«Этой ночью я снова проснулся в холодном поту. Эти терзающие меня сын все больше напоминают видения или восомининания. Порой мне кажется, что мои ночные скитания — нечто большее, чем просто результат стресса или побочных эффектов лекарств. Однажды Джи обмолвилась, что привыкла к моим ночным прогулкам по дому. Ее тон был спокойный, почти обыденный, отчего мне стало еще тяжелее. Она добавила, что я обычно возвращаюсь под утро, словно ничего не произошло.
Но что, если я действительно бодрствую? Не просто брожу во сне, а делаю что-то, чего сам не помню?
Не так давно к нам нагрянули полицейские, что сильно напугало нас обоих, особенно меня. Не понимаю, почему, но, когда увидел копов на нашем пороге, сердце ушло в пятки. Несколько человек исчезли неподалеку от нашего района. Нам показывали фотографии и интересовались, не видели ли мы кого-то из них. Дом на Мейпл-авеню, который мы снимаем, расположен достаточно близко к лесистой части Эйберсвуда, и туристов с их огромными рюкзаками мы порой замечаем…
Когда офицер спрашивал, не видел ли я что-то подозрительное, внутри меня все перевернулось. Я точно знал, что ничего такого не делал. Я не мог… Но странное чувство дежавю, ощущение, что я уже где-то слышал этот вопрос, не оставляло меня.
Сегодня вечером Брэндон заглянул на ужин и попрощаться перед отъездом... Он выглядел встревоженным и озабоченным. Рассказал, что и к нему приходила, допрашивали о пропавших туристах.
Эта новость заставила Джи вздрогнуть. У меня тоже екнуло сердце. Конечно, туристы, скорее всего, просто заблудились в лесу. Сезон подошел к концу, погода испортилась, и, как сказал Брэндон, лес всегда опасен для неподготовленных людей.
Но почему я так волнуюсь?
Джи заметила мое беспокойство. Она сказала, что я веду себя слишком странно. Даже подозрительно. И это слово ударило в самое сердце. Она заметила. Она видит, что со мной что-то не так.
Но что именно?
В такие моменты я начинаю менять тактику. Стараюсь говорить так, чтобы успокоить Джи. Я убедительно научился находить правильные слова. Джи верит мне. И это пугает больше всего.
Порой я задаюсь вопросом, мог ли я быть причастен к этим исчезновениям. Эта мысль, конечно, абсурдна. Но что, если я снова оказался жертвой этих пересадок? Что, если что-то во мне не мое?
Эти галлюцинации, эти сны… они становятся все яснее. Лица, лес, что-то влажное и теплое в руках. Все это ощущается настолько живо, будто это происходит на яву.
Я вспомнил, что Брэндон говорил мне раньше: в лесу всегда может произойти что угодно. Туристы часто теряются, особенно те, кто не знает местности. Это просто совпадение.
И все же внутри меня что-то кричит, что я должен узнать правду. Если это совпадение, то почему оно ощущается таким личным?»