довольно странное место… — заметил я аккуратно, изображая шок и трепет.

— Спокойное, — Эдвиг тоже оглядывался, но деловито. Потом потрогал мыском сапога один из осколков камня, из которых сложены бортики клумбы для этих ползучих растений с круглыми листиками. — В столице много кто сюда ходит. Через врата или так. Прибрались немного.

— А где врата, кстати? — уточнил я, оглядываясь. Расстояния на перемычке это такая странная штука…

— В той стороне, — махнул парень рукой. - Нужно выйти в ущелье и обойти провал, на его краю они и стоят, их издалека видно.

Это хорошо. Одно позитивное качество у подобных врат — это как раз то, что они накрепко связывают две точки пространства и начисто убирают определённую вариативность при переходе туда-сюда. Приходя в незнакомый мир, всегда следует пользоваться вратами или чем-то подобным, если они есть. Чтобы избежать оказий вроде выхода в физическое пространство посреди океана или над жерлом вулкана. Есть, конечно, косвенные признаки, по которым можно предположить, что окажется на той стороне, но тут нужен большой опыт и не меньшее везенье. Один мой знакомый бессмертный, помнится, шутил, что если миры состоят из строгих правил и физико-магических закономерностей, то перемычка - целиком и полностью из их исключений.

— Нам, похоже, туда, — наконец определился молодой маг и направился по тропке, что вилась вверх между поросших редкой зеленью скал. - Будьте осторожны, тут водятся такие… зубастые длинные твари.

— Змеи? — уточнил я заинтересованно.

— Нет, скорее… увидите, в общем.

Направились по тропе. Молодой целитель шёл впереди, то и дело останавливаясь и, похоже, пытаясь отыскать одни ему понятные знаки. Несколько раз мы миновали развилки тропы, один раз - обходили по каменистому склону длинную зубастую тварь, оказавшуюся… чем-то. Таких я ещё не видел. Что в целом не удивительно, живность на перемычке очень разная во всех отношениях, и её облик или наличие зависит от множества факторов.

Это было похоже, пожалуй, на кольчатого червя. Во всяком случае, тело состояло из характерных сегментов и было покрыто коротким прозрачным пушком, слегка переливающимся в местном рассеянном свете. Длинной оно было метра полтора и довольно толстенькое, а головной конец был оснащён толстыми и тонкими усиками, то ли щупательными, то ли хватательными, и двумя парами… хелицер? Челюстей? В общем, четыре покрытых зубьями выступающих штуки приличного размера, что не только действовали наподобие ножниц, но и были оснащены неплохими такими крюками на концах. Оно угрожающе ими щёлкало, извиваясь над тушкой какой-то смахивающей на зайца зверюшки с жуткой рваной раной в боку. На добычу твари мы претендовать не стали, и она с места не двинулась, хотя ещё долго клацала нам вслед. И правда, с этими существами надо быть осторожнее. Хвоста у меня много, и, сдаётся мне, чешуя тут не спасёт…

После очередной развилки парень ускорил шаг. Тропа виляла всё сильнее, влезая вверх по склону, стала довольно неудобной… для человека. Эдвиг вон, карабкается то и дело вверх, придерживаясь за камни и оскальзываясь на сыпучих местах. Я же просто ползу. Забавно. От потери ног я не в восторге, но в целом надо признать, что у такого способа передвижения есть свои позитивные стороны.

А потом тропа нырнула в сквозную дыру в горе. Повернула за угловатый валун, и нам открылся длинный, совершенно прямой проход, в конце которого маячил свет. Шёл он немного под уклон, был кругл, будто прогрызенный горнопроходческой машиной, диаметром метра три, три с половиной, и из стен густо торчали друзы этого дымчатого полупрозрачного камня с довольно острыми гранями. Разве что по донышку они были пообломаны местами да отодвинуты в сторону, чтобы освободить проход. Двинулись по тоннелю, запалив волшебную лампочку. Свет забавно искажался в кристаллах, заставляя их светится таким же мягким, приглушённым сиянием, как и та дымка, что изображала здесь небо. А ещё внутри горы было заметно холоднее. Меня снова начало донимать, но пока не так сильно, как в реальном мире. Эдвиг, похоже, за меня тоже опасался, потому что прибавил ходу, несмотря на то, что ему это давалось нелегко - пусть и обколотые, друзы мешались под ногами. Я даже придержал его заботливо пару раз, когда он запинался и начинал падать. Бедный сжимался в моих руках, крупно вздрагивая всем телом.

Фобии - это ужасно.

А вот выскочили мы из тоннеля в типичную задницу. Если в долине энергетика мне казалась застойной, то тут она превращалась в тухлое, расслаивающееся болото, что влекло за собой возникновение аномалий и весьма своеобразных структур, слепленных из материи и энергии в разных пропорциях. Мы вышли в лес кривых каменных столбов, укутанных рваными кусками ваты, что терялись в мутном тумане с невнятными, более густыми вкраплениями. Цвета в основном всех оттенков серого, с вкраплениями персиковых и оранжевых тонов.

Хм… те “взрывы” в долине… похоже, мы внутри чего-то подобного.

— Здесь аккуратнее, это нестабильное и опасное место, — Эдвиг зашевелил пальцами, создавая какие-то чары. Увы, подробностей я не смог почувствовать - собственные магические способности не были развиты в должной мере, но это особо и не требовалось - дымка и непонятные висящие в воздухе ошмётки начали неторопливо раздвигаться вокруг нас, очерчивая крупную сферу. Я подобрал хвост, стараясь держаться более… в кучку и разглядывая размазывающийся по куполу кусок тёмной “ваты”. Волокна у него были крупные и напоминали то ли перетушенное мясо, то ли древесину или что-то растительное.

Хм, кажется, это похоже на финальные стадии “переваривания” перемычкой развалившегося мира. Такого я в близи не видел, но весьма наслышан о подобном.

И правда, небезопасные области. Потому следует держаться подле лекаря и придавить самоуверенность. Да, я, в отличие от него, Посвящённый, но с такими местами дела не имел. А он - имел!

В какой-то момент парень стал двигаться вперёд ещё осторожнее, ещё и тонкую книжицу из сумки вытащил и что-то приколдовывал, с ней сверяясь. Я приподнялся было, норовя заглянуть ему через плечо, но оставил эту затею, едва не вписавшись лбом в подозрительно плотный сгусток тумана. Он отделялся от каменного столба… хм… кристаллизованного ствола дерева? Очень уж эти мутные уплотнения на ветки походили местами. За них цеплялась эта “вата” всех оттенков серого, иногда висла, наливаясь густым цветом, будто мокрые тряпки. Эдвиг старался наступать на камни, торчащие из земли, и я быстро понял от чего - верхний слой почвы начал напоминать покрытый плёнкой плесени кисель.

Вот и минус хвоста, я мгновенно измазал брюхо в этой дряни.

Но хоть пахла она землёй. Никаких подозрительных примесей не чувствовалось. Вообще ничего сильно подозрительного я не улавливал, много запахов незнакомых, но они были слабыми и внимания к себе не привлекали.

Хотя, по некоторому размышлению…

Опыта использования столь острого “нюха” у меня нет совершенно, так что на мои первоначальные выводы вряд ли можно полагаться. Но я всё равно то и дело взбалтывал воздух языком - опыта этого самого набираться надо, и уж кровь или зверя я точно почую.

Пару раз засекал движение по сторонам, но это были зубастые черви, слегка шевелящие усиками из норок. Становилось темнее, “ваты” стало больше, почва всё больше напоминала болото, и в нём начали попадаться высокие растения с оборванными цветоносами. Подле них то и дело виднелись почти затянувшиеся углубления характерной формы - следы. И не только человеческих, но ничего толком нельзя было понять по едва заметным углублениям тут и там. Разве что - они явно старые. Цепочками пересекают низину, через которую мы двигались. Но и идти к цели легче стало - что учитель Носсера, что Халвард оставили относительно свежие следы.

Молодой лекарь, молодец какой, был осторожен и не поддавался порыву безоглядно нестись по этим самым следам. Всё чаще колдовал, отодвигая невнятные клочья и ползучий туман в стороны. А их всё больше становилось, так, что даже потемнело вокруг. Видимость упала серьёзно, но свет зажигать парень опасался. Ну и я ему под руку не лез. Киселеобразная почва под ногами молодого чародея тихо хлюпала, камней вокруг становилось всё меньше, и в конце концов вовсе не осталось. Полное впечатление, что в болотистую низину спустились.

А ещё по сторонам… трещины начали попадаться. Аномалии такие перемычки, где пространство-время искажается различным образом. Иногда выглядит как выпуклая линза, искажающая “картинку”, иногда как именно трещина со смещённым пространством по обе стороны от себя, иногда как складка.

Приятная аномалия - легко заметить и держаться подальше.

— Искажение… — вот и Эдвиг заметил ближайшую. — Это плохо, это очень плохо. Опасное явление. Хуже только радужная плесень.

— И… как с ними бороться? — изобразив трепет, спросил я тихонько, интереса ради. Заодно присматривался к искажениям своим… теплочувствительным… чем-то и с удивлением обнаружил весьма чёткий тепловой сдвиг по самой линии трещины.

— Лучше просто обойти. Очень уж чары сложные нужны, — пробормотал юноша, начиная озираться нервно. - Учитель от них округу старается чистить, иногда по две в неделю убирает. Они притягивают… всякое.

Например, радужную плесень? Что бы это ни было. Не сталкивался. Или это у них образное обозначение некоего явления? Тогда всяких переливающихся разными цветами штук я навскидку штук десять назвать могу. И то, что местные трещины закрывают - не новость. Но я способами, честно сказать, никогда не интересовался даже. И не нужно было, и пришлось бы с вопросами к очень… своеобразным существам приставать. С коллегами мне не слишком повезло в том кластере, где я начал свой путь в качестве Посвящённого. По большей части они делились на две категории - те, кого подмял под себя Самарадан, и те, кто был для него слишком сильным или слишком стрёмным.

Что уж тогда обо мне говорить?

Заметил краем глаза движение. Тень шмыгнула в тумане и клоках “ваты”, не слишком крупная, может, со среднюю собаку. Проанализировал запахи вокруг и уловил новый. Чем-то похожий на… мокрую шерсть, наверно? Не к добру.

Крупную трещину на пути обошли по болоту. Мне ничего, но Эдвиг начал проваливаться почти по колено в склизкой “почве”. Я тоже понемногу проседал, но в движении меня это не трогало вовсе. Трещина, похоже, медленно дрейфовала, ибо находилась сейчас почти над двойной цепочкой человеческих следов. И более свежие следы тоже отклонялись в сторону метра на полтора.

— Там что-то есть, в тумане, — тихо сообщил я, вытаскивая кинжал подлиннее. — Похоже на собак. Штуки три вроде.

Эдвиг нервно сглотнул и заозирался ещё активнее. Сунул книжицу за пазуху, освободив обе руки, и пробормотал со слабой надеждой:

— Может, и не кинутся. Вас много, да и за змею принять могут.

Кинулись. Несколько позже, когда парень совсем завязать начал, став почти беспомощным в глазах местных хищников. Они бросились со всех сторон, часто шлёпая лапами по затянутой влажной плёнкой поверхности “болота”. Серовато-пятнистые, поджарые, покрытые короткой шерстью, с вытянутыми мордами и выпученными белёсыми глазами, они и правда напоминали псов, но были явно чем-то другим. Лапы, например, у них были какие-то утиные, с длинными пальцами и перепонкой, позволяющей не проваливаться в склизкую почву. И было их около десятка, разных размеров. Самый крупный - с матёрого волка, здоровенный и страшный. И рванул он на меня, заставив поджать хвост и качнуться навстречу. Носсер что-то активно колдовал за спиной, и я посчитал, что за него можно пока не беспокоиться. Угроза моему хвосту была куда выше - хотя бы потому, что его было много, а я понятия не имел, как эффективно сражаться с таким телом! Не, видел кое-что, но видеть и осуществлять самостоятельно - это две большие разницы!

Тварь прыгнула, раззявив пасть, я нервно дёрнулся в сторону и тут же качнулся обратно, вбивая нож в её бок. Челюсть “собаки” клацнула вхолостую, но и мой удар вышел неудачным, кинжал скользнул по рёбрам, не нанеся сколько-нибудь серьёзного урона. А тварь ловко извернулась, мало того что вцепившись мне в рукав, так ещё и рванув когтистыми лапами мой бок! Пришлось придавить её хвостом и придавить хорошо, потому что она оказалась весьма сильной. Рукав едва отобрал, долбанув по морде. Прихватил, сжав кольца и постаравшись заблокировать когтисто-перепончатые лапы, но ударить кинжалом прицельно уже не успел - другая тварь, поменьше, повисла у меня на локте, пребольно впившись зубами. Пришлось, зашипев от боли ударить уже её, вспарывая странную белёсую плоть кинжалом. Пока потрошил одну собаку, хвост рванула зубами другая, зашипел, переключаясь на наглую шавку, вгрызающуюся в чёрную чешую. Доставать её было неудобно - большая часть тела свита в ком вокруг судорожно царапающегося вожака. Так что зубастая зараза успела отскочить от неловкого взмаха, и бросилась наутёк. Я выдохнул короткое ругательство, и огляделся.

Тварюги отступали, оставив на поле боя три тушки. Ну и зажатого мною вожака.

Носсер обернулся, умотанный, дышит тяжело, рукав разодран, пропитывается кровью.

— Они ушли? — несколько удивляюсь, втягивая язык. Пахнет кровью и кишками. “Ароматов” так много, и они столь резки, что хочется сплюнуть. Адреналин понемногу отступает, и боль вгрызается в тело с новой силой.

Но это меня не слишком волнует. Разве это - боль? Это всего лишь пара укусов. Чувствую себя как-то ватно. Неужели яд? Сердце колотится как-то дурно, перед глазами плывёт, отвлекает только хруст какой-то… странный. Немного отвлекает.

В себя прихожу от резкой, чудовищной вони нашатыря с какими-то маслами и хрен пойми чем. Дрянь несусветная. Фыркаю, встряхиваясь. Эдвиг ещё пару раз щёлкает пальцами у меня перед лицом, затем только убирает вонючий пузырёк.

— Это… Что, яд? — спрашиваю как-то хрипло.

— Нет. Шок. Давай сюда руку.

— А?

Он вздыхает, собирается с духом, и схватив меня за руку сдвигает порванный плащ-колокол. Локоть простреливает болью, а потом его касаются магией. Приятно обволакивает, и боль стихает.

— Боль снял и кровотечение остановил. Обработаем нормально… потом. Надо уходить отсюда, пока что покрупнее не пришло на шум.

— На запах же… — пробормотал я. Воняло здесь теперь просто неимоверно.

— И на запах тоже. Так… Можешь бросить эту дрянь? Он тебя вроде задел…

Я глянул на зажатого в кольцах вожака, и, содрогнувшись, распрямился, да ещё и отодвинулся от раздавленной туши. Кожа лопнула в нескольких местах, осколки рёбер пробили её ещё в нескольких, белёсая кровь и… ошмётки внутренних органов выдавились с… обоих естественных отверстий.

— Вот и хорошо, вот и замечательно, — было непонятно, с кем сюсюкается Эдвиг, успокаивая, то ли со мной, то ли сам с собой. Он кое-как, всё ещё страшно проваливаясь в “трясину”, обошёл останки твари и, стерев грязь и прочую дрянь с моего бока обрывком собственного рукава, осмотрел. Но нет, когти поцарапали чешую, но почти не повредили кожу. А вот место укуса пришлось заколдовать до поры до времени, там острые зубы кровь пустили.

Дальше мы быстро-быстро (как могли) убрались подальше от этого места. Чудом не забыв двигаться всё же по следам чародеев. Устроились на поваленном… камне? Стволе? Главное - что не в жиже. Там Эдвиг занялся ранами всерьёз, промывая из фляжки и перебинтовывая. Молодец лекарь, аптечку с собой всегда носит. Разве что хвост бинтовать бесполезно было. Так что промыл, ещё поколдовал и ладно.

А я к тому моменту совсем оклемался. Спрашивается, что на меня нашло, если яда не было? Нервный ступор? Последствия пережитого в подземелье? Только ПТСР мне не хватало до полноты картины, и так спится не всегда хорошо…

Пока предавался невесёлым мыслям, заметил ещё момент - я себе синяк устроил судя по ощущениям. В половину туши. Когда собачку смял, самому тоже досталось. Шкура целая, но мышцы ноют и, кажется, начинают припухать.

Героический Эдвиг сперва обработал меня, потом уже занялся своей рукой. Я помог ему перебинтоваться, хотя он всё ещё нервничал от прикосновений. Да уж, зрелищная гибель тузика, похоже, не оставила его равнодушным.

— Продолжим поиски? — уточнил я, когда с приведением друг друга в относительный порядок было покончено.

— Раз уж забрались так далеко… — вздохнул молодой маг и, поднявшись с насиженного места, подновил щит и похромал вперёд. И нога у него сдаёт, хотя чары он обновлял, я видел. Но мне так только легче было - самому ползти не очень приятно, так что невеликая скорость передвижения щадила бок.

Двигаться старались тихо, опасаясь, что привлечём ещё каких хищников. Эти “собаки”, по словам парня, были не единственными крупными хищниками, что здесь водились. Но хоть “ваты” стало немного поменьше, и видимость улучшилась. Если что будет нападать, уж увидим.

В подавленном, настороженном молчании двигались ещё некоторое время, когда следы начали чудить. Одна цепочка ушла вперёд, в гущу особенно изломанных стволов, усаженных плотной пеленой тумана, вторая сильно натоптала по периметру некой полукруглой невидимой линии. Мы остановились на подходе к этому истоптанному, подозрительно приглядываясь. Эдвиг зашептал, наколдовывая короткие импульсы высокой частоты - какая-то разновидность магического локатора - и откровенно хмурился, получая отклик. Желание перехватить его и проанализировать самостоятельно было сильно и безнадёжно - даже это пока что было не в моих силах. Зато в моих было попробовать воздух, напрячь “тепловизор”...

— Это искажение! — удивлённо вырвалось у меня. — Граница во-он от тех столбов, и уходит вглубь, в ту сторону. В высоту в три моих длинны наверное.

— Похоже на линзу или на купол? — торопливо уточнил молодой маг. — И как ты её видишь?

— Пожалуй, на купол… Края у искажений по температуре разнятся с окружающим. Чувствую будто чёткую линию, с одной стороны теплее, с другой холоднее, — просветил его. А парень совсем скис.

— Это плохо.

— Что именно?

— Купол.

— И чем именно? — проворчал. Мне что теперь, из него каждое слово вытягивать?

— Искажение пытались устранить. Одна из конечных стадий именно так и выглядит. Визуально оно почти исчезает, сильно раздувается в размерах. Ещё толчок - и разглаживается, всё приходит в норму.

— И?!

— Либо учитель, либо мастер Халвард пытался его развеять и не справился. И его, либо их, скорее всего, затянуло внутрь.

Прямиком в трещину. Это, насколько я знаю, далеко не всегда смертельно, но как с таким работать, я не в курсе. Да и не смогу.

— Я попробую завершить начатое, — помедлив, Эдвиг снова полез в сумку за своими записями.

— Ты хоть раз это делал?

Парень кивнул так решительно и отчаянно, что сразу стало понятно - врёт.