Генерал - Дракон! Будь моим папой!

Глава 24

Как только карета остановилась, я бросилась из нее, открывая дверь.

— Раяна! — позвала я, с топотом вбегая в детскую комнату, потом на кухню, потом в в гостиную. Мои шаги замедлялись, а я уже без надежды открыла дверь в свою комнату.

Надежда разбилась на осколки, а я почувствовала холод, присаживаясь на пуфик.

Это ужасное ожидание, как будто я пришла на собственные похороны.

Я совсем не хотела оставаться в тишине.

В этом доме никогда не было тихо!

Всегда слышался то детский смех, то топот ног. А теперь тишина пугала меня.

Почему я не смогла защитить свою дочь? Я чувствовала себя плохой матерью, предавшей собственное дитя.

Каждый мурашка на коже отзывалась в унисон с укором собственных мыслей: «Почему ты решила, что все будет хорошо? Как могла не проверить замки? Почему ты не легла спать с ней в комнате?».

Я подняла глаза на Эрфольга, который стоял в коридоре.

— Ты был прав! — выдохнула я устало. — Я — ужасная мать. Я должна предусмотреть все! Абсолютно все. У меня постоянно в голове вертится что-то вроде, а вдруг чайник упадет, вдруг карниз плохо закреплен, вдруг потоп, вдруг пожар… Но у меня даже в мыслях не было, что ребенок исчезнет из собственного дома. Я — самая худшая мать на свете…

От этих слов захотелось плакать. Внезапно я почувствовала прикосновение к своему плечу. Проглотив боль, я посмотрела на генерала.

— Я уже пожалел о том, что сказал эти слова, — послышался голос, а я смотрела на красивое лицо. — Я не знал вас. Не знал, как вы живете. Я не знал, что одна бедная аристократка тащит на себе и работу, и хозяйство, и воспитание дочери, умудряясь едва сводить концы с концами. Без слуг, без мужа, без родственников. Так что ты — просто очень уставшая мать… Измученная, замотанная и бесконечно любящая…

Его глаза были полны понимания и сочувствия, что, казалось, слегка отогревало мою хрупкую душу.

Он, вероятно, не знал всей бурной истории нашей жизни, как мне приходилось все на себе тянуть, как тяжело выживать в мире, где ты сама себе единственный защитник. Я умирала от стыда за свои мысли, но рядом с ним, неожиданно, капля надежды струилась сквозь сердце.

Генерал молча взял меня за руку, и я почувствовала, будто он передаёт тепло, о котором так давно мечтала. Первая поддержка в моей новой жизни.

— Мы найдем ее, — слышала я тихий голос. — Обязательно найдем.

Его слова звучали, как колыбельная, убаюкивающая всполохи тревоги.

И в этот момент, когда вокруг стояла тишина, прерываемая моими всхлипами, вдруг раздался стук в дверь.

— Стучат, — прошептала я. — Кто-то стучится…

Мое сердце замерло, остановилось на миг, затем снова забилось с такой силой, как будто хотело вырваться наружу.

Я вскочила на ноги, мчалась к двери, словно в воздухе запахло надеждой.