Между добром и злом. 8 том

Глава 25

Вайрин больше не мог смотреть на Дайлин иначе. Каждый раз, когда они встречались взглядом, ему казалось, что она как-то по-другому на него смотрит. Будто говорит: я знаю, что ты догадываешься, а ты знаешь, что догадываюсь я. Она словно ему угрожала, особенно, когда подмигивала или улыбалась, не произнося ни слова.

«Думаешь, я тебя не выведу на чистую воду, Дай-ка? Ты ведь явно упиваешься этим чувством, что смогла обвести всех вокруг пальца, даже Кондрата. Но я тебя хорошо знаю, я знаю какая ты есть на самом деле. И я тебя поймаю, будь уверена…»

Кондрат был прав. Они не имеют права осуждать человека. Их работа — ловить убийц, а что будет дальше уже не их ума дело. И он обязательно этим займётся, едва они закончат эту нервотрёпку с секретной службой.

С его родичами теперь тоже было не всё гладко. Стоило навести немного справок, как выяснилось, что в последнее время советы Тонгастера императору приходились не по душе. Если быть откровенным, императору вообще никто в последнее время не нравился, он всех подозревал и ненавидел, однако чем это был не повод? Они знали про прошлое Дайлин, они могли опасаться императора, а сейчас они пытались договориться — Вайрину не хотелось верить, что Тонгастеры, его родичи с этим связаны и сейчас пытаются воспользоваться его родством, чтобы выйти сухими из воды, но…

— Просто не думай об этом, — посоветовал Кондрат.

— Тебе не понять, — вздохнул Вайрин.

— Понять. Но просто веди себя с ними, как с незнакомцами, не поддавайся на провокации типа «дорогой родственник», «любимый зять» и так далее. Они попробуют взывать к твоим эмоциям, к вашим родственным связям. Просто не воспринимай их.

— Как не воспринимать?

— Никак. Там ты — другой человек. Не их родня, а сыщик. Ты ведёшь дело. Если они нормальные, то поймут. Если нет, то и не сильно нужны тебе такие родственники, — сказал Кондрат.

— Сложно уйти от таких родственников.

— Как и им будет сложно игнорировать такого зятя. Просто повторяй себе, что это подозреваемые. Веди себя так, будто они не смогут узнать, что именно ты сидишь перед ними.

Это был очень странный совет, но Кондрат знал, что говорил. Как в медицинском институте приучают относиться к трупам, как к препаратам, здесь так же требовался подход отстранённый. В любое другое время ты можешь быть для них кем угодно, но сейчас — сыщик, чужой человек, тот, кто сверяет показания. Хотя, конечно, в нормальных странах никто бы не позволил сыщику вести дело с родными. Да вообще многие нормы не совпадали с тем, как должно быть, но это уже дело времени, когда общество станет правовым, а не тем, где можно запытать человека, а потом сказать, что ошибся.

Мистер Тонгастер приехал сам. Не пришлось что-либо объяснять или просить. Стоило заметить, что такие люди такого статуса редко за кем-то бегают, это к ним обычно приходит, а значит ситуация Тонгастеров поджимала. И Кондрату было очень интересно, что именно их толкало идти чуть ли не на поклон к ним?

Может Вайрин прав, и они пытаются прикрыть свои грешки помощью в надежде, что их простят? Или, увидев расклад, решили занять сторону победителя? А может причина в том, что…

— Они приехали, — сообщил Вайрин, заглянув к Кондрату в кабинет.

— Они?

— Ну… я имею ввиду, глава рода Тонгастеров. Он здесь.

— Пусть поднимается, — кивнул Кондрат и встал.

Ну что ж, сейчас они и услышат предложение герцога. Вряд ли он будет просить отдать компромат прямо, может намекнёт, но не более. Скорее предложит объединиться против секретной службы, чтобы общими усилиями сдвинуть их.

Тонгастер старший вошёл с присущей ему вальяжностью, пусть он и не строил из себя хозяина положения в этот раз. В конце концов это не дом, который он подарил молодожёнам, не ему здесь задавать порядки и вести себя как дома, и человек, который купался в аристократии со всеми её прелестями всё прекрасно понимал.

Они обменялись рукопожатиями, после чего Кондрат предложил ему сесть на свободный стул, сам заняв место за столом.

— Итак, не будем ходить вокруг да около, — произнёс Кондрат. — Что вы хотите предложить?

— Звучит так, будто я к вам на поклон пришёл, — отшутился Тонгастер, мягко намекнув на некорректность такого обращения к нему.

— Никто не говорил подобного, господин Тонгастер. Вы хотели встретиться и пришли к нам, чтобы предложить свой план, — подался он вперёд, сцепив пальцы. — Поэтому я внимательно слушаю.

— Хорошо, к делу так к делу, — кивнул он. — Я хочу закончить это противостояние секретной службы и специально службы расследований. Мы оба знаем, что они лишь ­пережиток прошлого. Структура, которая нацелена лишь на преследование и наказание без суда и следствия. Группа лиц, которая была нужна только для того, чтобы безоговорочно удерживать власть в одних руках.

— А разве в этом мире бывает иначе? — поинтересовался Кондрат, уже прекрасно зная ответ.

В этом мире не бывает.

— Тем не менее, теперь они нам не нужны. Империя не должна жить в страхе перед тем, кто может без каких-либо разбирательств просто потому, что хочет, казнить любого.

— Раньше вы были не против такой политики.

— Раньше и времена были другие, мистер Брилль. Поэтому я хочу предложить свою помощь. Есть у меня прикормленный человек в секретной службе один, и через него я могу попробовать устроить вам встречу с директором.

— С какой целью? — поинтересовался Кондрат. Он даже не сомневался, что Тонгастерам удалось протолкнуть туда своего человека, который снабжал их информацией.

— Чтобы покончить с этим.

— Каким образом? Нам передали лишь то, что вы хотите закончить этот фарс. Как?

— Я думаю, что вы понимаете, мистер Брилль, о чём идёт речь, — серьёзно заметил Тонгастер. — Человек, который известен всем как директор, создаёт слишком много проблем абсолютно всем здравомыслящим людям. Поэтому я предлагаю следующий вариант. Думаю, Вайрин уже рассказал вам про моё предложение.

— Да. Вы предлагали ему оставить меня, —­ кивнул Кондрат.

— Не воспринимайте моё предложение всерьёз. Я лишь проверял, насколько можно доверять моему зятю. Я знаю, что власть может вскружить голову и потому был вынужден проверить его. Хорошо, что ему можно доверить спину.

Было видно, что Вайрину, который вообще-то присутствовал в комнате, стало неприятно. А кому было бы приятно, заподозри его в подобной мерзости? Или даже сам факт подобны проверок, словно какому-то маленькому ребёнку, которого ни во что не ставят?

— Для меня не секрет, что Вайрин бы никогда не пошёл на сделку, и тем не менее в нашей жизни всё требует осторожности. Как бы то ни было, я предлагаю следующие. Я встречусь с директором под предлогом того, что у нас с вами слишком много разногласий. На встречу придёте и вы, после чего мы покончим с ним раз и навсегда.

— Почему вы просто не скажете, где он?

— Будто я знаю, где он, — усмехнулся Тонгастер. — Но я могу выманить его, сделав вид, что согласен ему помочь, а на встречу придёте вы. И тогда в выигрыше все.

— Тем не менее, учитывая расклад сил, не думаю, что нам нужна помощь.

— Не хотите побыстрее от них избавиться? — приподнял он бровь.

— Просто не вижу необходимости привлекать гражданских для подобных задач, уж простите мою прямолинейность. То, когда они все будут схвачены и предстанут перед судом, лишь вопрос времени, — ответил Кондрат. — Поэтому вы можете расположиться поудобнее и просто наблюдать за тем, как в последние минуты своей жизни бьётся в агонии секретная служба.

Кондрат произнёс слова с тоном, будто разговаривал о чём-то незначительно, но при этом не сводил пристального взгляда с гостя. Он ждал, что тот ответит, когда он сделает свой ход. А он должен сделать его. Если Кондрат был прав, был прав с самого начала, как заварилась эта каша с похищением Зей, Тонгастер старший, глава одного из самых влиятельных родов, должен был сделать свой шаг прямо здесь и сейчас.

— Ясно… что ж, я рад, что у вас всё так хорошо продвигается. Просто я подумал, что вам потребуется помощь на фоне новостей, которые мне передал мой человек в секретной службе о вашей жене… — вздохнул тот.

— И что же он сказал?

— То, что последние события, как сообщил мой человек, могут подтолкнуть их сделать опрометчивые и глупые поступки, поэтому нам стоило бы поторопиться. Например, попытаться вас запугать и прислать… части вашей жены в конверте, чтобы заставить остановиться, — пожал тот плечами. — А зная секретную службу, я бы этому ни капельки не удивился.

— И что вы хотите взамен? — уточнил Кондрат.

— Ничего. Я просто устраняю угрозу своему роду, которая слишком долго висела над нашими головами, не более. Как я и говорил, друг тот, кто враг моих врагов, мистер Брилль.

— Хорошо сказано… — и очень метко для того, чтобы быть правдой. — И где вы предлагаете провести эту встречу?

— На нейтральной территории, естественно. Там, где будет комфортно и вам, и ему, но, чтобы при всё при том сохранялся контроль над ситуацией. Скажем… моё поместье?

— Нет, — здесь Кондрат был категоричен. — Здесь или дворец. Одно из двух.

— И вы думаете, что директор согласится на один из этих вариантов? — скептически спросил Тонгастер. — В моём поместье вы были бы в безопасности.

— Но в ещё большей будем здесь или во дворце. Я не вижу смысла обсуждать иные вариант, потому что с тем же успехом вся служба безопасности может выйти на улицу, склонить голову и сдаться. Его право согласиться или отказаться, господин Тонгастер.

— Хорошо, я понял, — кивнул герцог. — Тогда дворец. Думаю, я смогу его убедить пойти вам на встречу.

— Благодарю, — кивнул он.

Когда Тонгастер покинул центр, первое, что сказал Кондрат, было:

— Я же говорил.

— Ну… это ещё ничего не значит, — заметил Вайрин. — Как бы всё логично, и будь я на их месте, поступил бы так же. К тому же, разве не ты мне говорил, что нужны доказательства? Ну типа там что пока не доказано, то плевать что сказано и так далее?

— Говорил, — не стал Кондрат отрицать. — И сейчас скажу то же самое, однако ты не можешь отрицать очевидные факты.

— Я то же самое говорил тебе с Дайлин так-то, а ты отрицаешь.

— Просто там немного другое, Вайрин.

— Опять другое… — вздохнул он. — И что же?

— То, что здесь изначально было много несостыковок, а с Дайлин… — протянул Кондрат.

— Слишком много сходится. Вот именно!

Можно было спорить сколько угодно, однако нынешнему делу это не поможет. Тонгастер согласился на дворец, заверив, что директор тоже не будет возражать, по крайней мере громко. А значит было самое время навестить принца. Как он говорил? Готов оказать любое содействие в помощи расследованию смерти его отца? Что ж, пусть это не совсем то дело, однако, можно сказать, напрямую с ним связанное.

Если им повезёт, то всё закончится буквально одним днём. Если не повезёт… оттуда может уже никто не вернуться. А потому, чтобы не рассчитывать на удачу, требовалось сразу подготовиться. Они выйдут из этого противостояния победителями, чего бы это ни стоило.

Принц будто ждал его. Едва Кондрат прибыл, церемониймейстер с порога сообщил, что Его Высочество ожидает его. Удивительная осведомлённость, хотя стоило ли сомневаться.

— Ваше Высочество, — поклонился Кондрат, едва оказался в комнате.

Принц был не один. Сестра. Опять радом с ним была сестра, будто его личный телохранитель, которая повсеместно преследовала брата.

Кондрат раньше редко бывал во дворце, и не было возможности этого заметить, но сейчас, когда он сюда зачастил, особенность бросалась в глаза. Нет, ничего плохого в любви брата и сестры нет, особенно, когда вы остались одни, но два столь разных человека постоянно вместе…

— Какие люди… Знаете, мистер Брилль, мне так и хочется воскликнуть: «мальчик мой, как я давно тебя не видел, как твои успех», — это были первые слова, которые услышал Кондрат от него.

— Ваше право, Ваше Высочество.

— Да, моё, но… не, думаю, будет слишком странно смотреться, особенно, учитывая разницу в возрасте. Вот может когда я стану королём… — мечтательно посмотрел он в окно. — Так что? С какими новостями с фронта? Уже зажали своих врагов в угол?

— Да, почти.

— Но здесь вы для того, чтобы просить о какой-то помощи, иначе смысл вам встречаться со мной, верно?

— Абсолютно. Господин Тонгастер предложил мне организовать встречу с директором секретной службы.

— Во дворце. Там. где вы будете себя чувствовать в безопасности.

— Абсолютно верно, — кивнул Кондрат.

— Но в безопасности вы себя не ощущаете, — подытожил принц. — Чувствует, как петля на шее затягивается, я прав?

— Да, эти ощущения можно именно так и описать, Ваше Высочество.

— Я даже не удивлён, учитывая ваше положение, хотя… на вашем месте я бы, наверное, опасался отнюдь не Тонгастеров или директора, а кого-то ближе. Вы держите рядом с собой очень опасных для вас людей, мистер Брилль.

Кондрат не ответил. Не посчитал нужным. Здесь он был не для того, чтобы слушать советы от принца, ему нужна была помощь с настоящим делом, а не с теми, которые, возможно, никогда и не случатся.

— Вижу, мои предупреждения проигнорированы. Хорошо. Так чего вы хотите от меня?

­— Защиты.

— О как. А кто защитит меня, мистер Брилль?

— Уверен, вы уже позаботились об этом, Ваше Высочество. Тонгастеры определённо метят на трон, уверенные, что смогут посадить его с помощью вашей сестры, не примите за дерзость. Директор уверен, что сможет обойти даже в такой ситуации и их, и нашу службу.

— Да, этот малый не знает, что такое поражение, ­— кивнул он. — Но забавно слышать, что они хотят использовать мою сестру. Льен, ты слышала? Ты теперь всем нужна.

— Не было печали, — улыбнулась та мягко. Но что-то было в её улыбке… где-то он подобное уже видел. — Но они будут во мне разочарованны.

Сколько раз он здесь бывал, никогда не замечал тесных отношений между братом и сестрой, а здесь гляди, спелись. А почему? Принц — тот, кто никогда ничего не делает без выгоды для себя, и принцесса, о которой он ничего не знает от слова совсем. Взгляд Кондрата остановился на её лице, мягком, светлом, улыбающемся, пока мозг перебирал разные варианты, один удивительнее другого.

— Что ж, мистер Брилль… — наконец произнёс принц. — Можете смело проводить ваше собрание любителей сложных решений здесь, во дворце, уверяю, что всё будет в порядке.

— Я хочу предупредить только о…

— Том, что кто-то может предать меня? Пф-ф-ф… я даже не сомневаюсь, мистер Брилль, — положил он руку на сердце. — Вот ни капельки не сомневаюсь, а потому и не будет это для меня сюрпризом. Вы лучше подумаете о себе, потому что для вас это может оказаться действительно ударом, и вряд ли даже я смогу в этом случае помочь.

— Я буду иметь ввиду, — кивнул Кондрат.

— Имейте…

Кондрат вышел из зала. Аудиенция не продлилась и десяти минут. Стоило ли ради неё ехать? Даже будь в этом мире телефон, Кондрат всё равно бы приехал, потому что встреча с глазу на глаз всегда лучше. Его сестра стала для него неприятным сюрпризом, однако…

Что его смущает? Что не так с этой девушкой? С одной стороны, Кондрат ничего не заметил, но внутреннее чутьё, внутренний голос, который всегда подсказывал, как поступить, не переставал шептать. Шептал бы он разборчивее ещё конечно…

Уже выйдя на улицу, Кондрат бросил взгляд обратно на дворец. Балкон из того зала, где проходила аудиенция, как раз выходил на эту сторону, и потому он не удивился, заметив на нём принцессу. Та будто провожала его.

Поняв, что обнаружена, принцесса Льен подняла руку и одними пальцами помахала ему. Естественно, Кондрат не стал ей махать в ответ, так как за это в другие времена можно было и голову не сносить, но кивнул. И пусть рассмотреть с такого расстояния её лицо он не могу, ему отчего-то казалось, что девушка сейчас улыбалась.

Точь-в-точь, как и её брат…