Еще ближе (СИ)

Глава 27

Санторини, или Тира, как называли его официальные источники, выглядел с высоты птичьего полета просто завораживающе. Еще более завораживающе выглядела огромная кальдера, оставленная извержением три с половиной тысячи лет назад. Острова охватывали ее в полукольцо в виде развернутой в обратную сторону буквы «с», и в центре этого полукольца все еще возвышались остатки одного из величайших вулканов современности — Санторини. Я знала, что вулкан все еще действует, что он все еще наводит ужас на острова по соседству. Цивилизации родились и умерли, а Санторини остался, как напоминание о том, что вечны только горы, а все остальное — прах и пыль перед лицом времени.

Синие купола построек сверкали на солнце. Синяя вода казалась особенно темной в центре кальдеры — словно гигантский зрачок наблюдал за тем, как мы приближаемся. Следил за нами, чувствуя, что прилетели мы за тем, что принадлежит ему — могущественному богу подземного царства.

Мы снова пристегнулись, и робот после короткого отсчета рухнул вниз. Желудок уже привычно скрутился в трубочку, я схватилась за пакет, чувствуя, что могу сейчас все-таки вывернуться наизнанку. У земли падение — иначе не назвать — стало медленнее, и вот уже с мягким толчком мы опустились на заасфальтированную площадку, которую ангелы арендовали для своих нужд.

— Прибыли, — сообщил Ирм’дал. — Можете отстегнуть ремни. Не теряем времени, спускаемся. Едем обедать в ресторан, потом плывем к вулкану, на Неа-Камени. На время проведения работ его закрыли для туристов, так что нас никто не побеспокоит.

Я подумала о том, сколько же дохода теряют местные из-за того, что главная достопримечательность Санторини оказалась закрытой. Интересно, как ангелы решили эту проблему. Вслед за остальными я спустилась по лестнице вниз и некоторое время просто постояла на площадке, вдыхая морской воздух и оглядывая окрестности.

На такси мы добрались до «Морского царя», так в переводе с греческого назывался ресторан, где нас должны были накормить. Народу было мало, в основном, туристы. Я не знала, на каких языках тут говорят — я, как и остальные, понимала их все. Меню было на двух языках, греческом и, естественно, английском, и читала его для всех я, но когда официантка поприветствовала нас на греческом, мы все дружно ответили ей на этом же языке. Девушка даже немного опешила, похвалила нас за хорошее произношение и стала предлагать блюда, указывая на их греческие названия, но тут мы снова ее огорошили тем, что читать по-гречески не умеем. Не знаю, что она подумала. Наверное, решила, что имела дело с группой этаких несмешных шутников, решивших ее разыграть.

Мы заказали суп, какую-то рыбу на гриле, минеральную воду и пахлаву, которую здесь называли баклавой, на десерт. Отличный выбор для того, кто нормально перенес полет. Но не для меня.

Я думала, что мысли о еде вызовут тошноту. Так и вышло. Пока остальные уплетали суп с морепродуктами, я пила минералку и смотрела с террасы на Неа-Камени. Чим сочувственно предложил мне завернуть пару креветок с собой, чтобы я смогла перекусить по дороге, но я не оценила его заботы. С трудом заставив себя попробовать очень вкусную — по заверениям Сатри — баклаву, я съела несколько кусочков, снова запила минералкой и сказала, что больше не буду. Дер попросил завернуть десерт с собой.

Покончив с ужином, мы выбрались на берег, где нас уже ждала лодка. Говорили по-гречески, ловя на себе любопытные взгляды — выглядели-то мы уж точно не как коренные жители Тиры. Через двадцать минут плавания нас подвезли к берегу Неа-Камени, где и велись раскопки. Маленький островок был тем, что осталось от вулкана Санторини после извержения. Совершенно пустой, без растительности и животных, он казался каким-то неземным.

Шагнув на берег, я сразу же сказала себе «спасибо» за ботинки. Все вокруг было покрыто темной вулканической пылью, я утонула в ней по щиколотку. Темно-красная земля мешалась с черной, в воздухе ощутимо пахло серой, хотя никакого дыма над вулканом я не видела. Да, Санторини определенно дышал и жил. Отдыхал, набираясь сил? Пусть проснется, когда меня здесь уже не будет, я не обижусь.

— Кажется, воздух тут теплее, — сказала Сатри, оглядываясь назад, на воду.

Дер выгрузил из лодки большую черную сумку, попросил нас остановиться, обвел всех напряженным взглядом. На пустом берегу, у всех на виду, я почувствовала себя неуютно и пододвинулась поближе к Чиму. Остальным, судя по виду, тоже не нравилось такое запустение вокруг.

— Мы идем в карьер, — сказал Дер. — Работают там только руками, без машин, потому что Кристалл очень хрупок и повредить его ничего не стоит. Пожалуйста, соблюдайте осторожность. Поменьше разговоров. Все знают, что вы демонокровки, люди нервничают и так. Не приближайтесь к Кристаллу. Не пытайтесь нащупать его своими волнами.

Ирм’дал, покрывшийся потом и покрасневший из-за слишком высокой для него температуры, перебил его:

— Есть вероятность, что Кристалл от вашего присутствия активизируется. Разработка почти закончена, мы почти его извлекли, так что такая возможность очень высока. Если почувствуете что-то странное, скажите нам. Чисто теоретически…

Как же мне не нравятся эти слова…

—…Кристалл может выбрать одного из вас своим охомраро.

— Потому вы нас сюда и привезли, — подал голос Берк.

Оба куратора кивнули.

— Да. Демонопоклонники нагрянут не сегодня-завтра. Будет лучше, если Кристалл выберет кого-то из вас, а не одного из них.

Я почувствовала, что, несмотря на жару, мне холодно. Слова Дера звучали разумно и рационально, но я просто не представляла себе, что будет, если Кристалл выберет своим хранителем меня. Мне хотелось развернуться и сказать, что я не пойду. Пусть идут без меня, их там и так трое, кого-то да выберет.

Но, конечно же, ничего я не сказала.

По вулканической пыли мы зашагали наверх. Дышать было не тяжело, но неприятно. Запах серы раздражал обоняние, запустение вокруг казалось почти мистическим. Туристы обычно выбирали другую сторону острова, там, где бил горячий источник. Но мы прибыли сюда не за развлечениями.

По мере подъема я все больше нервничала. Дер сказал, что работы ведутся у одного из малых кратеров. Я почти ожидала увидеть кипящую лаву и огромную дыру в горе, в которой бурлит, готовясь извергнуться, жидкая порода, но ничего этого не было.

Точнее, дыра была. Большая такая дыра метров пять глубиной, в которой работали люди в жаропрочных костюмах и масках, закрывающих лицо. Стены укрепили здоровенными бетонными блоками, но внизу люди проваливались по колено в черно-красный грунт, из которого — и теперь я это увидела — поднимался дым.

Запах серы у кратера был просто невыносимый. Дер опустил на землю сумку, расстегнул ее — и мы увидели аккуратно сложенные костюмы, такие же, как и у людей внизу.

— Защитят, — сказал он, раздавая комбинезоны. — Но все равно, не приближайтесь к местам, откуда идет дым.

Ирм’дал, которого даже модификатор, как видно, не защищал от воздействия высокой температуры, сказал, что подождет нас здесь. Мы переоделись в комбинезоны и вслед за Дером по перекинутой через стену лестнице стали спускаться вниз. Дышать в маске было тяжело, но хотя бы не пахло серой. В перчатках руки казались неуклюжими, и я по пути вниз все время боялась сорваться. К счастью, спуск был недолгим. Отступив от лестницы, чтобы не мешать следующей за мной Сатри, я огляделась, чувствуя, как по телу ползет новая волна мурашек. Котлован, в котором мы находились, был не таким уж и большим. В другом его конце группа людей работала лопатами, откидывая грунт в сторону. Там из неукрепленной части стены постоянно сыпалась порода, и я догадалась, что именно поэтому ее здесь так много, что люди проваливаются по колено. Раскопки велись не вглубь. Копали куда-то в сторону.

Дер махнул рукой, показывая, что нужно следовать за ним. Заметив нас, люди остановили работу и замерли на месте, разглядывая. Ангел сказал, они знали, кто мы такие. А раз знали, то знали и о том, как может отреагировать на нас Кристалл. Вслед за остальными я подошла поближе и по знаку Дера замерла на почтительном расстоянии. Ангел, проваливаясь в породу почти по колено, добрался до стены и жестом попросил рабочих расступиться. И мы увидели то, за чем прилетели.

Большой темно-вишневого цвета камень, переливающийся внутри яркими всполохами красного пламени, торчал из стены почти наполовину. Я заметила на поверхности камня трещины и неровности, заполненные породой. Внутри этого камня, если я правильно помнила рассказы Дера, находился Кристалл. Интересно, он такой же маленький, как и тот, что я видела у Владыки? Тот Кристалл помещался у него на ладони.

Я сделала шаг вперед, и Дер едва ли не прыгнул мне наперерез. Помахав рукой перед моим лицом, он заставил меня замереть на месте, как и остальных. По его знаку работа возобновилась, и уже через полчаса или чуть меньше была окончена. Я догадалась, что так и было задумано. Высвободить Кристалл из стены намеревались именно после нашего прибытия.

С осторожностью камень, оказавшийся размером с колесо легковой машины, опустили на подготовленный ранее кусок какого-то белого материала, напомнившего мне брезент. Дер попросил у одного из рабочих кирку, приблизился и, осмотрев камень со всех сторон, четко и точно нанес единственный удар по какому-то ему одному понятному ориентиру. С легким шипением камень рассыпался в прах. Искры побежали по полотну и погасли, наполнив воздух темным дымом. Когда он рассеялся, стало видно, что камень рассыпался не весь. На белоснежном полотне остался лежать гладкий валун размером с куриное яйцо, очень похожий по форме на камень, который я видела у Владыки Лентерна.

Кажется, это и был Кристалл.

Осторожно Дер приблизился, потом обернулся и поманил рукой Берка. Одного его, и я понимала, почему так. Каждому из нас теперь надлежало подойти к Кристаллу. Каждый из нас должен был попробовать стать охомраро — хранителем Кристалла.

Я молилась Инфи, прося его одарить этим испытанием кого-то другого.

Вслед за Берком подошла Сатри, потом приблизилась на непослушных ногах и я. Камень оставался безмолвным и пустым. Ни волн, ни вспышек, ни искр. Мы почти с надеждой оглянулись на Чима, который мялся, дожидаясь команды. Наконец, подошел и он, осторожно ступая по мягкой породе.

Но камень не отозвался и на его присутствие.

Кристалл не отреагировал ни на одного из нас. Дер был разочарован, я видела это по его резким движениям. Он приказал завернуть Кристалл в полотно и вынести наверх. Работы были окончены, и нам здесь было нечего больше делать. Один за другим мы поднялись наверх, сняли комбинезоны, покачали головами в ответ на вопросительный взгляд вампира.

— Никто? Никто из вас? — Ирм’дал помрачнел. — Это плохо, у нас остались лишь четыре кандидата, и если Кристалл не выберет одного из них…

— Вкупе с теми проблемами с демоном, что мы уже имеем, — сказал Дер, — это может оказаться слишком опасно.

— Если ничего не выйдет, холоднокровные готовы рискнуть, — сказал вампир, наблюдая за тем, как из котлована один за другим поднимаются рабочие. — Нам нужен этот материал, нам нужна эта энергия.

— Мнение ангельской части Совета ты знаешь, — сказал Дер. — Рисковать сотней звездных систем ради призрачной мечты мы не станем. Мы уничтожим демона.

Он повернулся к нам.

— Возвращаемся на Тиру. Тут нам делать больше нечего, мы попробуем завтра со второй группой.

— Вы не заберете его с собой? — спросил Берк.

— Нет. Пока нет.

Мы не спрашивали, почему. Все было и так ясно. Если демонопоклонники доберутся до Кристалла, и он выберет хранителем кого-то из них, положение осложнится еще больше. Чем тогда будут рисковать вампиры, что будут делать ангелы, мы не знали, но примерно себе представить могли.

Источник психической энергии в руках врага будет означать если не крах затеи с девочкой, то что-то очень близкое. Теперь я начинала понимать, как на самом деле выглядит план высших рас. Теперь мне все становилось ясно.

Девочку привезли на Землю именно потому что здесь нашли Кристалл. Об этом не знал почти никто, именно потому такой странной для меня показалась интеграция, именно потому ангелы так торопились ввести сюда войска и установить мир с цивилизацией планеты. Потому не был в курсе и Аргента.

Девочка была не бомбой замедленного действия, а лишь детонатором к ней. Ангелы наверняка начали разработку Санторина заранее, да что там, скорее всего, они ее и начали к моменту прибытия девочки, чтобы не привлекать раньше времени внимания демонопоклонников. Вывезти Кристалл с планеты мог только охомраро или демон. Если попытается кто-то другой, его просто уничтожит потоком вырвавшейся наружу энергии. Ангелы надеялись на нас и на девочку изо всех сил, но в случае неудачи готовы были уничтожить и девочку, и Кристалл. Вампиры, как поняла я со слов Ирм’дала, намерены были идти до конца.

А’ким была последней из демонического рода. Если она не сможет взять свои силы под контроль, если не пойдет своим захватчикам навстречу, ее уничтожат.

Но не станет ли она смертельно опасной для нас, овладев силами Кристалла?

— Охомраро не способен сам пользоваться силой Кристалла? — спросила я Дера, идя вслед за ним вниз, к берегу.

Не оборачиваясь, он что-то сказал, но я не расслышала.

— Повтори?

— Я сказал, что нет, — он чуть убавил шаг и оказался со мной рядом. — Охомраро не способен использовать силу, но он способен хранить ее. Блокировать, делая Кристалл безопасным для остальных. Именно потому он хранитель. В обмен Кристалл защищает охомраро. Камень выбирает двух разных существ не просто так. Он так и себя защищает от опустошения.

— Говоришь так, словно он живой.

Ангел внимательно посмотрел на меня.

— Мы считали, что психика — это что-то субъективное, продукт работы головного мозга конкретно взятого индивида. Но оказалось, что это не так. Представь себе, в глубинах морских вод живут светящиеся рыбы.

— Я знаю, — кивнула я.

— Рыбы наверняка думают, что только они способны производить такое чудо, как свет, и они вовсе не в курсе, что он может существовать отдельно от них.

Я поняла, куда клонит ангел, и только кивнула снова.

— Так и тут. Мы думали, что только внутри нас есть сознание и мысли. Оказалось, это может существовать отдельно. Более того, направленный поток сознания движется быстрее света, а это значит, что существуют субстанции, которые этот поток формируют и им переносятся. Дальше тебе рассказывать бессмысленно, ты не поймешь.

Я задумалась.

— Ты о воплощениях?

— Бинго, — земной сленг звучал в устах ангела почти сюрреалистично. — Да, мы предполагаем, что именно в этой энергии и скрыта тайна воплощений. Каким образом сознание перемещается — мгновенно перемещается — из одного тела в другое, из одного мира в другой, из одной Вселенной в другую?

Я попыталась представить себе, но у меня не получилось даже осознать. Помотав головой, я сказала ангелу, что дальше, пожалуй, рассказывать и в самом деле бессмысленно.

— Иначе у меня ум за разум зайдет.

Он засмеялся. Остальные даже обернулись, услышав этот звук.

Мы добрались до лодки, и уже плыли по морю обратно к Тире, когда зазвонил телефон Дера. Взяв трубку, он некоторое время молча слушал, потом сказал: «понял» и нажал на кнопку отбоя.

— У нас проблемы. — Мы подобрались. — Демонокровки открыто пошли в наступление. Здание института взорвано, есть жертвы. Случилось все только сейчас, так что я не могу назвать имен и не особенно в курсе подробностей.

Мы внимательно слушали.

— Но это не самое страшное. Демонокровки пробрались на уровень полигона и подчинили себе охрану. Кто-то отключил систему безопасности, и двери полигона открылись. Там сейчас ожесточенная перестрелка. Кто у нас на дежурстве?

Я посмотрела на часы.

— Дар и Льза. Сменились час назад.

Дер помолчал.

— Им очень повезет, если они выживут. Если верите в богов — молитесь. В случае непредвиденной ситуации сработает АБС, это вы знаете. От уровня останется куча бетона и стекла.

Лодка плыла по морю к безмятежно сверкающим на солнце синим куполам.

Мы возвращались к прыголету в напряженной тишине. Телефон Дера не звонил, я с трудом сдерживала желание позвонить кому-нибудь сама. СМС, отправленная Льзе, так и висела не доставленной. Я просила ее написать мне, когда все закончится. Я надеялась, что она будет в состоянии это сделать. В прыголете ангелы поймали российский телеканал, подключившись к спутнику, и теперь на лобовом стекле вместо голографической системы координат светились кадры снятого с вертолета здания института. Взрыв прогремел час назад. Из окон валил дым, вокруг здания стояли машины «скорой помощи» и пожарные машины, крутились полицейские.

— Из здания доносятся выстрелы и новые взрывы, — говорил срывающимся от волнения голосом ведущий репортаж с места событий мужчина. — Ответственность за взрыв на себя пока не взяла ни одна террористическая организация…

С вертолета было видно, как из здания кто-то выбежал. На наших глазах маленькая человеческая фигурка поднесла к голове пистолет и выстрелила, забрызгав кровью асфальт. Я и Сатри ахнули и отвернулись. Меня трясло, я дрожала как осиновый лист, понимая, зачем и кем это было сделано.

Человеку просто приказали застрелиться на глазах журналистов, зная, что мы этот репортаж обязательно просмотрим. Нас предупреждали: действовать будут жестко. Демонопоклонники больше не церемонились.

— Они знали, что нас не будет в городе, — сказал Чим, не отрывая от экрана взгляда. — Ведь так?

— Мы уверены, что это не совпадение, — сказал Ирм’дал, переглянувшись с Дером. — О вашем перелете знал очень ограниченный круг лиц. В аэропорту были задействованы только наши люди. Здесь мы работали очень аккуратно и осторожно, тут тоже задействованы только наши люди. Я имею в виду тех, кого мы привели сюда из других миров, тех, кого мы проверили.

— Кого вы подозреваете? — спросила Сатри.

— Ракела и Ракель вызвали на место действия? — перебил Берк. — Она не отвечает мне на телефон.

— Вызвали сразу же. Мы вылетаем немедленно. Смысла смотреть репортаж нет, мы скоро все увидим на месте.

Ангелы убрали изображение, сменив его сеткой показаний приборов и координат. Лестница втянулась, двигатель снова едва ощутимо завибрировал. Я уселась в кресло по примеру остальных, пристегнула ремни, внутренне уже готовясь к тошнотворному прыжку, закрыла глаза —

иди ко мне иди иди иди ко мне

— и открыла их, уверенная, что ослышалась. Оглядевшись вокруг, я почти ожидала увидеть и на лицах остальных недоумение, но ничего такого не заметила. Берк хмурился, глядя в телефон, Сатри закрыла глаза и вцепилась руками в подлокотники кресла, Чим кусал губы, глядя вперед.

иди иди иди ко мне иди же

— Куда идти? — шепотом просила я.

— Проверка выполнена, начинаем отсчет. Десять. Девять. Восемь.

Внутри забилась паника. Я понимала, что слышу то, что не слышат другие. И это была не галлюцинация, а значит…

— Семь. Шесть. Пять.

я зову тебя зову зову тебя мой хранитель

Мне не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что значат эти слова. Я отстегнула ремень, и на голограмме спереди тут же вспыхнул красный огонек.

— В чем дело, Нина? — обернулся Дер, едва не ослепив меня яркой голубизной вспыхнувших глах.

— Четыре. Три. Два.

— Остановите отсчет! — крикнула я. — Остановите!

— Один.

Прыголет не сдвинулся с места. Я выбралась из кресла, чувствуя, что задыхаюсь, ощущая на себе пристальные взгляды всей команды.

— Я слышу, — сказала я. — Кристалл зовет меня. Я уверена, что слышу Кристалл.

Дер взмахом руки попросил заглушить двигатели. Он и вампир не отрывали от меня глаз, казалось, даже дышать, глядя на меня, перестали.

— Ты уверена?

— Да, — сказала я.

— Мы возвращаемся. — Дер не колебался. — Идем назад.

Я сделала уже шаг вперед, когда меня настиг и заставил остановиться искаженный яростью голос Берка.

— Черта-с-два! — Он вскочил с кресла, по-прежнему держа телефон в руке. Глаза его сверкали. Берк подошел ко мне, взял за руку, поразив неожиданным прикосновением, заглянул в глаза. — Они там остались без помощи. Их убьют, если мы не поможем.

— Берк, — начала я, не отнимая руки, но он перебил:

— Нина, ты ведь знаешь, что только мы можем им помочь. Сколько времени мы потеряем, вернувшись на остров? Мы должны спасти ребят. Мы нужны им, ты это знаешь не хуже меня. Нужны прямо сейчас.

Я понимала. Сорок минут туда-обратно на лодке, еще час до кратера и обратно. Мы потеряем кучу времени? Но улетев, сможем ли мы потом вернуться? Если демонопоклонники прознали про наш отлет, что помешало им прознать и о месте назначения?

— Дер, почему мы не можем прыгнуть прямо на Неа-Камени? — повернулась я к ангелу.

— Там слишком мягкий грунт, мы можем просто не найти места для посадки, — отозвался один из пилотов. — Рискуем перевернуть прыголет.

Я смотрела на Дера:

— Мы не можем терять время. Мы должны рискнуть ради наших ребят. Если с нами будет Кристалл…

— Ты все равно не сможешь им воспользоваться, — покачал он головой. Оглянулся на Ирм’дала, внимательно прислушивающегося к нашему разговору. — Что скажешь? Нам надо принять решение.

Вампир поднялся с кресла, подошел к голограмме, положил руки на спинки кресел пилотов.

— Откройте топографическую карту, найдите место, где грунт наиболее тверд. Попробуйте посадить прыголет у самого берега. Мы должны попробовать. — Он посмотрел на меня, на Берка, отпустившего мою руку и снова взявшегося за телефон. — Ответственность я беру на себя.

— Я даю «добро», — сказал Дер. — Усаживайтесь в кресла. Мы прыгаем на остров.

Ангелы развернули карту. После короткого совещания решено было приземлиться на той стороне, где из-под земли били горячие источники. Там почва была более твердая, каменистая. Дер связался с теми, кто остался присматривать за Кристаллом, и попросил организовать его транспортировку. Машина уже выехала нам навстречу. Дело было за нами.

Я пристегнулась, откинула голову на подголовник и закрыла глаза. Кристалл мягко бормотал в голове, прося меня поторопиться. Почему-то я не чувствовала страха, не паниковала при мысли о том, что Хранителем все-таки выбрали меня. До этого — да. Но сейчас я просто слушала

иди иди иди ко мне хранитель иди ко мне

слова и думала о том, что надо побыстрее забрать Кристалл с острова и вылетать домой. Я тревожилась не за себя. Я переживала за тех, кто заперт сейчас вместе с демоном и толпой захваченных инвазией воли людей под землей, думала о Льзе и Даре, которые смотрят сейчас в дула пистолетов и считают последние мгновения до первого и единственного выстрела АБС. Если демон высвободится, система сработает. И тогда от полигона, Сферы, демонической девочки и команды охраны останутся только рожки да ножки.

Двигатель снова заговорил у нас под ногами, ангелы задали координаты и запросили официальное разрешение на прыжок. Ангел и вампир дали его без колебаний. После короткого отсчета мы взлетели в небо, но на этот раз мысли о Кристалле и демоне отвлекли меня от ощущений, и желудок на перегрузку почти не отреагировал.

Море пронеслось под нами за пару мгновений. Земля снова ринулась навстречу, и вот уже с мягким толчком прыголет опустился на Неа-Камени.

— Держитесь! — скомандовал один из ангелов, и я едва успела ухватиться за подлокотники, как прыголет стал заваливаться набок.

— Перераспредели вес, дай импульс левому двигателю.

— Крен двенадцать градусов, критический — двадцать один.

Нас неудержимо клонило влево, панель горела красным, ангелы быстро перекидывали мощности, обмениваясь быстрыми репликами. Что-то задрожало под нами, чуть громче взвыл двигатель, левая сторона дернулась вверх. Еще пара мгновений — и положение выровнялось.

Прыголет двинулся вперед, потом назад, видимо, утрамбовывая грунт под собой. Наконец, остановился.

— Мы не заглушаем двигатель, потому что грунт может поползти, — сказал один из пилотов, оглянувшись на нас. — Спускайтесь осторожно.

— Идем только я и Нина, — сказал Дер. — Остальные — будьте здесь, дожидайтесь нас. Нина, ты слышишь зов?

Я кивнула.

— Да. Слышу.

Вслед за Дером по лестнице я спустилась вниз. Грунт здесь был тверже, чем в той части острова, где мы высаживались до этого, но и серой пахло сильнее. Видимо, источники были совсем близко. Я оступилась и едва не полетела с лестницы. Дер удержал меня твердой рукой, помог встать на ноги. Вокруг не было ни души.

— Мы пойдем пешком? — спросила я.

Он махнул рукой за холм, и я услышала рев двигателя, который быстро приближался.

— Не придется. Уже едут.

Бормотание Кристалла стало громче, и я поморщилась.

— Он говорит с тобой? — спросил Дер. — Что говорит?

— Зовет, — коротко отозвалась я. — Почему он не позвал сразу? Мы столько времени теряем.

— Дэлакона тоже позвал не сразу, — отозвался он. — Мы не знаем, с чем это связано. Кристалл думает? Выбирает? Оценивает, возможно.

— Ты снова говоришь о нем, как о живом существе, — заметила я.

Дер не ответил. Из-за холма показалась машина, и он сделал шаг ей навстречу. Я увидела пикап с открытым кузовом, в котором сидели шестеро или семеро человек, мужчины с оружием в руках. Заметив нас, один из мужчин приподнялся и махнул рукой.

Разорвавшие тишину выстрелы прозвучали для меня взрывами. Я упала на землю, не понимая, что делаю, слыша, как взвизгивают, отскакивая от металла прыголета, пули.

Машина неслась к нам, а я даже не могла поднять головы, придавленная к земле страхом за собственную жизнь, осознанием того, что защититься мне нечем, нечем, нечем…

Сзади раздался странный звук — словно стук металла о металл, тело прыголета задрожало. На какое-то мгновение у меня появилась абсолютно сумасшедшая мысль: меня бросают. Они улетают без меня, без Дера, оставляя нас на произвол судьбы.

— Нина, лежи смирно, — раздался надо мной усиленный динамиком голос Ирм’дала. — Мы накрыли тебя полем.

А потом застрекотал пулемет.

Я лежала, как мне и велели. Кристалл безмятежно пел в моей голове свою песню, прося, чтобы я пришла, впереди раздались крики, выстрелы — и пуля ударила в землю совсем рядом, исторгнув из моей груди легкий вскрик. С той стороны, где был Дер, не доносилось ни звука, и мысль об этом была такой яркой, что едва не ослепила меня.

Я подняла голову, совсем чуть-чуть оторвала ее от земли, чтобы рассмотреть, что происходит. Дер лежал на спине в пяти шагах от меня. Его грудь была залита кровью, но ангел был еще жив, я видела, как сжимается и разжимается его кулак. В глазах потемнело от ярости и боли, и когда пулемет робота снова застрекотал, я уперлась руками в землю и приподнялась.

Мгновения мне хватило, чтобы поймать взглядом машину и людей в ней. Они скрылись за бортом кузова, прячась от пуль, и судя по всему, кузов был сделан из очень прочного металла, раз пулеметные очереди его не пробили. Их не видел пулемет, но видел мой разум, и я ухватила их волю своей волей, как лассо, и потянула на себя, заставляя встать во весь рост.

Они не смогли мне не подчиниться.

В прыголете били на поражение. Я услышала крики и стоны, с глухим стуком на землю попадало оружие, чуть мягче шлепались бездыханные тела. Вскоре наступила тишина.

— Нина, молодец, — услышала я слова Ирм’дала. — Оставайся там, я спускаюсь. Остальным быть здесь.

Я подползла к Деру. Голубые глаза ангела мерцали совсем так, как когда-то давно мерцали глаза умиравшей на моих руках Ли-ры. Я уселась на колени рядом, коснулась пропитавшейся кровью куртки, расстегнула ее и ахнула, увидев четыре входных отверстия. Калибр был крупный. Дыры были такими, что я могла просунуть в них палец.

— Предали, — сказал Дер, увидев меня. Лицо его исказилось от боли. — Все это было спланировано. Нападение там, атака здесь — все.

Я не могла поверить в то, что вижу, не могла поверить в то, что Дер умирает. Как? Как это случилось, почему это случилось так быстро? Только что мы говорили о том, как вернемся домой, и вот, пять минут — и я стою на коленях рядом с изрешеченным пулями ангелом, не зная, что делать.

Я готова была расплакаться. Ангел захрипел, и я закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Ирм’дал оказался рядом, опустился на колени, на ходу раскрывая сумку-аптечку и тут же с ругательством обернулся, когда с лестницы на землю спрыгнул Чим.

— Я же сказал оставаться там!

— Она — моя напарница, — сказал он. — Проклятье! Ангел ранен?

Увидев Дера, Чим побледнел. Оглядываясь вокруг, он держался наготове, готовый ударить внушением в любой момент. Ирм’дал не стал спорить — не до этого было. Обследовав раны Дера, он только покачал головой.

— Здесь я помочь не могу. Исцелять тоже нельзя — все раны слепые, пули сидят там. Извлекать опасно. Если пуля повредила сосуд, я вытащу ее — и он истечет кровью за секунды.

Ангел бледнел на глазах. Вампир отправил Чима наверх, попросил выдвинуть модуль для грузов, чтобы положить на него ангела. Насыпав в раны какие-то порошки и залатав их белой антисептической пастой, он отступил в сторону.

Дер повернул голову набок и закашлялся, разбрызгивая кровь.

Модуль полз со скоростью черепахи. Спустились Берк и ангелы, вчетвером они погрузили Дера на лоток для приема грузов и уже готовы были отправить наверх, когда я неожиданно для себя самой решилась.

— Дер, — я повернулась к ангелу. — Позволь нам с Чимом найти Кристалл. Он близко, я чувствую его! Они не могли увезти его далеко, он все еще зовет меня.

Глаза Дера были затуманены болью, казалось, он уже не понимает, что происходит. Вампир вколол ему какие-то обезболивающие, но, похоже, они еще не подействовали.

Он схватил меня за руку, долго смотрел мне в лицо, потом кивнул.

— Иди. Я разрешаю. Мы должны забрать отсюда Кристалл. Без него для нас все кончено.

Ангел потерял сознание, как только лоток дернулся, вползая наверх, но для него так было даже лучше. Я кивнула Чиму. Мы побежали вперед, держа наше невидимое оружие наготове и еще не совсем оба осознавая, что только что произошло.

Добравшись до пикапа, я увидела, что среди убитых есть один раненый. Он слабо застонал и попытался ударить меня, когда я отняла у него пистолет, сковав волю инвазией. Собрав все оружие, я разрядила магазины и высыпала пули на землю. Чим помог мне распинать их в разные стороны. Я сориентировалась на голос Кристалла. Он был совсем близко. Помня о Дере, которому нужна помощь, я бросилась вперед с удвоенными силами. Двести, триста метров — и мы оказались на холме, откуда открывался вид на один из кратеров.

Там они и нашли свое последнее пристанище.

Людей, которые работали в карьере, расстреляли, так же, как хотели расстрелять и нас. Машина лежала на боку, внутри и снаружи не было никого живого. Кристалл пел совсем рядом, и я побежала вниз, проваливаясь в породу и чертыхаясь про себя. Чим следовал за мной.

Здесь явно была бойня. В машине лежали трупы безоружных людей, вокруг — трупы вооруженных. Кристалл вел меня дальше, я взобралась на холм и увидела лежащего лицом вниз мужчину, от тела которого тонкой струйкой тянулся кверху дым. Кристалл, кажется, был с ним.

— Чим, похоже, я нашла его.

Приблизившись, я ахнула от запаха крови, ударившего в лицо. Я перевернула мужчину лицом вверх и отшатнулась, увидев, что его грудная клетка прожжена насквозь. В глазах мертвеца застыла мука. Рот был полуоткрыт, рука прижата к груди. Я почувствовала запах паленой плоти, и меня затошнило.

Кристалл пел откуда-то из-под куртки. Я расстегнула ее, стараясь не дышать, и увидела во внутреннем кармане, прямо у дыры, кусок ткани. Я развернула его. Да, это был Кристалл. Он мягко засветился зеленым светом, когда я взяла его в руки. Мне же показалось, что я обняла кого-то близкого, родного. Стало так хорошо, словно я вернулась домой или нашла что-то, что давно потеряла. Я провела пальцами по гладкой поверхности, и свечение погасло. Обернувшись, я увидела Чима рядом.

— Это он? — Чим протянул руку, и я подала ему Кристалл. Коснувшись его, он тут же отшвырнул камень прочь и отскочил сам. Кристалл упал на землю, и я увидела, что он слабо мерцает. — Что за?..

Я подняла камень, снова чувствуя, как в меня вливаются умиротворение и спокойствие.

— Что ты почувствовал?

Он замотал головой.

— Не знаю. Боль. Тревогу. Страх. Кучу неприятных эмоций. — Чим вытянул руку, и я увидела на его ладони ярко-красный след ожога. — Вот это да. Смотри.

Он наклонился и посмотрел на дыру в груди мертвеца.

— Похоже, это Кристалл его прихлопнул. Не сомневаюсь даже теперь, что ты охомраро, Нина.

Я посмотрела на камень в своей руке и только покачала головой.

— Нам пора возвращаться.

— Пора, — согласился он.

Мы побежали обратно. Я несла в руке камень и понимала, что за него действительно можно убивать и бороться. Я чувствовала его мощь, его силу, его энергию. Не могла воспользоваться — но ощущала, как ощущается под рукой на капоте сила урчащего двигателя. И эта сила рядом помогала мне бежать быстрее, дышать размереннее, мыслить четче.

Лестница уже ждала нас. Мы взобрались наверх, я молча показала ребятам Кристалл, и Ирм’дал скомандовал на старт.