Лондонский туман. Без любви здесь не выжить

Глава 33. Гребаная триада

– Стоять, – приказал Рэй.

Острое чувство дежавю заставило меня застыть на месте. Он что, снова собирался угрожать мне тюрьмой?! В какой раз, в десятый?

– Кроха, – поднялся из кресла Эрик, – а случится ли в нашей жизни хоть один момент, когда ты не будешь при малейшем конфликте пытаться сбежать?

– Очевидно, для этого придется ехать в Сингапур, – сделал то же самое Рэй. – Чтобы ей было некуда.

Он забрал у меня из рук сумку – не могу сказать, что легко отдала ее, – и притянул к себе, оставляя поцелуй на виске.

– Этот ответ нас тоже устроит, – пояснил он, – но тебе нужно понимать правила, прежде чем мы двинемся дальше.

Рэй повернул меня лицом к Эрику и сжал за плечи.

– Если мы втроем, значит, втроем. Сейчас каждый сам за себя, и так не должно быть, – сказал он то ли мне, то ли Эрику. – Это не только совместные время и быт, но и решения и ответственность.

– Говоришь так, словно это будут отношения, – вырвалось у меня.

– Да, я именно это имею в виду. Отношения. Не временная договоренность, а полноценные отношения со всем, что они подразумевают.

– Поэтому еще раз хорошо подумай, – улыбнулся мне Эрик. – Нас обоих больше не устроит просто секс.

– И если согласишься, будешь нашей. Полагаю, не окажется сюрпризом, что никаких других мужчин…

– Максимум – расстояние вытянутой руки, – кивнул Эрик. – Моей. Сжатой в кулак.

Никто не подскажет, почему это звучало так вкусно и маняще, словно мне предлагали поселиться в самом большом в мире торте? Я всю жизнь избегала отношений, как чумы, полагая, что они станут для меня клеткой, в которой буду несчастна.

Но я ведь уже в ней, по собственной воле зашла внутрь, и даже вежливо прикрыла за собой дверцу. С момента, как мы впервые собрались в гостиной, я не испытывала чувств ни к кому, кроме этих двоих. И пусть для отвратительного слова на букву «л», которое теперь не казалось простым, наоборот, пугало своей сложностью и объемностью, было одновременно слишком рано и слишком поздно…

Еще ни с кем не чувствовала себя так спокойно.

– Согласна, – ответила я. – Мне нравится, что это будем мы.

Руки на моих плечах сжались сильнее, а Эрик шагнул вперед.

– И даже если эти мы будем одновременно? – с хитрой улыбкой спросил он.

Щеки загорелись до самых ушей от осознания, что именно он хотел сказать. Еще одна мечта могла оказаться не просто реальностью, а чем-то постоянным… Боже, я точно спала!

– А можно?

– Прямо сейчас? – промурлыкал мне на ухо Рэй.

– Да. – У меня резко пересохло в горле.

Эрик потянул наверх футболку, демонстрируя секундную готовность к любому развитию событий. Рэй отстранился, сделав шаг назад.

– Тогда празднуем, – сказал он. – Эрик, подготовишь нашу девочку?

– С удовольствием, – облизнулся тот. – Кроха, правила ты знаешь. Пять минут у тебя.

Я в панике оглянулась на Рэя, но тот лишь ухмыльнулся. Он сам-то знал эти чертовы правила? Чтобы получить оргазм, нужно было хорошо спрятаться.

– Пять, – произнес Эрик.

Сорвавшись, я побежала наверх. В доме уже не осталось мест, где я бы не пряталась, и на секунду показалось, что можно было бы повторить трюк с собачьим вольером… Но потом мне на ум пришла обычно закрытая веранда на втором этаже, которую использовали только летом. Она выходила на дорогу, а сбоку к дому была приделана пожарная лестница.

Вот этот трюк мне сейчас и был нужен. Я постаралась как можно тише открыть дверь на веранду, пробежала мимо накрытой пленкой ротанговой мебели и добралась до перил.

Чтобы дотянуться до лестницы, мне пришлось бы высунуться наружу до пояса, и опасность упасть была не так уж маловероятна, но у меня в ушах стучал адреналин погони. Возможность удивить не только Эрика, но и саму себя, казалась слишком приятной, чтобы от нее отказываться.

Небо затягивало тучами. Когда я дотянулась до перекладины на уровне своих глаз, мне на макушку упала первая крупная капля.

Обе руки зацепились за лестницу так, словно она была моим единственным спасением.

Большая ошибка. Спасения мне точно не стоило ждать.

– Где же моя Уна? – раздался из глубины дома обманчиво ласковый голос Эрика.

Забравшись с ногами на перила, я перешагнула, едва не растянувшись до шпагата. Вот для чего нужен был спортзал, да? Чтобы сейчас, под начинавшимся дождем, стало проще влезть на пожарную лестницу.

Руки заныли. Дождь усиливался, барабанил по мне большими каплями, и каждое движение вниз становилось все опаснее. Я клялась себе, что доберусь до первого этажа, несмотря на холод, влагу и дрожащее тело.

Черт меня потянул на эту веранду…

Лестница закончилась, но, даже свесив ноги с последней ступеньки, я не дотягивалась до земли. Это пожарные были такими высокими или система такой непродуманной?

Пришлось прыгать. Приземлившись на полусогнутых коленях, я отчетливо услышала опасный хруст, но смогла устоять на ногах. Теперь, если обогнуть дом, можно было добраться до единственного места, где я еще не пряталась.

Только открыв дверь гаража, я поняла, что дождь уже лил стеной, и то по контрасту – внутри было сухо, ничего не било меня по голове. Оглядев себя, заметила, что одежда промокла до нитки, и ее можно было выжимать, как и мои волосы.

Но я сделала это. Спряталась хитрее, чем когда-либо. И то, что Эрик до сих пор не нашел меня, подтверждало мою гениальность.

Мне нравилось быть его добычей, но еще больше – достаточно умной добычей, чтобы поселить в голосе, громко разносившемся по дому, нотки искреннего интереса. Пройдя немного внутрь, я присела на корточки за второй машиной, стоявшей там, – «Астоном Мартином».

Возбуждение росло с каждой секундой. Сегодня их будет двое. Оба настолько разные, что я не могла даже представить, как это будет… но очень хотела узнать.

Дверь наконец распахнулась, и Эрик, задержавшись на пороге, шумно вдохнул воздух носом.

– Моя хорошая, моя хитрая кроха, – произнес он с нотками восторга в голосе, – ты теперь пахнешь машинным маслом?

Он закрыл за собой и медленно, наслаждаясь каждым шагом, прошел внутрь. Я перестала дышать: из всех наших игр этот момент всегда был лучшим. Секунды, когда он уже знал, что нашел меня, а я – что сейчас буду обнаружена.

– А вот и Уна, – вырос надо мной Эрик.

В тот же миг я очутилась у него на руках, и его губы жадно обрушились на меня, а пальцы впились в мои бедра. Адреналин плескался в нас обоих, и, когда два одинаковых чувства смешивались, голова моментально пустела.

Я скучала по нему. Так скучала, что сама углубила поцелуй, и наши языки встретились у него во рту. Быстрые голодные движения, которыми мы никак не могли насытиться, заставляли огонь внутри гореть еще жарче.

Эрик прижал меня к стене, высвободив одну руку, чтобы начать расстегивать пуговицы на блузке. У него плохо получалось, так что нетерпеливые пальцы быстро оставили эту идею, и тут же послышался треск ткани.

Чтобы раздеть полностью, Эрик опустил меня на пол. Только тогда наши губы оторвались друг от друга.

– Как ты сюда добралась? – хрипло спросил он.

– Пожарная лестница.

Широкая улыбка прорезала его лицо, а в глазах вспыхнули гордость и восхищение.

– Сумасшедшая.

Когда Эрик со мной на плече вернулся в дом, я уже была полностью обнажена. Рэй, раздетый до пояса, терпеливо встречал нас посреди гостиной. Позади него журнальный столик был убран и застелен чем-то темным и… кожаным?

– Вернул нашу девочку, – сообщил Эрик. – Пыталась сбежать по пожарной лестнице.

– Это очень плохо, – притворно нахмурился Рэй.

Как только Эрик опустил меня на пол, Рэй подошел ближе и приподнял за подбородок.

– Теперь ты вся мокрая, – осуждающе произнес он.

– Уже мокрая, – с ухмылкой в голосе поправил Эрик.

Я задрожала от предвкушения. Две ладони легко толкнули в спину, и я упала в руки Рэю, навстречу еще одному поцелую.

Этот был неторопливым. Рэй словно заново открывал для себя мое тело: его руки исследовали изгибы, не оставляя ни одного дюйма без внимания. Он развернул меня и, не разрывая поцелуя, заставил сделать несколько шагов назад.

Под его теплыми ладонями мое тело, замерзшее под дождем, разогревалось. Или жар шел изнутри?

Я перестала думать и пытаться представлять себе, как все произойдет. Все уже происходило. Рэй мягко заставил меня опуститься на журнальный столик. Шары под потолком означали самый настоящий праздник, а я была десертом.

– Как мне нравится этот вид, – послышался голос Эрика.

Приподняв голову, я увидела, что он стоял прямо передо мной, а потом наклонился и раздвинул мне ноги пошире. Голову потянули вниз – Рэй позади, на коленях, опустился для еще одного короткого поцелуя.

Теперь меня ласкали четыре руки и целовали две пары губ. Я сходила с ума от ощущений, но пока способна была понять, чьи пальцы болезненно сжали мои соски, а чья ладонь легла мне между ног.

А потом я окончательно рухнула в бездну чувств. Эрик кусал мои бедра, посылая волну мурашек по всему телу, и она разбивалась о губы Рэя, который покрывал мои шею и плечи невесомыми поцелуями.

Я была их девочкой. Их обоих.

От этой мысли все внутри приятно сжалось, и ласки – каждое прикосновение – подводили меня к краю, за которым плескалось безумие. Еще секунда – и я была готова прыгнуть вниз, уже осознавая, что пути обратно не будет.

Эрик и Рэй разрушали для меня все понятия близости, их движения были настолько отточенными, словно мы репетировали это тысячу раз.

Почувствовав язык между своих ног, я не удержалась от долгого стона – и в ту же секунду боль пронзила один из моих сосков. Открыв глаза, я увидела, как Рэй уже хватает зубами второй. Еще никогда сочетание боли и удовольствия не было настолько одновременным и настолько же возбуждающим.

Я готова была умолять прекратить эту пытку: пустота внутри ощущалась особенно болезненной. Страсть в душе кипела и бурлила, угрожая выжечь все к черту, если ей не дадут выплеснуться на волю. Я подняла руки и потянулась к брюкам Рэя – мне было это необходимо.

Громкий шлепок по запястью намекнул, что этого делать было нельзя.

– Пожалуйста, – взмолилась я. – Мне нужно.

– Я не разрешал тебе касаться, – строго ответил Рэй.

Тут же Эрик вошел в меня пальцами, словно отвлекая, и от невозможности происходящего закружилась голова.

– Тебе жалко? – послышался его насмешливый голос. – Она заслужила.

– Только если в честь праздника, – Рэй наклонился ниже, к моему уху, – потому что такие грязные жадные шлюхи не должны трогать то, что им не разрешали.

Он расстегнул ремень, сам разделся и снова встал на колени, опуская мою голову вниз, заставляя свисать с края столика.

– Сколько раз тебе нужно будет хлопнуть по мне, чтобы прекратить?

– Два, – выдохнула я.

На секунду и Эрик и Рэй выпустили меня из рук. Снова стало холодно и пусто, в панике я едва не потянулась к живому, настоящему телу, которое напомнило бы, что все это не сон… И они вошли в меня с двух сторон.

Это было слишком невероятно – теперь сомнений в том, что я сплю, не оставалось. Чувства взорвались одновременно, кожа вспыхнула миллионами искр, и оргазм неожиданно оказался настолько близок, что я едва сдержалась.

Слишком хорошо. Слишком много. Рэй вошел глубоко в мое горло, задержался и ласково пробежался пальцами по открытой шее, пока я пыталась вдохнуть воздух, который вдруг закончился в легких. Послышался шорох одежды, и после него на секунду Рэй подался назад.

На мой живот со звонким шлепком опустился кожаный ремень. Я вздрогнула, застонала, и все вокруг превратилось в ничто.

Там, где кожа расцветала пламенем от ударов, тут же появлялись нежные прикосновения. И теперь я не смогла бы сказать чьи, но этого уже и не требовалось. Мы перестали быть отдельными личностями, и то, что с нами происходило, не было похоже ни на что.

Жаркая грубость Эрика. Расчетливая жестокость Рэя. Стремление быть их игрушкой, которое вырывалось из меня. Каждое движение во мне пробуждало желание раствориться в ощущениях, полностью отдавшись во власть обоим моим мужчинам.

Теперь это были мы. И лучше этого ничего в мире не существовало.

Меня подняли со столика, но ноги не держали. Эрик взял меня на руки, заставив обвить себя за шею, и я сама потянулась к его губам. Сзади тут же оказался Рэй, и, когда я повернулась, второй поцелуй был уже его.

– Как себя чувствует наша грязная шлюха? – с интересом спросил он.

– Прекрасно, – выдохнула я.

– Лучшая шлюха в мире, – повернул меня к себе Эрик.

Я оставалась у них в руках, и оба готовили меня к главному, лаская, щипая, сжимая, кусая, целуя… Я тонула в мире, созданном Эриком и Рэем, закованная в кокон из их тел. Если это был сон, лучше бы мне не просыпаться, ведь после того, что они делали со мной, ни один человек в мире не сможет их заменить.

Эрик притянул меня к себе, заставляя выгнуть спину, и перехватил одной рукой за горло.

– Ты всегда можешь остановить нас, – напомнил он.

– Могу, – хрипло согласилась я. – Но мне это не нужно.

Прохладные влажные от смазки пальцы Рэя коснулись моего сфинктера, и только тогда я поняла, что имел в виду Эрик, который теперь помогал расслабиться и не бояться, аккуратно прикусывая мою нижнюю губу. Он умел быть разным в постели и словно всегда чувствовал, что необходимо именно сейчас.

Когда я была готова, сама направила Эрика в себя. Тело Рэя, прижимавшееся сзади, казалось особенно твердым и прохладным, но я знала: глубоко внутри него горел огонь не меньше моего. Мы разделяли его на троих, и он не гас, а наоборот, распалялся все больше.

Второй член неторопливо вошел в меня сзади, растягивая настолько, что перед глазами заплясали звездочки. Рэй подхватил за талию, давая откинуться на его грудь, а Эрик придерживал за бедра. Неторопливо и терпеливо они двигались внутри меня, и это ощущение заполненности, правильности, идеальности происходящего окончательно столкнуло меня с того края, за которым плескалось выжидавшее момента безумие.

Я упала в него с головой, даже не попытавшись выбраться на поверхность.

Стонала в полный голос, до хрипоты, кусала губы до металлического привкуса крови, но наслаждалась каждой секундой – и была по-настоящему счастлива.

Если для того, чтобы стать их шлюхой, нужно было пройти через тюрьму, страх и разочарование, если нужно было преодолеть себя и вырасти во много раз, я готова была повторить этот путь. Лишь бы Эрик и Рэй были моими. Сейчас. Завтра. Всегда. В Лондоне или в Сингапуре, плевать.

Я не спросила разрешения на оргазм, но, когда два голоса одновременно произнесли: «Можно», – позволила себе выдохнуть и рухнуть в пульсацию, которая прорывалась изнутри. Стоны Эрика и Рэя смешались с моим, поцелуи не прекращались – они передавали меня друг другу, словно я была трубкой мира.

Едва не теряя сознание, я продолжала просить большего, и получала – теперь мои руки обвивали обоих, а две пары губ не переставали ласкать шею, плечи, лицо… Сама не заметила, как меня уложили на диван выдохнуть, и невольно тянулась за продолжением.

– Я тебя свяжу, – пообещал Эрик, одной рукой придерживая мои обе.

– Нашел чем ее пугать, – с улыбкой в голосе ответил Рэй.

Перед глазами все плыло и смешивалось в кашу, так что прохладный край стакана с водой, прижатый к моим губам, оказался приятным сюрпризом. Стало немного легче, особенно от того, что вместе с ним мои плечи и бедра начали ласково и успокаивающе гладить.

– Скажи, как снова сможешь видеть, – произнес Эрик. – Я отнесу тебя в душ.

– Откуда ты знаешь, что я не могу? – вслух удивилась я.

– Поверь, по тебе заметно.

Оказавшись в плотном кольце его рук, я постепенно начала приходить в себя. Это все еще не было похоже на реальность, но теперь хотя бы ощущение себя в пространстве возвращалось, а вместе с ним – ноющая кожа, растянутые мышцы и немного неприятная боль между ног.

– Рэй, – нашла его все еще мутным взглядом я. – А у тебя есть мазь?

Мои ноги лежали у него на коленях. Рэй разминал мне мышцы, и теперь, увидев это, я почувствовала, как пальцы быстро и умело продавливают кожу.

– Да, она с собой, – ответил он. – Где болит?

– Внутри. – Щеки запылали снова. – Ну…

– Логично, так и должно быть, – успокоил меня он.

– После душа отдам тебя ему, – пообещал Эрик на ухо.

Обо мне заботились.

Меня уничтожали.

И в пепле, которым я становилась в их руках, каждый раз рождалась новая Уна.

– Так будет всегда? – случайно озвучила свои мысли я.

– Первое время, – неправильно понял меня Эрик. – А потом ты привыкнешь к нам.

– К вам я уже привыкла, но… Будет ли нам всегда так же хорошо?

– Это зависит от нас, – ответил Рэй. – Совместное будущее – это то, что мы делаем сами.

– Втроем, – добавил Эрик.

Уна Боннер, которая всю жизнь бегала от серьезных отношений и не была способна даже на дружбу, теперь оказалась девушкой сразу двоих.

Двоих фантастических мужчин.

– Давайте немного подождем с душем и мазью, – набрав воздуха в грудь, предложила я.

– Почему?

Я выбралась из рук Эрика и Рэя и с лихой решительностью сползла на пол.

– Потому что пока я не сделаю минет вам обоим, тройничок не считается. Я такое в порно видела.

Они коротко переглянулись, а потом оба уставились на меня.

– Все-таки гений, – улыбнулся Рэй.

– Никаких сомнений, – подтвердил Эрик.