Золотая кровь

Глава 23. Улики и зацепки

Оливия лишь посмотрела на брата, прижала ладонь к губам и покачала головой. Эмерт налил ей чашку кофе, она выпила, быстро заплела рассыпавшиеся по плечам волосы в косу и стала какой-то безучастной.

И, пока она сидела, обняв себя за плечи, и молчала, Виго рассказал Морису о том странном звере, которого видели он и Оливия этой ночью.

− Так это был именно зверь? Или не зверь? На что он был похож? — спросил сыщик, взяв со стола лист бумаги и карандаш.

− Я не знаю, − устало ответила Оливия. — Это было больше похоже на тень, только густую, как кусок тумана. Чёрного тумана. Он менял очертания, а потом метнулся в сторону… и то ли растворился, то ли вылетел в открытое окно.

− И ты видел то же самое?

− Нечто похожее, − Виго кивнул.

− Так, − Морис задумался на мгновенье и спросил: − Вы не пили и не ели на ночь что-то необычное?

− Морис! Ты же не думаешь… − хмыкнул Виго. — Да Оливия вообще не спускалась к ужину.

− Ладно. С этим мы потом разберёмся. Сеньорита де Агилар, вы точно запирали дверь изнутри?

− Конечно! После этих… этих угроз я всё время так делаю! — воскликнула Оливия.

− А у кого ещё есть ключи? — продолжал спрашивать Морис, делая записи на листе.

− У экономки или управляющего должен быть ключ, а так… даже не знаю, − Оливия развела руками.

− Хорошо, − Морис сложил листок вчетверо и спрятал в кармане брюк. − Надо пойти и по горячим следам обыскать комнату. Не за пазухой же эту гадину притащили. Что-то да осталось. И надо допросить слуг.

− Я с тобой, − с готовностью произнёс Виго, поднимая вверх перебинтованную руку. − Эмерт, спасибо, ты настоящий лекарь! Присмотри пока за сеньоритой Оливией. Скажи местресс Лучии, чтобы быстро приготовила ей другую комнату, и обыщи её сам да запри все окна. Я позже загляну. Ну и кто там ломится?! Морис открой.

В дверь настойчиво стучали, и сыщик повернул ключ. На пороге появился дон Диего, но говорить с ним сейчас Виго не стал. Позже. Морис прав — нужно осмотреть комнату как можно быстрее. И главное, пока там нет Оливии, ему нужно взглянуть на её письменный стол. А уже позже он станет разговаривать с каждым обитателем дома в отдельности.

Он глянул на свою руку — удивительно, она почти не болела. И только в голове, словно наматывая вокруг столба верёвку, крутилась начинающаяся головная боль.

Виго потёр лоб и быстрым шагом вышел из комнаты, оставив дона Диего с Оливией. Со стороны сада по-прежнему доносился собачий лай, и, похоже, там всё ещё бегали гварды под предводительством Джулиана. Но, судя по всему, они так никого и не поймали.

В спальне Оливии царил настоящий хаос. Мебель была перевёрнута: изящная этажерка с книгами, прикроватная тумбочка и пара стульев. На полу валялось постельное бельё, подушки, одежда и осколки разбитой вазы. И даже портьера была отодрана вместе с карнизом, а на подлокотнике кресла остались зазубрины, видимо, от алебарды.

Виго велел принести ещё светильников, а Морис выставил всех слуг, прикрыл разломанные створки дверей и остановился посреди комнаты, оглядывая всё цепким взором.

− Постарайся ничего не двигать с мест, − произнёс он сурово.

Сначала Морис изучил замок, затем встал на колени и стал заглядывать под кресло и кровать, а Виго подошёл к столу и принялся рассматривать то, что там было. К бумагам его сестра всегда относилась аккуратно и перед сном всё убирала в ящички стола и конторку, приставленную сбоку. Вот и сейчас на столе лежала только стопка чистой писчей бумаги в деревянном лотке. Рядом бювар и чернильный прибор. Чернильницы были закрыты, перья вычищены и аккуратно сложены, карандаши стояли в специальном стакане и рядом пресс-папье. А новомодное изобретение — пишущая машинка, располагалась на конторке, аккуратно накрытая специальным чехлом. И даже в корзине для бумаг не было никаких смятых листов. Виго подёргал ящики — заперто. А ключей нигде не было видно.

− Морис, ты можешь вскрыть эти ящики? — спросил Виго.

Сыщик посмотрел на него с лёгким прищуром, но в его взгляде совершенно чётко читалось понимание. Он достал связку ключей из кармана, в котором приличные люди носят часы, и оказалось, что часть ключей вовсе даже не то, чем кажется.

− Ты носишь с собой отмычки? — удивлённо спросил Виго.

− А ты думаешь, хефе, они нужны только ворам? — хмыкнул Морис и быстро разделался с замками.

Виго осторожно перебрал бумаги, стараясь не нарушить порядок. Не хотелось, чтобы Оливия поняла, что он рылся в её вещах. Но, к сожалению, не нашёл ничего, что хоть как-то бы привлекло его внимание. Чистые конверты и бумага лежали в одном отделении, разные пригласительные, театральные программки, карточки магазинов — в другом. В отдельной папке Виго нашёл её журналистские записи и вырезки из газет. В них были подчёркнуты некоторые строки, по которым он пришёл к выводу, что Оливия, похоже, училась писать статьи. Что-то об «Ордене шипов», пропавших людях, в основном, из колонок с происшествиями. Виго знал, что Оливия всегда мечтала работать в газете, и даже не осуждал её за это.

В остальных ящичках он тоже не нашёл ничего подозрительного.

− Морис?

− Э-м-м? — промычал тот из-под кровати, под которой что-то двигал древком алебарды.

− Если чутьё тебе подсказывает, что тут должно быть нечто важное, но ты этого не видишь, что ты обычно делаешь?

Морис вытащил голову из-под бахромы наматрасника и, посмотрев на Виго, чуть задумался.

− Ну… как говорится среди сыщиков — ищи в борделе монашку. То есть, то, что выбивается из привычной картины.

− А если монашек нет? — усмехнулся Виго.

− Тогда нужен свежий взгляд, − сыщик встал и подошёл к столу, опираясь на алебарду. — А что именно ты хочешь найти?

Виго вкратце рассказал о том, что видел в комнате Оливии вечером.

− Ну… письмо она скорее всего спрятала, да не здесь, где любой его найдёт, а в тайнике. Этим секретом владеет любая женщина, хефе, а уж умная женщина и вовсе. А твоя сестра — умная женщина, − усмехнулся сыщик. — Так что ты не то ищешь. Монашек тут, и вправду, нет.

Морис вручил ему алебарду и сам внимательно осмотрел стол, письменные принадлежности и наконец, произнёс:

− Ну-ка, красавица, иди сюда…

Он осторожно, за уголок, взял верхний лист из стопки чистой бумаги. Поднёс его к лампе и усмехнулся.

− Вот, держи, хефе. Этот лист лежал под тем, на котором писала сеньорита Оливия. Ну, может, не сегодня, а может, и сегодня. Если хочешь узнать её сердечные тайны, то у меня в комнате есть порошок, с помощью которого можно выделить продавленные пером буквы. Больше тут ты ничего не найдёшь. Твоя сестра не только умная, но ещё и очень аккуратная женщина. Настоящий кошмар детектива, − он рассмеялся коротким смешком.

Виго осторожно взял лист бумаги за уголок.

Значит, у его сестры есть тайник. Ну да. Это же ему и самому должно было прийти в голову!

Он положил лист на бювар* и осмотрел комнату в поисках возможных тайников, но ничего так и не нашёл.

− Ну и какие выводы? — спросил он, видя, что и сыщик закончил свой осмотр.

− Весьма любопытные. Итак, − Морис остановился посреди комнаты и принялся жестикулировать, как дирижёр, указывая на разные предметы: − Замок не взломан, открыт ключом. Значит, замешан кто-то из своих, у кого была возможность стащить запасной ключ. Окно было открыто, но у сеньориты Оливии в этой комнате оно затянуто слоем сетки от гнуса, а сверху кисея. Зато я сдуру окно оставил открытым, и меня эти кровососы прошлой ночью всего погрызли! А тут сетка совсем новая и нигде не порвана. Значит, змея точно не залезла через окно, и та… тварь, которую видела сеньорита Оливия, и впрямь какой-то дух, способный пролететь через сетку, потому что белка или нетопырь сквозь неё, ясен день, не пробрались бы. Так что, может, ей это и привиделось. От страха. А может, приснилось. А может… но об этом потом.

− А мне? — спросил Виго. — Мне тоже приснилось?

− С тобой мы отдельно поговорим. Не смешивай всё одну кучу, хефе. Потому что есть такое свойство человека − дай людям поговорить перед допросом, и они начинают описывать одного и того же преступника, хотя видели вообще разных людей. А пока я рассматриваю только факты. Змея точно не появилась из воздуха или чёрного дыма, не залезла через окно или через трубу. Каминов тут нет, других дыр я тоже не нашёл. А значит, её принесли сюда ночью, потому что вечером ты сам сюда заходил и никаких змей не видел, открыли дверь и бросили у входа.

− И кто это мог быть?

− Мотив и возможность, хефе, − Морис назидательно поднял вверх палец.− Вот два столпа. Мотива я пока не знаю, а вот возможность была у любого обитателя дома, который имеет доступ к ключу и не боится такой большой и злой гадюки. Я бы побоялся. А ещё у того, кто знал, где эту гадюку можно достать, да и вообще разбирался в змеях. Так что, как я предполагаю, это не один человек. Заказчик находится не здесь, но в доме есть его сообщник − исполнитель. И он точно не боится змей. Как-то так мне это видится.

− Думаю, это мужчина, − задумчиво произнёс Виго.

− Возможно. Но я бы не стал недооценивать женщин, хефе, − ухмыльнулся Морис.− Яды и змеи — это по их части.

− А заказчиком может быть тот, кто приходил в салон Паломы и заказал цветы, как думаешь?

− Вполне вероятно, но не факт

− Почему не факт?

− Письма с поэмами, цветы и… змея? Змея как-то сюда не вписывается.

− Почему нет? Вполне в духе какого-то ненормального.

− А если бы змея убежала? А если бы укусила того, кто её принёс? — начал перечислять Морис, загибая пальцы. − А если бы не укусила сеньориту Оливию? Знаешь, хефе, со змеями одни проблемы. Её надо где-то прятать, ждать ночи. Тут как-то много всяких препятствий, а результат не гарантирован. А эти психи, которые пишут такие стишки, они всё продумывают и готовятся. Им нужна торжественность и мрачность, знаковый день, обстановка и личное созерцание, в этом для них весь смак. Культ смерти, как красоты. Я ловил одного такого психа в Грюндленде. Он крал с кладбища букеты и присылал их своей возлюбленной, да не просто так, а только с женских могил, и первые буквы имён усопших складывалась в любовное послание. Что-то вроде «Умрём вместе, любовь моя!» И эти психи очень даже щепетильны в мелочах. Так что он скорее бы напал на неё в театре с ножом. А змея? Тут есть доля сомнений.

− Может, хотел просто напугать? — спросил Виго.

− Тогда зачем тащить такую редкую и злую змею? Тут либо хотели убить, но тогда почему так сложно? Либо напугать, но тогда зачем так сложно? Тут что-то не клеится, хефе. И, чтобы это понять, нам надо узнать, где такую змею можно найти в городе. Ведь всё может быть очень просто — этот человек имеет доступ туда, где они есть. И именно поэтому выбор пал на эту уруру. Случайность, не умысел. И эта уруру, или как там её, для нас самая лучшая улика. Но только ты никому об этом не говори. Змея и змея. Пусть все думают, что мы ничего не нашли. Что там говорил твой помощник — такая гадюка была у профессора? Так вот возьмём её башку и поедем туда утром.

− Хорошо, − произнёс Виго и добавил, чуть улыбнувшись. — А знаешь, Морис, вот я тебя слушаю и думаю, что внешность очень обманчива. Никогда бы не подумал, глядя на тебя, что ты с одного взгляда замечаешь такие неочевидные взаимосвязи. Ну и считай это комплиментом. Потому что я понимаю, что преступники тебя явно недооценивают, и это играет тебе на руку, так?

− Хе-хе, − Морис усмехнулся, явно польщённый, и ответил: − Ну, ты же меня быстро раскусил, так что не такой уж я и смышлёный сыщик. Но я учился у лучшего сыщика Грюнленда, а тот по одному зонту мог рассказать всё о его владельце. Ну, а если ближе к делу… Почему я всё же склоняюсь к версии убийства. Змею принесли не за пазухой, а вот в этой шляпной коробке. И если бы она сделала своё дело, то в этом бардаке никто бы и не заметил этого предмета. Ведь шляпная коробка в спальне молодой женщины более чем естественная вещь. Но… Вот, полюбуйся.

Морис взял в руки картонную коробку, обтянутую розовым шифоном, которую перед этим внимательно разглядывал. Крышка с одной стороны была прикреплена кусочком ленты, а с другой в ней была проделана небольшая дырочка. Морис подцепил шпилькой длинную шёлковую нить и продел в дырочку.

− И что это? — спросил Виго.

− Видел когда-нибудь ловушки для голубей? Ну, там старая кастрюля или чашка ставится на палку с одного края и под неё сыплется зерно, а к палке привязана нить. Как только голуби подобрались к зерну, дёргаешь, и ловушка захлопнулась. А тут то же самое, но только не чтобы захлопнуть, а чтобы открыть. Дёргаешь за нить, и крышка открывается. Змея тяжёлая, поэтому коробка не сдвинется с места, крышка откроется, тянешь за край нити, и она вся оказывается у тебя в руках. Так ты можешь прийти глубокой ночью, открыть дверь украденным ключом, тихо поставить коробку, выйти за дверь и потянуть за нить. Тебе при этом ничего не угрожает. Ты запираешь дверь. Змея укусит сеньориту Оливию и уползает в окно. А кто там потом заметит коробку от шляпы и шёлковую нить в дамской спальне?

− Ты же заметил.

− Ну, мне повезло. Редко когда сыщик оказывается на месте преступления в момент преступления, − Морис ухмыльнулся, складывая нить в коробку от шляпы. − Она прицепилась к портьере у входной двери. Но расчёт был на то, что сюда прибежит множество людей, и коробку, и нить, всё это просто затопчут, отодвинут, смешают с другими вещами. Но в коробке остались змеиные чешуйки. И вот смотри…

Морис поставил коробку на пол, протянул нить, и её длины хватило как раз до галереи.

− А как ты понял, что коробка не принадлежит моей сестре? Тут ведь и в самом деле бардак, − Виго указал на разбросанные вещи и пятно на полу там, где змее отрубили голову.

Морис подошёл к шкафу и распахнул дверцы.

− Ты видишь у сеньориты Оливии хоть одну розовую вещь? И вон, кстати, шляпные коробки. Все они из салона Герреро, а эта от Луиджи Брен. Хотя сеньориту Оливию я, конечно же, спрошу о том, её ли это вещь, − Морис постучал по крышке коробки. — Но на первый взгляд, вывод именно такой. Монашка в борделе, хефе.

− Значит, это был продуманный и хладнокровный план?

− Да, хефе. Возможно, убийца рассчитывал, что змея уползёт в окно. Или, что все подумают, что она заползла в окно. Всё должно было выглядеть естественно. Разве тут кого удивишь змеями? Он просто не знал, что на окне сетка. И, возможно, не знал, что это редкая в городе змея.

− То есть змея — наша зацепка? — спросил Виго. — И, если бы не Эмерт, мы бы и не знали, что это какая-то необычная змея.

− А ещё коробка. Выясним, чья она. Уж явно она не от шляпки за пару сентимо. Надо её во что-то завернуть, чтобы никто не увидел, что она у нас. Пусть злодей остаётся в неведении. А теперь, хефе, надо допросить всех слуг. Но никто не должен знать, что мы тут выяснили. Ну и может сеньор Джулиан кого-нибудь поймал. Или пристрелил… Было бы неплохо.

*Бювар − папка для хранения почтовой бумаги, конвертов и корреспонденции.