Генерал - Дракон! Будь моим папой!

Глава 33 Генерал

— И почему же мне должно быть стыдно? — произнес герцог, глядя на меня ледяным взглядом.

— Наверное, потому что ваши дети ровесники, — заметил я.

Лицо герцога омрачилось. Его тон стал холодно — вежливым.

— Беременность моей супруги была тяжелой. И доктор не рекомендовал мне посещать ее покои, — сухо произнес герцог. — Ради ее же блага.

— Так вы изменяли ей ради ее же блага и с благородными убеждениями? — спросил я, глядя на герцогиню, лицо которой стало надменным. — Воистину, это — верх благородства!

— Прекратите! — с явным недовольством в голосе произнес герцог, резко вставая с кресла. — Я не обязан содержать чужого ребенка. Однако, делаю это! Я присылаю деньги, чтобы они не умерли с голоду! И кто вы такой, чтобы меня осуждать? Вы — отец девочки?

— Нет, — усмехнулся я. — Я — не ее отец. Мы знакомы с ней не так давно.

— Тогда что вы хотите? — спросил герцог, выходя из себя. По нему было видно, что ему стоило невероятных усилий держать себя в руках.

— Чтобы вы вернули вашей бывшей жене родовую магию! — произнес я. — Всего-то.

Герцог смотрел на меня, сощурив глаза. Костяшки его пальцев побелели, а он бросил на меня презрительный взгляд.

— Дорогая, выйди, — произнес герцог.

— Нет, нет, я постою, — гордо заметила герцогиня, прошелестев платьем.

— Вы считаете меня законченным негодяем? — с достоинством произнес герцог. — Да, я любил эту женщину. Я света белого за ней не видел! И, быть может, именно поэтому продолжаю помогать ей! В память о былой любви! Но опуститься до того, чтобы забрать себе ее родовую магию? Это чересчур!

Я достал решение суда.

— Однако, решение суда все еще действует. И обозначает, что магия находится у вас, — произнес я.

— Я сказал своей жене, чтобы она вернула ее обратно, — произнес герцог. И тут герцогиня дрогнула. Ее лицо побелело, а она сделала глубокий нервный вдох. — И она ее вернула!

— Что-то мне подсказывает, что нет, — произнес я, видя, как герцогиня становится белее мела. Сейчас она всем видом показывала, что находится на грани обморока.

Я усмехнулся и посмотрел на герцога. Ни один мужчина, аристократ не станет проводить магическую экспертизу, а уж тем более, озвучивать ее результаты в суде. В аристократических семьях такие вещи не выносятся за пределы поместья, поскольку любой скандал может бросить тень на фамилию. И неверная жена, чаще всего, удостаивается молчаливого презрения, которое никогда не выходит за рамки дома. В особо тяжелых случаях всегда есть отдаленные поместье, куда можно отправить надоевшую супругу, чтобы забыть о ней раз и навсегда, пока по семейной кровати скользят грязные пятки прислуги или шелковые чулочки очередного хозяйского увлечения. А тут целый развод, экспертиза, позор. Его явно кто-то надоумил. И этот кто-то стоит у него за спиной и трясется, как осиновый лист. Кому-то срочно нужно было замуж, поэтому вместо тихих семейных сцен и презрительного взгляда за ужином, получился целый бракоразводный процесс.

Герцог резко обернулся на супругу, которая сжала губы в тонкую ниточку.

— Я просто забыла, — нервным голосом произнесла герцогиня, сглатывая. — У меня был маленький ребенок! И в первую очередь я уделяю время ему, а уж потом всему остальному! К тому же наш сын болел, и мне было не до этого!

Герцог смотрел на супругу, которая замолчала. И взглянула на меня взглядом, полным обжигающей ненависти.

— Перстень, — протянул я руку.

Герцогиня шумно вздохнула и вышла из комнаты. Я посмотрел на герцога.

— Я не знал об этом, — произнес герцог, сдержанным голосом. — Приношу свои извинения.

Он помолчал, а потом спросил, глядя мне в глаза.

— Скажите, господин генерал. Вы ее любите? — прозвучал негромкий вопрос.

Я смотрел в глаза герцога, с удивлением видя в его глазах вспышку ревности. Этот вопрос, пусть небольшая, но помощь, говорили о том, что герцог продолжает любить пусть и бывшую, но жену.

— Вы что? Ревнуете? — спросил я.

— Эта женщина когда-то была моим смыслом жизни. Я света белого за ней не видел, — прошептал герцог, опустив голову. — Я думал, что мы будем счастливы. Поэтому ее предательство разбило мне сердце, выжгло изнутри мою душу. Если бы я не любил ее, или любил бы в половину меньше, то, быть может, все сложилось бы иначе. Я бы ограничился тем, что мы бы просто разъехались по разным поместьям и не мешали бы друг другу. Но я не мог… Она разбила мне сердце. Причинила такую боль, которую даже время не способно вылечить!

В этот момент в комнату вплыла герцогиня со шкатулкой. Она выглядела так, словно фамильное привидение.

— Вот, — глухо произнесла она, протягивая мне шкатулку. Я открыл ее, видя там на черном бархате фамильный перстень.

Герцог заглянул в шкатулку, а потом посмотрел на жену.

— Это не все, — произнес он, нахмурив брови. — Где остальное? Мне что? Теперь все за тобой проверять?

Герцогиня вздрогнула, как от пощечины, и плавно вышла из комнаты, шелестя платьем по ковру. Я провожал взглядом красивую женщину, которая уже мысленно считала украшения своими. Как только дверь за ней закрылась, герцог изменился в лице.