Бумажные сердца

Глава 23

Мия

После очередного посещения галереии Родриго, чтобы посмотреть, где он разместил фотографии, которые я предоставила ему для показа, я направилась в кофейню, которую, как выяснила, часто посещал Дженсен, не потому, что планировала встретиться с ним там или случайно наткнуться на него, а потому, что уже неделю мечтала об их кофе, и сейчас предоставился шанс. Когда я приблизилась к этому месту, в душе запорхали тревожные бабочки. Что, если я увижу его? Накануне вечером мы с ним коротко поговорили о пустяках, ему пришлось быстро закончить разговор, потому что Оливия требовала его внимания. Я не знала, зачем он звонил, но была рада услышать его голос даже в короткой беседе. После прочтения его статьи я чувствовала, что субботнее происшествие было неловким, и чем больше я думала об этом, тем больше понимала, что дело было не во мне и не в Оливии, а в нем.

Я вздохнула. Плевать. У нас была невероятная ночь, и еще одна после. Мне не нужно было вести себя, как девчонке, и начинать планировать свадьбу, которая в конечном итоге все равно была бы сорвана. Распахнув дверь, я не увидела никаких признаков его присутствия и облегченно вздохнула. Подошла к стойке, заказала напиток и отошла, ожидая заказ. Достала телефон, чтобы позвонить Робу, так как хотела убедиться, что остановлюсь у него, или технически у него и Хуана Пабло, когда приеду домой на выходные. Когда я набирала номер, краем глаза увидела, что в кофейню зашло много людей. Дженсен одной рукой придерживал дверь, а в другой держал ноутбук. Сегодня он был одет во все черное, от шапочки до «Конверсов», и человеком, для которого он придерживал дверь, была женщина со светло-каштановыми волосами. Она была бледнокожей, словно фарфоровая кукла, ее улыбка, казалось, пробуждала спокойствие, может быть, даже во мне, если бы я не была так напряжена при виде всего этого.

Дело было не в том, что она была женщиной или что она явно была с ним.

Из прошлого посещения «Фейсбук» я знала, что это Криста. Как только парень с ирокезом поставил чашку с кофе на стойку, я протянула руку и схватила ее, чтобы он не произнес мое имя. Его бровь с пирсингом взлетела вверх. Моя изогнулась в ответ. Он слегка хихикнул.

— Ладно, ладно, — сказал он.

Я улыбнулась и отступила в угол прилавка, где лежал сахар. Он, должно быть, подумал, что я сумасшедшая, и, возможно, так оно и было, но мне было плевать. Сквозь щели между кофейными автоматами мне удалось мельком увидеть Дженсена и Кристу. Либо она была намного выше меня, либо на ней были высоченные каблуки. По крайней мере, ее глаза были на уровне его носа. Дженсен смеялся над чем-то, что она говорила, а она начала дико размахивать руками. В этот момент я увидела кольцо на ее левой руке. Я сглотнула и посмотрела на свой телефон.

Отложив кофе, я зашла в «Фейсбук» и поискала ее. У нее был закрытый профиль, и на ее гребаной аватарке была только она, что ни о чем мне не говорило. Я посмотрела общих друзей. У нас был один общий — Оливер. Вот ублюдок. Я щелкнула по фотографиям, чтобы посмотреть, есть ли у них совместные, но все были старые, на них она была беременна, сидела на заднем дворе дома, улыбалась чему-то, что говорил Оливер, а Дженсен пил пиво на заднем фоне. Фотография не была подписана. К черту мою жизнь. Конечно, я ничего не выяснила.

Я засунула телефон в задний карман джинсов и снова взялась за кофе, оглядываясь по сторонам. Они шли в мою сторону, поэтому я вышла через боковую дверь и встала снаружи, прислонившись спиной к стене, пытаясь вернуть контроль над быстро бьющимся сердцем. Через некоторое время, когда я почувствовала, что могу с этим справиться, я снова заглянула внутрь. Он смотрел вперед, на бариста, а она стояла рядом с ним и разговаривала по телефону. Убрав телефон, она подняла на него глаза и улыбнулась чему-то, что он сказал, затем протянула руку и коснулась его лица кончиками пальцев. У меня внутри все затрепетало, сердце ухнуло вниз. Словно по команде, он вскинул голову, и его глаза встретились с моими, серые с оттенком растерянности. Я бросилась бежать, потому что не могла этого вынести. Я не могла вынести того, как они смотрелись вместе. Я вообще не могла смириться с мыслью о том, что они могут быть вместе.

Я добралась до дома быстрее, чем думала. Он не последовал за мной. Не позвонил. И мне удалось сдерживать эмоции до тех пор, пока я не закрыла за собой дверь. Все началось с того, что я трясущимися руками уронила сумку с фотоаппаратом. Затем у меня подкосились ноги, причем так внезапно, что мне пришлось выбросить руки за спину, чтобы остановить падение. Слезы, которых я ждала, так и не появились. Сухие всхлипывания захлестнули меня, оседая в легких, и я почувствовала, что не могу дышать. Я задыхалась, но не могла сделать вдох. Я чувствовала себя вулканом, который никак не хочет извергаться, все эти тяжелые вдохи и нервные срывы не находили выхода.

Я моргнула, когда телефон начал вибрировать у моей задницы, вырывая меня из этого состояния. Словно на автопилоте, я потянулась за спину и вытащила его. Увидев имя Эстель на экране, у меня на глаза навернулись слезы, потому что это был не он. Он видел меня, но до сих пор не позвонил. Он знал, что я видела их, и не позвонил.

— Робби сказал, что я могу заехать за тобой в пятницу, — сказала она певучим голосом, а затем добавила со смехом: — Вообще-то, он сказал, что мы оба можем.

— Великолепно.

— Что? — громко спросила она. — Что случилось?

— Ничего. Все. Хотя, наверное, ничего.

Она облегченно рассмеялась.

— Звучит катастрофически. Что происходит?

— Сегодня я видела Дженсена и Кристу.

— Что?! Где?

— В его любимой кофейне.

— Боже, Мия. Ты опять преследовала его?

— Нет! — крикнула я, потом добавил тише: — Нет. Все было совсем не так.

— Что случилось?

— Я зашла выпить кофе. Мне очень понравился их кофе. Я решила сделать несколько снимков, так как небо сегодня благоприятствует, но тут они вместе вошли в кофейню.

— И?

— И у нее на руке было кольцо.

— Обручальное кольцо?.. Ну, не думаю, что она носит его кольцо, Мип.

Я кивнула, хотя она не могла меня видеть. Я почувствовала, что сдерживаемые слезы, наконец начали проявляться.

— Да, я понимаю. И в любом случае это нормально, правда? Это просто кольцо, верно? Ничего страшного. Но потом она начала прикасаться к нему.

Эстель громко ахнула.

— Как она прикасалась к нему?

— Просто прикасалась.

— Что. За. Бред?

— Знаю, — сказала я, вытирая слезы. — Может, я накрутила себя, — сказала я, уже всхлипывая. — Может, в этом ничего и не было, но мне показалось, что это что-то значит, понимаешь? И я ненавижу ее.

— Я знаю, милая, и не без оснований, — сказала Эстель.

Я чувствовала успокаивающие нотки ее голоса повсюду, на моих волосах, спине. Я вздохнула.

— Я ведь не веду себя глупо, верно? Это не из-за того, что я девушка?

— Нет. Ты не ведешь себя глупо. Я понимаю, почему ты расстроена, но мне кажется, что ты вырываешь все из контекста. Он тебе звонил?

Я издала горький смешок.

— Нет. Этот долбаный ублюдок видел меня, видел, бл*дь, и не пошел за мной и даже, бл*дь, не позвонил.

Мгновение она молчала, а затем прошептала:

— Ты шутишь.

— Хотела бы.

Я замолчала, вытирая слезы.

— Не знаю, Мип, это... — она сделала паузу, вздохнув в трубку. — Это... это не похоже на Дженсена, понимаешь? Я собираюсь позвонить Оливеру.

— Не смей! Девичий кодекс!

— К черту девичий кодекс! Ты явно расстроена, и я уверена, что надумываешь безумные сценарии. Лучше мы разберемся с этим, чтобы ты не сходила с ума из-за кольца и прикосновений, — сказала она громче, словно мне нужно было наглядное напоминание о том, что я видела.

Я вздохнула, прислонилась головой к стене и закрыла глаза.

— Я ненавижу его. Ненавижу. Я ненавижу ее. Ненавижу Нью-Йорк. Ненавижу любовь. Ненавижу свое сердце за то, что оно является живым напоминанием о его любви. Я, бл*дь, ненавижу все.

— Мне очень жаль, — сказала она шепотом. — Очень, очень жаль. Хотела бы я быть рядом с тобой.

— Я хочу домой, — сказала я, уже открыто плача. — Я хочу вернуться домой.

— Мы ждем тебя. Всегда.

И в этом заключался смысл дома для меня. Это было место. Это было место, где была моя семья, где меня ждали друзья, где я всегда чувствовала себя желанным гостем, и, даже несмотря на все то плохое, что происходило, меня всегда любили. Мне не нужно было оставаться здесь и иметь дело с Дженсеном и всем тем дерьмом, которое с ним связано. Я закрыла глаза, и в мои мысли ворвались воспоминания о том, как мы были на пляже, когда он сказал мне, что она забеременела от него. Боль пронзила меня, как будто я только что впервые услышала эти слова. Это было то, что я никогда не забуду: его слова, его страдальческий взгляд, когда он их произносил, то, как эти простые слова заставили меня почувствовать, что земля уходит из-под ног.

Я вспомнила произошедшее в кофейне. Он стоял и смеялся, когда Криста поднесла руку к его лицу, и его лицо, когда он увидел меня, стоящую по ту сторону стекла. Почему мне было так больно видеть это? И как я могла быть настолько глупой, чтобы позволить этому случиться снова?