Лондонский туман. Без любви здесь не выжить

Глава 3. Гребаный виски

В платяном шкафу пахло Эриком. Его одежда пропитана ароматом свежего горного воздуха… Ни с чем не спутаешь.

К моменту, когда мы начали прятки, я уже была наполовину раздета. Даже думала, что сегодня обойдемся без них, ведь свое наказание выполнила: первый этаж сверкал чистотой, на ужин была треска с киноа. Казалось бы, что еще может быть нужно?

Но когда Эрик меня раздевал, я напомнила о задании Рэя… И на этом его хорошее настроение закончилось настолько, что даже сиськи не помогли. Он приказал мне спрятаться, причем сделать это так хорошо, чтобы он забыл обо всем, кроме «этой крохотной задницы».

Я успела добежать до шкафа: Эрик давно перестал искать меня в собственной спальне. И, судя по тому, как притворно ласковый голос начал уговаривать сдаться, решение оказалось правильным. С каждой минутой, проведенной в попытках вычислить, где я, Эрик становился все более возбужденным. И если собачий вольер не смог скрыть моего запаха, его собственная одежда справилась с этим куда лучше.

– Кроха, ты можешь выходить, – раздалось за дверью, но все равно глухо – скорее всего, из коридора. – Я больше не злюсь.

Черта с два. Я уже знала, как это работает, и, если нужно, готова была провести в этом шкафу всю ночь.

– Кро-оха… – Вкрадчивый голос приближался. – В жизни не поверю, что ты спряталась под кроватью. Ты же туда не поместишься!

Я успела прикусить возмущенный крик, и он так и не сорвался с губ. Эрик был хитрым, но недостаточно…

– Да, как я и ждал. Моя кроха сюда бы не залезла. Может, за шторой? Нет, ты бы не стала… Все, выбирайся из ванной, готов признать, что ты все-таки умнее Розенкранца.

И вот здесь я не смогла сдержать смешок. Черт! Голос тут же затих.

– Засранка, – произнес Эрик, открывая дверцу шкафа. – Попалась.

Он был раздет по пояс, и лампа позади него добавляла теплого сияния вокруг коротко стриженной головы. А как отсюда, с пола шкафа, выглядел его татуированный торс… Почему порно для женщин не снимают вот так? Тут от одной только картинки в горле пересыхало, а если на секунду подумать, что меня ждало – понятно, куда в организме уходила вся влага.

Эрик сел на корточки и наклонил голову, разглядывая меня. Он молчал, словно упиваясь этим коротким моментом победы. Не только в игре – надо мной, ситуацией, над всем миром. Наконец его лицо прорезала широкая улыбка, больше похожая на оскал.

– Моя девочка, – со звериной нежностью произнес он, – моя маленькая добыча.

Я уцепилась за протянутую руку, и Эрик помог мне выбраться наружу, но через пару секунд швырнул меня на кровать, лицом в простынь. Едва не взвыв от обиды – так не было видно широкие плечи с татуировками, – я попыталась перевернуться на спину, но мощная рука только сильнее вжала меня в матрас.

– Не балуйся, – строго сказал он.

Зная эффект своего молчания, я продолжила хранить его. Было тяжело: Эрик скользнул пальцами по моей обнаженной спине, и стон уже рвался наружу. А когда эти же пальцы сжали мою шею у самого основания, сдерживаться стало еще сложнее. Желание дотронуться до него, отбросить роль жертвы и самой стать хищником сжигало меня изнутри, но…

А что, если попробовать?

Дождавшись, пока его руки на секунду оторвутся от кожи, я воспользовалась этой передышкой и перевернулась. Эрик нависал надо мной, казался даже больше, чем он есть…

– Я сказал не баловаться.

– Плевать!

Я приподнялась и, уперевшись в его плечи, заставила нас обоих сесть – Эрик послушался больше от неожиданности. Черт, да я сама была в шоке от себя: целое спортивное упражнение – толкнуть такого медведя.

– Чего ты хочешь? – почти зарычал он.

– Видеть тебя. Касаться. Чувствовать тебя везде.

Он наклонил голову и прищурился, изучая мое лицо.

– Не помню, чтобы давал тебе право выбора сегодня.

– Не помню, чтобы кто-то его у меня отнимал.

Эрик умолк ненадолго, отстранился… Мое сердце колотилось как бешеное. Впервые за все время, что мы трахаемся, я позволила себе поднять бунт, наплевав на то, что моя шея казалась страшно хрупкой по сравнению с его сильными руками.

– Ты плохо себя ведешь, кроха, – угрожающе тихо сказал Эрик.

– И не говори, что тебе не нравится.

Дрожащими пальцами я потянулась к его джинсам и нащупала пуговицу, все это время не отрываясь от прищуренных глаз.

– Почему бы на сегодня тебе не расслабиться? – с вызовом предложила я. – Просто лечь на спину и дать мне сделать то, что я хочу?

На модельно прекрасном лице отразилось сомнение – то ли в предложении, то ли в моей адекватности. Чтобы как-то повлиять на ход его мыслей, я выпустила бедную пуговицу и положила Эрику на грудь ладони.

– Пожалуйста, – жалобно попросила я, – после всего произошедшего… Не только тебе нужно забыть.

– Хорошо, – наконец кивнул он. – Значит, сегодня оба забываемся, а завтра… будет завтра.

Эрик поднялся и вышел из спальни. После подобной заминки мне пришлось бы здорово постараться, чтобы вернуть собственное возбуждение… Хотя, скорее всего, нужно просто высвободить этот красивый широкий член.

И все же со мной что-то было не так. Два мира пересеклись без моего желания, и нахождение на этом стыке заставляло меня бунтовать сильнее обычного. Требовать хотя бы каплю контроля. Видеть, на что я иду. Добиваться своего так, словно завтра отнимут.

Впрочем, машины у меня, судя по всему, и правда больше не было.

– Новые правила, – начал говорить Эрик еще из коридора. – Без борьбы я тебе не дамся, так что сыграем в игру.

– Надеюсь, алкогольную? – выкрикнула я.

В ответ он сначала показал в дверном проходе бутылку с виски, и только потом появился сам.

– Моя догадливая кроха, – подмигнул Эрик. – Напьемся и забудем, кто мы вообще такие.

– И что за игра?

Он загадочно откупорил бутылку и поставил ее на прикроватную тумбу, после чего оценивающе оглядел меня.

– Сначала раздеваемся. Потом… задаем друг другу вопросы. Никакой работы, никакого трейдинга, ничего, что касается… Ну, ты поняла.

– Так.

– Кто отвечает на вопрос, получает контроль над телом другого на пять минут. Если отказывается, контроль получает второй человек.

– А виски?

– Пьем. Просто пьем после каждого вопроса. Оба.

Когда Эрик опустился на кровать и приблизился вплотную к моему лицу, сердце замерло. С ним тоже что-то было не так, его отношение ко мне будто изменилось. Куда делся мой странный приятель, показывавший вертолет членом? Где остался человек, который был таким независимым? Почему в глубине болотистых глаз, из трясины, на меня смотрел расстроенный мальчишка?

Будь я потупее, подумала бы, будто Эрик в меня влюблен. Но мы давно уже определились, что он на это не способен. И все-таки… А вот и вопрос для него.

– Хорошо, – кивнула я. – Каждый сам раздевается?

– Да ну на хер, иди сюда.

Поцелуй, с которым Эрик на меня обрушился, смел из головы все идеи, задачи или хотя бы смутные понятия о словах и предложениях. Всепожирающая страсть поглотила нас обоих, и его губы, которые клеймили меня обжигающими прикосновениями, уже не просто выражали эмоции. Это был захват территории. Возможно, ревность.

Когда я впустила в рот его язык, расклад сил стал очевидным: Эрик заявлял на меня свои права. Как на собственность, актив и ценность. Его пальцы нетерпеливо сдирали с моих бедер офисные брюки, а вслед на пол отправилось и белье.

Мы словно вернулись к тому же положению, в котором были пять минут назад, но меня оно все еще не устраивало. Я толкнула Эрика и тут же снова нащупала чертову пуговицу на его джинсах. Поцелуй прервался, иначе у меня ничего не получилось бы, но…

Глаза Эрика горели теми же чувствами, которые прослеживались в каждом движении его языка. Точно ли нам нужен был виски? Голова уже начала кружиться, но… Сейчас я бы проиграла в этой битве. Так что как только мы оба остались абсолютно обнаженными, пришлось поднять руку, заставив его замереть.

– Кто первый задает вопрос?

– Дама вперед, – хищно улыбнулся он и потянулся за бутылкой.

Сложно было продолжать смотреть ему в глаза – взгляд притягивал великолепный и уже стоящий член.

– У тебя бывает обычный секс? – выпалила я первое, что пришло в голову.

– Раз-два в год, – пожал плечами он. – Если я в Бристоле.

– Почему в Бристоле?

– Задаем по одному вопросу, – подмигнул Эрик.

Он сделал большой глоток из бутылки и протянул ее мне. Чистый виски немного обжег горло, и я остановилась: не собиралась пить наравне с опытным громилой.

– Мои пять минут, – объявил он и полез в карман за телефоном. – Поставлю таймер.

Я раскрыла руки, отдаваясь в его власть, и через мгновение оказалась прижатой к кровати. Эрик наклонился надо мной, задержал взгляд на моих губах… И впился зубами в мою шею. Его фирменные болезненные ласки – он зализывал собственные укусы и тут же оставлял новые.

Словно огромный зверь, Эрик опускался все ниже, и, когда прикусил мне сосок, слишком хорошо знакомый импульс вырвал из горла сдавленный стон. Вот теперь я была готова ко всему – даже к полной потере контроля, если потребуется. Не существовало ничего, что я не отдала бы за его зубы на моем клиторе.

Животные инстинкты пробудились и во мне: я царапала плечи Эрика, все меньше сдерживала стоны, обхватила его ногами в бессильной попытке добиться своего, но в тот момент, когда чужие зубы наконец добрались до нежной кожи на моем бедре, воздух в спальне прорезал противный сигнал проклятого таймера.

Эрик мгновенно остановился, несмотря на мои протесты. Он сел, подмигнул мне и облизнул губы.

– Моя очередь задавать вопрос.

– Если я не отвечу, ты продолжишь?

– Нет, – потянулся за бутылкой он. – Начну опять с шеи, только буду еще медленнее.

– Ты такая сволочь иногда.

– Что значит «иногда»? – усмехнулся Эрик. – Не заговаривай мне зубы. Зачем ты осталась в Лондоне?

– Это легко, – отмахнулась я и забрала у него бутылку. – Здесь много людей. Значит, много потенциальных… клиентов. Представляешь мою деятельность в Норидже?

– Я разве забыл сказать? – нахмурился он. – Врать нельзя.

– Я не…

Его палец заглушил мое возмущение. Да с чего он взял, что это ложь?! Это просто логично.

«Ты соврала», – подтвердил внутренний голос.

Я подняла глаза и столкнулась с испытующим взглядом. Отвратительно, как Эрик смотрел прямо мне в душу, чувствуя фальшь даже там, где я пару лет успешно обманывала себя.

– Не хотела жить как родители, мои одноклассники и весь Норидж, – медленно, вытягивая из себя неожиданную правду, произнесла я. – Хотела, чтобы было легко.

– Засчитывается, – просиял он. – Пей.

Пока я делала аккуратный глоток, он устроился на кровати поудобнее и оперся на спинку. От улыбки на его щеках появились задорные ямочки. А я все думала, что больше хотела с ним сделать – трахнуть или прирезать.

Его тело выглядело маняще, и, кажется, мне выдался первый шанс изучить его полностью. Обычно я могла только смотреть, а как иначе, если большую часть времени проводила связанной? И даже когда мы принимали душ, мои прикосновения не добирались далеко – всего пара движений, и он возбуждался.

– Бутылку, – потребовал Эрик.

Как только он убрал ее после еще одного крупного глотка, я повернулась и оседлала его ноги. Эрик поставил таймер и широко раскинул руки, упираясь ладонями в постель.

Я вдруг поняла, что тоже не хочу торопиться, и медленно очертила пальцами мышцы на его животе. Интересно, когда он выкраивал время еще и на спортзал? С таким графиком сна, жизни, несколькими биржами… И безупречным телом.

– Кроха… – угрожающе начал Эрик, но я успела приложить ладонь к его рту.

– У меня пять минут.

Опустившись к его плечу, я прижалась губами к одной из нарисованных на нем птиц, а потом обвела кончиком языка ее контур. Татуировки, значения которых он не раскрывал, всегда казались мне фантастической деталью его образа.

Под моими поцелуями Эрик напрягся, и, когда ласки начали подниматься выше, к шее, а потом продолжили двигаться к груди по контурам, его пальцы судорожно вцепились в простынь.

Я сжала пальцами его бедро, у самой косточки, и ощутила, как напрягся его член. Чувство власти пьянило круче виски, дарило необычный кураж и заставляло творить безумства. Не став ему противиться, я дошла до ребер и легко укусила кожу на них.

Эрик шумно вдохнул сквозь сжатые зубы. Я отстранилась и сдвинулась, в этот раз делая то же самое, но со вторым плечом. Обводила языком красно-черную птицу, поднималась к грозовым тучам, но теперь не стала спускаться к груди.

На шее Эрика быстро билась хорошо заметная жилка, и, когда я широко лизнула это место, с силой прижимаясь к вене языком, победила в нашей игре, а трофеем стал сдавленный рык.

– Да что ж ты…

Нас прервал сигнал таймера, и я тут же повторила действие Эрика: мгновенно остановилась и поднялась.

– Моя очередь.

– Сразу дай мне бутылку, – хрипло попросил Эрик.

Он остался сидеть с закрытыми глазами и дышал куда тяжелее, чем пять минут назад.

– Почему в Бристоле ты предпочитаешь ванильный секс?

– Город маленький, пойдут разговоры. Пьем.

– Это не ответ! – успела остановить его руку я.

– Черт. У меня там мать, которая думает, что я здесь работаю белым воротничком, хожу в церковь и просто пока не встретил достойную девушку. – Лицо Эрика исказила гримаса отвращения. – Что она подумает, если услышит слухи о том, как я гонял дочь очередной ее приятельницы по лесу, а потом там же трахал, пока не потеряет сознание?

– Меня ты ни разу не трахал до потери сознания.

– Ты и не бегаешь, – отсалютовал бутылкой он. – Но я ужасно жду весну.

Он сделал несколько жадных глотков и передал мне бутылку.

– Одной может не хватить, – задумчиво проговорил он. – Пей.

Я послушалась, но не успела слезть с его колен – рука удержала меня на месте.

– Не дергайся, мне нравится, как ты сидишь.

Эрик забрал бутылку, включил таймер и еще одним коротким движением погасил основной свет, оставив только мягкий, у спинки кровати. Из телефона почему-то полились звуки музыки.

– Танцуй, – приказал Эрик.

С языка едва не сорвалась пара едких фраз, но это были его пять минут, и мне ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Я поудобнее уперлась коленями в постель и начала двигать бедрами, подняв волосы к голове.

Он не просто смотрел. Пальцы очерчивали вычурные узоры на моей коже, поднимались к груди, отвлекали от выполнения задания… Я поднялась чуть выше, и член Эрика оказался совсем рядом с моим клитором. Теперь танцевать было еще интереснее.

Музыка продолжалась, мягко и плавно сменив одну мелодию на другую, но удовольствие, формировавшееся внизу живота от того, как именно мы соприкасались, не успело добраться выше: сильные руки приподняли меня за талию. Теперь не хватало всего одного движения, чтобы головка члена Эрика оказалась у самого…

Нет, он не собирался делать это сейчас. Только пробежался пальцами по моему телу и, прикусив губу, сконцентрировал взгляд на моих бедрах. Я продолжала танцевать, амплитуда движений становилась шире, но – снова, черт бы его подрал! – таймер зазвонил ровно в тот момент, когда Эрик подобрался туда, где был нужен больше всего.

– Я разобью твой телефон, – пообещала я.

– Купишь новый, – поморщил нос Эрик. – Мой вопрос. Когда я написал тебе в «Тиндере», то не ожидал, что ты согласишься на встречу. Думал поохотиться, поймать у метро, устроить…

– Преследование? – недобро прищурилась я.

– Что? Это весело!

– Кому?

– Мне! В общем, мой вопрос: почему ты согласилась? Это было очень опасно.

– Ты красивый, у меня была овуляция. Я подумала, мы славно потрахаемся у тебя дома, – совершенно искренне ответила я.

– И все, что ли?

– А ты чего хотел? Чтобы я придумала хитрый план пробраться к тебе, взломать компьютер и выяснить, как ты меня нашел?

– Как минимум!

– Я не умею взламывать компьютеры. Посталкерил бы Лулу, это по ее части.

– Она бы тоже не поехала. Взломала бы меня дистанционно, – вздохнул Эрик. – Господи, Уна, ты понимаешь, что тебя могли убить?!

– Кто, ты?!

– Да пусть бы и я!

– Я поняла это, когда увидела собак! И то сейчас мы уже оба знаем, сколько нужно доберманов, чтобы поймать воробья.

– Больше двух, – рассмеялся Эрик.

– Именно, – потянулась за бутылкой я.

Виски больше не обжигал: язык словно привык к его вкусу. Зато теперь алкоголь давал новую смелость и даже какой-то кураж… которые требовали от меня действий.

– Я тебя не боюсь, – протянула бутылку я. – Пей.

– Одна просьба. – Виски оставалось угрожающе мало. – Больше никогда так не делай. Это опасно.

– Не хочешь искать новую аферистку? – разочарованно захлопала ресницами я, пока склонялась к его лицу. – Неужели лень?

Таймер включился, и я, вцепившись ногтями в грудные мышцы Эрика, утянула его в поцелуй. Теперь я сидела прямо на члене, и этого было настолько недостаточно, что дразниться становилось опасным для меня самой.

Мягко, нежно, медленно. Это было для нас обоих мучением, но необходимым. Проигнорировав нарушение правил – чужие ладони у себя на бедрах, – я двигалась вперед и назад, не давая страсти ни вспыхнуть ярким огнем, ни погаснуть.

Ванильно, вот как это было. Мы так обычно не делали, но именно сейчас почему-то хотелось. Я оторвалась от губ Эрика и переместилась с поцелуями к его шее. Он шумно втянул воздух носом, еще не зная, что ждет его дальше.

Зубами прихватила мочку его уха. Губами подобралась к тонкой коже над шеей, зная, что это сведет его с ума. И расчет сработал: чужие пальцы начало сводить, а Эрик наконец выдохнул полувздох-полустон и покорно подставил второе ухо моим ласкам.

В этот раз таймер не прерывал особенно острый момент: мы перестали просто дразнить друг друга и перешли к настоящей прелюдии.

– Если меня разобьет сердечный удар, сама будешь объяснять полиции, как это вышло, – пожаловался Эрик.

– Постараюсь, – отклонилась я. – Мой вопрос.

Он сразу потянулся за бутылкой.

– Ты говорил, что никогда не влюбляешься. Почему?

На пару секунд Эрик отвел взгляд, будто собираясь с силами. В этот момент он казался особенно открытым и уязвимым.

– Один раз я себе это позволил, и все, что вышло, – полное дерьмо. Больше не повторится.

– Тебе разбили сердце, – поняла я.

– Только не начинай меня жалеть, – рассмеялся Эрик. – Все, заканчиваем игру.

– На твоем ходе? Это нечестно!

Почти прикончив бутылку – он оставил мне несколько капель, – Эрик пожал плечами и только снова положил мне руки на бедра.

– Ты все равно получишь то, что хотела, – пообещал он. – Допивай и поднимайся.

– И что же я получу?

Как только мои пальцы отпустили горлышко бутылки, Эрик подхватил меня под бедра и приподнял, а сам проскользнул вниз, и его лицо оказалось прямо подо мной.

– Я не этого…

– Заткнись и сядь мне на лицо.

Может, я этого и не хотела… Но как же было хорошо! Эрик ласкал меня с жадностью и страстью. Когда его язык с силой прижимался ко мне, а губы ласкали чувствительную кожу… О боже.

Эрик держал меня, не давая пошевелиться. Будто ему самому это было необходимо, будто без меня стало невозможно жить. В каждом движении – восхваление, восхищение. Выпрямившись, как струна, держась за собственные ноги, я оказалась королевой в этой темной спальне. Ничего больше не имело значения, только его прикосновения и безмолвное преклонение передо мной.

Вот почему люди любят власть. Да, мне дали ее всего каплю – но пьянила меня она, а не виски. Тело пронзало насквозь горячими вспышками удовольствия, а мир сузился до небольшой точки – той, где мы касались друг друга.

В глубине меня начал формироваться оргазм, но я не обрадовалась ему, а испугалась. Он не был бы таким ярким, правда? Не в тот момент, когда Эрик не во мне.

– Нет, – простонала я, пытаясь его остановить, – подожди…

Он проигнорировал мой робкий протест и только ускорился. Тогда, не до конца понимая, что делаю, я вцепилась в его пальцы в безумной попытке их разжать. И у меня получилось.

– Чем, по-твоему, я тут занят? – недовольно поднял взгляд Эрик.

– Не сейчас, – прорычала я, теперь сама сползая вниз. – Я не хочу так.

– Чушь, а как тог…

Он прервался на полуслове, когда я направила его в себя.

Идеально. Заполнив меня, он сделал все происходившее единственно правильным, и теперь я по-настоящему оседлала Эрика.

Сначала мои движения были плавными, неторопливыми, хотелось почувствовать в себе каждый дюйм, но от этого не только я падала в пучину безумия. Пальцы Эрика судорожно сжимали простынь, и было видно, что ему сложно держаться. Его выдавали испарина на лбу, закушенная губа и бездонно потемневшие глаза, которые не отрывались от места, где мы сливались воедино.

– Чуть-чуть еще, – попросила я. – Мне нужно…

– Надо мной издеваться? – угрожающе произнес Эрик.

– Нужно чувствовать, что ты внутри, – до конца опустилась я и, наклонившись, уперлась ладонями в его широкую грудь. – Потому что мне не нужен оргазм, если я не ощущаю в себе твой член.

Глаза Эрика распахнулись, и он резко поднялся, обхватывая пальцами мою талию.

– Моя девочка, – прошептал он мне на ухо, – посмотри на себя, ты выглядишь великолепно у меня на члене.

В душе что-то расцвело, но я не успела понять, что это было, – уже через секунду Эрик перевернул меня, заставив лечь на спину. Все случилось мгновенно, и не уверена даже, что он сам понял, как это произошло.

– Так-то лучше, – усмехнулся Эрик и наклонился прямо к моим губам. – Пристегнись, кроха.

Он завел мои руки наверх и одной ладонью прижал их к кровати, а сам тем временем набирал темп. У меня сбилось дыхание: боже, как хорошо. Как могла, я двигала бедрами ему навстречу, и каждый раз, когда наши тела соприкасались с влажным звуком, мы оба падали все дальше в эту кроличью нору.

– Да, кроха, именно так, – простонал Эрик, жмурясь от удовольствия.

Сегодня я была почти свободна в своих действиях. Могла двигаться так, как хотела, потянуться за поцелуем и даже обхватить крепкий торс ногами… Как сейчас.

– Ты готов? – хрипло спросила я.

– А ты?

Как только я кивнула, сразу почувствовала, что руки освободились, зато на клитор мягко лег большой палец Эрика.

Что-то между нами было совсем новым. Эта необычная свобода, то, что мы друг другу позволили и что открыли… Когда Эрик доводил меня до оргазма, наши взгляды пересеклись. Каждая его ласка была отточена до совершенства: не слишком сильно, не слишком слабо, именно так, чтобы за пару движений у меня все внутри сжалось в маленькую пульсирующую точку.

Эрик и сам больше не сдерживался. С тихим стоном, смешанным с гортанным рыком, он остановился и нагнулся ко мне, чтобы украсть самый нежный и чувственный поцелуй.

– Получила, что хотела?

– Конечно, – довольно зажмурилась я. – А ты?

– Еще не до конца.

– Ты слишком жадный!

Опьянение словно только сейчас меня догнало: виски, хоть я и не делала больших глотков, все же ударил в голову. Игриво щелкнув Эрика по носу, я попыталась укатиться, но его руки тут же преградили путь.

– Знала бы ты, насколько жадный.

Спустя какую-то секунду он сгреб меня в охапку и вот так, словно занимается с живым весом, поднялся с кровати.

– Душ? – уточнила я. – Хоть бы пару минут дал отдохнуть.

– Нет, – отрезал Эрик. – Сегодня у нас совсем другое.

Обычно мы купались в моей ванной – на двери спальни ведь было мое имя. Но сейчас Эрик нес меня в свою. И я только теперь поняла, что еще ни разу в нее не заходила.

Не выпустив ни на секунду, Эрик поднес меня к ванне и включил воду. Я немного отклонилась, чтобы оглядеться… Эта комната не была похожа на мою и казалась вымощенной темным камнем, но, скорее всего, так просто выглядела плитка. Черный пол, темные стены, потолок… а вот он был светлым.

– Ты дальтоник? – озвучила безумную догадку я.

– Что?! – Эрик застыл, но тут же рассмеялся. – Тебе не нравится мой шикарный зеленый дом?

– Я серьезно!

– Все проще, кроха. – Он опустил меня в заполняющуюся ванну… О боже. Она была огромной, здесь поместилось бы пять Ун. – Я ненавижу дизайнеров интерьера, но не умею сочетать цвета.

– Почему ты не сказал мне, что тут все это время стояло такое сокровище?!

– Не знаю, – как-то слишком легко ответил Эрик.

Скорее просто не хотел говорить. А я смотрела на воздушную пену, которая постепенно поднималась вокруг меня, и не планировала ковыряться в этой теме дальше.

– Двигайся.

Вода еще поднялась – Эрик забрался в ванну сзади, обнял ногами и уложил себе на грудь. Теперь его ладони покоились у меня на животе, а сама я дрейфовала в круглых плотных облачках, которые виски принес в мою голову вместо мыслей.

Мы молчали. Наговорились за вечер, потом еще в постели, и вот теперь я остро чувствовала, как это здорово: молчать вместе с Эриком. Ощущать, как под водой его пальцы нежно поглаживают мою кожу, закрыть глаза, устроившись на мощной груди.

Если Рэй хотел разобщить нас, он крупно ошибся в расчетах. Наоборот, какие бы испытания ни готовило нам будущее, прямо сейчас Эрик был моим другом. Я не забыла, что в случае беды он бросит меня первым. Не забыла, благодаря кому вообще оказалась в этой заднице. Не забыла ни одно безразличное слово, брошенное в мою сторону.

Мне просто стало плевать. Эрик и я все равно были друзьями, хоть и не на всю жизнь. Зато на месяц, на неделю. На вечер. И не мне, со всем моим дружеским портфолио, стоило жаловаться – я как друг была еще хуже. Не поздравляла с днями рождения, с любыми праздниками. Никогда не писала первой, потому что все время забывала это сделать. В мире постоянно находились вещи интереснее, чем мои друзья. Именно так я осталась с одной только Брендой, которая все время маячила перед глазами, с ее наплевательским отношением к Рождеству и прочим праздникам.

И если уж я всю жизнь была херовым другом, нечего обвинять в том же Эрика. В этот момент, в огромной ванной, в самом комфортном молчании он подходил мне идеально.

Когда мы выбрались, он насухо вытер меня полотенцем и снова подхватил на руки.

– Доставка в мою спальню? – обрадовалась я. – Отлично, я как раз не хочу перебирать ногами.

– Оставайся в моей, – предложил Эрик.

Он сошел с ума? А, нет, это просто виски… Точно, он пьян, и поэтому придумывает совсем уж безумные вещи.

В голове всплыли любимые картинки, которые я так тщательно сохраняла в памяти для будущих темных ночей: Рэй, его руки, обнимавшие меня, его шепот, под который так сладко засыпать.

Это был наш ритуал для квартиры на Канэри-Уорф. Не для дома в Бексли. Это было чем-то неправильным… и даже каким-то блядством.

– Нет, я слишком люблю свою кровать. – Я поцеловала Эрика в щеку. – Но спасибо за предложение.

Эрик не отказался нести меня так далеко. Более того, он заботливо подоткнул мне одеяло, всунул в руки вторую подушку, которую я привыкла обнимать, и даже прижался губами ко лбу.

– Спокойной ночи, кроха.

– Спокойной ночи, бегемотик, – так же мило ответила я.

Не успел он закрыть за собой дверь, как я начала проваливаться в сон.

Скорее всего, мне послышались те слова… ну, или неугомонный мозг додумал их сам.

Скорее всего, это была просто игра подсознания, но из-за закрытой двери в мой сон донесся голос Эрика:

– Мне пиздец.