Класс: Боевой целитель. Том 6

Глава 27

Я откинул тяжёлую шкуру и сел на кровати, чувствуя, как в висках колотит пульс. Тело после двенадцатичасового сна казалось чужим — слишком сильным, наполненным густой энергией после поглощения сил Невзора.

Но радость от победы испарилась минуту назад, когда рука привычно скользнула к поясу и нащупала рваный край пустого кошеля.

Я отдал приказ злосчастной системе. Потребовал полное сканирование комнаты. Режим поиска биологических следов.

Нужно определить, кто мог войти ко мне за эти двенадцать часов. И ведь всё это из-за чёртовой системы! Обычно я сплю чутко. Просыпаюсь при малейшем шорохе. Но нет же! Ей приспичило отвлечь меня иллюзиями, образами отца.

Система утащила меня в глубокий сон. И что теперь?

Теперь ключа больше нет. Удивительно, как мне только глотку во сне не перерезали.

Перед глазами развернулись привычные системные сообщения.

Я ожидал увидеть багровые пятна тепловых следов Борислава или кого-то из его прихвостней. С точки зрения медицины или смежной с ней судебной экспертизы, обнаружить следы человека очень просто.

Мы постоянно теряем чешуйки кожи, микроскопические капли пота, выдыхаем углекислый газ. Мы оставляем за собой невидимый шлейф органического мусора, который невозможно полностью скрыть.

Уж система должна что-то заметить.

Но нет.

Интерфейс подсветил мои собственные следы — яркие пятна на смятых шкурах, следы моего организма у стола. И… больше ничего. Пустота.

Не понимаю.

Я нахмурился, обходя комнату по периметру.

Никого? Совсем никого?

Я проверил дверной замок — закрыт изнутри. Окна тоже казались нетронутыми, хотя одно было распахнуто для проветривания. Система упрямо твердила, что в комнате никого не было.

/ Азотистых соединений, характерных для человеческого дыхания, в воздухе не обнаружено. Никто из людей не входил в эту комнату, пока пользователь спал/

Может, магия иллюзий? В моей голове мелькнула такая мысль. Но я понимал, что даже самая совершенная иллюзия не отменяет физиологию. Если вор стоял здесь и срезал мой кошель, он должен был оставить хоть одну молекулу ДНК, хоть крохотный всплеск тепла. Вор в любом случае должен был дышать.

Я сел на край кровати, прижав ладони к вискам. В голове всплывали медицинские атласы. Если это не человек и не животное, то кто? Рептилии слишком холодные и медленные для такой ювелирной кражи. Насекомые не унесут тяжёлый кристалл.

Монстр? Нет, вряд ли. После вчерашнего боя монстры бы здесь точно не появились.

И тут меня осенило.

— Смени объект исследования, — приказал системе я. — Ищи хлорофилл, целлюлозу. Любую растительную органику, которая не является частью интерьера. Ищи следы фотосинтеза.

Моя магия мигнула, пронеслась по комнате.

И тогда я увидел его.

Тонкий, почти призрачный след тянулся от окна к моей кровати. Это не были шаги ног. Это были отпечатки чего-то гибкого, похожего на небольшое растение.

На полу остались едва заметные капли клейкого сока — фитонциды, которые растения выделяют для защиты и коммуникации. В моём прошлом мире это назвали бы неопровержимой химической уликой.

След вёл прямо к моему поясу. Я увидел микроскопические зазубрины на коже кошеля — их не срезали стальным ножом, а буквально перетёрли острыми, как бритва, краями жёсткого зазубренного листа.

Это не человек. Это был росток. Живая лоза.

Я подошёл к подоконнику и заметил в щели между камнями крошечный, скрученный серый листок терновника. Он был мёртв, но его структура всё еще хранила магический отпечаток хозяина.

Растительная ткань не дышит как мы, у неё нет теплового излучения, она идеально сливается с природным фоном Фронтира, становясь невидимой для моих поисковых систем.

— Тис! — я сжал кулаки так, что хрустнули суставы.

Друиду не нужны были шпионы или подкупленные стражники. Он не стал посылать армию, чтобы выломать дверь. Он просто вырастил идеальный инструмент. Крошечный, лишённый воли и тепла побег, который просочился сквозь щели в кладке.

Забрал ключ и ушёл обратно в руины. Пока я праздновал победу над Невзором, Тис хладнокровно забрал то, ради чего всё это затевалось.

Я выскочил в коридор, едва не сбив с ног Радко, который как раз шёл к моей двери.

— Ключ украден. Тис забрал его прямо у меня из-под носа. Зови Стояна и Видану, живо! — велел я. — Похоже, выдвигаться нам придётся раньше, чем планировали.

Непонятно только, почему Тис украл ключ, но не стал убивать меня. Зачем сохранил мне жизнь?

Хотя… Ответ лежит на поверхности. Он, как никто другой, чувствует, какого могущества мне удалось достичь. Ему было невыгодно будить меня. Поэтому он отправил древесного разведчика, чтобы тот похитил ключ.

Подготовка к уходу была недолгой. Мы не могли позволить себе медлить, пока Тис уносил ключ всё глубже в руины. Радко и Стоян уже проверяли снаряжение, Видана перебирала страницы гримуара и поспешно заполняла пустующие поля.

Расширяла объём книги. Но чудо ведьма сотворить уже не могла. Скоро гримуару придёт конец — и мы оба это понимаем.

К нам присоединились ещё пятеро. Те самые добровольцы, которые ночью на стенах превратились в настоящих демонов войны.

Среди них был и разведчик Тихон. Его глаза всё ещё лихорадочно блестели — эффект моей эссенции почти сошёл, но ярость и решимость остались. Эти люди больше не были простыми жителями Прибежища. Они стали солдатами, которые почувствовали вкус победы.

Когда мы вышли на площадь, нас ждал весь город. Сотни людей стояли плотной стеной. В тишине был слышен только шелест ветра и далёкий скрежет смещающихся плит Фронтира.

— Вы бросаете нас? — выкрикнул кто-то из толпы. — Кто защитит нас, если сюда снова придут монстры? Борислав? Он только и умеет, что налоги собирать!

Ропот пробежал по рядам. Люди боялись. Они только что увидели надежду и теперь опасались, что она уйдёт вместе с нами за ворота.

Я поднялся на обломок статуи, чтобы меня видел каждый.

— Слушайте меня! — мой голос разнёсся над площадью, и люди мгновенно затихли. — Мы уходим не потому, что нам плевать на ваши жизни. Мы уходим, чтобы у вас в принципе появился шанс на будущее. Друид украл ключ. Если он доберётся до ядра раньше нас, этот город станет не прибежищем, а могилой, заросшей терновником.

Я посмотрел на перепуганные лица, на женщин, прижимающих к себе детей.

— Вы доказали сегодня ночью, что можете сражаться. Борислав больше не будет решать за вас. Теперь вы — сами себе хозяева. Чините стены, держите оборону. Мы вернёмся не с пустыми руками. Мы вернёмся, чтобы открыть проход во внешний мир. Ждите нас. И… Может, это прозвучит странно, но я советую вам избегать любых растений. Наш враг — древний друид. Если в городе остались хоть какие-то цветы или деревья — рубите всё. Выкидывайте, сжигайте. Он может использовать саму жизнь против вас.

Послышались одобрительные возгласы. Страх в их глазах начал сменяться суровой решимостью. Я спрыгнул вниз и кивнул своим.

— Идёмте. Пока след ещё свежий.

Мы миновали ворота и ступили на серую пыль внешних руин. Прибежище осталось за спиной, а впереди, за нижними ярусами древней цивилизации, нас ждал друид, который решил, что он может переиграть саму жизнь.

Нижние ярусы встретили нас запахом сырости и перегноя. Здесь, под парящими кварталами Прибежища, Фронтир выглядел иначе. Огромные бетонные опоры, оплетённые пульсирующими лианами, и ржавые остовы механизмов первых людей. Всю архитектуру медленно переваривала местная флора.

Хотя… Я бы не назвал её местной. Скорее всего, все выросшие здесь растения — это плоды трудов Тиса. Он, сам того не желая, оставляет жизнь за собой. Вот только его «жизнь» чаще всего несёт смерть.

Баланс ли это? Может быть. Но меня это не волнует.

Тиса я при любом раскладе сотру в порошок. Ведь его освобождение из тысячелетнего заточения — это в каком-то смысле моя вина.

— Глядите под ноги, — бросил я через плечо, притормаживая у края провала. — Тут почва живая. Наступите не туда — и корни утянут вас за секунду.

— Живая почва, ходячие кусты… — Стоян раздражённо сплюнул. — Лад, скажи, в этом мире хоть что-нибудь не пытается тебя сожрать? — он на ходу проверял фитили своих бомб, его пальцы работали быстро, несмотря на полумрак. — Хотя не отвечай. Откуда тебе знать? Ты ведь сам тут первый раз оказался… Я вот думаю, может, мне начать взрывать всё, что зеленее моей тоски по дому? Для… Как ты там назвал это понятие? Ах да! Точно! Для профилактики.

— Если начнёшь взрывать всё подряд, мы обрушим этот ярус себе на головы, — Радко шёл впереди. Судя по напряжению его мышц, он был готов метнуть своё копьё в любой момент. — Тихон, ты тут бывал? Твои дозорные спускались так глубоко?

Тихон, шедший чуть позади с луком наготове, покачал головой. Его четверо товарищей — рослые мужики с топорами и самодельными щитами — держались плотной группой.

— Нет. Старики говорили, что на нижних ярусах живут «эхо». Те, кто не смог уйти через Край и не дотянул до Прибежища. Говорят, они больше не люди, но всё ещё помнят наши имена. Зато не помнят своих.

— «Эхо», «шёпот»… — проворчал Стоян. — Назовите их просто — мишени. Так проще целиться.

— Это не просто мишени, Стоян, — подала голос Видана. Она шла рядом со мной, не выпуская гримуар из рук. Её аура всё ещё была неровной после битвы с Невзором, но в ней чувствовалась решимость. — Мы не можем знать наверняка, кем стали эти люди. Боюсь, это даже не монстры. Людей изменила древняя магия. Возможно, они просто сошли с ума. Лично я ощущаю здесь безумную магию. Разве вы не чувствуете?

— Я чувствую только, что у меня чешутся кулаки, — буркнул один из помощников Тихона, здоровяк по имени Бран. — Лекарь обещал нам выход. Если для этого надо вырвать сердце из дерева — я готов.

Я остановился и обернулся к отряду. Нужно было остудить их пыл, пока они не совершили глупость.

— Слушайте внимательно. Мы здесь не на прогулке. Тис — это не Невзор. Ведьмак играл с плотью и смертью, а этот играет с самой жизнью. Он видит нас через каждый лист, слышит через каждое касание подошвы о землю, — я перевёл взгляд на старых соратников. — Радко, не смей отходить от группы больше чем на три шага. Паранойя сейчас — твой лучший друг. Стоян, зажигай фитили только по моей команде. Если Тис почувствует гарь раньше времени, он нападёт первым.

— Понял, командир, — Радко кивнул, его лицо стало ещё суровее. — Но что-то тут слишком тихо. Слишком… правильно.

— Это затишье перед тем, как нас начнут переваривать, — тихо добавила Видана.

— Лад, — Стоян подошёл ближе, понизив голос. — Ты ведь чувствуешь его, да? Скажи честно, далеко этот любитель гербариев ушёл?

Я прикрыл глаза, пытаясь настроиться на новые ощущения. Система молчала, словно затаилась, но мои собственные чувства, обострённые магией, улавливали ритм этого места.

Я чувствовал, как глубоко под нами бьётся некое сердце — мощное, механическое, обросшее плотью. Ядро. А к этому месту тянулся тонкий ядовито-зелёный след хлорофилла.

— Он впереди. Примерно в часе пути, если не будем отвлекаться на каждую шевелящуюся ветку, — я снова двинулся вперёд. — Тис спешит. Он знает, что мы на хвосте. И он готовит нам встречу.

— Хорошо, — Радко тяжело вздохнул. — Терпеть не могу ждать. Пусть выходит. Я всегда хотел узнать, как горит вековой дуб.

— Главное, чтобы этот дуб не решил, что из тебя выйдет отличное удобрение, — Стоян подмигнул Тихону, но тот даже не улыбнулся.

Мы углублялись в лабиринт из ржавой стали и агрессивной зелени. Я чувствовал, как система в моей голове начинает мелко вибрировать. Она знала, что мы приближаемся к её истокам. К месту, где всё началось. И где всё должно было закончиться.

Проход между руинами и ветвями, что появились после Тиса, начал сужаться. Превратился в извилистую кишку из переплетённых кабелей и лиан. Свет Прибежища остался далеко наверху, и теперь путь нам освещали лишь фосфоресцирующие грибы.

Я начал слышать гул ядра. Где-то очень далеко.

Но здесь он уже ощущается. И от этого загадочного явления у меня сводит челюсть. Соратники пока что не почувствовали, к чему мы приближаемся. Возможно, только Видане удалось хотя бы примерно понять, как много магической энергии находится в сердце фронтира.

— Стойте, — я поднял руку. Моя магия почувствовала приближение живых существ. — Впереди движение.

Из зелёного тумана впереди начали проступать силуэты.

Но это были не воины Невзора и не звери Тиса. К нам навстречу медленно, пошатываясь, выходили фигуры. Они были одеты в истлевшие лохмотья, которые когда-то могли быть формой стражей или платьями горожан.

Но их тела… Сквозь бледную, почти прозрачную кожу просвечивали не вены, а тонкие золотистые нити. У одного вместо глаза тускло мерцала линза, вросшая в кость, у другого пальцы удлинились и превратились в стальные иглы, покрытые налётом ржавчины и мха.

Думаю, это и есть «эхо». Существа, которых изменила аномальная магия первых людей.

— Лад… это ты? — вдруг раздался тонкий, дребезжащий голос.

Один из мутантов остановился. Его лицо, наполовину скрытое наростом из живого металла, казалось знакомым.

— Помоги нам… — прошептала женщина, стоящая чуть поодаль. Её шея была неестественно вытянута и оплетена проводами. — Мы так долго ждали лекаря. Мы не монстры, Лад. Мы просто… застряли. Здесь так холодно. Подойди, согрей нас своей силой.

— Лад, не слушай! — Радко вскинул копьё, но его рука дрогнула. — Это же… Это Яволод? Он всё-таки нагнал нас? Тихон, а там впереди — разве это не ваши люди?

Тихон побледнел, его пальцы на тетиве задрожали.

/Зафиксировано присутствие аномальных существ/

/Количество… неопределимо/

А это что ещё значит? Почему неопределимо?

Шутка системы? Или даже она не может проанализировать тех, кого местные называют «эхо»?

— У них нет сознания, — отрезал я, выхватывая Бойма. — Это не люди. Это те же монстры, но не ваши друзья!

— Подойди… — хором выдохнули существа, и внезапно их челюсти раскрылись неестественно широко. Вместо зубов в их пастях виднелись ряды острых игл.

Они бросились на нас с невероятной скоростью. Это не было похоже на атаку животных. То был выверенный, расчётливый бросок. Одна из «женщин» прыгнула на Брана, пытаясь вонзить иглы пальцев ему в горло, но я успел первым.

Активировал синий камень, создал перед собой плотную волну воздуха, которая отбросила нападавших, а затем, не давая им подняться, вогнал Бойма в грудь ближайшего существа.

Вместо крови из раны брызнула маслянистая жидкость. Существо даже не вскрикнуло, оно просто попыталось обхватить мой клинок своими стальными рёбрами.

— Стоян, сейчас! — крикнул я.

Подрывник, не дожидаясь повторения, швырнул под ноги нападающим небольшой заряд. Вспышка и грохот на мгновение ослепили «эхо». Пока они растерянно крутили головами, мы с Радко устроили быструю зачистку.

Копьё Радко прошивало их насквозь, а я, используя жёлтый камень, высосал из них последнюю влагу. Заставил иссохнуть.

Один за другим мутанты оседали на пол, превращаясь в кучи ржавчины и гнилой плоти.

— Всё? — тяжело дыша, спросила Видана, напряжённо листая гримуар.

— Нет, — я посмотрел в темноту, где туман начал сгущаться. — Их там ГОРАЗДО больше.

Из темноты, один за другим, начали загораться сотни красных и золотистых огней. Это были не факелы и даже не прожекторы древних людей.

Глаза.

Сотни «эхо» выходили из боковых ниш, из-под пола, спускались с потолка. Их было слишком много. Целый батальон тех, кто когда-то были жителями этого мира, а теперь стали частью охранного периметра ядра.

— Ох, мать моя родная… — Стоян попятился, нащупывая в сумке самый большой заряд. — Кажется, Скалес бросил меня. Такое ощущение, будто я уже попал в ад за свои грехи!

— В круг! — скомандовал я. — Они не дадут нам пройти мимо. Придётся прорываться.

Кольцо «эхо» сжималось, сотни биомеханических стражей навалились лавиной. Стоян уже занёс руку над запалом последней бомбы, а Радко выставил копьё, понимая, что прорваться сквозь эту массу металла и плоти невозможно.

Вдруг пол вздыбился. Гигантские, как стволы деревьев, корни вырвались из-под плит, с хрустом разламывая тела мутантов. За секунды армия руин превратилась в груду обломков, пригвождённую к стенам живой древесиной.

На вершине древесного завала виднелся силуэт человека в плаще из листьев. Знакомое лицо.

Молодая кожа. Половина тела из древесины. Блондин кажется моим ровесником, но на деле ему больше тысячи лет.

— Спасение прибыло! — торжественно заявил Тис. — Руины переварили бы вас раньше, чем вы успели бы моргнуть.

Друид спрыгнул вниз, и корни почтительно расступились перед ним. Он обвёл взглядом мой отряд, но остановился на мне.

— Убери оружие, лекарь. Твои друзья в безопасности, пока они здесь. Но нам нужно поговорить. Один на один.

Я положил руку на Бойма и шагнул навстречу друиду. Пора узнать цену этого «спасения».