Дикий волк. Том 1

Глава 19

Обустройство в замке проходило спокойно и размеренно. Если не считать серии оглушительных взрывов, сотрясавших стены.

Гоблины, конечно, пытались нам досаждать, но Дана заблокировала первый этаж так надёжно, что для прорыва им понадобился бы огромный таран или свой маг земли. Когда маги рассказали, что столкнулись с гоблином, использовавшим невероятную скорость, старшие маги не удивились — видимо, такое уже случалось.

Согласно хроникам, изначально у гоблинов не было магов, или же те не участвовали в битвах. Их появление примерно совпало по времени с тем, как магией овладел Андреас Лористон, нынешний председатель Совета. И он, и гоблины использовали магию огня, но мне сразу пояснили, что это чистой воды совпадение. Многие маги в прошлом владели этой стихией, а гоблины в большинстве своём тоже орудуют огнём. Хотя, само собой, бывают и исключения — как тот скороход, что встретился молодым магам.

— Вполне возможно, это был ваш коллега, — предположил я.

Маги молний уставились на меня с нескрываемым скепсисом.

— Честно говоря, я не очень понимаю, как работают ваши грани. Но могу подсказать одну идею: организм человека работает благодаря крошечным электрическим импульсам. Вполне возможно, гоблин развивал скорость и даже не думал о том, чтобы метать молнии.

— То есть, пустить разряд через себя? — переспросил один из них.

В этот момент раздался новый взрыв, от которого я подпрыгнул на стуле.

— Да сколько можно?! — крикнул я в пустоту.

Мы жили словно на чёртовой стройке рядом с полигоном. Взрывы и сотрясения были так сильны, что можно было запросто свалиться с кровати.

— На чём я остановился?

— Мы можем быть быстрее.

— Точно! Импульсы могут ускорить реакцию. Но здесь я бы посоветовал поговорить с нашим лекарем — возможно, он знает об этом механизме больше.

— Ладно, попробуем.

Два мага поднялись и направились в лазарет.

— Эх, говорила мне мама, надо больше учиться, — вздохнул я.

Подняв голову, я встретился взглядом с магом кристаллов, который с любопытством меня разглядывал.

— Я согласен на сделку, если она не противоречит моим убеждениям.

— А про позор указывать не будешь?

— Меня избил лекарь. Ниже падать уже некуда. Хотя я готов поклясться, что он больше похож на ликантропа, а не на лекаря, — проговорил он и отпил чай.

— Твоя магия кристаллов — это ведь производная от магии камня?

— Да. Вот только фишек каменных магов у меня нет. Моё оружие — это моя вторая грань, а доспех — третья.

— Пробовал делать доспехи, как маги металла?

— Если бы я мог, то... не знаю. У меня всего три грани.

— А что будет, если ты создашь просто кристалл?

— Получится просто кристалл. Цвет могу контролировать.

— Попробуй создать бесцветный.

На столе появился небольшой прозрачный кристалл. Визуально я подтвердил, что это алмаз.

— Теперь попробуй сделать другие цвета.

На столе возникли кристаллы схожего размера, но разных оттенков. На Земле подобные образцы формировались под огромным давлением. В голову ничего не приходило, кроме идеи, что он мог бы создавать нечто вроде шрапнели.

— А ты пробовал работать с другими магами?

— В каком смысле?

— Ты давал им кристаллы?

— Ну, продавал пару раз.

— Сиди тут.

Я отправился за ближайшим доступным магом — Софией. Когда она пришла, мы начали экспериментировать. Сначала ничего не выходило, но когда мы уже почти отчаялись, трава потянулась к изумруду. Растение обвило камень лианами, всем видом показывая, что это его законная добыча.

— Влей в траву больше маны.

Как только София начала подпитывать сорняк, тот начал втягивать кристалл внутрь себя. Вскоре форма растения начала меняться, и оно стало напоминать деревянного человечка.

— Это определённо успех!

Маленький энт тем временем пытался освоиться в новом теле.

— Мана… он больше не тянет её.

— В каком смысле?

— Раньше на его поддержку требовалась мана, совсем немного. А сейчас — нет.

— Ты всё ещё управляешь им?

— Да, он под моим контролем, как и раньше.

Постучав пальцами по столу, я не придумал ничего лучше, чем попросить мага создать все известные ему камни. Вскоре стол был завален разноцветными кристаллами.

— Прикажи лозе выбрать те, что полезны для неё.

София какое-то время пристально смотрела на растение — если это ещё можно было назвать лозой. Та аккуратно собрала все кристаллы зелёного цвета, выбрала один и снова запросила ману. Получив новую порцию энергии, лоза снова изменила форму, на этот раз спрятав кристалл внутри. А магесса замерла.

— Он… он разговаривает.

— Что говорит?

— Просит имя у создателя.

Чуть не выпалив «Энт Один», я вовремя остановился — это же не папка на компьютере. «Может, Игоооорем?» — рассмеявшись своей глупой шутке, я собрался с мыслями и предложил:

— Меркурий.

На меня посмотрели непонимающими взглядами.

— Это имя одного из небесных тел.

Я повернулся к стручку:

— Носи его с гордостью.

Меркурий повернулся к своей создательнице, и та кивнула. Надеюсь, она не начнёт производить их в промышленных масштабах. Немного подумав, я решил пойти от обратного.

— Слушай, Филипп, попробуй определить, какие камни подойдут Меркурию.

Меркурий не сопротивлялся, и вскоре Филипп уже вливал в него ману — причём явно больше, чем София. Меркурий спокойно стоял и поглощал предложенную энергию.

— Грань открылась.

Понятно, что ничего не понятно. У нас что, появился улучшатель? Подумав ещё немного, я сказал:

— Никуда не уходи.

Я вытащил свои доспехи.

— Попробуй сделать то же самое с броней.

Филипп пропал ещё на полчаса, а Меркурий вёл оживлённую беседу с магессой. Мне оставалось лишь пить чай и наблюдать, как Филипп тратит ману. Через некоторое время на кирасе начали появляться чёрные камни.

— Люций, ещё одна грань.

Я улыбался, хотя до конца не понимал, что именно произошло.

— Что теперь с броней?

— Не знаю, но мой резерв почти иссяк.

Осмотрев доспехи, я не заметил видимых изменений. Попытка использовать кристаллическое оружие также не прояснила ситуацию. Что-то определённо произошло, но что именно — оставалось загадкой. На этом я решил закончить наши эксперименты.

Вечером я представил доклад о проделанной работе. Маги пытались понять, что произошло с моей броней, но так ничего и не выяснили. Гиперион взял её в руки и внимательно рассмотрел — я видел, как изменились его зрачки.

— Попробуй надеть, — предложил он.

Недолго думая, я накинул нагрудник, и тут начались изменения. Броня сама подтянулась по моей фигуре. Гиперион подошёл и постучал по ней пальцем, но вокруг появилась защитная плёнка. Тогда он попробовал ткнуть меня в ногу — ничего не произошло.

— Выходит, камень работает именно с броней. Он защищает не тебя, а сам доспех. Интересная штука получилась.

— Почему же он не сработал, когда мы пытались навредить самой броне?

— Чтобы ответить на этот вопрос, нужно быть магом с гранью чувствительности. Но в любом случае эффект интересный: надел броню — и вперёд.

Дана встала и подошла ближе.

— Интересно, а если такое в моего голема встроить?

— Думаю, это возможно. Я бы ещё дал Филиппу какую-нибудь живность для опытов.

Гильберт тоже подошёл и начал проверять свои способности на нагруднике. Он создал небольшое торнадо и пытался продавить плёнку щита. Через некоторое время он отвёл руку.

— Кристаллы стали выцветать.

Я посмотрел и увидел, что от былого чёрного цвета почти ничего не осталось. Видимо, когда заряд иссякнет, кристалл станет прозрачным.

— Этот кристалл — очень ценная штука. Таким давлением можно дробить камни.

Я побледнел, осознавая, в какой опасности только что находился.

— О таких вещах нужно предупреждать!

— Не бойся. Как думаешь, кто помогал создавать эту броню? Этот каркас может уберечь от многих угроз, включая эту.

— Я не хочу участвовать в подобных экспериментах!

— Ладно, больше не будем. Наверное...

Я уже собирался уходить, как меня внезапно подхватили и понесли из помещения. Мои возмущения Дана величественно проигнорировала. Сердитый и недовольный, я покорно ждал, пока меня куда-нибудь доставят.

В итоге меня принесли в большой зал, где стоял огромный, похожий на мрамор, блок — белый с золотыми прожилками. Меня поставили рядом, предложили чай. Я ещё немного повозмущался для вида, но в итоге решил выслушать.

— Ты ведь пишешь картины, так?

— Так.

— Мне нужен голем, внешний вид которого будет... легендарным.

Я рассмеялся.

— Этот голем будет легендарным!

Честно говоря, как только я увидел возможность придать голему любую форму, в голове тут же всплыло одно детское желание. Я представил себе робота — такого, как в тех сериалах, что я смотрел, с семью мечами для ближнего боя. Кто в здравом уме откажется прокатиться на таком?

Пусть это всего лишь голем — главное, что он будет огромным и крутым. Земляне этого всё равно не увидят, а значит, никто не осудит. Работа кипела до самого утра. Я рисовал его со всех ракурсов, включая виды сверху и сбоку. А когда моя часть была завершена, пристально следил за Даной, чтобы она не нарушила пропорции этой легендарной машины.

— Наконец-то готово!

— Вот видишь! А ты говорила — невозможно. Всё возможно!

— Да и твой прошлый голем был хорош.

— Хорош, но не легендарен!

Затем началась магия. Дана использовала одну из своих первых способностей — менять материал. Десятиметровая глыба смотрелась многообещающе. Когда проявились первые очертания доспеха, я закричал от восторга, как ребёнок. Хотя... мне двенадцать, я имею право.

Рядом стоял Филипп, пока не подозревавший, что его ждёт. А потом я ещё собирался его «напрячь» — то есть, конечно же, вежливо попросить — зачаровать мой комплект брони. Внутри меня бушевал злорадный смех.

Как только все необходимые очертания проявились, мы отправились на поиски гоблинского гнезда или чего-то подобного.

Я с восторгом наблюдал, как Дана орудует мечом голема, вырубая целые просеки. Правда, ей это быстро наскучило, и она перешла к более масштабному развлечению — срыванию крыш с больших зданий.

Филипп понял, в чём подвох, только когда мы уже устраивались на отдых.

— Пока чувствуешь, что можешь вливать ману в моего голема — вливай без остатка.

— Но как же я?..

— Еду сейчас принесут, и постель тоже.

— Но я же…

— Если хочешь, составлю компанию.

— Нет! Моё сердце принадлежит Эмилии!

Я наблюдал, как молодой маг попал в раб... нет, не так — в дружную и амбициозную семью. Понимая, что проект с моими доспехами подождёт, я отправился ужинать.

***

— Темно…

Удар грома, звук барабанящего дождя.

— Что? Что здесь случилось?

Руины… В этих руинах кто-то есть. Вон там что то двинулось.

— Где я? Что со мной?

Яркая молния осветила каких-то маленьких тварей.

— Почему я не могу пошевелиться? Кто-нибудь!

Я, я что-то слышу…

— Ладно, Филипп, это же легендарный голем! Правда, пару ночей теперь не усну.

— Эй, эй! Помоги мне, вытащи!

— Не переживай, Первый. Ты и вправду будешь легендарным. На кону новые грани.

***

Спустя неделю

Бартолд, как обычно, крушил всё на своём пути. Его богатырская фигура, облачённая в знаменитые доспехи Помпео, возвышалась над руинами. Проклятые гоблины, казалось, начали иссякать. На этот раз на его пути оказались жалкие бараки для крестьян — низкие, убогие постройки.

— Как же мне это надоело, — его низкий голос пророкотал, словно отдалённый гром.

В ответ раздался пронзительный гоблинский визг, полный ненависти.

— Да-да, иду я к вам, — вздохнул Бартолд, сжимая рукоять своего молота.

В его памяти всплыл образ Помпео.

Огромное светлое помещение, в центре — металлический стол. Помпео ходил вокруг разорванной брони, что-то бубнил и посматривал на слиток металла, одиноко лежавший на краю стола.

— Как ты вообще умудрился разорвать этот сплав? Я всё идеально рассчитал. Откуда взялись такие нагрузки? Ты посмотри на это — что нужно сделать с пластиной, чтобы её порвать?

— Там был медведь, здоровенный такой. Стою, смотрю — нападёт, не нападёт. А он возьми и напади, да так быстро, что я даже молотом махнуть не успел. Когти — вот! — Бартолд показал примерно полметра, конечно, привирая. — Броня — в труху.

Помпео покачал головой:

— Смотри, этот кусок адамантита — последний. Нам нужно наведаться в шахту, что мы смотрели на картах. Если ты повредишь и его — тогда я не знаю, какой сплав нужен для твоей брони.

Вернувшись в настоящее, Бартолд, снося толпу гоблинов, заметил нечто, слабо светящееся в темноте одного из полуразрушенных бараков. Свет был тусклым, мерцающим, словно светлячок, попавший в паутину.

Войдя внутрь, он увидел, как из портала вышли гоблины и сразу же набросились на него. Они были уничтожены за секунду. Молот описал в воздухе сокрушительную дугу, оставив за собой лишь кровавый туман и обрывки тряпья. Все, кроме одного.

Бартолд, вместо того чтобы раздавить его сразу, схватил недомерка за шиворот. Существо яростно огрызалось. Он с силой швырнул его обратно в мерцающий водоворот портала.

— Можно вернуться или нет?

Буквально через пару секунд тот же гоблин, с ещё более безумными глазами, снова выбежал из портала, размахивая зазубренным ножиком. На этот раз Бартолд не стал церемониться. Молот обрушился вниз, раздавив тварь в лепёшку.

Но его взгляд был уже прикован не к трупу, а к самому порталу. Порталы — это выдумка. Если они и были, то лишь у самых могущественных магов, и остались бы записи...

— Ну что, учитель... Чёртов Найтхел...

— Нашёл... — прошептал он, и его лицо озарила широкая, почти безумная улыбка.

Затем тихий смех перерос в оглушительный, торжествующий рёв, от которого задрожали стены барака.

— АХХАХАХАХ! НАШЁЛ!!!