Еще ближе (СИ)

Глава 14

Но телефон Керра не отвечал. Я звонила трижды днем, потом дважды ночью, оторвала от какого-то важного дела Уз’кула, чтобы тот перепроверил номер, который мне дал. Все было верно, гудки шли, но трубку Керр не брал.

— Учитывай смену часовых поясов, — сказала Льза, когда я за ужином рассказала ей о неудаче.

Я приподняла брови.

— Я жила тут почти всю жизнь, я знаю о разнице во времени.

К концу недели мы с Ракель выдохлись. Получилось синхронизировать волну с моей только у Сатри. Остальные злились, расстраивались, но сделать ничего не могли. Ирина, видимо, заметив наше состояние, устроила нам в субботу выходной. Предполагалось, что мы поедем за город, на озеро, искупаемся, отдохнем, позагораем. Было дано прямое указание, за нами даже должен был заехать микроавтобус.

Вечером пятницы, 20 июня, я не выдержала и написала Керру СМС.

«Это Нина, ты мне нужен».

Пусть воспринимает, как хочет. Я отчаянно хотела поговорить, идивэр у нас с Ракель повторялся каждый день, и с каждым разом его становилось все труднее скрывать от Ирины. Кто-то мог сорваться. Нагрузка была бешеная, мы все уже были на пределе. Начинался июль, в двадцатых числах которого на Землю должен был прибыть Лакс. Ирина дергалась и даже повышала голос. Я тоже нервничала и огрызалась, когда кто-то из моих «учеников» задавал в сотый раз один и тот же вопрос.

Сатри делала успехи, уже в пятницу что-то стало получаться и у Льзы. Она просто расцвела, когда я доложила Ирине, что ее волна была почти синхронна моей. Ирина тоже обрадовалась, но сдержанно. Удавалось всего четверым. Успеют ли научиться остальные — большой вопрос, а демон был уже совсем рядом, и его прибытие вряд ли могло быть отложено.

— Мы получаем известия от группы почти каждый день, — сказала Ирина, когда я спросила. — Они движутся по Закрытым мирам, вне сектора времетрясений. — Пока расчетное время прибытия — двадцать четвертое июля, утро. Там посмотрим.

Двадцать четвертое июля. Настоящий судный день для планеты и для нас. Как бы ни повернулось колесо Удачи, Земля после прибытия демона уже не будет прежней.

Я не знала, что придумает для нас Совет, какие найдет причины. Мы все знали точно только одно: демон не станет подчиниться сразу, его волю сначала нужно будет сломить. До тех пор, пока Сфера не сделает свое дело и не превратит совершенного убийцу в покорного слугу, мы должны будем стоять на страже. Сколько это продлится, никто не знал. Возможно, годы. Возможно, эта затея с самого начала была провальной.

Возможно, я еще очень нескоро вернусь в Снежный мир, где меня уже, увы, никто не ждет.

Я улеглась в постель, совсем не вдохновленная перспективой завтра куда-то ехать. Телефон молчал, хотя сообщение о доставке пришло сразу. Наверняка Керр просто не хочет со мной разговаривать. Он гораздо тверже в своем решении, чем я. И гораздо искуснее в умении притворяться, что ему все равно.

Это была тяжелая ночь. Я думала о Лаксе и о том, что скоро снова встречусь с ним, увижу его, заговорю. Он теперь настоящий герой, его поход за девочкой наверняка будет занесен во вселенские летописи. Наверняка вампиры гордятся им уже сейчас.

Но прошло почти шестнадцать лет, многое изменилось. Я стала другой, я уже не девушка, а взрослая женщина, у которой, тем не менее, нет ни детей, ни семьи, только маленький домик в деревеньке на краю снежной пустыни в одном из далеких миров. Стал ли он другим? Изменились ли его чувства ко мне?

Я помнила его слова в Снежном мире, когда он догнал меня посреди метели, которая уже тогда грозила разлучить нас.

«Ты моя, — сказал он мне тогда. — Запомни это, Одн-на. Во всех мирах и на всех временных осях. Во всех жизнях и в смерти».

Но Керр тоже говорил о любви, а теперь оставил меня. Он тоже говорил о том, что я — его единственная. А потом просто развернулся и пошел прочь, на самолет, который унес его на другой конец мира.

Лежа на кровати и перечитывая свое сообщение, я чувствовала себя потерянной. Брошенной. Я закрыла лицо руками и уткнулась носом в подушку. Когда первые слезы полились из глаз, телефон завибрировал.

Я подняла голову, уверенная, что ослышалась. Но вибрация повторилась, и, перевернув телефон, я увидела на экране значок входящего звонка. Это был Керр.

— Да, — ответила я.

— Что случилось? — спросил он. — Ты что, плачешь?

Обманывать его было бесполезно, он давным-давно научился распознавать оттенки моего голоса.

— Да, но я не потому звоню, — я втянула носом воздух, закашлялась, стала дышать ртом. — Не обращай внимания.

— Хорошо, тогда что случилось?

Керр говорил так, словно расставания и не было. Ему на самом деле было не все равно, и он на самом деле встревожился, услышав в моем голосе слезы.

— Керр. У меня снова был смертный сон. И не раз, и не только у меня.

Он замолчал так надолго, что я даже отняла телефон от уха, чтобы убедиться, что связь не пропала.

— Что ты имеешь в виду? Идивэр? Но как?

— Я не знаю, — сказала я. — Я словно… оказывалась где-то в другом месте, понимаешь? Но я не узнала это место, и еще я видела…

В динамике пикнуло, связь отключилась. Через пару минут пришла СМС.

«Роуминг все съел. Позвони по видеосвязи».

Я включила ноутбук, и еле дождалась, пока он загрузится. Добавив Керра в контакты, сразу же нажала на значок вызова. Я не стала включать видео: нос я растерла докрасна, глаза были уже осоловелые. Решит еще, что я плакала из-за него.

— Рассказывай дальше, — сказал Керр. Он, кстати, тоже видеосвязь не включил. Ну, что же, как угодно. — Физические следы остались?

Я покачала головой.

— Нет. Никаких следов, только… только последствия. У меня текла кровь из носа, немного кружилась голова. Остальные испытывали то же самое.

Ракель доставалось сильнее нас. Флакончик с перекисью водорода теперь постоянно держали наготове.

— Сколько вас?

— Трое, — сказала я. — Мы все знакомы с идивэром, и ощущения очень похожи. Как будто на мгновение переносишься куда-то… видишь что-то… и возвращаешься назад.

— Что ты видела, Стил?

— Ангела, Ли-ру, — сказала я быстро. — Она говорила со мной, но она была… какая-то черная. Все было очень похоже на тот сон, который ты застал, помнишь, в Белом мире? Когда Фей позвал меня, а потом у меня на руках остались отметины от цепей. Но Ли-ра ведь умерла. Если это идивэр, то как она могла со мной говорить? Мертвые не приходят в смертном сне.

Это меня и пугало. Я совершенно точно знала, что видела Ли-ру. Мысль о том, что она жива, сводила меня с ума. Льза плакала вчера весь вечер, вышла к ужину с красными глазами. Если ее подруга жива, кому она давала обещание? Кого она считала мертвой, кого похоронила в своем сердце?

— Что видели остальные?

Я вскинулась от его интонации. Керр говорил резко, отрывисто. Он что-то нащупал. Он догадывался о том, что случилось? Сердце бешено заколотилось в груди.

— Остальные тоже видели тех, кто умер. Мы в растерянности, Керр. Такого никогда ни с кем не было. Ты же знаешь про идиэвр больше меня, скажи, ведь не было?

— Это происходило только во время ваших занятий? Никогда — вне тренировки? — спросил он, едва меня не перебив.

Я покачала головой.

— Нет. Никогда за пределами полигона. — Я помолчала. — Ты что-то знаешь? Это как-то связано с кровью демона?

— Стил, пожалуйста, ответь мне максимально подробно, — сказал он после паузы, во время которой я не находила себе места. — Тренировка, во время которой возник идивэр, была успешной?

— Да, — сказала я. — Мы добились успеха сначала все трое. А потом только вдвоем, но и у третьей сегодня что-то получилось.

— Отлично, — задумчиво произнес Керр. Я услышала, как он чем-то шуршит. — У вас сейчас ночь, да? Минутку, я налью себе кофе.

Голос его донесся издалека.

— Ты говорила об этом Корту?

— Нет! — Я даже подскочила. — Я никому не говорила и не хочу говорить. Знаешь кроме нас только ты, и, пожалуйста, не рассказывай ему.

— Те две девушки… Они находятся здесь в своих вторичных воплощениях, как и ты? — спросил он.

Воплощения? Причем тут воплощения? Насколько я знала, идивэр касается только одного воплощения, иначе половина Снежного мира уже точно шагнула бы за край вечности, притворщики так точно. Волков-оборотней не любили ни в одном из мне известных миров, на них охотились, их разрешалось убивать, в том числе, и с помощью идивэра. Только в Снежном мире с ними уживались мирно.

— Стилгмар.

— Я не знаю, — сказала я.

— Ты не можешь узнать? Это важно?

Я посмотрела на часы. Второй час ночи. Пойти, разбудить девчонок? Завтра выходной, успеем выспаться, даже если проговорим до утра.

— Подожди, я позову их, — сказала я. Он молчал. — Подождешь?

— Да. Давай.

Я застегнула пижаму и выбежала из комнаты. Льза не спала, смотрела какую-то научно-популярную передачу, а вот с Ракель пришлось повозиться — она долго не понимала, куда и зачем ей надо идти. Наконец, мы все втроем собрались у меня в комнате. Я представила Ракель Керру, умолчав о том, кем он мне приходится. Льзу он уже знал.

Обе они: и Льза, и Ракель находились здесь во вторичных воплощениях.

— Это все проясняет, — сказал Керр, но для меня это ничего не прояснило.

— Расскажи.

— То, что вы видите — вряд ли идивэр. Проявляется он не так, следов на вас не остается, цели вас погубить сон не имеет. Я сталкивался с таким, когда принимал роды у женщин деревни. В момент наивысшей концентрации они пытались тянуть энергию из своих истинных воплощений. Вроде как частично переходили. И они видели в это время своих мертвых родственников и друзей. Все, как у вас.

Если я и ожидала что-то услышать, то не это. Переход? Я перехожу?

— Ты уверен?

— За последние несколько месяцев я многое узнал о демонокровках, — сказал он таким тоном, что у меня онемели пальцы рук. Как будто я окунула их в ледяную воду. Ракель и Льза молчали, но я чувствовала, как в воздухе буквально искрит напряжение. — Одна из их особенностей — очень крепкая связь с воплощениями. Демоническая девочка тем и ценна для Совета, что она — единственная. У демонов нет воплощений, они уникальны. Наверняка есть и другие такие существа, но пока я знаю только о них. А вот ваша ценность как раз в множестве. Каждое ваше воплощение обладает демонической силой, изначально вы — другие. Эксперименты проводились над телами, но затронули и души. И вы в каждом своем теле будете демонокровками, даже если созданы были в другом мире.

— Так ты думаешь, дело в воплощениях, — задумчиво произнесла Льза.

— Я не знаю, это лишь догадка, — сказал он. — Ангелы могли бы вам помочь, если бы вы захотели рассказать. Предполагаю только, что концентрация вызывает какое-то сильное эмоциональное переживание. Эти люди и нелюди не просто мертвецы, они ведь были вам близки.

Звучало разумно, и мне стало легче оттого, что я не схожу с ума.

— Чем нам могут помочь ангелы? — спросила Льза. — Для них это — еще один способ нас использовать. Я лучше помолчу, знаете ли. Мне хватило тренировок на полигоне. Сейчас мы хотя бы не пытаемся убить друг друга. Спасибо ангелам, да.

В ее голосе звучали горечь и злость, и боль. Я чувствовала то же самое. Открывшись ангелам, мы окажем себе медвежью услугу. Начнутся новые исследования, эксперименты. Нам троим точно не дадут спокойной жизни.

— Вы все должны этому научиться, — сказала Ракель, копируя интонации Ирины. — Им даже не надо знать, о чем идет речь. Дали указание — и работаем.

Керр молчал, но оставался на связи. Я надеялась, что он слушает. Слушает — и понимает, что жизнь демонокровки — вовсе уж не такое веселье, каким он себе его представляет.

— Мы смогли пробить инвазию, объединив силы двух воплощений, — сказала я. — Если это наш шанс — мы должны им воспользоваться. У демона нет воплощения, но она сильна и сама по себе.

— Сильнее нас всех, — сказала Ракель.

— Но у нас есть резервы, а у нее — нет, — сказала я.

— Это не резервы, — сказала Льза. — Это ловушка.

Мы посмотрели на нее.

— Я скажу тебе, когда ты закончишь беседу. — Она кивнула в сторону экрана. — Керр, ты еще здесь?

— Да, и внимательно вас слушаю, — сказал он. — Льза, я понимаю, о чем ты, но вы должны попробовать. Научите остальных этой концентрации. От этого зависит и ваше будущее.

— Уж вам и будущему я ничего не должна, — сказала она. — И, раз ты понимаешь, скажи мне, разве я не права?

— Используя все воплощения, вы можете победить.

— И погибнуть! — перебила она. — Связывая воплощения, мы открываемся демону. Если она поймает нас узами, она поймает все воплощения, и тогда она будет способна убить нас всех!

Я не стала спрашивать, о чем она. Я уже познала это на себе. В Миламире, когда посланник Ра’ша сковал мою волю узами смирения и покорности, я попыталась сбежать, оставив ему тело и перебравшись в другое воплощение. Но мне не удалось. Он приказал узам — и они вернули меня, легко, буквально в тот же миг.

Узы, инвазия воли, действуют на все воплощения. Если демон поймает нас в момент контакта, когда мы будем открыты и связаны, она подчинит нас. А дальше мы будем делать то, что она прикажет.

— Ты можешь покинуть команду в любой момент, — сказал Керр, и я закрыла глаза, понимая, что сейчас, когда Льза на грани, эти слова могут стать роковыми. — Никто не станет тебя удерживать, если ты уйдешь.

— У меня свои причины оставаться здесь, — сказала она. — Но это не значит, что я хочу умирать.

Я посмотрела на Ракель. Она была бледной как смерть.

— Что ты скажешь?

— Эти ребята проделали долгий путь, — сказала она медленно, имея в виду, очевидно, Лакса и его команду. — Я не хочу, чтобы это было напрасно. В моей жизни нет смысла без демонической крови. Нас с братом растили, как демонокровок, мы оба знаем, что в борьбе с демонами — наше предназначение. Мы должны научить остальных.

Поглядев на часы, я увидела, что уже почти три. Если Керр прав, и его догадка верна, мы сможем объяснить группе, в чем причина нашего успеха, и добьемся прогресса у остальных уже послезавтра.

— Если мы не хотим, чтобы ангелы знали, нам придется завтра ехать с остальными на озеро, — сказала Льза, поднимаясь. — Я пошла спать. микроавтобус приезжает в шесть, чтобы выехать по холоду. Я хочу хоть немного отдохнуть.

— В шесть? — Я мысленно застонала. Да, Льза права. Единственная возможность рассказать всем и сразу — завтрашний пикник. Нам дали полную свободу, даже присмотра никакого быть не должно, так что это и вправду — шанс. — Согласна, девочки. Завтра мы должны обо всем рассказать.

Ракель поднялась вслед за Льзой. Они ушли, и я, закрыв дверь и выключив свет, подошла к ноутбуку.

— Спасибо за помощь, Керр.

— Это только мои догадки, — напомнил он. — Я все равно считаю, что вам нужно посоветоваться с кем-то из высших. Расскажи Корту, расскажи Уз’кулу, они оба тебя поймут.

Я только покачала головой. Корт? Это был уже совсем не тот ангел, которого я знала. Словно не он обнимал меня тогда своими крыльями, словно не у него на груди я засыпала, придя в себя после приступа лихорадки возвращения. Что же касается вампира… Я не знала, почему Керр решил, что он пойдет мне навстречу и сразу же после разговора не доложит в Совет. Уз’кул не был мне другом, ни одного дня, если не считать того визита к маме. Он не станет нарушать правила.

— Я подумаю, — сказала я.

— Подумай, — сказал он. — Иди, отдыхай. Позвони мне завтра, ладно? Расскажи, как все прошло.

Мне очень хотелось спросить его, стоило ли сжигать мосты, чтобы вот так, после первого разговора снова возвращаться к нормальным отношениям, пусть и всего лишь дружеским. Но я сдержалась. Мне не хотелось ссориться снова.