Аллигат. Исход

Глава 23 ◙

Сквозь чуткий утренний сон Ольга слышала, как тихо открылась и закрылась дверь в холл. По лицу прошёлся поток холодного воздуха.

Спать не хотелось, но и открывать глаза женщина не стала. Так думается лучше. Она знает, что случившееся не сон и отныне её жизнь снова будет подчинена новым правилам. Нужно немного времени, чтобы свыкнуться с этой мыслью.

За ночь она ни разу не проснулась. Спала крепко, без сновидений.

Вспомнились слёзы перед тем, как заснула. Накопившееся напряжение нашло самый лёгкий способ покинуть тело.

Ольга села на софе, покачиваясь из стороны в сторону. Осматривалась и прислушивалась. С улицы сквозь щель в портьере пробивался дневной свет. В камине тлели угли. В доме гулкая тишина. Кадди ушёл — у него встреча с покупателем.

На столике у софы лежат ключи от входной двери и коричневая коробка.

Конфеты? — удивилась Ольга неожиданному подношению доктора. Открыв её, изумилась. Прошлась взглядом по набору туалетных принадлежностей*, утопающих в красном атласе подложки. Расчёска, массажная щётка и ручное зеркало в тонкой серебряной оправе не выглядят дешёвыми. Тронула на щётке желтоватую блестящую щетину — вроде бы не дикого кабана. Где-то читала, что щетину для щёток изготавливают из «мексиканского кактуса» — натурального волокна тампико — продукта переработки листьев мексиканской агавы. Волокна выделяют из свежих листьев, раздавливают, мнут, промывают, сушат и подвергают производственной обработке. После массажа тела такой вот сухой щёткой оно становится гладким и упругим. Но в этом времени, наверное, данной щёткой расчёсывают волосы.

Ольга смотрела на набор в раздумье. Она вчера была так убедительна, что Кадди проникся к ней сочувствием и сделал нужный подарок? Набор пришёлся кстати, но принять его от едва знакомого мужчины она не может. А вот заплатить за него в состоянии.

Часы на стене в кухне показывали четверть одиннадцатого. У Ольги есть время для неспешного завтрака. Далее предстоит, пожалуй, самое сложное — поездка в швейное ателье и выбор траурного платья и верхней одежды. Затем она отправится в пассаж за остальными покупками. Рассчитывая купить всё полагающееся в одном месте, она должна успеть вернуться в дом на Олдерсгейт-стрит до наступления вечера.

Также Ольга собиралась заехать в книжную лавку Хуффи Уорда. Встреча с Эшли может многое прояснить. Как вынудить женщину довериться незнакомке и рассказать о событиях того трагического вечера, пока не знала.

На столе её ждал завтрак. Под салфеткой она нашла яйца по-шотландски, лепёшки, сливочные конфеты, печенье. На горячей плите стоял заварочный чайник со свежезаваренным чаем. В маленькой кастрюле — тёплая овсяная каша.

Вымыв за собой посуду, женщина поднялась на второй этаж.

Комната, в которой некоторое время назад жила Шэйла выглядела уныло. Укрытая чехлами мебель, голые пол, стены… В шкафу, комоде, тумбочке, секретере пусто. В ванной комнате порядок и чистота. Как видно, миссис Макинтайр комнату больше не сдавала.

Ольга вернулась в гостиную и метнулась к пианино. Завладев жестяной коробкой из-под печенья, уселась на софу. Высыпав содержимое на плед, пересчитала банкноты в пачке и монеты в мешочке.

Без малого три тысячи фунтов стерлингов, — улыбнулась довольно, отложив деньги в сторону. Документы, принадлежащие Шэйле, также убрала. Необходимо их вернуть. Как? Вопрос интересный.

Ольга не смогла выбросить так и не использованный билет в вагон первого класса на курьерский поезд от Лондона до Дьеппа. Повертев в руке, положила в коробку, как и золотую цепь от проданного брегета, и серебряную ложечку для Леовы. Очень скоро она понадобится.

Внимательно изучила завещание и «паспорт» на имя двадцатисемилетней Авелин Ле Бретон из коммуны Лузиньян во Франции. Теперь Ольга — дочь адвоката Клода Бошана из Анже и его супруги Анриетты де ла Рюи из семьи нантского судовладельца. Также она вдова сорокачетырёхлетнего судебного чиновника-нотариуса Модеста Ле Бретона. Через четыре месяца будет год как он умер.

Ольга вздохнула. Соблюдение срока траура ограничивало выбор гардероба. Много ли нужно нарядов вдове?

Ну и ладно, — легко согласилась она. Чёрный цвет ей к лицу. Пока не смоется загар, полученный при посещении солярия, она не будет выглядеть мертвенно бледной.

Она перебирала скромное «приданое» француженки. Крупный овальный золотой медальон* с сапфиром станет единственным украшением на траурном платье. Находясь на пике популярности, он состоял из двух частей и содержал в себе портрет умершего мужа Авелин и прядь его волос. Сколько она ни всматривалась в лицо покойного «мужа», но так и не смогла проникнуться к нему хотя бы жалостью.

Был и нет, — захлопнула крышку медальона. Мог бы ещё пожить в своё удовольствие.

Табакерку, лорнет и два старых письма Ольга вернула в коробку из-под печенья, а широкое золотое обручальное кольцо примерила на безымянный палец левой руки — придётся носить. То, что оно пришлось впору, не удивилась. Будь то платье или ювелирное украшение, Уайт ни разу не ошибся в определении размера Шэйлы.

Хоть виконтесса выше и худее Ольги, но у них обеих узкие ладони с длинными тонкими пальцами.

Она оделась, закрыла дверь и вышла на крыльцо. Солнце не собиралось пробиваться сквозь плотную завесу серых лохматых облаков. Под ногами хрустел прихваченный лёгким морозом тонкий снежный наст. Дышалось спокойно и легко.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Остановив кэб, женщина наказала кучеру отвезти её в самое лучшее в Лондоне ателье по пошиву траурных платьев.

Через пятнадцать минут кэб остановился на Кливленд-роу напротив дворца Сент-Джеймс. Ни одной состоятельной женщине не под силу равнодушно проехать мимо зеркальных витрин ателье миссис Белл. За ярко освещёнными панорамными окнами взгляд притягивали манекены, обряженные в амазонки, пеньюары, туники, шали, шляпки, чепчики, подвенечные и вечерние платья.

Владелица самого модного столичного ателье не скупилась на изысканную обстановку торгового зала и примерочных комнат. Лепные потолки, хрустальные люстры, удобные диваны и кресла, вышколенные помощницы — всё способствовало привлечению богатых заказчиц.

С появлением Ольги, немногочисленные клиентки и обслуживающий персонал притихли и с любопытством уставились на неё.

Она, как ни в чём не бывало, с первого взгляда определила владелицу ателье и направилась к ней. Усилив французский акцент, представилась именем Авелин и без предисловий рассказала о цели визита, интересуясь не только траурными платьями.

Заветная фраза: «Оплачу наличными тотчас» свершила волшебное действо. Вокруг французской мадам засуетилась троица опытных продавщиц. Вдову усадили в кресло, предложили испить чаю с шоколадом и пирожными. Стеснительно опускали глаза, стараясь не смутить разглядыванием её необычного наряда. Лишь миссис Белл как бы невзначай ощупала бежево-серое пальто гостьи, принятое одной из помощниц для помещения в шкаф, и погладила шёлковую вышитую подкладку. Качая седой головой, удивилась:

— Где же это вам изволили так безжалостно испортить чудесную ткань из шерсти индийских горных коз?

— Это шерсть альпака. Животное водится в Перу и принадлежит семейству верблюжьих.

— В Перу? — уточнила женщина.

— В Южной Америке, — на всякий случай добавила Ольга.

— Простите мой интерес, мадам Ле Бретон, — смутилась миссис Белл. — Если желаете, я могу всё исправить и перешить вещь в чудесный короткий приталенный и расширенный книзу редингот. Наложить шалевый меховой воротник, украсить вышивкой тесьмой и крупными пуговицами с жемчугом. Подберём по цвету юбку и… — увлеклась она в предвкушении переделки и заискивающе заглянула в невероятно синие глаза посетительницы, — чудеснее ничего ни у кого не будет во всём Лондоне.

— Не сейчас, — отказалась Ольга, беря на заметку идею миссис Белл.

Тяжёлым вздохом напомнила о своём положении, чем вызвала поток извинений и сочувствия в неутешном горе.

Витрины с нижним бельём скрывались в глубине примерочных комнат.

Ольга остановила выбор на тугом удобном корсете-новинке, расхваливаемом с особым усердием, и охотно согласилась приобрести небольшой турнюр* вместо кринолина. Она не собирается посещать балы и званые вечера, поэтому предпочла мягкое удобство подъюбника для платья жёсткости морально устаревшего каркаса. Как оказалось, лондонские модницы упорно игнорировали новинку-турнюр.

— За ним будущее в женской моде, — успокоила вдова приунывшую миссис Белл. — Наберитесь терпения.

Та расчувствовалась и сделала необыкновенной покупательнице хорошую скидку.

Ольга не стала долго выбирать траурное платье из предложенных готовых, пошитых по последней моде. Примерив первое понравившееся, богато декорированное, с обилием складок и драпировок, согласилась подождать час, пока его подгонят по фигуре.

Это время ушло на выбор нижнего белья, сорочек, чулок, примерку второго платья — проще и светлее тоном, а также шлафрока. Длинный просторный халат из кашемира с простёганными обшлагами и воротником, с бухарским ярким рисунком на ткани стал в гардеробе вдовы первым ярким пятном, радующим глаз.

Пройдя вдоль ряда с манекенами в накидках, мантильях, салопах, укороченных шубках мехом внутрь, Ольга остановилась у модели с удлинённой накидкой и широкими рукавами. Пошитая из чёрного шёлкового бархата со стёганой атласной подкладкой и отороченная чёрно-бурой лисой, она шла в комплекте со шляпкой и перчатками. На выбор к ней предлагалось несколько вариантов муфт. Понравилось, что в подгонке по размеру наряд не нуждался.

Вдова выглядела довольной. Оставив второе траурное платье на укорачивание, она, одетая во всё новое и мрачное, рассчиталась и пообещала заехать за выбранным гардеробом через два-три часа.

Предстояло поехать в универсам на Бейсуотер Роуд, который ей посоветовала посетить миссис Белл.

В нём она купит дорожный кофр, домашние туфли, полотенца, носовые платки, комплект постельного белья, ридикюль, ленты, шпильки, гребень, шатлен, набор для шитья и… Далее она задумалась, не забыла ли о чём-нибудь важном в гардеробе женщины? Духи, маникюрный набор и кое-что из косметики она тоже не обойдёт вниманием.

Вздыхала, что вынужденное вдовство не позволяет раскрасить жизнь цветами радуги.

Ольга вышла из ателье и наняла кэб.

Когда он свернул у Мраморной триумфальной арки на Бейсуотер Роуд, женщина неожиданно разволновалась. Тревожно забилось сердце. От места расположения универсама до особняка графа Малгри на Аддисон Роуд чуть больше мили.

Мысль хоть одним глазком взглянуть на дом Мартина не отпускала.

Почему только взглянуть и не постучать в дверь? — пронеслась шальная мысль. Почему она не может начать поиски Шэйлы с того места, где она жила наездами более двух лет? Давнишней подруге виконтессы, разыскивающей её, уж точно скажут, где та проживает сейчас. Ну а если не скажут, не беда. Ольга убедится, что граф и его сын живые.

Мелькнуло путаное подозрение, что она своим появлением в этом времени могла сбить его естественный ход. Если ей дана возможность путешествовать во времени, то кто знает, в какой из параллельных миров она попала в этот раз? Вдруг в этом мире нет ни Мартина, ни Шэйлы и Ольга собирается искать тех, кого здесь нет и в помине?

Она приоткрыла лючок в стенке под потолком и без колебания назвала кучеру нужный адрес.