Змей сбрасывает шкуру

Глава 18 - о полевых испытаниях биологического оружия

Не, ну в целом, приятно когда ответственную и опасную работу за тебя выполняют профессионалы. Приятно… Но руки так и чешутся поучаствовать - слишком много времени я бодро впрягался в подобных ситуациях, а потом ещё почти полвека бегал от подлянок Самарадана, а так же от его прихвостней. С другой стороны, при особо громких взрывах или воплях меня то и дело начинало потряхивать и холодить в разных местах. Приходилось контролировать дыхание и в зародыше давить первые признаки панической атаки.

Понимаю, что со мной происходит, понимаю, почему, а всё равно накрывает.

В окно я не высовывался, но активно прислушивался к происходящему. И принюхивался то и дело на каких-то прорезавшихся инстинктах, хотя толку с этого? А вот отголоски творимых заклинаний чувствовал всем телом, что было куда полезнее. И нет, ничего серьёзного по-прежнему не происходило, эти отголоски были куда слабее, чем во время той заварушки с ледяным троллем. Наверное, маги не желали показывать свою реальную силу? Не уверен, что именно они затеяли… Да и вопли случались всё больше рявкающие, воргульи, то возмущённые, то злорадные.

Спустя минут десять тревожного и бессмысленного ожидания в четырёх стенах я почувствовал, как баржа содрогнулась всем корпусом и бодрой козочкой рванула вперёд. Стоял бы на ногах - рухнул бы, не удержав равновесие.

Ещё один плюс хвоста, однако.

Одновременно с этим рывком мощь защитного купола подскочила так, что по чешуе забегали мурашки, а следом раздался оглушительный треск, и, чуть погодя, крики. Я метнулся обратно к окну и успел заметить, как мимо проносится ещё даже не начавшая тонуть половина длинной остроносой лодки вроде тех, которые в изобилии бороздили эту реку. И барахтающиеся в воде или цепляющиеся за обломок лодки люди. Воргулы затенькали арбалетами, решив не упускать возможности пострелять по таким удобным целям. А баржа постепенно замедлилась после тарана, вернувшись к бодрому чуханью гребных колёс по воде.

Подумав и прислушавшись к азартному порыкиванию и топотне воргулов по палубе, я всё же решил выбраться туда же. Нормально выйти, через дверь и оглядеться.

Ночь была относительно светлая - хотя луна на небе была всего одна, та, что помельче и побледнее, туч не наблюдалось вовсе, да и великолепные яркие звёзды раскинулись по небу во всей своей красе. Блики света плясали на потревоженной воде и расползались по речной глади, особенно беспокойные вокруг тонущей лодки и бултыхающихся в воде людей. Две другие остроносые лодки с редкими фонарями на борту, похоже, решили не продолжать свои игры и направлялись подбирать выживших после столкновения подельников. Однако воргулы бдительности не ослабляли, да и капитан с Халвардом всё ещё на корме стояли. Подползал к ним тихонько, надеясь подслушать о чём они там переговариваются, но они моё приближение засекли и заткнулись, одарив нечитаемыми взглядами.

— Всё обошлось? — поинтересовался я, ещё раз оглядев водную гладь, в том числе и “другим” своим зрением. С некоторым удивлением понял, что за баржей тянется шлейф более тёплой воды. Паровой двигатель, похоже, работал на всю катушку, вращая гребные колёса. Располагался он низко и питался от магии - массивные трубы нужны были лишь для сброса излишков пара. Плюс такой конструкции - КПД перехода “маны” в тепловую энергию всегда был на высоте! Паровой двигатель с подогревом куда проще и дешевле изготовить и снабжать энергией, чем последнее изобретение местных умельцев - двигатель направленного магического потока, чем бы он там ни был конструктивно. Один минус - паромагические движки чересчур часто… взрывались и требовали интенсивного охлаждения при высоких нагрузках. Где там что нужно было охлаждать в штуке, которая, вообще-то, должна воду до пара нагревать страшными темпами, я не очень понял - в той статье конструкцию установки не описывали.

— Пока не ясно, — покачал головой капитан. — Загонщики, конечно, из игры вышли… Но вопрос, кто и на чём в засаде сидит. И решатся ли они бросить клич и ватагу покрупнее собрать мести ради. Чаще всего, конечно, обломав зубы, отступаются.

Засада, да… Я бросил взгляд по сторонам, прикидывая ширину русла в этом месте и пытаясь сообразить, где тёмные прибрежные заросли, а где тёмные заросли многочисленных местных островов. Ничего не сообразил. На тех картах, что я видел, дельту реки обычно изображают веером с кучей случайных полосок и кружочков. На одной карте ещё была надпись “зело много островов и проток”.

— Я слышал, они с большей охотой нападают на караваны, чем на одинокие суда, — задумчиво произнёс Халвард. - Мол, раз корабль идёт один, то ему есть чем защититься.

— Распространённое заблуждение, — качнул головой его собеседник. — Просто когда нападают на караван, то в живых точно останется кто-то, кто о нападении расскажет. Одиночки же могут сгинуть без следа, и поди, угадай, где именно и от чего…

Он недоговорил - воргулы зарыкали, привлекая внимание к… Хм, а мне казалось, там берег. Нет, как оказалось, то ли узкий остров, толи просто мангровые заросли на мелководье. И за ними вспыхивали огни. Много огней, синхронно начавших движение параллельно и вдогонку нам. Капитан при виде этого выругался, потом поднял такой забавный маленький бинокль к глазам и снова выругался. На этот раз настолько забористо и грязно, что я не понял ни одного слова кроме междометий, пары предлогов и одного уменьшительно-ласкательного суффикса. Последнее показалось особенно тревожным.

— И насколько всё плохо? — вздохнул Халвард, покручивая в пальцах своим компактным жезлом.

— Скажем так, нам открылась одна из волнующих загадок последнего полугодия - куда пропал флагман левуреанского флота, — произнёс капитан хмуро и, поднеся руку к лицу, распорядился в крупный браслет, покрытый сложными узорами и инкрустацией: — Харгар! Выжимай из движка всё что можно! Да, самый полный вперёд! И к щиту подключите все накопители! Вообще все!

— Левуреанский морской корабль? Здесь? — Халвард выглядел удивлённым. Я пытался всматриваться в приближающуюся скудно освещённую массу. Зуб даю, у капитана в бинокль какое-то ночное видение встроено.

— Глубины позволяют, — пожал плечами капитан и вновь приник к биноклю. — Да и здесь его действительно проще спрятать, чем в заливах побережья. Левуреанцы с ног сбились, пытаясь найти хотя бы обломки гордости их знаменитых верфей. Так… Повреждения не характерны для морского боя и залатаны абы как. Это обнадёживает. Если повезёт, канониры у них окажутся такими же криворукими, как и плотники.

— Канониры? — насторожился я.

— Их флот использует прелюбопытного строения пушки, индуцирующие болванку снаряда во время выстрела атакующим заклинанием на выбор. Самые сложные модели имеют до дюжины эффектов. И переключение между ними происходит меньше чем за минуту, — почти что мечтательно произнёс Халвард.

Я невольно на него покосился. Профдеформация, гарантированно. Ну да, маг-артефактор падок на подобные технологии, у него в обоих домах множество литературы на эту тему.

Баржа потрескивала и скрипела, вспенивая воду и несясь по ней непозволительно быстро для такого пузатого широкобортного судна. Купол накрывающего её щита сгустился, мешая рассмотреть как следует нагоняющий нас корабль. Кораблище. Судя по бортам, вроде многопалубное галеоноподобное - выглядит высоким и узким. Но на фоне неба темнеет как-то подозрительно мало такелажа. Мачта всего одна, что ли? Паруса, само собой, скатаны, двигается махина тоже на каком-то хитром двигателе. Может даже паромагическом, вон два пенька напоминают трубы. Фонари расположены как-то несимметрично, и потому освещают здоровенное судно плохо. Или просто часть из них побита или сломана, и восстанавливать их не стали?

Одно радует. Если этот “флагман” и правда одного поля ягода с галеонами, то для того, чтобы дать хороший залп, ему нужно будет развернуться боком либо поравняться с баржей. Первое очевидно, и можно будет попробовать либо сманеврировать, либо укрепить щиты, второе займёт время.

Грохнуло. Занятно засвистело. В воду сильно в стороне и немного впереди баржи что-то плюхнулось, подняв фонтан воды, замёрзший так быстро, что навевало мысли о космическом холоде. Да и ощущалась ледяная глыба, закачавшаяся на волнах чем-то чудовищно холодным.

Ах, да. Носовое орудие… Я проводил взглядом проплывающий мимо миниатюрный айсберг и невольно поёжился.

— Криворукие, — довольно заключил капитан. — Будут боги милостивы, успеем в мелкие протоки уйти.

А потом снова начал отдавать распоряжения в переговорный браслет касательно манёвров и направления движения. Я отодвинулся немного в сторону, наблюдая за начавшейся суетой - фонари на борту баржи погасили, с щитом что-то такое сделали, из-за чего его сияние сильно приглушило, а из труб с диким свистом спустили пар. Тут подключился Халвард, соткав из этого пара покрывало из дрожащего тумана, что рассеяло сияние щита, максимально затруднив противнику прицеливание. Не могу сказать, насколько широко оно растянулось, но выстрелы противника, следовавшие один за другим примерно раз в три минуты, пока падали по сторонам. Одна глыба льда царапнула щит, проплыв совсем близко к судну, да ещё и обдала таким холодом, что от дыхания повалил пар. Халвард при этом нашёл меня взглядом и многозначительно кивнул на пристройку. Я сделал вид, что послушался, и переполз за неё, оставшись в обществе воргулов и наблюдая за снующим от носа к корме и назад капитаном. Похоже, достаточно узких проток пока не попадалось.

— Нагоняют, — проворчал один из воргулов, подёргивая ухом. Засвистело, где-то в стороне плеснуло, а потом и захрустело нарастающим льдом. - Шёл бы ты в каюту, ремешок. Будет жарко, как на абордаж пойдут.

— Абордаж? — переспросил я, решив не реагировать на неожиданно прилипшую кличку. Не ко времени сейчас. — Они нас вроде потопить пытаются, нет?

— Лёд может забить гребные колёса. Или намёрзнуть поверх щита, — отозвался другой человек-волк. — Замедлимся, они в миг борт в борт встанут. А топить такую поживу они не дураки. Полный трюм добра.

— Так что, как рубка начнётся, — тот, с рыжими подпалинами, смерил меня взглядом. — Сигай-ка ты за борт и чеши к ближайшим деревьям. Отобьёмся - разыщем и подберём. А коли нет… Свидетелей у них оставлять не принято.

— Да дело то в том, что за борт мне весьма нежелательно… — вздохнул я, невольно переведя взгляд на тёмные, горячие от парового двигателя воды.

И снова это чувство дурного бессилия. Нет, волки правы, с судна придётся драпать и драпать в неизвестность, когда припрёт - в бою я помочь особо не смогу, слишком велик риск получить рану, а если моя кровь прольётся, черти его знают, что может произойти, но явно ничего хорошего. Плавать в этом теле я, конечно, не пытался, но всё же змея по сути, и должен неплохо себя в воде чувствовать. А если барахтаться в ней не слишком долго, и не кровоточа при этом, может, никто из местных обитателей заинтересоваться не успеет…

Так. А это мысль.

— Ваши арбалеты далеко бьют? — уточнил я, подползя ближе к рыжему и разглядывая его обвес в смутном свете щита. — До того корабля дотянутся?

— А толку то? — подозрительно прищурился на меня воргул. — Борта высокие, и палубу щит прикрывать должен. Вот когда на абордаж пойдут…

— Нет, вот сейчас хотя бы в борт засадить болт сможешь? — перебил я кровожадно оскалившегося волка.

— Смогу, — моргнул здоровяк.

— Отлично! — я выхватил пару болтов из его колчана и под возмущённый взрык ломанулся в надстройку, а потом в каюту. Бегло осмотрелся, вытряхнул подушку из наволочки и распотрошил её на неширокие лоскуты. Потом подумал мгновение и, закусив щёку, надавил зубами немного сильнее. Мелкие и острые, они охотно распороли нежную слизистую. Рот быстро наполнился кровью.

Если всё же придётся сигать за борт, раны на теле, открытые для воды, мне не нужны. А так - поплевав на тряпочки, я плотно обмотал ими болты и накрыл сверху ещё одним слоем ткани, чтобы с них не вздумало капнуть не к месту. После, сглатывая кровь, направился назад, к переглядывающимся волкам.

— Вот! Сможете засадить их в корпус, у самой воды? Чтобы плескало на них?

Воргулы переглянулись.

— Возможно. Смотря какое дерево и как зачаровано. А к чему?

— Надо! Может и вовсе не сработает, а может - поможет!

— Как? — дотошно уточнил рыжий. Ближе подошло, прислушиваясь, ещё несколько волков.

— Не знаю! Мне к капитану вашему за дозволением идти что ли? Занятого человека отвлекать? На корму отошли, стрельнули и обратно. Ну? Или болтов жалко?

Волки переглянулись снова, перерыкнулись на своём, и рыжий всё же взял болты, поведя носом, и хмыкнул. Сунул их в колчан и потопал за надстройку, перекидывая арбалет, чтобы удобнее взводить было. Я высунулся было из-за угла, но тут очередной снаряд ударил прямо в щит, дальше к носу судна и по левой стороне.

Щит не пробило, тот только загудел от удара, но холодом обдало знатно, а на щите и борту баржи начала стремительно нарастать толстая ледяная корка. Биение сердца, и она с хрустом разрослась настолько, что баржу начало кренить на обледеневший бок. Часть воргулов оставила посты и, похватав ломы и топоры, начала долбить продавливающий щит лёд. Огромные куски откалывались и падали в воду, баржа скрипела и стонала, а потом громко хрустнула-взвизгнула водяным колесом пострадавшего борта. Рывок, трубы выплюнули мощные столбы пара, и посудина начала замедляться, неторопливо поворачиваясь к преследователям левым бортом из-за заклинившего водяного колеса. Надо сказать, отклинили его быстро, оба колеса зачухали, баржа вильнула, ложась на прежний курс, и начала набирать потерянную скорость. Куски льда к этому моменту сбили окончательно, и даже ещё наморозили, пустив самодельный айсберг в лоб преследователям. Они, кстати, из-за этой заминки сильно приблизились, а на ледяную глыбу чихать хотели. Ну хоть стрелять перестали, готовясь к сближению и абордажу. Или просто здоровенная носовая пушка на такую малую дистанцию уже снаряды не укладывала?

Зато с захваченного пиратами флагмана полетели жиденькие заклинания и арбалетные болты. Щит эту ерунду держал. Воргулы тоже начали постреливать, но, кажется, пока тоже без особого толку.

Так, рыжий где? Эта ледяная бомба меня совсем от дела отвлекла. Пополз искать, прижимаясь к боку пристройки, чтобы не путаться под ногами… лапами. Маскирующая дымка уже почти рассеялась к тому времени. Толку с неё?

Заметил наконец рыжего и хотел было скользнуть к нему, но тут воргулы на носу судна снова зарявкали, поднимая тревогу. Только в этот раз в их голосах слышался… испуг?

А потом баржу качнуло. Капитан заголосил как резаный, отдавая приказания, я же уставился за борт и не сразу сообразил, что здоровенный бурун воды, начавший ощутимо сдвигать баржу в сторону, поднимает белёсая, в тёмных пятнах спина… Кита?

С одной стороны, было очень похоже, с другой, размеры слегонца так пугали, а осознание того, ЧТО это может быть, заставило меня распластаться по палубе и вжаться в стену надстройки.

Волна, которую подняла всплывающая туша, хорошо так снесла баржу в сторону. Мне померещились крики со стороны пиратского судна, и я тишком подвинулся к углу надстройки, высовывая излишне любопытный нос на корму.

Как раз застал момент, когда помесь кита, кальмара и кузькиной матери взметнулась на добрых двадцать метров над водой и почти что изящно рухнула на пиратский фрегат. Треск и плеск поднялись такие, что аж звёзды зашатались. Флагман чьего-то-там флота перестал существовать в считанные мгновения, и вода на месте его гибели забурлила, когда речное чудовище начало шарить в обломках щупальцами.

Сглотнув немного нервно, я бочком, бочком уполз обратно в каюту.

***

Паромагический двигатель благополучно издох с рассветом. Да и сама баржа скрипела, трещала и расползалась по швам от пережитых нагрузок, так что полуживое судно загнали в заросли прибрежной растительности очередного острова, замаскировали срезанными ветвями со стороны протоки и начали торопливо подлатывать где и чем можно. Халвард был занят помощью с починкой двигателя, так что “на ковёр” меня выволокли сильно не сразу.

Волки сдали меня с потрохами и теперь скромно топтались у борта, делая вид, что они не причём. Впрочем, не я же их наниматель? Халвард, собственно, позвавший меня из каюты, остановился подле капитана, и выжидательно так взглянул. Оба мужчины выглядели помятыми и усталыми. Закатанные рукава, следы то ли смазки, то ли краски на коже и одежде. Ну да, судно чинили всем составом - воргулы вон тоже все щепках и стружке. Из-за экстремальных нагрузок корпус тихоходной баржи дал течи в нескольких местах, и человековолки полдня выстругивали какие-то хитрые клинышки и заплатки, чтобы их залатать.

Поёрзав хвостом по палубе, я устроил его поудобнее и, скромно сложив руки, аккуратно уточнил:

— Вы хотели поговорить?

Халвард тихо вздохнул:

— Что ты вчера устроил?

— Ну, меня предупреждали, что мне нельзя проливать кровь в воды этой реки. Местные обитатели могут попытаться меня съесть. И я решил попробовать этим воспользоваться…

— Обитатели! — всплеснул руками капитан. — Донника на ублюдков натравил! Дон-ни-ка! Я уже не знаю, то ли выбросить вас обоих за борт ради собственного успокоения, то ли попросить нацедить бутылочку этой дивной приманки!

— А посоветоваться для начала ты не подумал? — сурово свёл брови Халвард.

— Но вы же были так заняты, мне не хотелось отвлекать вас от щитов и уж тем более, боги сохраните, от управления судном. А охрана стояла почти что без дела, так чего бы не попробовать? Тем более, что я и не думал, что результат окажется… таким…

Кажется мне не поверили. Но хоть за борт выкидывать не стали, только велели из каюты носа не высовывать. От греха подальше.

Так и сидел в четырёх стенах, пока баржа медленно выползала из речной дельты в открытые морские воды. Чуть не подох от скуки, ибо читать по третьему разу прихваченные книги было уже невозможно. Поэтому, когда мне наконец разрешили выходить на палубу, я там едва не поселился. Да и погодка стояла чудная - солнечная, тёплая, морской воздух был насыщенным, солоноватым и чертовски интересным на вкус. Баржа тащилась вдоль болотистого побережья, что постепенно переходило в холмы, а затем в предгорья и скалы. В небе кричали охочие до халявы чайки, на горизонте то и дело маячили белые паруса. Красота!

Мающиеся на палубе волки, к слову, стали относится ко мне совсем благодушно. Даже нехорошему обучили - местной игре в карты, смахивающей на покер. Так дни и коротали, ибо баржа двигалась куда медленнее, чем рассчитывали - двигатель всё же вывести на прежние мощности не удалось. Пайку тоже немного урезали, что касалось овощей и злаков, но зато обильно сдобрили свежей морской рыбой, которую азартно вылавливали на хитрую снасть волки.

В один из дней этого тихого плаванья Халвард выбрался на палубу, обряженный в просторные одежды, характерные для условно-экваториальных зон множества миров.

В конце концов, плоскоземельщики отчасти правы. Не все миры являются полноценными планетами. Эксцентричных демиургов, закручивающих твердь в бублики и раскатывающих в блины в сущем хватает. Соответственно, и климатические зоны распределены часто бессистемно.

Если бы не ярко-синий, сурово стилизованный растительный узор на белой ткани, я бы сказал, что маг косит под бедуина. Да и на голове какой-то вариант то ли тюрбана, то ли арафатки, опять же, с крупным голубым узором то ли в страшно угловатый цветочек, то ли колосок.

Он взглянул на меня и нахмурился.

— Не хочешь переодеться? — уточнил он.

— Зачем? — искренне не понял я, оглядев свой сюртук. Вроде не мят и не заляпан, во вполне пристойном состоянии, особенно учитывая, что я не потею…

Халвард хмыкнул.

— Тебе не жарко?

— Жарко?

Честно сказать, я затупил на несколько мгновений.

— Мне не было холодно уже некоторое время. Даже ночью, — задумчиво проговорил я. — Но жарко… Не припомню такого.

Маг хмыкнул, и подойдя ближе, применил ко мне древнейший и точнейший инструмент для определения температуры поверхности объекта. Облапал, одним словом. Лоб, шею, запястья, несколько участков тушки и хвост, самый кончик, который я поспешил из его рук выдернуть.

— Ты аккуратнее. Шеску стараются не перебарщивать с солнечными ваннами. И окрас у тебя тёмный, когда у большинства масть светлая, — велел он задумчиво.

Это и правда заставило меня прислушиваться к себе и уделять больше внимания своему состоянию. И никаких признаков перегрева я не чувствовал, хоть ты тресни! А ведь змеи же должны как-то определять, когда им достаточно тепло, а когда чересчур? Как не хватает банального термометра…

Когда скалы на побережье сменились откровенной каменистой пустыней, я всё же сменил северный костюм на экваториальный. Разницы особой не почувствовал - и так, и так хорошо, уютно, и нет желания закутаться в пару одеял.

Через пару дней после этого баржа влилась в поток всевозможных судов, огибающих узкий мыс, а затем нырнула в глубокую бухту, почти в самом центре которой располагался крупный портовый город, белеющий высокими башнями и рябящий стенами зданий, похожих на разукрашенные коробочки с зубчиками поверху. Рассматривать приближающийся город было волнительно - большая часть пути позади. Впереди теперь - путь через пустыню в древний легендарный храмовый город, и ещё дальше.

И встреча с шеску.