Еще ближе (СИ)

Глава 32

Вечером к нам в ресторане присоединились Рейлик, Льза и Берк. По нашему заказу был приготовлен вкусный ужин, мы попросили накрыть стол и уселись впятером в пустом зале, слушая легкую музыку и попивая вино из тонкостенных бокалов. Было глупо запираться в номерах, когда во всей гостинице нас осталось пятеро. Я и Терн спустились на лифте вместе, вошли в зал вместе и уселись тоже вместе. Было глупо хранить наши отношения в секрете. Да мы бы все равно себя выдали, рано или поздно.

Я приоделась, выбрав голубую юбку, белую блузку и голубой же пиджак с короткими рукавами. Пиджак был для удобства, в карман я положила Кристалл. Терн надел джинсы и белую рубашку и казался настоящим красавцем, по крайней мере, для меня. Рейлик и вовсе был сногсшибателен в черной рубашке и черных джинсах. Все мы выглядели вполне светски, хоть и было это, конечно, смешно. Этакая вечеринка в преддверии катастрофы. Пир во время чумы, если хотите.

Учитывая, что до полнолуния оставалась пара дней, выражение было как нельзя кстати.

Пока несли первое, Льза поделилась новостями.

— Ангелы закрыли воздушное пространство региона, все покидающие город машины проверяются. К Воротам уже подтянули военных с электрическим оружием. На той стороне приказано стрелять на поражение. Мы готовы к встрече, так сказать. Ждем.

Расставили тарелки. Наваристый грибной суп источал такой аромат, что я едва не захлебнулась слюной. Мы приступили к еде, и некоторое время слышалось только редкое постукивание ложек по тарелкам. Я посматривала на Рейлика, когда ела. Он меня беспокоил. Казался отрешенным, подавленным, угнетенным. Мезп на самом деле была ему дорога. Я думала о том, что ему сейчас наверняка приходится несладко. Тем не мене, суп он съел весь, попросил официанта открыть вино, попробовал и подставил бокал.

— У тебя с собой Кристалл, Нина? — спросила Льза, когда мы покончили с первым и дали команду выставить второе блюдо. Мужчины у нас дружно выбрали птицу, и мы не были против. Я кивнула и достала камень из кармана пиджака. — Можно посмотреть?

Я положила Кристалл на стол, и он тут же засиял, реагируя на присутствие Терна. Зеленый свет, исходящий от обычного на вид камешка, наверняка удивил официантов, принесших филе пулярки, но по их виду сказать ничего было нельзя.

Я машинально погладила камень кончиками пальцем. Было тепло и приятно. Пододвинула его к Льзе — и сияние тут же стало тускнеть. Она наклонилась, аккуратно коснулась камня и тут же отдернула с легким «ой».

— Ужасный камень. — Она посмотрела на хмыкнувшего Берка. — Хватит. Ты прикоснись.

— Нет уж спасибо, — покачал он головой. — Ты глянь на свой палец. Там что, ожог?

— А что ты чувствуешь, касаясь его? — спросила Льза. — И почему он светится?

— Я чувствую себя хорошо, — пожала я плечами. — Спокойно. Умиротворенно. А светится он, потому что реагирует на Терна.

Она приподняла брови.

— А что с ним не так?

Мы с Терном переглянулись. Я вернула Кристалл на место, чувствуя себя увереннее и спокойнее с камнем в кармане. Вздохнув, я опустила взгляд в тарелку и взялась за вилку.

— Он — вампир, и он пытается… уничтожить мою ауру. Кристалл ему этого не позволяет.

Я подцепила вилкой кусочек филе и отправила в рот. Молчание затянулось и, подняв голову, я увидела, что Льза внимательно на меня смотрит. Берк тоже, впрочем. Только Рейлику, казалось, не было до происходящего никакого дела.

— Кристалл для тебя просто находка, Нина.

Я кивнула.

— Да. Без него нам бы было тяжело.

Никто не уточнил, то я имею в виду. Кажется, всем и так все было ясно.

Блюдо из пулярки оказалось очень вкусным. Я отпила несколько глотков вина и почувствовала, что немножко опьянела с непривычки. На десерт принесли штрудель, и он буквально таял во рту. Еще капелька вина — и я услышала, что смеюсь над шутками Льзы и мурлычу себе под нос мотивчик песни, звучащей из динамиков. Мне было хорошо и легко. И я даже не почувствовала грусти, когда Рейлик, извинившись, попрощался и направился к лифту. Допив вино, мы еще немного поговорили о демонах, ангелах и вампирах — Берк уже не особенно стеснялся в выражениях, и нам пару раз пришлось покраснеть. Но мнения наши, кстати сказать, совпадали. Я тоже считала, что ангелы здесь вели себя совсем не как представители высокоразвитой цивилизации. Они позволили предателю затесаться в ряды защитников, они позволили демону сбежать.

— Надо было надеть на демона ошейник со взрывчаткой, — сказал Берк, дожевывая последний кусочек штруделя. — Вышла за пределы комнаты — бах, и до свидания.

— Сфера и была этим ошейником, — заметил Терн. — Ангелы убили бы демона, если бы хотели убить. Но они надеялись привлечь ее на свою сторону. Пока она изображала несчастную узницу и пыталась убедить нас в том, что не понимает, что творит, мы внимательно за ней наблюдали. И ее поведение не было похоже на поведение отчаявшегося… демона. Мы искали предателя, но не там. Я, Мезп, Рейлик и Эмак должны были стать первыми подозреваемыми. Но мы искали его среди вас.

Я не удивилась. Демонокровка. Дочь Ра’ша. Существо с кровью врага в жилах. Демонокровки, выращенные в тренировочных лагерях, с ненавистью в крови и сердце. Кто же еще мог стать предателем? Конечно, один из нас. Ангелы были правы, когда следовали пословице: держи друзей близко, а врагов еще ближе. Они не сводили с нас глаз, а в это время Мезп и ее помощники разрушали изнутри систему безопасности.

— Не забывайте, для многих вы — такое же зло, как и демон, — сказал Терн, глядя прямо на Берка. — Один из вас все еще может оказаться предателем.

— Ну, знаешь… — начал тот, но Льза ухватила его за локоть и заставила замолчать.

— Он имеет в виду Щадара. Не нас. Щадара. — Она повернулась к Терну, и я замерла, увидев в ее глазах слезы. — Ведь так?

Он кивнул. Сердце мое сжалось. Мне не хотелось даже думать о такой возможности. Но где же тогда Щадар, почему его нет ни среди живых, ни среди мертвых? Если только демоны не взяли его в заложники и не попытаются в ночь открытия Ворот совершить обмен, о котором я тоже не хотела думать.

— Я не верю в это, — сказала я вслух. Терн посмотрел на меня, я на него. — Дар не может быть предателем.

— Почему?

— Я знаю его. Я работала с ним.

— Я работал с Мезп. Шестнадцать лет рука об руку, Стил.

— Я все равно не думаю, что это он.

Он положил руку на мою руку и легко погладил.

— Мы оба знаем, что такое предательство, правда? И оба знаем, что такое — ошибиться, назвав невиновного предателем.

Я медленно кивнула, понимая, о чем он. Я едва не умерла на озере Атт в ту зиму, когда на деревню напало кочевое племя джорнаков. Тогда способность впервые проявилась во мне, и тогда вся деревня посчитала меня перебежчицей, открывшей врагу дорогу в обход засады. Меня приговорили к казни и утопили. И Терн поверил в мою виновность и не сделал ничего, чтобы спасти меня.

— Да, — сказала я, вспоминая то далекое время. — Мы знаем, Терн.

— Никто не называет Дара предателем, но мы должны предполагать и такую возможность.

— А насчет нас, что же, сомнений нет? — вызывающе спросил Берк.

— Почти нет. — Терн отвел от меня взгляд и посмотрел на него. — Я предложу Совету завтра провести и с вами процедуру снятия внушения. На всякий случай.

— Да хоть сейчас. Куда смотреть?

Но я уже качала головой.

— Без разрешения Совета я не стану. Да и нужна ясная голова, а я сейчас не совсем трезво мыслю.

Всех подробностей они не знали, и я не стала им рассказывать.

Мы разошлись по номерам. Мои охранники жили на втором этаже, мы с Терном поехали на лифте на третий. Я вошла в номер, и он следом за мной, но когда я стала нащупывать кнопку выключателя, чтобы зажечь свет, его рука легла на мою руку.

— Не нужно.

Я повернулась без возражений и обняла его за шею, притягивая к себе для поцелуя.

Мы уже почти добрались до спальни, и из одежды на мне осталось совсем немного, когда в дверь забарабанили.

— Нина! Нина!

На ходу натягивая на себя олимпийку и спортивные штаны, в которых я тут ходила, я подскочила к двери и, включив свет, открыла. На пороге стояла Льза.

— Включайте телевизор. Я пошла одеваться, за нами уже едут. Включайте и собирайтесь. Первый канал.

Она сразу поняла, что я не готова сейчас ее впустить, но не сказала ни слова по этому поводу. Хлопнув дверью, она понеслась по коридору к номеру Рейлика, а я обернулась к Терну, который уже тоже одевался.

Плоский телевизор висел на стене напротив дивана, я включила его и почти сразу же увидела высотный дом в Речном, шестнадцатиэтажку, которую называли у нас за длину и разноцветные подъезды Китайской стеной. Вокруг летали вертолеты, с одного из них, похоже, и велась съемка. Черная ночь то и дело прорезалась всполохами прожекторов, вокруг высотки выстроились перемигивающиеся красными и синими огнями полицейские машины.

На крыше шестнадцатиэтажки стояли восемь человек в темной одежде. У самого края — девятый, облаченный в белое. Его голова была накрыта мешком с нарисованной на нем цифрой «1». Руки человека были скованы сзади, и от браслетов наручников тянулась тонкая, блестящая в свете прожекторов цепь. Держал ее один из людей в черном.

Звука почему-то не было, и мы потратили минуту или две, разыскивая пульт. Наконец, нам удалось прибавить громкость. Стал слышен гул вертолетного двигателя, и голос ведущего репортаж журналиста.

—…видим, вокруг здания уже собралась толпа. Чего требуют эти люди — неизвестно. Вертолет полицейских, попытавшийся приблизиться к зданию, был словно насильно развернут в обратную сторону и едва избежал столкновения с нашим. Пилоты говорят, что получили мысленный приказ. Мы ждем представителей высших рас. Кажется, здесь замешаны они.

Вертолет отлетел чуть подальше и стало видно, что за спинами людей в черном растянут большой баннер с надписью на гальбэ «Верните Кристалл». Увидев эти слова, я похолодела. Это был худший из возможных сценариев, и опасалась думать, какое решение примут ангелы. Для них оно было абсолютно однозначным.

— Они не станут его спасать, — сказала я, не глядя на Терна. Он подошел сзади и обнял меня, успокаивая. Только тогда я поняла, что заламываю руки и дрожу, как осиновый лист. — Терн, а вдруг там Дар.

— Не думаю, — сказал он. — Я знаю, что за решение приняли бы ангелы, если бы не эта шумиха. Но теперь они не смогут просто обречь на смерть невинного человека. Затем мы и нужны.

Мы? Я развернулась в его руках и посмотрела на него, качая головой.

— Нет, Терн, ты туда не поедешь. Ты не демонокровка.

В его глазах полыхнуло зеленое пламя, и взгляд стал ледяным.

— Стил, мне стоит напомнить тебе, кто я? Меня на днях должны включить в Совет, прошение уже одобрено. У меня есть право быть там, и, пожалуйста, если не хочешь, чтобы я напоминал тебе о том, что принадлежу к высшей расе, не говори со мной так.

Я замерла, пораженная интонацией его голоса. Резкой, надменной, холодной. Терн никогда раньше не позволял себе со мной так разговаривать. Но он был прав. Он был на все сто процентов прав.

— Прости, — сказала я, опуская голову и отступая, но он притянул меня к себе и заставил посмотреть в глаза.

— Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, что я люблю тебя. Тебе угрожает опасность. Я не намерен оставаться в стороне в любом случае. Но как вампир еще и не имею права. Быть с тобой теперь — мой долг, Стил.

Снова забарабанили в дверь, и теперь я открыла сразу. На сей раз это был запыхавшийся Берк.

— Идемте. Приехали.

Терн и я схватили куртки и вслед за ним побежали вниз. У подъезда уже ждала машина. Льза отключила энергетическое поле, в котором не было нужды, и на мой телефон сразу посыпались смс-ки. Уже в машине, когда мы тронулись и с бешеной скоростью понеслись по ночному городу вперед, я стала их проглядывать. Это были пропущенные звонки от Чима и Ракель и одно сообщение от Корта.

«Будь осторожна».

Алкоголь моментально выветрился из моего сознания. Я прижалась к теплому плечу Терна и посмотрела в темное окно, за которым мелькали огоньки автозаправок, кафе и супермаркетов. Вот он, час «Х». Вот он — день и час ради которого мы тренировались и проливали пот и кровь. Терн наверняка ощутил мою дрожь, но говорить ничего не стал. Меня не нужно было успокаивать или ободрять. Я знала, на что шла. Знала — и была готова.

Льза попросила водителя включить телевизор, и вскоре мы, затаив дыхание, слушали и смотрели прямой репортаж с места событий.

Вертолет завис над крышей здания, но не слишком близко. Лучи прожекторов плясали вокруг, фигуры и в черном и фигура в белом стояли неподвижно.

— К нам присоединился военный вертолет, но мы все еще надеемся на то, что все решится мирно. Эти люди отказываются отвечать на вопросы и вступать в диалог до приезда представителей Вселенского Совета, но пока не проявляют никакой агрессии. А вот и высшие расы.

Свет скользнул вниз, и стало видно, как по дороге к зданию несутся джипы с эмблемой Вселенского Совета — золотистыми звездами, заключенными в темно-синий треугольник.

— Да, так и есть. К зданию приближается кортеж Совета. Мы надеемся, что ангелам и вампирам удастся разрешить конфликт без жертв… Смотрите!

Над крышей стоящей напротив десятиэтажки вспыхнул ярким светом экран, один из тех, на которых обычно транслировались рекламные ролики. На экране появилась комната без окон, залитая пронзительным ярким светом. В этой комнате, привязанные за руки и за ноги к железным стульям, сидели шесть человек. Все — в белом, с мешками на голове. Я почувствовала, как сердце ухнуло куда-то вниз. Если с демонокровками был Дар, то кто тогда эти люди? Обычные мирные жители, которых снова используют как пушечное мясо?

Я на мгновение закрыла глаза, боясь увидеть страшное, но тут же снова открыла — боясь пропустить.

— Мы видим, что на экране, установленном на соседнем здании, нам показываются какие-то люди. Они тоже одеты в белое, а головы накрыты мешками. Страшное зрелище. Страшное и странное, особенно если учесть, что никаких требований до сих пор предъявлено не было. Но теперь совершенно точно ясно, что речь идет о захвате заложников. Нам остается только ждать реакции Совета. Напоминаем, что сюда уже прибыли его представители.

Автомобили Совета подъехали ближе. Толпа, собравшаяся возле здания, была такой плотной, что советникам пришлось пробиваться сквозь нее, буквально расталкивая людей локтями. К счастью, почти сразу на помощь им пришли сотрудники полиции.

— Разойдитесь! — раздался снизу зычный крик.

— Очистите путь!

Людей стали теснить назад. Я заметила знакомое лицо — это был тот самый зеленоглазый вампир, что присутствовал на допросе Мезп. Он и еще трое из Совета встали на тротуар прямо под тем местом, где на крыше стояли демонокровки.

Прожектор ударил светом в них. Человека с мешком на шее оттащили назад, просто дернув за цепь — так сильно, что он едва не свалился. Один из демонокровок вышел вперед. Это был молодой мужчина с волевым лицом. В его руках не было оружия — у них его вообще не было, но я буквально почувствовала, как веет опасностью. Им не нужны были пистолеты и ножи. Их оружием был разум, а пулей — воля, которая после меткого выстрела вонзится точно в цель и уничтожит ее.

— Нам нужен Кристалл! — закричал он. — Мы даем вам двадцать четыре часа, сутки на размышление. До открытия Ворот в Белый мир по истечении этих суток останется шесть часов. После этого каждый час один из тех людей в белом будет умирать. Последним умрет ваш демонокровка. Если попытаетесь открыть огонь — они умрут все сразу. В комнате установлено взрывное устройство и стоит таймер. Если я или один из моих людей не переведем таймер, он взорвется тотчас, как откроются Ворота. Время пошло. И чтобы вы поняли, что мы настроены серьезно…

Я поняла, что сейчас случится, но просто не смогла заставить себя отвести взгляд. Демонопоклонник повернул голову к мужчине с мешком на голове. Слова звучали четко и громко.

— Беги вперед. Я сказал.

Он не смог бы сопротивляться. В два шага несчастный преодолел расстояние до края крыши. Споткнувшись о парапет, он дернулся, пытаясь удержать равновесие, но руки были связаны за спиной и ничем не смогли помочь. Серебряная цепочка змеей потянулась за ним, мужчина упал вперед, забалансировал на краю, отчаянно пытаясь удержаться, и не смог.

Тело полетело вниз, провожаемое лучом прожектора. Раздался ужасный чавкающий звук, толпа отшатнулась, послышались крики. В эфире тут же появилась сетка настройки, видимо, репортеру тоже стало плохо. Я же только сейчас осознала, что сжимаю руку Терна, повернулась и уткнулась лицом в его плечо, сдерживая тошноту.

— Им уже нечего терять, — сказала Льза медленно и очень четко. — Они сделают, что обещали. Как же я хочу убить эту тварь своими руками.

— Если ангелы не отдадут Кристалл, эта смерть будет лишь первой в череде, — сказал Берк сквозь зубы. — Я расскажу тебе, как все будет. Если сейчас этих уродов грохнут, умрут и те шестеро, что сидят взаперти. Ангелы бы запросто отдали приказ, поверь. Но среди них наверняка не все демонокровки. Тот парень был с цепью, потому что это были узы. Они не стали бы рисковать собой просто так. Я почти уверен, что демонокровки сидят где-нибудь в отеле через улицу и обсуждают происходящее, поглядывая в телевизор. Они покажутся, когда приедем мы. Не раньше. Им нужны мы, а не толпа под окнами. И даже не Совет. Мы. Я почти уверен, что эти люди на крыше — пешки. Расходный материал.

— Ты думаешь, это вызов? — покачала Льза головой.

Но я была согласна с Берком. Ангелы могли сейчас выстрелить по зданию ракетой. Это бы никого не убило, только тех несчастных в комнате. Снова партизанская война, снова игра в поддавки? И та, и другая сторона уже устала скрываться. Настало время открытой игры. Именно потому ангелы и допустили сейчас эту жертву. Именно потому и закрыли глаза на смерть невинного человека. Потому что на карту было поставлено гораздо больше, чем его жизнь.

Я нащупала в кармане Кристалл и изо всей силы сжала его в ладони.

Зазвонил телефон. Я взяла трубку, даже не глянув, кто это.

— Нина, это Дер. Передай остальным, на Ворота было совершено нападение. Погиб только один из наших. Чим. Остальные живы и здоровы. Благодаря ему.

— Что с нападением? — выдавила я.

— Отбито. Демонокровки убиты все.

— Сколько их было?

— Четверо. И двенадцать демонопоклонников-людей.

Дер положил трубку, и я передала остальным содержание нашей короткой беседы. Льза уткнулась в плечо Терна и заплакала. Я тоже еле сдерживала ярость и слезы.

Уже потом Ракель расскажет мне, что воплощение Чима — единственное истинное из нас, было настоящим накопителем демонической энергии. Он принял в себя удар сильнейшей волны, направленной демонокровками на защитников Ворот — и отдал ее обратно, усилив в несколько раз. У демонопоклонников не просто сплавились мозги — они сами превратились в кучку пепла, по-настоящему превратились, вспыхнув ярким огнем в мгновение ока. Чим исторг из себя это огромное количество энергии, и его сердце просто не выдержало. Он умер легко, просто опустившись на землю после удара. Закрыл глаза, вздохнул и больше не дышал.

Он был лучшим из нас.

— Кажется, вся надежда теперь на нас, — сказал Берк, когда впереди показалось здание Совета. — Стоп, я думал, мы едем не сюда.

— Приказ, — отозвался водитель.

— Нам нечего делать у того здания, — сказал Терн. — Требования свои демонопоклонники озвучили. Кормить толпу не стоит. Они не спустятся сверху еще двадцать четыре часа, как минимум. Но у них наверняка есть с собой вода и пища. А у тех людей в комнате нет.

— Ты хочешь сказать, ангелы отдадут им Кристалл в обмен на жизни тех людей? — обернулся Берк.

Терн покачал головой.

— Не может быть и речи.

Машина остановилась во дворе представительства. Мы выбрались наружу, застегивая куртки — ветер был по-осеннему холодным и сильным. Огни на здании были приглушены, но на верхних этажах окна светились. Видимо, Совет работал сегодня в ночную смену.

Охрана, как обычно, заставила нас пройти через рамку металлоискателя, потом была короткая поездка в лифте — и вот уже мы входим в зал. Народу было много. Большой экран позади трибун показывал картинку того самого здания с вертолета. Демонопоклонники все так же невозмутимо стояли на крыше. Военный вертолет бестолково кружился поодаль, видимо, внушение не позволяло пилотам подлететь ближе. Вокруг тела внизу собралась полиция. Машин Совета уже не было.

Терн погладил меня по плечу и направился к рядам, где сидели вампиры. Нам же навстречу устремился Дер. Он казался расстроенным и злым одновременно: брови насуплены, глаза мечут молнии, губы сжаты.

— Совет решает, что делать, — сказал он. — Мы должны попытаться разузнать местоположение комнаты, в которой они держат заложников. Если мы не успеем спасти их, они все умрут, возможно, не только они, если речь идет о взрыве. У нас есть только один шанс и одна возможность. Рассаживайтесь.

Почти тут же двери открылись, и я увидела Героя в инвалидной коляске, которую катила Ирина. Я не видела ее с момента окончания своего дежурства. Она показалась мне похудевшей и усталой.

Ирина вкатила коляску на помост и поставила рядом со столом ангелов. Пока Герой обменивался с ними приветствиями, она спустилась и уселась рядом с нами. Мы обменялись сдержанными кивками. Говорить было практически не о чем.

Начал заседание тот же ангел, что рассказывал землянам о радостях союза с высшими расами. Он пересказал присутствующим то, о чем мы уже знали. Несколько часов назад демонопоклонники атаковали Ворота и были уничтожены с минимальными потерями для защитников. Есть основания предполагать, что это нападение — первое и единственное. Видимо, демонопоклонники решили деморализовать оставшихся здесь защитников Кристалла, устроив у Ворот показательную расправу. Но ситуация обернулась расправой для них самих. Никто не ушел от Ворот живым. Погибло шестнадцать человек — весь направленный к Воротам отряд. С нашей стороны погиб лишь один Чим.

— Нам, конечно, от этого не легче, — сказал ангел, заканчивая рассказ. — Но Чим знал, что его работа сопряжена с риском. И выполнил свою работу на «ура». Мы не забудем его.

— Не забудем, — повторила я шепотом.

— В наших силах спасти жизни невинных, которые оказались заложниками, — перешел ангел к другой части своего доклада. — Вампирская часть Совета предлагает убить демонокровок и выдвинуть демону свои условия. Ангельская часть Совета предлагает оставить демонокровок живыми и допросить их с помощью Кристалла, благо, охомраро здесь присутствует.

Я почувствовала на себе взгляды зала.

— В этом случае мы можем спасти заложников, но можем их и потерять. Имеются основания полагать, что выступили с требованием не демонокровки, а обычные демонопоклонники. В таком случае, толку от них не будет. Обменять их на сотрудничество демона не получится. Но данный способ является наиболее гуманным и разумным. Уже слишком широк общественный резонанс, нам просто не удастся замолчать такое убийство без объяснения причин.

— Я предлагаю принять кардинальные миры, если кого-то интересует мое мнение, — заговорил Герой, когда докладчик сел. — И скажу, почему. И вы знаете, почему. Мы вели ту войну необдуманно. Демоны уничтожили планету, на которой добывался минерал, а мы уничтожили планету, где добывались Кристаллы. И теперь, когда один из демонов вернулся, мы снова поступаем необдуманно. Мы готовы гнаться за могуществом, позабыв о том, сколько погибло народу в той войне. Позабыв о зле, которое несет в себе этот демон. Мы должны уничтожить демонокровок, чтобы у этой твари не осталось сомнений в наших намерениях.

Он попросил воды, ему тут же подали. Отпив из стакана, Герой твердой рукой поставил его на стол и продолжил:

— Мы должны сами поставить ей условия, как и было сначала. Сотрудничество или смерть. Я предлагаю ударить со спутника. Стереть этот мир, запустить новый виток цивилизации. Этот мир агрессивен, и даже это ваше мирное соглашение ничего не решило. Они не воюют с вами, но воюют друг с другом. Постоянный терроризм, постоянные взрывы, конфликты. Пора остановить все это. Убьем двух зайцев. Убьем!

Он обвел всех победоносным взглядом и отодвинулся от стола, показывая, что закончил.

Стереть мир. Этих слов я не слышала давно, и вот они зазвучали снова. Уничтожение целой цивилизации ради высшей благой цели. Мне было страшно даже это представить. Но в остальном Герой был прав. Нельзя было позволять демону играть с нами, нельзя было передавать ей инициативу. Только жесткие меры могли показать ей нашу силу.

— Позвольте и мне сказать пару слов, — сказал Дер. — Не спорю, жесткие меры иногда — самые рациональные. Но уничтожить мир легко, а ждать еще тысячи лет, чтобы созрела новая цивилизация, не так-то просто. Мы уже перезапускали цикл на этой планете. Лучше не стало. Я думаю, что это не выход. Я предлагаю поддержать решение ангельской части Совета, но решение будет принято общим голосованием, в котором примет участие и сама Нина Одн-на.

— За что она проголосует, уже понятно, — заметил Герой.

Даже мне самой пока это было непонятно.

— Позвольте мне рассказать о том, что предлагают ангелы, — продолжил Дер. — Мы уже выслали к месту действия вертолет, и военные ждут команды для удара. И мы уже ищем людей. Мы не хотим рисковать их жизнями, даже если на кон поставлена судьба мира.

— Громкое заявление, — услышала я сзади чью-то реплику.

Дер поднял руку.

— Прошу вас дослушать. Как нам доподлинно известно, в живых осталось пять демонокровок. Ворота мы контролируем, Они пока закрыты, а значит, подкрепления им ждать неоткуда. Нам надо воспользоваться этой ситуацией. Мы не знаем, сколько на крыше демонокровок. Но демона там нет, а нам нужна она. Времени на раздумья мало, но всегда проще убить, чем не убивать. Убитых не вернешь. Заложников мы можем не найти, но мы обязаны попытаться — ради мира, который нам доверился. У нас есть время. После удара мыслебомбой нам все равно придется выдержать паузу реактивного периода. Демонокровки все равно смогут здраво мыслить и соображать только к утру. Давайте попробуем. Если не получится — рассмотрим перезапуск цикла. Жду предложений.

— Вы уверены, что в заложниках действительно невинные граждане этого мира? — раздался голос из зала. Уз’кул. Я и не знала, что он здесь.

— Думаешь, заложники — это ловушка? — спросил Дер.

— Я практически уверен.

— А если нет? Если мы своим бездействием погубим невинных? Мы пришли на планету как высшая раса. Я думаю, настало время доказать всем, что это действительно так. Итак, — Дер возвысил голос. — Решение требуется принять сейчас. План А — захват демонопоклонников, план В — убийство. Жизнь или смерть, перезапуск или попытка решить все мирно? Голосуем. Кто за допрос?

Движение за спиной.

— За убийство демонопоклонников?

— Мыслебомба принята простым большинством, — сказал Дер, и сердце мое упало.

Приказ был отдан, и через несколько минут Дер озвучил отчет ударной группы. Мыслебомба попала в цель. Потерявшие сознание и память демонопоклонники погружены в вертолет и направляются сюда. Завтра рано утром они будут допрошены с нашей помощью и с помощью Кристалла.

Практически весь Совет намеревался остаться в здании на ночь, и нам предложили поехать домой и передохнуть. Этажом выше располагался бар, где мы могли выпить кофе и усесться на комфортных диванчиках перед экраном большого телевизора, пока за нами ехала машина. Конечно же, он транслировал новости. Шел последний выпуск новостей на сегодня, ведущая комментировала сюжет, который мы уже видели, и говорила о том, что полиция занимается поиском заложников.

— У нас на связи представитель Вселенского Совета вампир Ирм’дал, и давайте послушаем, как прокомментируют происшедшее представители высших рас. Здравствуйте.

Ирм’дал, судя по всему, позвонил в студию сразу после заседания. Готовность высших рас дать комментарии и поговорить с народом не могла не сыграть им на руку. Вампир вежливо и подробно ответил на вопросы. Да, на планете объявилась межпланетная террористическая организация, которая хочет украсть секрет высоких технологий для своего отсталого мира. Да, заложников уже ищут и скоро найдут. Да, родственники погибшего получат компенсацию.

Голос его звучал уверенно и спокойно. Если бы я не знала, что происходит на самом деле, я бы поверила.

— И по последним сведениям, террористы схвачены и уже завтра будут допрошены. Оставайтесь с нами. Последние новости из первых рук на канале «Миг».

Я и Терн заняли один из диванчиков. Льза и Берк примостились на другом, Берк тут же стал звонить Ракель. Я же думала о Щадаре. А что, если его мозг уже раскололи внушением, и теперь он на стороне зла? Что могло бы помешать демону перевербовать сильного демонокровку на свою сторону? Я надеялась, что в схватке лицом к лицу мне не придется применять свой дар против одного из своих.

За большими окнами давно уже было темно, и мы, наконец, могли поддаться усталости. После недолгого ожидания машина отвезла нас обратно в гостиницу. Завтра в шесть утра мы уже должны были быть на ногах и в Совете. В семь, ровно через двенадцать часов после начала отсчета, демонопоклонники будут допрошены.

— Мы надеемся, что к утру у нас будут первые результаты по поиску. Запись уже изучают, удалось отследить место, откуда велась передача. Мы движемся вперед, — сказал репортеру Ирм’дал. Я надеялась, что это не ложь.

— Если бы тебе пришлось самой выбирать, что бы ты выбрала? Чей план бы предпочла? — спросил меня Терн, когда мы уже улеглись спать.

Было так непривычно ощущать его рядом — постоянно рядом, и понимать, что он меня не ненавидит, не презирает, и, главное — не убивает меня. Я обхватила ладонью кисть обнимающей меня руки и большим пальцем погладила запястье.

— Тот, где людей не приносят в жертву. Кристалл у нас. Демон сильна, но мы справимся. Я уверена.

Он вздохнул мне в волосы и придвинулся ближе.

— Еще в войну, — сказал Терн, — мы поняли, что демоны используют что-то большее, чем просто внушение. Они появлялись и исчезали, как по волшебству. Оказывались в разных местах боя, на разных планетах. Целыми группами высаживались с кораблей, зависших на орбите. К счастью, Кристалл способен переносить только одного демона и только туда, где он уже был. У А’ким есть на выбор только два места — Дайтерри и планета Прин, и только в Прин можно добраться с помощью Ворот. До Дайтерри нужно лететь, долго лететь. Практически все наше путешествие и занял этот полет. Семь лет в анабиозе туда, столько же — обратно, до первой планеты с Воротами. Если А’ким окажется там, это будет означать, что все можно начинать сначала. Если окажется на Прин, там, где погибли Лемиш и Таллия… то вскоре можно будет ничего не начинать.

Я помнила, кто-то из ангелов говорил о такой способности Кристалла. Но Терн еще не закончил.

— А’ким сможет собрать новое войско из тех, кто ждет и верит. Здесь, на Земле. А уж желающие помочь ей в войне найдутся. И не только помочь.

— О чем ты?

Терн помолчал.

— А’ким — не просто демон, Стил. Она — женщина, самка. Из ее яйцеклеток способна родиться целая армия демонов. Демонокровок-женщин разводили с той же целью, но опыты провалились. Они не рожали демонов. Это не передавалось детям. Но мужчины-демонокровки смогут оплодотворить яйцеклетки настоящего демона. Их просто вырастят в пробирках где-нибудь в быстрых мирах. Вот, почему Герой настаивает на перезапуске цивилизации. Вот почему его предложение разумно и оправдано.

По мне пробежали мурашки, и объятья Терна стали крепче.

— Мне иногда кажется, что это фильм ужасов, — призналась я. — Я так надеялась на Сферу, на Совет, на то, что А’ким станет нашей союзницей. Я даже переживала за нее.

— Она постоянно передавала внушение. Говорила, что не может его контролировать, но могла. Она знала об Обещании, которое должно было заставить ее подчиниться, и именно потому так себя и вела. Наверное, Мезп сказала ей.

— Да, теперь я понимаю.

Меня постепенно охватывала дремота, и слова прозвучали уже не совсем четко.

— Спи, — сказал Терн. — Спи, Одн-на. Завтра будет тяжелый день.

— И ты спи, Терн, — сонно сказала я.

И уснула.