Остаток дня я чувствовала, как тайна терзает мою душу. Неприятное чувство поднималось откуда-то с душевного дна. Я ощутила, как непрошеная волна ревности накрыла меня, когда его карета растворилась среди суеты города, моя душа словно потянулась к нему; я не могла не задаться вопросом, куда он унес этот букет.
Мысли о том, что где-то его ждет счастливица, которой предназначены эти цветы, сжали моё сердце. Я представляла, как он дарит эти цветы кому-то другому, и мне было горько.
С каждой минутой в моих мыслях разгорался самый настоящий ураган. Я знала, что не имею права на такие чувства. Он и так делает для нас многое. И я не вправе просить его о большем.
Подошла к почти законченному букету, стоящему на столе, и вдохнула аромат, отчаянно пытаясь смириться с этим накалом чувств.
Любовь и ревность — такие страшные, но такие осязаемые спутники в жизни.
Я понимала, что не должна ревновать; он — не моя собственность, и, возможно, этот букет принесет ему счастье. Мне очень хотелось, чтобы он был счастлив, пусть и не со мной.
День пролетел незаметно. Покупателей в лавке было немного. И я особо не торопилась. Разумеется, я подвела бухгалтерию раньше, чем пришел хозяин, вписав букет генерала по его стандартной стоимости, а разницу спрятала себе.
И вот, идя в сторону Академии, я посмотрела на магазин платий. Мне дико захотелось зайти и купить красивое платье, красивые ленты и вон те туфли, в надежде понравится.
Но я скользнула взглядом по витрине и отмела это желание, решив приберечь деньги на всякий случай.
Я сегодня немного опоздала, поэтому спешила изо всех сил.
Карет возле Академии уже не было, а я поспешила в группу.
Когда я вошла, Раяна бросилась ко мне, обниматься. Она осталась последней.
— Мама просто чуть-чуть опоздала, — улыбнулась я, видя встревоженное лицо Раяны. — Что-то случилось?
— Мам, мы сегодня варили зелье… — начала Раяна.
— Ну это же здорово! Это, считай, сложная магия! — ободрила я доченьку.
— Но у меня почему-то получается хуже всех, — вздохнула Раяна. — Мое зелье какое-то слабое… У всех оно сильное, а у меня слабое… Я ведь все делала правильно.
— Думаю, не стоит расстраиваться, — заметила я, потрепав дочь по головке. — Не у всех известных магов получаются приличные зелья! Может, это просто не твое! Так, а где мисс Риссен?
— О! — послышался голос воспитательницы, которая открыла дверь в смежную комнату. Ее лицо выглядело сегодня особенно милым и сияющим. На губах была сверкающая помада. — Я рада, что вы пришли. Я как раз хотела с вами поговорить. Это ненадолго. Пройдемте…
Я вошла в комнату, и первое, что я увидела, так это тот самый букет. Он стоял в красивой вазе, а я безотрывно смотрела на цветы, чувствуя, как сердце раздирает мучительная боль. Это был он! Я узнаю свои букеты из тысячи. Так вот, значит, кому он предназначался…
«Больно… Как же больно…», — сжалось что-то внутри меня, а я старалась не подавать виду. «Ты не должна его ревновать! Он тебе не принадлежит!», — твердила я себе,
— Присаживайтесь, — мило проворковала мисс Риссен. — Я бы хотела поговорить про генерала!